На расстоянии вытянутой руки

Поднимаю глаза на отражение в зеркале и какое-то время не могу поверить, что девушка напротив - это я. Длинные белоснежные пряди сменились короткими, темными волосами до плеч. Зажимаю прядь между пальцами и оттягиваю ее, наблюдая за переливом цвета. Когда все только начиналась, мои волосы были такого же смоляного цвета. Как только началось мое восхождение вверх по карьерной лестнице, изменилась не только я, но так же, моя внешность. Как иронично, новый этап моей жизни - новый образ. - Лолита, вам нравится? - А? Да, спасибо большое, я довольна результатом. - Вам очень идет, но почему вы вдруг решили изменить образ? Смотрю на девушку стоящую позади меня через отражение в зеркале и, улыбнувшись, опускаю глаза, вставая с места и, разворачиваясь к ней лицом. - А почему бы и нет? - Да, конечно, я вас поняла. Девушка кланяется и удаляется, оставляя меня наедине с собой. Достаю мобильный, и на дисплее отображается входящий звонок, на который сразу отвечаю. - Лолита у аппарата. - Как себя чувствуешь? - Добрый день Гакто-сан, намного лучше, - разворачиваюсь к зеркалу и продолжаю, - я сегодня возвращаюсь в общежитие, а какие у вас планы? - Я улетаю в Таиланд, сегодня вечером. Срок поездки еще не известен, но приблизительно неделя. Я замираю и отвожу взгляд в сторону, переводя его за окно. Сердце пропускает пару ударов. - В Таиланд? Вас ожидает трудный график в ближайшее время? Отработайте так же хорошо, как делаете это всегда. - Конечно. Я же Гакт, выложусь на все сто. Ты тоже постарайся. - Не беспокойтесь Гакто-сан, я следую за вами, а значит, я не имею права сдаваться. – Улыбаюсь и прикрываю глаза, наслаждаясь тембром его голоса. - Береги себя. - Говорите так, словно никогда больше не увидимся. Не надо так, Гакто-сан. – Камуи издает легкий смешок, от которого я чувствую неловкость. - Договорились. До встречи. Звонок сбрасывается и я какое-то время еще смотрю на гаснущий экран. Закинув телефон в карман, я разворачиваюсь на пятках и выхожу из салона. Добравшись до общежития, я как в бреду добираюсь до комнаты и у самой двери замираю. Разворачиваюсь, взглядом сверля дверь Рина, за которой он спрятался от реального мира. - Да что с ним происходит? Почему он избегает меня? Чувство гнева охватывает меня, и я делаю несколько шагов, сокращая расстояние до двери. Дергаю за ручку, но та не поддается, от чего ударяю по ней кулаком. - Рин! Я знаю, что ты там! Открой! Нам надо поговорить! Предпринимаю еще несколько попыток, дергая дверь на себя, но безуспешно. Слышу, как за спиной отворилась дверь, после чего раздается тихое «ох». - Лоля? Что? Что с твоими волосами? Разворачиваюсь и наталкиваюсь на Асахи, который с тревогой изучает перемены в моем образе. - Не бери в голову, просто смена образа. - Ох, никогда бы не подумал. Ты… Как… Не даю договорить, жестом прерывая. - Только не жалей меня и не задавай вопросов. Я в порядке, держусь. Рин выходил? - Да, но мы не пересекались. - Не дай бог, этот ребенок снова закидывается таблетками. Как же мне иногда хочется из него выбить всю дурь. - У меня у самого кулаки чешутся. - Асахи, что с ним происходит? - Мне бы самому хотелось знать. - Ладно, дверь вышибать не самый лучший вариант. А… Где Шир? - Он у Михо-тян. После… случившегося, он всегда у нее пропадает. - Выходит ты сейчас совсем один? - Не беспокойся, я не Рин, запираться и плакать в комнате не стану, мне есть чем отвлечься. - Хорошо. Что говорит компания, менеджер? - Менеджер ничего не говорит, он просит ждать. Фанаты в шоке, закидывают мою почту письмами, а я отмалчиваюсь. Компания старается сгладить ситуацию, но не уверен, что вся шумиха уляжется. - Асахи, если все наладится, и мы снова выйдем на сцену, будет ли все, как прежде? - О чем ты? - Будем ли мы чувствовать друг друга, стоя на одной сцене? Будем ли мы так же действовать, как одно целое? Асахи не произнося и слова, отступает на шаг и опирается спиной о дверной косяк, запуская руку в волосы. Брови смещаются и сходятся на переносице, а по выражению лица видно, как он сосредоточен на моем вопросе. - Прежде всего, - начинает он, - важно, что бы Макото пришел в себя. Я вздрагиваю, вспоминая, что Макото все еще не приходил в сознание. Отвожу взгляд в сторону, чувствуя неловкость и подступающее волнение, а Асахи продолжает: - До этого, мы должны разобраться с Рином. - Если бы еще этот ребенок пошел нам на встречу. - С ним сложно придется. Никогда бы не подумал, что этот жизнерадостный парень, однажды так сильно изменится. - Мы все изменились. - Ты права. - Я с ним поговорю. Ты не против? Парень вопросительно изгибает бровь и выпрямляется, отрываясь от косяка. - Если хочешь. - Спасибо. - Какие планы? - Завтра в больницу к Макото поеду, хочу узнать о его состоянии. - Если что-то узнаешь, обязательно свяжись со мной. - Договорились. Я возвращаюсь в комнату и сразу же запираюсь на ключ. Осмотрев помещение, взглядом останавливаюсь на стопке листов, у прикроватной тумбочки. Неторопливо подхожу и, взяв их в руки, осматриваю содержимое. - Не помню, чтобы я это писала. В этом определенно что-то есть, надо довести до ума и показать Гакто-сану. Утром просыпаюсь еще до будильника, в последние дни я все чаще замечаю за собой сбой в режиме. Когда к общежитию подъезжает такси, я спешу покинуть комнату, но только приоткрыв ее, замираю на месте. За дверью, спиной к двери стоит Рин. Плечи опущены, волосы на голове неопрятно всклочены, а свитер болтается от чего видно, насколько он похудел. Я закусываю губу и нерешительно прикрываю дверь, не решаясь выйти. Дыхание сбилось, а мысли беспомощно мечутся. Я глубоко вдыхаю и прикрываю лицо руками, собираясь с мыслями. За дверью слышатся приглушенный щелчок двери, после чего я решаюсь выйти. По дороге к больнице я отправляю два сообщения. Гакто-сан. Как погода? Я сейчас еду навестить Макото, надеюсь ему лучше. Вы выспались? Широ-Широ-тян. Я вернулась в общежитие. Вечером приезжай вместе с Михо-тян. Будем вас ждать. На протяжении всей дороги я не выпускаю мобильный из рук, в надежде получить ответ на одно из сообщений. Расплатившись с водителем, я покидаю, солон. Опускаю взгляд в землю, стараясь не смотреть по сторонам. Спешно зайдя в корпус, я нахожу главного врача. Выжидаю в стороне, рассматривая цветные брошюры на стенах, пока тот закончит разговор с юной девушкой, после чего подхожу к нему. - Здравствуйте, - глубоко кланяюсь, - а… Макото, как он? К нему уже можно? - Да, здравствуйте. Макото? Да, его перевели в одиночную палату, но, - мужчина выдерживает паузу и мне кажется, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, - он все еще без сознания и неизвестно, когда он придет в себя. - А… - Да, вы можете к нему подняться, думаю, ему пойдет на пользу присутствие близких людей рядом. Вы же его девушка? Я правильно понимаю? Вы ребята знаменитости, как я понял, о вас в газетах пишут. Я кланяюсь и принимаю из рук врача маленький листок, на котором он спешно записал, номер палаты. Я так и не отвечаю ни на один из вопросов, которые он задал не для того, чтобы получить ответы. Набираю в легкие воздуха и прикрываю глаза. Медленно выдыхаю, делая неуверенный шаг и, распахнув глаза, двигаюсь по длинному коридору. Смотрю на номера палат, приближаясь к палате Макото. Тихонько приоткрываю дверь, словно боясь потревожить, спугнуть парня в палате. Смотрю в пол и захожу, не решаясь поднять глаза. Несколько шагов и замираю, медленно поднимая глаза. Ужас, страх и горечь от увиденного, заставляют задохнуться воздухом. Такое родное лицо, сейчас покрыто ссадинами и кровоподтеками. Открытые раны, обвязаны белыми бинтами, на правой ноге наложен гипс, а руки покрыты фиолетовыми синяками. Протягиваю дрожащие руки к парню и не могу сдержать навалившиеся эмоции. Медленно опускаюсь на колени и прикасаюсь к темным волосам. Горячие капельки стекают по щекам, и я быстро моргаю, стараясь лучше разглядеть лицо Макото. Подушечками пальцев, невесомо прикасаюсь к подбитой скуле и тут же одергиваю руку, боясь причинить боль. - Мако-тян, привет. Это я - Лоля. Тебе больно? Я надеюсь, что ты скоро проснешься и вернешься домой, мы все тебя ждем. Изучаю лицо парня, а в голове проносятся мысли, каким был Гору после аварии, что мне так и не позволили его увидеть. С силой сжимаю кулаки и рывком встаю на ноги, отводя взгляд в сторону. Кажется, что все силы разом покинули. Я прилагаю слишком много усилий, что бы перенести стул, стоящий в другом углу палаты к кровати Макото. Неуверенно присаживаюсь и накрываю ладонь друга, своей. - Макото, что же тогда произошло? Почему там был Гору? Как случилась эта авария? Знаешь, я до сих пор не могу осознать случившееся. Кажется, совсем недавно вы были рядом. Иногда мне хочется набрать номер Гору и попросить его приехать. Тяжело каждый раз принимать факт того, что я больше никогда не наберу его номер. Поэтому, прошу тебя Макото, обязательно просыпайся. Рин закрылся в комнате и всячески избегает меня. Он очень похудел. Давай, когда ты вернешься, обязательно сходим в лапшичную всей группой. Я голодна. Шир много времени проводит у Михо, как думаешь, между ними что-то есть? Думаю, было бы замечательно начни они встречаться, кажется, Шир очень ее любит. Гакто-сан, улетел в Таиланд по работе. По возвращению он обязательно навестит тебя. Каждое слово я говорю очень медленно, нервно теребя бинт на руке парня. Смотрю на друга, словно ожидая, что тот ответит. Улыбаюсь уголками губ и, стиснув кулаки продолжаю. - Макото, ты помнишь, когда мы дебютировали? Да, это были не передаваемые ощущения. Как думаешь, были бы мы так популярны, если бы мы шли своим путем, без поддержки Гакто-сана, ведь по большей части именно его имя сделало нас популярными так быстро. Знаешь, иногда я задумываюсь над тем, какими мы были, идя своей дорогой, выступая в дешевых клубах, живя на последние деньги. Наверное, я хотела бы попробовать еще раз, начав именно так. Возможно, тогда все сложилось бы совсем иначе. Я хочу, как можно скорее вернуться на сцену и показать всем, что мы еще многое покажем этому миру и, что мы не пустое место, а прекрасные музыканты. Еще долго я разговаривала с Макото, не в силах остановить свои мысли. Прошло много времени, когда в палату вошел мужчина в белом халате и попросил меня покинуть больницу. Макото необходимо отдохнуть, чтобы он скорее шел на поправку. Покинув здание больницы, замечаю, что начинает смеркаться. Достаю телефон, проверяя на наличие сообщений. Ни одного. Выжидающе смотрю на экран, словно в надежде, что мне кто-то обязательно позвонит, узнает о моем состоянии. Никто не звонит. Набираю номер Гакта, сейчас очень хочется услышать его голос, но на другом конце мне сообщают, что абонент не доступен. Хочется откинуть телефон в сторону, но вместо этого, я аккуратно кладу его в карман штанов. По телу проходит озноб, и я прячу руки, натягивая рукава и пряча руки в карманы куртки. На улице не так много людей, и я могу позволить себе прогуляться по улицам вечернего Токио, не боясь привлечь к себе ненужное внимание. Останавливаюсь у магазина с яркой вывеской и заглядываю в витрину, за которой располагаются антикварные вещи. Словно зачарованная, я наблюдаю, как лампочки от вывески отражается в старинном зеркале, меняя цвета. Отхожу от витрины, когда яркая вывеска гаснет, а передо мной опускается решетка. Заворачиваю за угол, оказываясь на широкой улице. Оживленное движение на проезжей части и неспешно идущие по тротуару пешеходы. Вдыхаю воздух и на какое-то мгновение задерживаю дыхание, отсчитывая пройденные шаги. На двадцатом шагу я выдыхаю, а из глаз начинают течь слезы. Когда все успело так измениться? Совсем недавно у меня было все, но я все равно не была счастлива. Я всегда хотела большего, чем имею. У меня была замечательная группа, хорошие друзья, Рин, который всегда улыбался ни смотря ни на что. У меня был Макото, который любит всем сердцем, который ценит во мне все. Я причинила ему так много боли. Гору был жив. Гору, братик, мой драгоценный братик, которого я так сильно люблю, который всегда хотел быть со своей сестрой. А я взяла и оттолкнула его чувства, как сделала это с чувствами Макото. Останавливаюсь и смотрю в землю перед собой. Слез больше нет, как и мыслей, которые обычно беспомощно мечутся в поисках ответа на интересующие вопросы. Я утираю уже подсохшие дорожки слез и хлюпаю носом. Я больше никогда не сделаю больно близким мне людям. Я все исправлю. В общежитие я возвращаюсь далеко за полночь. Слабое освещение не слепит, когда я переступаю порог. Поднимаюсь на необходимый этаж и, завернув за угол, замираю на месте. Рин стоит у моей комнаты, прикасаясь лбом к двери. Рука заведена, он явно решает постучаться, но очевидно смелости так и не хватает. Отступив на шаг, парень неуверенно опускает руку и тяжело выдыхает, обхватывая себя руками. В этот момент, я медленно приближаюсь к нему, останавливаясь у двери в его комнату. Облокачиваюсь о косяк и выжидающе смотрю в спину парня. Рин резко разворачивается и с ужасом распахивает глаза, стоит взглядам встретиться. Становится настолько тихо, что я в ожидании отсчитываю свое сердцебиение. В глазах Рина мешается страх, горечь, паника и сожаление. Парень мечется из стороны в сторону, не решаясь обойти меня, что бы снова спрятаться за дверью, где его никто не побеспокоит. Увидев это, я подаюсь вперед и прикасаюсь подушечками пальцев скулы друга. Тот вздрагивает и сжимается. - Рин, - я изучаю бледное лицо парня с нескрываемым ужасом, - что с тобой случилось? Парень беспомощно опускает взгляд в пол и накрывает мою ладонь своей. Его рука холодная, не такая, какой она была в нашу первую встречу. Парень молчит, не отвечая на вопрос. Повинуясь накатившим эмоциям, я опускаю руку и обнимаю мужскую талию, прижимаясь лбом к плечу. Рин похудел даже сильнее, чем я думала. Ранее крепкая фигура исчезла. Кости сильно выступают и, кажется, что на них просто натянули кожу, которая от малейшего движения может порваться. - Прости, – выдавливает из себя парень, и я поднимаю на него глаза. Не сдерживаемые слезы, стекают по его щекам, нижняя губа искусана до крови и я в панике, обхватываю лицо друга руками. - Рин, прошу тебя, не надо прятаться, мне тебя очень не хватает. Нам всем тебя не хватает. – Я до последнего стараюсь сдержать слезы, но те против моей воли выступают на глазах. - Лоля, ты просто ничего не знаешь, – парень говорит спокойно, но голос дрожит. - О чем ты? Рин беспомощно мотает головой и отступает на шаг. - Я знал обо всем, чем занимается Гору, но молчал. - О чем ты? – Я не понимаю, что именно хочет сказать Рин, и от этого испытываю некоторое замешательство. - Идем. Парень обходит меня и заходит к себе в комнату. Я, желая, как можно скорее узнать, о чем молчал все это время Рин, спешно захожу следом, прикрывая за собой дверь. По обстановке видно, что в комнате давно не прибирались. Вещи разбросаны по полу, упаковки от таблеток раскиданы чуть ли не в каждом углу, усугубляя весь хаос. Мебель расстановлена не на своих местах и, только кровать Макото, находится в чистоте и на прежнем месте. Кажется, что только сегодня утром он заправлял ее. Я осматриваюсь, ища место, где присесть и словно прочитав мои мысли Рин скидывает со своей кровати весь мусор и жестом приглашает присесть. Когда я занимаю место, друг располагается рядом и опираясь руками о колени, опускает взгляд в пол, очевидно, раздумывая, как начать свой рассказ. - Я не знаю с чего именно начать, ведь я сам знаю далеко не все. В первую очередь ты должна знать, что Гору занимался гонками вместе с Макото, - я не доверчиво кошусь на друга, думая, что он шутит, но наблюдая за его выражением лица, я становлюсь более чем уверена в его словах, - насколько мне рассказывали, Гору впервые сел за руль, еще когда состоял в группе. Когда он вошел во вкус, то бросил группу и начал зарабатывать, проводя ночи на трассе, гоняя с лучшими и зарабатывая огромные деньги. Ты же знаешь, Макото, он же Принц, был лучшим на трассе. Он был вторым, всегда был вторым, после твоего брата. Помнишь, когда мы впервые приехали на трассу, увидеть гонку Макото? Тогда с гонки снялся парень, Ворон, это был Гору. Когда мне об этом рассказывали, Гору сказал, что был шокирован, увидев тебя на трассе. Он еще долго злился на Макото, за то, что тот привез тебя. Знаешь, Макото хотел показать тебе, чем занимается твой брат, но потом он понял, что если ты останешься в неведение, так будет лучше. - Подожди. Как это Гору был гонщиком? Он всю свою жизнь умел только играть на гитаре и петь. У него никогда даже не было машины, чтобы научится водить. - Верно, первое время у него не было машины, он одалживал. А потом уже, купил свою собственную и оборудовал ее под себя. - Знаешь, сложно в это вот так поверить. - Я и не рассчитывал, что ты сразу поверишь во все, что я расскажу, ведь Гору старательно скрывал это от тебя. - Почему Гору скрывал от меня все это? - А ты бы смирилась с тем, что Гору на огромных скоростях гоняет ночами, рискуя своей жизнью? Ты бы появлялась там все чаще, ты даже могла бы забросить музыку лишь бы всегда быть с братом, чтобы уберечь его. Ты же понимаешь. Знаешь, Гору был замечательным гонщиком, как и замечательным человеком. - Если бы я знала, он мог бы быть жив. Если бы я только знала. - В этом моя самая большая ошибка, из-за меня Гору погиб, а Макото в коме. Из-за меня. Все это только из-за меня! Парень с силой цепляется в волосы и касается лбом колен, тихо завывая. - Прекрати, нет смысла в том, что ты винишь себя. Рин, я не знаю, я просто не могла даже подумать. Я должна была сама понять, что до Гору было сложно дозвониться, он часто пропадал. Неотрывно смотрю на Рина, так и не решаясь сказать что-то утешительное. - В тот вечер, - Рин говорит тихо, так, что я едва различаю его слова, - в тот вечер, я опять принял таблетки и Макото уехал на трассу. Если бы не я, он остался дома и ничего бы не произошло. Каждое сказанное слово я повторяю про себя, словно я могу вычерпать из них какой-то смысл. Рин всхлипывает, выводя меня из мыслей, и я кладу ладонь на макушку друга. - Рин, в тот день я выгнала Гору. Он пришел ко мне и просил уехать с ним. Он сказал того, чего я очень не хотела слышать, но я не должна была так резко реагировать. В этом моя вина. Если мы начнем сейчас себя винить, Гору будет злиться. Мысли постепенно возвращают меня в детство. - Братик, прости. – Я утираю слезы, опустив голову стоя перед братом. - Все в порядке, не беспокойся, мне не так сильно нравился этот самолет. - Прости братик, это я виновата, что сломала его. - Если бы ты его не сломала, то сломал бы его я. Он мне не нужен. – Гору улыбается и кладет ладонь мне на макушку. - Но он же был такой классный, так высоко летал, а я взяла и сломала его, прости, - истерика не хочет униматься и я с силой сжимаю в маленьких ладошках сломанный на две части игрушечный самолет. - Прекрати винить себя, иначе братик перестанет тебя любить. – Гору хмурится и наиграно надувает губы. - Братик, не говори так! – Ударяю маленьким кулачком в грудь брата и судорожно сглатываю слезы. - Не беспокойся Лоля и никогда не вини себя, чтобы не случилось. – Гору улыбается очень тепло, как может улыбаться только он, от чего я успокаиваюсь. Опустив остатки от игрушки на землю, обнимаю брата за талию, прижимаясь виском к груди. Как давно это было? Лет пятнадцать назад? А я все еще помню его слова. Глажу друга по спине, понимая, насколько Рин нуждается в нашей поддержке. - Рин, за что ты винишь себя? Выжидающе смотрю на друга, но тот не отвечает, а лишь слабо подрагивает от накативших слез. - Рин, знаешь, ты не должен. Я не считаю, что ты виноват, ты не мог знать, как все обернется и делал то, что должен был. Я беспокоюсь о тебе. Прошу тебя прекращай, и возвращай мне моего любимого Рина. Смотрю на друга, ожидая, что он скажет, хоть слово, но тот лишь слушает. Я не знаю, вникает ли он в то, что я стараюсь до него донести или он уже давно находится в своем мире, абсолютно изолированный от реальности. - Завязывай с таблетками. От них тебе лучше не станет. Завтра я приготовлю завтрак, как проснешься, приходи в комнату Асахи. Рин все так же игнорирует меня, но, кажется, он больше не плачет, лишь молча сидит, уткнувшись носом в колени. Я провожу пальцами по встрепанным волосам, и встаю с места. Выхожу из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь, и прислоняюсь к ней спиной, поднимая взгляд в потолок. Выйдет ли Рин из своей комнаты завтра? Возвращаюсь к себе в комнату, и в этот момент раздается звонок на телефон. Лениво достаю его и долго смотрю на дисплей не решаясь ответить. - Лолита у аппарата. - Как себя чувствуешь? - Здравствуйте Гакто-сан. Мне уже лучше, не беспокойтесь. - Хорошо, как там Макото? Я получил твое сообщение совсем недавно, ты же была у него? - Да, я сегодня ездила к нему, - отхожу от двери и удобно устраиваюсь на подоконнике, осматривая вид за окном, - к нему уже пускают посетителей, завтра еще раз заеду. Если бы он был в сознании, можно было бы завести что-то из еды, а так даже не представляю, что взять с собой. В голове только идея насчет цветов, как это обычно делают в фильмах, но нужны ли они ему? - Брось ты эту идею с цветами. Для него сейчас главное чтобы о нем не забывали. - Я разговариваю с ним, и знаете, мне кажется, он меня слышит, во всяком случае, я очень надеюсь на это. Гакт ничего не отвечает, на том конце провода слышится лишь, как он тяжело выдыхает и после чего доносится копошение. Я решаюсь задать вопрос, но Гакт прерывает меня. - Я возвращаюсь послезавтра. Вышло так, что я успею разобраться со всеми делами намного быстрее и раньше вернуться в Токио. Я заеду после того, как освобожусь и мы поедем к Макото. - Хорошо, я буду ждать вашего возвращения, - неловко провожу ладонью по волосам и прижимаю колени к груди, - Гакто-сан, почему вы тогда сказали репортерам, что мы встречаемся? Камуи тяжело выдыхает, явно не желая сейчас отвечать на заданный вопрос. - Давай обсудим это, когда я вернусь. Мне сейчас надо ехать и возможно в гостиницу вернусь только под утро. Это так выматывает. Я бы предпочел решать подобные вопросы не вылетая за границу. - А из-за чего вам пришлось отправиться в Таиланд? - Подписание и уточнение условие контракта об участии в рекламе тайской фирмы. По большей части для этого. Так же мы хотели рассмотреть возможность фото-съемки для журнала, но в данный момент эта задумка все больше отметается. - Вот оно как, а у нас данными вопросами в компании занимаются директора, да и заграничные поездки еще не предусматривались. - Я не доверяю подобные вопросы только компании, я должен сам убедиться в точности договора и прочих вещах. А вы еще не успели получить признание за пределами Японии, у вас это все впереди. - Гакто-сан, вы – невероятен. - Я знаю, – слышится короткий смешок и звук заведенного мотора, - мне надо ехать, скоро увидимся. Береги себя. - Будьте осторожны в дороге Гакто-сан, постарайтесь обязательно. - Да-а-а. Звонок сбрасывается, и я смотрю на постепенно меркнущий экран. Улыбаясь самой себе, я прижимаюсь виском к коленке и прикрываю глаза, чувствуя, как по телу расходится приятное тепло. Мне достаточно таких коротких разговорах, не выделяющихся чем-то особенным, нежностью или любовью, мне достаточно его звонков, когда он узнает все ли со мной в порядке. Как давно мне стало этого хватать? После разговора с Гактом я успокаиваюсь, стараясь не думать о разговоре с Рином. Когда Макото проснется, я уверена, что он расскажет все более детально. Главное, чтобы он проснулся. Утром, я захожу в комнату Асахи, держа в руках кастрюльку только что приготовленного супа с морепродуктами. Следом за мной заходит хозяин комнаты, с котелком риса. Мы устраиваемся вокруг небольшого журнального стола, не предназначенного для еды, усаживаясь на пол. Тарелка, выделенная Рину, стоит на своем месте, но сам парень так и не появляется. Я не ожидала, что он выслушает мою просьбу и последует ей, но от чего-то становится обидно. Накладываю порцию риса в пиалу Асахи и в этот момент, слышу, как дверь позади меня открывается. Развернувшись, обнаруживаю Рина, который неловко топчется на месте, оттягивая края длинной кофты. Вспоминая то, как парень выглядел вчера, отмечаю, что сегодня он значительно лучше. Волосы все еще влажные после душа, одежда новая, не выглядит такой потрепанной, как вчерашняя. Лицо хоть и выглядит так же болезненно, но Рин уже не настолько забит. Я улыбаюсь, когда парень переводит взгляд на меня, и жестом приглашаю его присесть. Тот неловко кивает головой и следует на место, справа от меня. Положив другу порцию риса, перевожу взгляд на Асахи, который застыл в той же позе, как и в тот момент, когда наливал себе в миску суп. Парень смотрит на меня с изумлением, взглядом указывая на Рина, и поднимает брови, словно спрашивая, как мне это удалось. Я лишь неловко пожимаю плечами, поскольку удивлена не меньше его. Завтрак проходит в полной тишине. Я несколько раз сталкиваюсь взглядом с Асахи, но не могу ответить на его немые вопросы, лишь беспомощно мотаю головой. Кажется, что мы оба боялись спугнуть Рина, что тот снова уйдет и закроется в своей комнате, так же тихо, как и пришел. Мы вместе собираем посуду и относим ее на кухню, после чего Рин тихо кланяется и развернувшись удаляется. Я хочу пойти за ним, но меня перехватывает рука Асахи, удерживая за запястье. Выждав, когда Рин уйдет он спрашивает: - Что вчера произошло? - Мы просто поговорили. - Как ты его вообще умудрилась выловить? - Случайно вышло, я вернулась от Макото и увидела его на пороге своей комнаты, так и вышло. - Я пожимаю плечами, не желая вдаваться в подробности. - Макото, как он? - Думаю ему лучше, поскольку вчера мне разрешили его навестить, даже рекомендовали. Он все еще без сознания, но я рада, что смогла его увидеть, хотя вид у него очень помятый. - Знаешь, это в какой-то степени облегчение, в связи с последними обстоятельствами. Насчет Рина, он что-то говорил? А ты ему? Смотрю в пол, стараясь решить, стоит ли Асахи рассказывать, но так и не решаюсь. - Его потрясло все это, ты же знаешь, насколько наш Рин не устойчив к стрессам. Надеюсь, с ним все будет хорошо. - Вот значит как. - Да. Думаю, он решил для себя, что настало время выйти в мир и принять реальность. Что насчет тебя? Ты еще часто будешь ночи проводить вне общежития? - Лоль. Я ходил в компанию, вчера. Они говорили, насчет заявления Гакта о ваших отношениях. Сейчас шумиха в интернете, что произошло? - Я сама не до конца понимаю все происходящее. Мы не встречаемся и это я могу точно тебе сказать, - я говорю об этом уверенно, но в голове появляется сцена, когда Гакт впервые поцеловал меня, - мы с ним поддерживаем связь, созваниваемся, но не более того. - Лоль, вы много времени вместе проводите. - Это было несколько раз и то, каждый раз я искала у него укрытие, - кого я обманываю? Мне в первую очередь просто спокойно и комфортно находится рядом с ним. - Ладно, думаю, это уже будет решаться напрямую с Гактом по его возвращению, он сейчас в Таиланде, верно? - Угу. - И еще. На этой неделе мы возвращаемся в свои квартиры. - Что? - Мы сможем вернуться домой, пока не решаться все проблемы. И возможно мы больше не будем жить в общежитии, если все стихнет. - Вот значит как? Хорошо, я поняла тебя. Киваю и когда, друг пропускает меня вперед, я двигаюсь по направлению к своей комнате. Рада ли я тому, что смогу снова оставаться в своей квартире? Слишком много воспоминаний там осталось связанных с братом. И слишком многое, что хочется оставить, как есть. Прохожу мимо комнаты Рина и задерживаюсь, оставляя озадаченного Асахи позади. Заворачиваю и без стука захожу в комнату, закрывая за собой дверь. Рин стоит у окна и затягивает сигарету, облокотившись на подоконник. - Когда Макото вернется, то убьет тебя за то, что куришь в комнате. - Он не узнает. Рин выпрямляется и косится на меня. В этот момент, я поднимаю с пола растянутый свитер и бросаю его на кожаный пуфик. Неспешно подхожу к другу со спины и прислоняюсь спиной к стене. Рин тушит сигарету и, закрыв окно разворачивается ко мне. - Прости. - Заканчивай. Рин с горечью усмехается и поднимает на меня глаза. - Лоль я постараюсь. Постараюсь завязать с таблетками. - Хорошо. Как ощущения? - Я очень нервничал, за завтраком. Знаешь, странное чувство. Ты же рассказала Асахи, верно? - Нет. - Почему? – Парень изумленно распахивает глаза, явно не понимая причину моего молчания. - Зачем ему рассказывать? - Но… - Забудь, я не стану ему что-то говорить, если сам решишься то, сам все и расскажешь. - Хорошо. - Я скоро поеду навестить Макото. Ты как? Хочешь прокатиться со мной? - Я… Я хочу его навестить, но я еще не готов Лоль. Отрываюсь от стены и делаю шаг вперед, направляясь на выход из комнаты. - Ладно. Когда решишься, обязательно навести его, думаю он будет рад. - Лоля, волосы, что ты с ними сделала? Меня останавливает голос друга, когда я оказываюсь уже у двери. Разворачиваюсь на пятках и вопросительно изгибаю бровь. - Мне не идет? - Идет, так ты выглядишь взрослее, но… почему ты вдруг решил так глобально изменить образ? - Мне показалось так лучше. Натягиваю улыбку и выхожу из комнаты, оставляя друга наедине с собой. Хорошо, что Рин позволяет находиться рядом. Мне так спокойнее. Надеюсь, у него все получится. Остаток дня провожу в больнице, возле Макото. Я изучила местоположение всех кофейных автоматов и автоматов со снеками, расположенных в этом корпусе. Каждый раз возвращаясь, я оповещаю Макото о своем приходе, зная, что он обязательно меня услышит. Я улыбаюсь ему, рассказывая случаи из своего прошлого, словно он может увидеть мою улыбку. В какие-то моменты мне даже кажется, что он отвечает мне, но это всего лишь плод моего воображения. Собираясь уходить, я долго держу друга за руку и нет никакого желания отпускать его, так мне кажется, что он просто спит и вот-вот проснется. Выйдя из здания, я захожу в магазин с домашними животными и долго остаюсь у клеток с милыми щенятами и ласковыми котятами. Если мне предстоит вернуться домой, то я не хочу жить совсем одна. Гору больше не будет приходить так неожиданно, будь это день или поздняя ночь. Он не будет скрашивать мои дни своими шутками и наставлениями. Он не будет приходить с тяжелыми пакетами с продуктами, когда я просто напросто забуду сходить в магазин. Теперь не будет того, кто будет обо мне заботиться. После смерти отца, я заметила за собой странную черту, мне всегда необходимо, чтобы кто-то за мной присматривал. Нужно чувствовать себя под защитой. Теперь я должна научиться обходиться без этого, должна побороть себя, как это делает сейчас Рин. Прежде чем выйти из магазина, я треплю за ухом щенка породы вельш-корги и покидаю здание магазина. Я не помню дорогу домой, как именно я оказалась в своей комнате. Уже утром после звонка Гакта я неспешно спускаюсь на первый этаж, по дороге приветствуя персонал. Стеклянная дверь легко поддается, и только тогда, я решаюсь поднять взгляд. Камуи опирается о сочно-желтый Lamborgini. Руки скрещены на груди, а взглядом он внимательно изучает проходящих мимо людей, которые перешептываясь, проходят мимо, и до конца не веря, что перед ними стоит сам Гакт. Я выхожу за дверь, и взгляд Камуи направляется на меня, от чего его брови постепенно ползут вверх. Он отрывается от автомобиля и выжидающе смотрит, пока я неспешно подхожу к нему. Поднимаю на него глаза, когда остается всего пара шагов и улыбаюсь, встречаясь с этим настойчивым и уверенным взглядом. В следующее мгновение Камуи ухмыляется и тянет меня на себя, положив ладонь на плечо. Я прижимаюсь к широкой груди и обвиваю крепкую мужскую талию руками. Одна ладонь опускается мне на макушку, а другая рука теснее прижимает к себе. Чувство защищенности появляется почти сразу, стоит мне оказаться в его объятьях. Я поднимаю взгляд на Гакта и улыбаюсь. - С возвращением домой. Камуи улыбается очень тепло и искренне, от чего мне хочется раствориться в этих объятьях. - Что с волосами? - Балуюсь. - И почему я не удивлен. Тебе очень идет. Мягкие губы прикасаются ко лбу, и мне хочется остановить время, чтобы больше не возвращаться в реальность и всегда оставаться в этих объятиях. Чувство заботы и защиты, позволяет утонуть в ощущениях и выпустить не сдерживаемые эмоции. По щеке стекает скупая слеза, и я утыкаюсь в грудь, вдыхая этот прекрасный одеколон, который я узнаю из тысячи, ведь так часто именно этот запах заставлял меня сойти с ума.