Чаепитие

Фиалки, отметила Гермиона, занимали какое-то место в сердце Нарциссы. Цветочные ящики, выстроившиеся вдоль стен и полок под потолком их кафе, щеголяли цветами, когда весна всерьез вступила в свои права. Это было неоспоримо, то, как загорелись глаза нарциссы, когда они остановились на сине-фиолетовом пятне, покрывавшем это место. Само по себе это, возможно, мало указывало на какие-то особые предпочтения. Но Гермиона привыкла наблюдать за белокурой ведьмой, когда думала, что никто ее не видит. Гермиона всегда смотрела. В поместье, постоянным гостем которого стала Гермиона со своей шахматной доской, цветы покрывали большую часть комнат, которые она видела до сих пор. Большой зал был залит нарциссами, чайная комната-каллами, но гостиная, где они сидели, разговаривали, играли и читали, была буквально завалена фиалками. Огромные полосы голубых цветов с нежной белой бахромой рассыпались по краям камина и с каждого широкого подоконника. Гермиона задумалась, есть ли в них смысл, или Нарцисса просто находит их красивыми. - Где твоя голова, Гермиона?- спросила Нарцисса с почти дразнящей ноткой в голосе. В последнее время ей не нужно было спрашивать о ночных кошмарах. С самого Рождества-ни разу. Нервные пальцы играли с идеей дотянуться до ее шеи, но кулон, который она привыкла носить, отсутствовал. Он стал ежедневным продуктом питания, холодные серебряные пряди покоились в ложбинке ее горла и излучали спокойствие, которое Нарцисса редко чувствовала способной вызвать самостоятельно. Но пока она сидела в своей гостиной, отделенная от Гермионы не более чем шахматной доской. - Извини, - Гермиона с робкой улыбкой оторвалась от своих мыслей, ничуть не смущенная тем, что ее поймали. -Я просто восхищался твоими цветами. Есть ли причина, по которой у вас их так много? Нарцисса передвинула свою фигуру на доске, бросив взгляд на гостью, а затем на цветы. - Есть, - ответила она, снова складывая руки на коленях. Гермиона ждала подробностей, но не получила их. На лице нарциссы застыло непроницаемое выражение, слившееся в нечто вроде той прекрасной маски, к которой привыкла девушка. - Извините, я не хотела совать нос в чужие дела, - последовало еще одно извинение, на которое блондинка покачала головой. -Нет, ничего особенного.- Нарцисса отмахнулась, Гермиона-нет. -Нет, правда, это не мое место, - и теперь девушка слегка смутилась. Для Нарциссы проявление эмоциональной реакции, не сопровождавшейся ее царственной маской, было странностью, и Гермиона не знала, как реагировать. Она молча прошла свою очередь, избегая взгляда сидящей напротив нее ведьмы. -Так и есть..- Нарцисса заколебалась, завладев полным вниманием Гермионы, - они предназначены для этого..своего рода успокаивающий метод. Лицо ее раскраснелось, глаза были устремлены на шахматную доску, по причине, которую девушка не могла определить. - А фиалки - мои любимые. - О, понятно, - кивнула Гермиона, - ты действительно находишь их такими успокаивающими?- Она подумала, что, возможно, кулон больше не функционирует так, как должен. Глаза Нарциссы с удивлением встретились с глазами младшей ведьмы, и ее голос стал выше. - Я имел в виду тебя, Гермиона.- Румянец на ее щеках пополз вниз по шее от непонимания и нечаянного объяснения. Пальцы нащупали фигуру на шахматной доске, придвинув ее на шаг ближе к чеку. - Для меня?- Спросила Гермиона тихим голосом, увидев вспышку цвета, любимого Нарциссой, в Новом Свете. -Но..почему?- Она могла себе представить, но услышать это от белокурой ведьмы вдруг почувствовала необходимость. - Это так..был..темное место для тебя. Я хотел убедиться, что в комнату внесли немного света. Немного жизни.- Нарцисса тоже говорила тихо, ранимо, чего не позволяла себе уже много лет. - Ты хотел, чтобы я чувствовала себя комфортно, - перевела Гермиона, ее улыбка была одновременно искренней и недоверчивой. -Я хотел, чтобы ты захотела вернуться. Сглотнув, Нарцисса провела рукой по бедру в успокаивающем жесте. - Ты принесла мне такой покой, Гермиона. Я только хотел сделать то же самое, в какой-то мере. Гермиона моргнула, потеряв дар речи от такой прямолинейности этой ведьмы в особенности. Ее собственный румянец сравнялся с тем, что еще не умер на лице женщины, сидевшей напротив нее. Чувствуя себя неловко в тишине, Нарцисса подняла руку туда, где обычно лежал ее обычный кулон. Заметив, как пальцы постукивают по бледной ключице, Гермиона облизнула губы и спросила: Нарцисса замерла, нахмурив брови. - Так и есть. Почему?- Прекрасное отвлечение от напряжения предыдущего момента. -Все дело в этом..- Гермиона была единственной, кто колебался тогда, - я никогда не видел тебя в нем.- Признание того, что она хотела бы, даже самой себе, говорило о растущей силе ее привязанности к старшей ведьме. Придерживаясь честной темы последних нескольких мгновений, Нарцисса ответила: -У вас почти такой же эффект, делая кулон ненужным. -О. Краткое разочарование, а затем понимание укоренились в груди Гермионы в форме тепла, которое она узнала, но не признала. Она промолчала, решив отложить разговор на другой день. Потому что будет еще один день, в этом она была уверена.