алфавит отношений

есть что-то особенное в том, чтобы развалиться на кровати пластом в форме звёздочки и смотреть в потолок совершенно ни о чём не думая. в голове пустынное поле, над которым палящее солнце, что не даёт ни одной лишней мысли пробраться в эту самую пустыню. только сейчас это совершенно не то, что было необходимо джисону. на носу сдача проекта маячит, за который парень до сих пор не брался даже. потому что пустыня. потому что в голову ничего не идёт. из-за чего он воет, прикрыв лицо ладошками, и нехотя их отрывает тут же, чтобы взглянуть на проём двери, где стоит минхо, решивший, что сейчас самое время потревожить «покой» своего парня. — кто убивает? — жизнь, — обречённо выдаёт джисон, хлопает ладонями по кровати и поднимается, принимая положение сидя, — нахуй эту учёбу, заебало всё, — бурчит под нос. минхо снисходительно улыбается, подходя ближе, садится рядом, приобнимает. — что на этот раз? — минхо поглаживает джисона по спине в качестве поддержки, свободной рукой словив чужую ладонь, сжимает. — да всё то же самое, — сжимает в ответ, вздыхает тяжело, глаза от пола отрывает, поворачиваясь в сторону своего парня и встречаясь с ним взглядом. придвигается ближе, утыкаясь своим лбом о чужой, моргает несколько раз, но не отстраняется, смотрит. в какой-то степени вот так смотреть на минхо успокаивает, особенно ощущение чужого тепла рядом приносит какое-то умиротворение, словно рядом с ним попадаешь под защитный купол, в котором никто не сможет задеть. — ничего не пишется, я обречён, — тихое прямо в губы. минхо на это лишь руки их расцепляет, дотрагиваясь до щеки джисона, и трётся своим носом о чужой. — могу чем-то помочь? джисон губы поджимает, глаза прикрыв, и трётся о предоставленную прямо для него ладонь, — ничем, — отстраняется, снова опустив взгляд в пол. — просто… в голове совершенно ничего, я не знаю даже с чего начать? вдохновения совершенно нет, знаешь, — неожиданно активно под себя ноги подсовывает, повернувшись всем телом прямо к минхо, — в голове словно мартышка в бубен бьёт, — и руками хлопает перед лицом минхо. — это я тебе сейчас в бубен дам, — смеётся, — а она в тарелки бьёт. — у меня в бубен! — как недовольный маленький ребёнок, а не студент четвёртого курса звучит. — хорошо, у тебя в бубен, — решает не спорить минхо, но улыбка с лица не сползает. — вот как ты вообще закончил это дерьмо? — с отличием, — минхо горделиво приподнимает голову, словно пытается кончиком носа поддеть воздух. — иди ты, я не про это, — джисон бьёт легонько своего парня по плечу. тот даже не шелохнулся, о чём-то задумавшись. даже улыбка исчезла с лица. джисон уже хотел уточнить, что случилось, но этого не потребовалось даже. — о чём ты обычно думаешь, когда пытаешься что-либо сочинить? в первую очередь. ну, что тебе помогает сосредоточиться и уловить за хвост вдохновение? джисон вспыхивает и взгляд отводит в сторону, бурча: — с чего вообще вдруг такими словами заговорил. — ммм… — приближается ближе, щёлкает по носу, — а ты чего так покраснел? — ничего я не покраснел, — возмущается тут же джисон и чуть тише добавляет, — просто ты смеяться будешь. — и когда это я вообще над тобой смеялся? — всегда! — как и ты. — мы сейчас вообще-то о тебе говорим, не надо тут, — уже снова смотрит на минхо. — и о твоём вдохновении, — и в голове что-то щёлкает после озвученного, — о… — только и выдаёт старший, укладывая приобретённую информацию у себя в голове по полочкам. пару секунд спустя довольно жмурится, улыбается. — так ты думаешь обо мне, — констатирует он, а джисон под его взглядом тушуется и хочет провалиться сквозь землю, — нет, это не новость, конечно, но интересно. давай, скажи это. — нет. — ну же, ты что, стесняешься? — и минхо смеётся ещё громче, после чего с громким звуком падает с кровати на пол. — хватит ржать, — джисон не удерживается и спихивает того, двинув ногой со всей силы по бедру. тот даже смеяться перестаёт, лишь поднимается, потирая свой зад и болезненно морщась. — вообще-то больно, — но в голосе ни капли злости. — так тебе и надо, — и высовывает язык. у джисона настроение немного приподнялось, но благодарить минхо за это вслух он не будет, обойдётся. — садюга. — вот кто бы говорил, — джисон лишь закатывает глаза на это, — показать тебе мой бок, на котором следы после вчерашнего? — я могу повторить, — бровью шевелит, игриво улыбаясь. — ой, иди уже отсюда, ничем не помогаешь, — джисон хотел уже было потянуться к подушке, чтобы кинуть её в стоящего парня, но тот оказывается быстрее, наваливаясь на джисона сверху, придавливая к кровати. — я всё ещё за повторить, — и не дожидаясь ответа, опережая все возможные дальнейшие возмущения, припадает к губам джисона, сразу захватив в плен нижнюю, втягивает, следом слегка прикусив, на что джисон шипит, но не отталкивает, а сам уже руки в чужие волосы запускает, на затылок давит, к себе прижимая. в ответ цепляет языком чужую верхнюю, заячью, всасывает, от чего минхо выдыхает, не отстраняется, руками под футболку забирается, талию джисона сжимает, углубляя поцелуй, когда тот сам пытается проникнуть в его рот. минхо снова оказывается быстрее, но джисон, в общем-то, не против и так. его ведёт, в голове давно уже нет места для мыслей об учёбе, а лишь привычное ежедневное «минхо, минхо, минхо» бегущей строкой. под чужими руками плавится так же быстро, как лёд на огне. только руки ниже опускает, по шее ногтями ведёт, давит на позвонок. минхо прерывает поцелуй, но не отстраняется сразу же, касается чужих губ в уголке, целует в подбородок, ослабляет хватку свою, руками просто поглаживает, спускается ниже по шее, мажет губами, кусает в изгиб шеи, после проходясь по следу языком, губами втягивает нежную кожу — его любимое место, где снова и снова появляются новые метки на джисоне, а тот подбородок вверх сильнее задирает, предоставляя больше пространства, пальцы на ногах поджимает, футболку на минхо комкая. минхо перекатывается на бок, тычет в след на шее, явно довольный своей работой, улыбаясь, довольный как слон. — у тебя сейчас лицо треснет, — джисон поворачивается тоже на бок, лицом к лицу, — а мне снова это замазывать. — я поэтому так и старался, — в глазах, кажется, чертята шныряют. — идиот. — ну так твой, — на это заявление джисон фырчит, ближе придвигаясь, ногу на чужое бедро закидывает. больше никто ничего не говорит и не делает, лежат, просто смотря друг на друга, думая каждый о своём. минхо думает, можно и спать ложиться уже, не важно, что сейчас лишь шесть вечера. завтра всё равно выходной. — вообще, — тишину нарушает голос джисона, — если ты ожидал услышать от меня что-то типо «ты моё вдохновение», то давай на выход, — минхо хмыкает, но так и не отвечает, ждёт, что скажет джисон дальше. за столько лет вместе, хотя официально лишь как четвёртый год идёт, даже по взгляду они научились понимать, когда следует немного ещё подождать, и джисон не заставляет себя ждать, дополняя, — ты и правда моё вдохновение, — руку кладёт на лицо напротив, — ты и сам это знаешь. но… — но? — а это уже интересно, что минхо даже приподнимается на локте, но рука с его лица не исчезает. — но я вообще вспоминаю очень часто тот день, когда ты мне признался. помнишь? — не-а, — пытается подшутить, но джисон дуется, руку свою тут же с лица убирает, но далеко ей всё же не удаётся сбежать, минхо перехватывает, за запястье хватая, и обратно к своему лицу подносит, — помню, конечно, — целует в запястье и обратно на лицо к себе кладёт. джисон трескается. сколько бы раз минхо не делал так, каждый раз он рассыпается на кусочки от таких прикосновений, на первый взгляд для кого-то кажущихся совершенно ничем, когда по сути своей они важные, драгоценные и даже в какой-то степени интимные. и знает, что когда он сам касается губами чужого плеча, тот чувствует тоже самое. — ты тогда сам заболел, — волнение в голосе непонятно откуда взявшееся проявляется, из-за чего джисон вдыхает-выдыхает глубже, собираясь с мыслями, чтобы чётче сформулировать. — когда пришёл, чтобы посидеть со мной, а в итоге сам слёг. ну точно дед, на которого любая болячка осядет, — посмеивается, — я чувствовал себя виноватым в этом, — уже серьёзнее сказано. — до сих пор в голове отчётливо твоё сопливое лицо, — и снова смеётся, за что получает шлепок по руке, но говорить что-либо минхо не спешит. — по факту это я тебе признался, точнее хотел, ты буквально сорвал мою фразу с языка. я просто понял, — замолкает на пару секунд, крепко сомкнув в губы, — понял, что не хочу тебя делить ни с кем вот такого, даже сопливого. до сих пор в голове тот твой хриплый голос с «ты мне нравишься». и как ты после этого ещё расчихался, — уже почти смеётся, вспоминая, какими они были несколько лет назад. — я просто подтвердил свои слова! ты потом вообще ко мне сопливому такому сразу полез целоваться, так что не надо тут. — я тогда и сам был не лучше. — и то верно, — минхо ложится головой на подушку, притягивая джисона к себе, обнимает, нога того до сих пор покоится на его бедре. так, окунувшись в воспоминания тех дней, и засыпает с улыбкой на лице. просыпается спустя пару часов от мучившей жажды и того, что рядом никого нет. бредёт на кухню, пытаясь рукой пригладить растрепавшиеся волосы, и подтягивает на ходу сползшие ниже косточек домашние штаны. на кухне джисон сидит с серьёзным лицом и гитарой в руках, перебирая аккорды и периодически что-то записывая себе в тетрадь. минхо тихонько подкрадывается, обнимает со спины, укладывая подбородок на чужое плечо, зная, что тем самым будет мешать, по головке за это его никто не погладит, но это его не останавливает. он целует джисона в шею, в излюбленное им самим место, и шепчет на ухо: — пошли спать, твоё вдохновение от тебя всё равно никуда не сбежит, обещаю.