Игра не окончена

      Вечер 4 июня       Джон добрался до дома Саймона поздним вечером, когда солнце почти закатилось за горизонт. Он позвонил в дверь как раз в тот момент, когда Саймон уже решил никого не ждать и отправился развлекаться в Интер-комнату. Естественно, юноша был недоволен поздним приездом Кейбла и тем, что его внезапно отрывают от «важных» дел.       – А еще позже приехать не мог, Кейбл?!       – Я, кажется, просил не называть меня Кейблом, – Джон слегка оттолкнул Саймона и прошел в гостиную.       – Ну да, ну да, – наигранно вздохнул Саймон, провожая его раздраженным взглядом.       – Кончай спектакль! Давай, собирай вещи и поедем.       – Куда? Какие вещи? – опешил Саймон.       – В Трентон, ко мне домой. Нужно решить одну проблему, и я думаю, ты с ней справишься.       – Но почему ты сразу не сказал? Я бы хоть вещи сюда сгреб! И вообще я не хочу никуда ехать. У меня важные дела.       – И чем это таким ты занят? Насколько я помню, ты не работаешь. Что, весь день просиживаешь зад в Интернете? Вот заняться тебе нечем! Собирайся, едем без разговоров. Я же вижу по твоему бледному лицу и твоим мешкам под глазами, что тебе срочно нужен свежий воздух.       Саймон начал выходить из себя. Совсем другой представлялась ему эта встреча.       – Что взять? – Саймон притащил рюкзак и швырнул его на пол. – На сколько я у тебя остаюсь? Может, ты меня на полгода увозишь, а я с собой ничего не возьму? И что у вас там происходит? Что еще за дело особой важности?       – Ты мне друг? – вместо ответа спросил Кейбл.       – Думаю, пока, да. Но если прямо сейчас не объяснишь, в чем дело, ты точно вылетишь отсюда!       – Я хотел тебе все рассказать по дороге, чтобы не терять время. Возьми самое необходимое. Уж явно на полгода у нас не останешься. И ничего, если забудешь что-то важное – магазины есть, купишь, что тебе надо.       От этих слов Саймон разозлился не на шутку, хотя в них не было ничего особенного.       – Ты бы хоть по телефону сказал, что я должен ехать! Ты вообще подумал, что у меня могут быть какие-нибудь важные дела?       – Это я уже слышал.       Джон вздохнул, поднялся с кресла и направился к двери.       – Хорошо, сиди дома, точнее, в сети. Ты же этим весь день занят? Я думал, ты не такой, как все те умалишенные, подчиняющиеся Каслу!       Саймон бросил на пол пакет с одеждой.       – Вообще не в тему сказано, Кейбл, – Саймон нарочно назвал его так. – Интернет уже был до Касла. Задолго до Касла! А если ты имел в виду Интер-комнату, то это тоже не его разработка. Да, и если я люблю сидеть в ней, это не значит, что я умалишенный!       Джон в упор уставился на Саймона.       – Ты на чьей стороне?       – Ни на чьей. Просто…       Саймон не мог сказать вслух, что обожал Касла и его игры, особенно «Убийц», ведь именно благодаря им он обрел популярность. И его до сих пор мучила совесть за то, что с его помощью Касл был убит.       – Слушай, я не хочу ссориться, – Саймон сделал шаг к примирению, – и я не знаю, что на тебя нашло, но, правда, лучше расскажи сейчас, почему я должен ехать.       Саймон сел на кресло и предложил Джону сесть. Тот раздраженно покачал головой, вздохнул, но, все же сел и ударился в воспоминания.       – Все дело в моей дочери, Делии. После того, как на ее глазах я убил Касла, она игнорирует меня. Я бы оградил ее от этого жуткого зрелища, если б позволяла ситуация. И ты знаешь, я бы смирился, если бы Делия игнорировала только меня, но она практически не реагирует на мир, рисует какие-то мрачные картинки, не улыбается, ведет себя очень странно. Я не знаю, что там с ней сделал Касл, но уж точно не поместил в ее мозг нано клетки: это подтвердили. Наверное, он просто втерся в доверие. Сделать это было несложно: она же еще совсем ребенок. Делия не обращает на меня внимание, с Энджи тоже практически не разговаривает. Психологи ничем не смогли нам помочь. Я подумал, что она могла бы пообщаться с тобой, ведь ты ближе ей по возрасту. Ты должен как-нибудь отвлечь ее, развеселить, заставить забыть Касла. Я понимаю, что идея дурацкая, но вдруг это подействует? Я не заставляю тебя, просто надеюсь на твою помощь.       Саймон задумчиво откинулся на спинку кресла.       – У меня вообще нет опыта в общении с детьми.       – Зато у тебя есть прекрасная возможность его получить.       Саймон покачал головой, но этот жест означал не отказ.       – Засранец же ты, Кейбл! Ведь прекрасно знаешь, что я не смогу тебе отказать, вот и просишь. Ладно, я поеду, – Саймон поднялся с кресла и продолжил складывать вещи в рюкзак. – И кстати, мне ждать слова благодарности? Ты ведь мне жизнью своей семьи обязан.       – Чем я тебе обязан? – прищурившись, переспросил Джон.       – Жизнью своей семьи. Разве не помнишь? Это же я послал тебе команду схватить Касла и убить его.       – Да, я помню, его люди что-то об этом сказали…       – Ну и где слова благодарности? – Саймон развел руки в ожидании, но Джон почему-то промолчал. – Окей, проехали.

***

      Когда Джон и Саймон отправились в путь, было уже совсем темно.       – Не люблю ездить ночью, – буркнул Тиллман, пристегивая ремень безопасности.       – Просто кое-кому нужно было раньше приехать!       – А кое-кому надо было собирать вещи вместо спора, – парировал он.       Саймон не стал отвечать. Он закрыл глаза и стал представлять, как играет с Делией в какую-нибудь шумную игру, она смеется, много говорит и совсем не помнит Касла. Саймону правда хотелось помочь девочке, не только из-за Кейбла. Он чувствовал себя виноватым во всей этой истории и считал долгом попытаться что-то исправить.       «Если я смогу помочь Делии, мы с Кейблом будем в расчете».       Саймон, конечно, не был виноват в том, что Кейбл угодил в тюрьму, а потом попал в его геймерские руки, но после всех навалившихся бед на его плечи, он всем сердцем желал помочь своему персонажу и вытащить его из той дыры, в которую он попал, неоднократно повторяя про себя, что люди ответственны за тех, кого приручили. Или получили, купили, каким словом лучше это назвать? А еще Саймон переживал, что даже когда истории пришел конец, последствия не заставили себя долго ждать: Делия свихнулась, власти незамедлительно прикрыли игры Касла, а правоохранительные органы разбирались в прошлом Кейбла, да так и не разобрались.       «А если бы Кейбл попал к какому-нибудь другому геймеру? Умер бы через пару игр, и ничего бы не произошло. Ну, погоревали бы об утрате, а вскоре бы все забылось…»       В последнее время Саймон часто стал задумываться о том, «а что было бы, если…»       Вдалеке послышались раскаты грома, прерывая его раздумья.       «Еще этого не хватало. Всё не так, как хотелось! Надо было реально собираться и не спорить. Испортил Кейблу настроение...»       Вскоре капли дождя громко забарабанили по крыше автомобиля и стеклам. Вдобавок к этому, трасса была забита с обеих сторон. Особо нетерпеливые водители обгоняли по обочине, а когда пытались перестроиться в свой ряд, втискиваясь между автомобилями, еще больше раздражали и затормаживали движение. Отовсюду слышались гудки и ругань. Кейбл нахмурился и крепко сжал руль. Надо было ехать по другому пути.       – Мы еле плетемся, – недовольно заметил Саймон. – Почему бы не вернуться в Нью-Йорк и поехать завтра утром?       – И как ты себе это представляешь? – Кейбл развел руками. – К тому же ехать осталось не так долго.       Саймон вздохнул и стал глядеть в окно. Впереди был целый караван машин, движущийся со скоростью 40 километров в час.       «Везет же тем, кто сейчас дома! Я бы лучше согласился два часа провести в Интер-комнате вместе с этими надоедливыми близняшками, чем неизвестно сколько времени с разозленным Кейблом в машине. Скорей бы это все закончилось».       Джон и вправду был разозлен поздней дорогой, дождем и медленным движением, но возвращаться назад не только не хотелось (ведь полпути уже пройдено), но и не представляло возможности из-за забитой трассы. Так уж и быть. Саймон удобнее устроился на сидении и задремал.       Ему снились какие-то тревожные и непонятные сны, быстро сменяющие друг друга, причем во всех этих снах Саймон был в полном одиночестве. Небо было затянуто тяжелыми тучами, но, несмотря на это, все окружающие предметы казались очень яркими, словно подсвечивались изнутри. Саймон бродил по самым разным пустынным местам: то в лесу, то в заброшенном и разрушенном здании, то в безлюдном городе.       Вскоре небо от туч почернело, и началась сильная гроза. Яркая вспышка молнии, а за ней страшный удар грома. Или не грома? Саймон подскочил на месте и широко раскрыл глаза за мгновение до удара. Он даже не успел понять, что произошло! От удара лобовое стекло треснуло, осколки вонзились в руки и лицо. Все крутилось и вертелось перед глазами. Саймон застыл от шока, вцепившись пальцами в кресло. Сквозь шум грозы и разлетающихся осколков едва различим был крик Кейбла: «Саймон, держись!». Саймон зажмурился, лишь бы ничего не видеть. Но почему-то продолжал видеть все происходящее, но теперь как будто со стороны: помятая машина летит на обочину, скатывается в кювет, перекручиваясь много раз. «Вот это нежданчик!» – как бы выразился Саймон, будь он сейчас в сознании.       Все совсем не так, как хотелось.