Чаепитие

Силуэт Гермионы был виден сквозь запотевшее окно кафе, но Нарцисса задержалась снаружи. Ее руки были теплыми в кожаных перчатках, заколдованной паре, которая держала достаточно тепла, чтобы не дать пальцам замерзнуть. Однако ноги ведьмы протестовали против топтания снаружи, ветер пронизывал ее под длинной юбкой и разрезал чулки, как будто их там не было. И все же нарцисса остановилась. В руках у нее была книга, очень особенная книга, которую она задумала заботливо завернуть в золотую бумагу, маленькие Зачарованные серебряные деревца делали маленькие переливы на сверкающей упаковке. Она ругала себя за легкую дрожь, которая пробегала холодными пальцами по ее спине, говоря себе, что это был такой же день, как и любой другой. Почти год прошел с той первой партии в шахматы, и хотя в последнее Рождество между Нарциссой и Гермионой не было никакого взаимодействия с тех пор, как...ну, очевидно, в этот раз все было по-другому. Игры начались в конце января, и вот снова наступило Рождество. Нарцисса почти ожидала, что придет в кафе и, поскольку было уже 23 декабря, найдет свободный столик на том месте, которое она привыкла считать своим. Но нет. Изящный силуэт украшал обычное место, и это заставляло нервы ведьмы трепетать. Нахмурившись более открыто, чем если бы она уже была в доме, Нарцисса снова напомнила себе, что это не было так, как если бы она никогда не давала младшей ведьме подарок. Книги переходили из рук в руки почти так же часто, как и шахматные партии. Но так или иначе, тот факт, что это было Рождество, делал все больше.... Что-то. Колокольчика над дверью не было, но когда Нарцисса вошла в заведение, раздалось зачарованное "Тинг". Улыбка расцвела на лице Гермионы, когда она встретилась взглядом с Нарциссой, вставая, чтобы поприветствовать ее. "Странно, - подумала Нарцисса, - как никогда раньше, и мне показалось, что брюнетка-ведьма вот-вот обнимет ее". Тень смущения и чего-то еще промелькнула на лице Гермионы, и она вместо этого потянулась к руке нарциссы. Мысль о том, что она, возможно, смогла бы получить свое первое объятие после визита сына несколько месяцев назад, была собственной мимолетной тенью нарциссы и вызвала бурю эмоций, с которыми она не была готова иметь дело. - Счастливого Рождества!- Сказала Гермиона весело, хотя и немного подавленно, крепко пожимая руку нарциссы. Тем не менее, это был более сильный контакт, чем ведьма испытывала в последнее время. - Еще слишком рано, - поддразнила его Нарцисса, хотя и с улыбкой. Она держала руку за спиной, пряча подарок. Гермиона коротко рассмеялась и отодвинулась, чтобы сесть обратно, Нарцисса последовала за ней и села напротив ведьмы. -Я немного удивлена, увидев тебя. Разве вы не празднуете со своей семьей?- Вопрос был задан искренне, но Нарцисса не думала о том, что он мог бы стать укусом для нее самой, вызывая мысли о ее собственной великолепной рождественской елке и пустом поместье, которое она называла своим домом. Гермиона заерзала на стуле, на мгновение оторвав взгляд от нарциссы, прежде чем на ее лице появилась улыбка, которую можно было назвать только кривой. -Я планирую вернуться домой и повидаться с семьей, но мне все равно хочется уехать. Иногда мне немного странно возвращаться в маггловский мир." -Думаю, да, - ответила Нарцисса, не зная, что еще сказать. -А вы сами?- спросила Гермиона в ответ, не успев толком подумать. Когда выражение лица нарциссы прояснилось, Гермиона вздрогнула. Она ненавидела это делать. Бывали моменты, слишком часто она боялась, что что-то сказанное ею вызывало такую реакцию у старой ведьмы. Ее лицо разгладится, и никакие эмоции не смогут вырваться наружу. Гермиона поняла, что это в какой-то степени царственная маска, а Нарцисса-настоящая королева, выглядящая как дома в своей прекрасной коже и мехах. Ее щеки покраснели, когда Нарцисса спокойно ответила: "я уверена, что увижу свою семью рождественским утром.- Это все, что она сказала, Прежде чем опустила взгляд на свои колени, вспомнив о подарке, все еще спрятанном там. -Это тебе, - быстро сказала она, протягивая сверток через стол, старательно сохраняя нейтральное выражение лица. Гермиона была удивлена и довольна, хотя и слегка побранила себя за то, что не закончила свой собственный подарок для ведьмы раньше.. Конечно, Нарцисса подумала бы о том, чтобы поделиться подарком перед Рождеством, в кафе и на досуге. В конце концов, это она все начала. С этой мыслью Гермиона осторожно взяла подарок, не желая показаться чересчур нетерпеливой. Но это было трудно. У нарциссы, хотя она и не казалась такой раньше, был удивительно хороший литературный вкус. С другой стороны, подумала девушка, она еще не видела ни одной вещи, в которой у Нарциссы не было бы хорошего вкуса. Кроме людей, наверное, пришла кислая мысль. Он быстро исчез, когда Гермиона держала прямоугольник обеими руками. Это было похоже на книгу, и Гермиона рассудила, что так оно и есть, но с магией никогда нельзя быть уверенным. Нарцисса проследила взглядом за реакцией девочки, чувствуя себя немного довольной, когда глаза Гермионы загорелись, как в той первой книге. Тем не менее, эта девушка определенно собиралась показать свой первый подарок. Гермиона заколебалась, легкая улыбка искривила ее губы при виде зачарованной упаковки, ее Палец провел по танцующему дереву. - Я могу открыть его сейчас или мне придется подождать до Рождества?- Это была наполовину шутка, наполовину вопрос. Откуда ей было знать, чего ждет Нарцисса? -Ну, если ты обещаешь все еще быть хорошей, я уверена, что Дед Мороз не будет возражать против одного раннего подарка, - игриво ответила Нарцисса, помогая разрядить напряжение и смягчить выражение ее лица. Лицо Гермионы оставалось розовым, когда она тихо рассмеялась и аккуратно разорвала бумагу. Уронив на стол груду золота, когда она раскрыла подарок, замешательство сменилось восторгом, когда она открыла то, что на первый взгляд казалось книгой. Обложка была изящно украшена символом семьи Блэков, сомнительный выбор в подарок этой конкретной ведьме, но это была семья...не совсем фамильная реликвия, но что-то вроде столетней давности и сделанная по специальному заказу какого-то предка или другого, который также был поклонником чтения. Хотя снаружи это была всего лишь очередная книга, внутри была небольшая и, без сомнения, дорогая коллекция книг, собранных в библиотеке нарциссы. Там было несколько романов, которыми белокурая ведьма еще не поделилась с Гермионой, первые издания и достаточно редкие, так что она была вполне уверена, что младшая ведьма их не читала, но рядом с рассказами были три книги заклинаний, которые Нарцисса была уверена, что Гермиона не видела. - "Собрание заклинаний и чар Кромвеля для исключительной ведьмы или волшебника на поле боя", - прочитала Гермиона вслух, проводя пальцем по корешку одной книги заклинаний. У двух других не было титула на корешках, но магия, которой они обладали, была ясна по блеску кожи, которая, казалось, вздрагивала, когда брюнетка гладила корешок. Широко раскрытые глаза смотрели на Нарциссу, неуверенные и ошеломленные. -Я не знаю, что сказать, - честно призналась она, чувствуя, что момент требует очевидного заявления. Нарцисса покачала головой и подняла руку. - Пожалуйста, я просто хотела убедиться, что этими книгами пользуется талантливая ведьма. Гермиона заерзала от комплимента, ее улыбка боролась с застенчивостью, которая только что усилилась не по дням, а по часам. - У меня для тебя ничего нет, - сказала Гермиона, закрывая волшебную книгу и проводя пальцами по фамильному гербу. Она, несомненно, изучит его позже. Нарцисса снова покачала головой, бунтуя и желая только одного-чтобы Гермиона простила ее. Эти проклятые блуждающие мысли. - Я благодарна тебе за компанию, - просто ответила Нарцисса, и это было правдой. Последний год стал ярче благодаря юной ведьме. Когда-то Нарцисса чувствовала себя виноватой только из-за карих глаз, которые тускнели, когда она не могла заснуть, мучимая сновидениями о событиях, которые Нарцисса даже не пыталась остановить, теперь она находила своеобразное утешение. Что-то произошло за это время, какое-то понимание. Война разрушила многое, но Гермиона была полна решимости не позволить ей разрушить ее чувство собственного достоинства. Надо признать, что в тот первый раз, когда она увидела Нарциссу в кафе, о котором слышала столько хорошего, она была ошеломлена. Если бы Нарцисса не сбежала, Гермиона, несомненно, сбежала бы. Но за неделю, проведенную без блондиночки, Гермионе стало любопытно. Когда Нарцисса вернулась, это было странно. Гермиона чувствовала, что задыхается от ее присутствия, и все же она продолжала посещать кафе, надеясь, что Нарцисса, возможно, тоже. Ее желание исполнилось, и между ними возникла связь. Гермиона родилась по одну сторону войны, и она поняла, что Нарцисса тоже. Но, когда ей предложили выбор между победой в войне или победой над своей семьей, блондинка выбрала семью. Несмотря на действия нарциссы в прошлом, это имело большое значение в личных откровениях Гермионы относительно блондинки и потенциального прощения, которое она могла предложить. "И в конце концов, - подумала Гермиона, - прощение нарциссы поможет избавиться от той власти, которую сестра имела над ее разумом". Он давно умер, а Гермиона все еще мучилась. -Вы хорошо спали?- Вопрос был привычным, когда Гермиона слишком надолго уходила в свои мысли. Оно стало больше, чем просто сумма слов, произнесенных Нарциссой, и теперь было похоже на шифр. Вопрос показывал заботу, Нарциссе было небезразлично, где находится разум Гермионы, и только это, казалось, помогало. Более сердитые части мыслей Гермионы заявляли, что не имеет ни малейшего значения, что думает Нарцисса. Она всегда будет чистокровной аристократкой, и ничто из того, что она делала, никогда не компенсирует ту пытку, которую она терпела и позволяла себе. Именно из-за них Гермиона теряла сон почти так же часто, как из-за ночных кошмаров. - Я в порядке, - ответила Гермиона, вместо того, чтобы продолжать обычное молчание. Нарцисса моргнула, ее губы изогнулись в улыбке в ответ. Возможно, с младшей ведьмой действительно все будет в порядке. И, возможно, в конце концов ее простят. -В любом случае, - внезапно сказала Гермиона, пытаясь отмахнуться от внезапно сгустившейся атмосферы и потянувшись за маленьким мешочком с шахматными фигурами, - я считаю, что пришло время для твоего следующего проигрыша." -О, вы так думаете?- Нарцисса пылала духом соперничества, так же как и старалась не обращать внимания на серьезные проблемы, все еще стоявшие между ними. - Посмотрим." Драко действительно заглянул к ней в рождественское утро, к большому удовольствию матери, но Люциус остался в своем собственном поместье. У этого человека не хватило манер сказать об этом самому Нарциссе, она должна была услышать это от своего сына, который видел гнев и боль, хотя Нарцисса пыталась скрыть их. Насколько она могла судить, у этого человека не было яиц. С того момента, как его помиловали, он уехал в поместье на другом конце страны, очевидно, слишком боясь встретиться лицом к лицу со своей женой и последствиями своих действий и выбора. Теперь у нарциссы было много чего сказать этому человеку, но она не была по-настоящему взбешена, пока не прошла первая неделя без какого-либо общения. Она ожидала, что наступят дни тишины, даже наслаждалась ею, потому что в поместье было гораздо спокойнее, чем все предыдущие годы, но этого было достаточно. Она посылала сову за совой, колеблясь между яростью и тоской по мужчине, в которого влюбилась. Молодая супружеская пара когда-то была счастлива, и даже когда Драко был маленьким, в этом браке была какая-то радость, но годы взяли свое. Выбор Люциуса взял свое, и то, что не разрушили его собственные действия, разрушил Темный Лорд. В этот момент надежда на возвращение Луция была не только желанием, но и страхом, и большая часть нарциссы надеялась, что этот человек никогда не вернется. Но он был ее мужем, и ее сердце всегда будет болеть за него. К счастью, весь день Драко был идеальным сыном. К несчастью, Нарцисса обнаружила, что ее переполняет любопытство по поводу того, что молодая ведьма, которую она осмелилась бы назвать "подругой", будет делать каждый момент. Драко, к счастью, заметил ее рассеянность только дважды, но решил, что это из-за отца. Нарцисса не могла найти слов, чтобы сказать ему, что ее мысли заняты кем-то, кто был полной противоположностью его отца. Но, конечно, это были не те мысли, которые она питала к ним обоим. Это было бы просто смешно. Один из них был ее мужем, а другой-девушкой, которую она видела, как ее сестра мучила на полу. Мрамор все еще выглядел обесцвеченным. Не то чтобы Нарцисса когда-нибудь смотрела на него. Она расстелила большой ковер больше года назад и с тех пор не позволяла его сдвинуть. Когда Драко ушел, Нарцисса уселась перед камином рядом со своей весело сияющей рождественской елкой. Она подняла бокал к дереву, провозглашая тост за время года и звезды за окном, которые, казалось, соперничали с ее ярким деревом. Они мерцали, как будто знали что-то, чего не знала она. Волшебный дверной звонок прозвенел по всему поместью, отвлекая Нарциссу от ее мыслей. Это был бы не Драко, он просто вошел бы через камин или привидение. Парадные двери не издали ни звука, когда открылись, настолько они были очарованы, но скрипучий голос домового эльфа был почти слышен с того места, где сидела Нарцисса. Она не слышала, кто ответил, но долго ждать не пришлось. В дверях гостиной появилась домовая эльфийка Лала. - Мисс Гермиона Грейнджер, Миледи. Может, мне отослать ее?" Нарцисса была ошеломлена, другого слова не подберешь. Она была совершенно ошеломлена. Гермиона Грейнджер, вот опять. Ее дыхание стало прерывистым, и на мгновение эльфийка с беспокойством посмотрела на свою госпожу, которая выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок, настолько она была бледна. Но Нарцисса сжала губы в тонкую линию, чтобы успокоиться, и покачала головой. - Проводи ее сюда.- Эльфийка не выказала удивления, хотя и почувствовала его. Она поспешила подчиниться, и прошла долгая минута, нарцисса все еще сидела в кресле с бокалом вина, крепко зажатым в пальцах. Почти такое же бледное, как Нарцисса, когда она вошла в гостиную, лицо Гермионы было напряженным и напряженным, но она слегка улыбнулась в знак приветствия. - Привет, - сказала она, не дождавшись ответа от Эльфа, объявившего о ее присутствии. Нарцисса изо всех сил старалась сохранить нейтральное выражение лица. В своем собственном доме, в своих владениях она должна была бы это сделать. Но это место было не только убежищем, но и тюрьмой, и ее голос дрогнул, когда она эхом отозвалась: Затем, стряхнув с себя шок от того, что девушка снова оказалась в своем доме, хотя и на совершенно иных условиях, Нарцисса встала и отставила бокал в сторону. -Должена признаться, я потрясена. Гермиона пожала плечом, и тут Нарцисса заметила что-то в ее руках. -Да, хорошо.. Я полагал, что должена дать тебе это взамен раньше, чем позже. Гермиона мысленно выругалась, услышав, как напряжен ее голос, хотя и испытала облегчение оттого, что Нарцисса тоже казалась неловкой из-за ее присутствия. О чем она только думала? Сверток в ее руках-ничто, обрывок пустоты, ей следовало бы знать это лучше. Нарцисса могла позволить себе сотню вещей и получше. Даже тысяча. Но Гермиона была совсем не такой. Она никогда не позволит, чтобы что-то пошло наперекосяк. Отплатить Нарциссе за ее подарок было вполне естественно. Хотя она могла признать, совсем немного, что это может быть не только о том, чтобы отплатить старой ведьме. Держа коробку, завернутую в зеленую и красную полосатую бумагу, Гермиона не вздрогнула, когда Нарцисса приблизилась. В кафе, где они оба были просто завсегдатаями, это, казалось, помогло Гермионе встретиться лицом к лицу с царственной женщиной. Но здесь, в своем доме, Гермиона была беспомощна против сущности чистокровки. Она была не намного выше, должно быть, из-за туфель, которые на ней были, но длинные струящиеся шелковые серебряные платья, которые надела Нарцисса, скрывали ее обувь. Ее волосы свободно свисали, завиваясь вокруг лица, но несколько прядей были убраны за голову, глаза освещались отражением огня от ее одежды. Это создавало довольно впечатляющую картину, и добавляя великолепие к почти королевской осанке Нарциссы, это было довольно ошеломляюще. Гермиона вздрогнула, когда неожиданно теплые пальцы нарциссы коснулись ее, когда она взяла пакет. Она просто замерзла, сказала она себе. - Спасибо, - сказала Нарцисса, принимая подарок и удивляясь идеально скрученному красному банту, который, как она подозревала, молодая ведьма сделала вручную. В конце концов, ее вырастили маглы. Если раньше это казалось таким ужасом, то теперь Нарцисса испытывала если не жалость, то восхищение. В самом деле, как они живут без магии? Она поколебалась, прежде чем потянуть за красивый бант, а Гермиона с тревогой смотрела на нее. Разорвав бумагу, Нарцисса обнаружила в руках маленькую деревянную коробочку, плоскую, как шкатулка для драгоценностей. Она открыла ее и не смогла сдержать удивления, приоткрыв рот. Внутри, уютно устроившись на бордовом бархате, ее встретило серебряным блеском ожерелье. Серебряная подвеска представляла собой переплетение металла толщиной с две или три нити, скрученные вместе в тонкую руну, которую ведьма смутно узнавала, но не могла определить. Когда Нарцисса постучала пальцем по подвеске, чувствуя магию до самых костей, появилась маленькая фиолетовая искорка, и она стала теплой, умиротворяющее ощущение охватило белокурую ведьму. - О, - раздался удивленный звук. Это было что-то новенькое. - Я использовал последействие одурманивания, чтобы сплавить несколько серебряных нитей вместе, а затем наполнил все это успокаивающим напитком. Я подумал, что все это может быть приятно, когда ты нервничаешь. Ты и раньше казалась обеспокоенной, а в последнее время все чаще.- Слова сорвались с губ Гермионы, поразив Нарциссу своей точностью. На самом деле, в последнее время она чувствовала себя обеспокоенной, главным образом из-за странной связи, которую она чувствовала с самой ведьмой, делающей это наблюдение. Но она верила, что хорошо это скрывает. Очевидно, это было не так. - Понимаю.- Нарцисса снова провела пальцем по руне, удивляясь. -Что это значит?" Гермиона подошла поближе к нарциссе и тоже посмотрела на ожерелье, стараясь не смотреть на ведьму. Пока что ответ на ее подарок был не совсем положительным, как она надеялась, но и не совсем отрицательным, так что Гермиона надеялась, что он был принят хорошо. - Это примерно означает "Новый год". Я подумала, что это будет хороший символ, возможно, что мы...болтали почти год, - Гермиона сделала паузу, чтобы перевести дыхание, глядя только на ожерелье, затем продолжила, - и, возможно, также, хороший символ надежды на еще один год компании.- Нарцисса была тронута мыслью, которая вошла в этот дар, и очевидным магическим мастерством, необходимым, чтобы сделать его. Одна рука поднялась, чтобы коснуться ее обнаженной шеи, отметив, что она не надела ожерелье, даже когда ее шея была обнажена, с тех пор как шесть месяцев назад она сняла то, которое Люциус подарил ей на их третью годовщину. Возможно, ей нужны перемены. Взглянув на Гермиону, которая все еще избегала ее взгляда, Нарцисса улыбнулась. -Мне нравится, - наконец сказала она, - это красиво. Вы не поможете мне надеть его? Нарцисса повернулась и отложила коробку в сторону, снимая ожерелье, как она просила, так что она не видела, как Гермиона просияла, соперничая с ее рождественской елкой, от похвалы, пусть и мягкой. -С удовольствием, - честно ответила Гермиона, забирая у нарциссы ожерелье. Белокурая ведьма подставила ей спину, приподняв волосы. Гермиона протянула руку, стараясь не соприкоснуться с Ох-такой-бледной плотью, когда застегивала защелку. Ее тревога по поводу того, что она снова оказалась в поместье, на мгновение была забыта. Когда Нарцисса отпустила волосы, Гермиона уловила запах ее мыла, что-то с апельсином. -Как это выглядит?- Спросила нарцисса, на что Гермиона улыбнулась и, наконец, снова встретилась с ней взглядом. Светлые локоны веером развевались вокруг лица старшей ведьмы, выражение ее лица было более счастливым, чем когда вошла Гермиона, намек на зубы почти показался в ее улыбке. "Прекрасный."