Слишком совершенный, чтобы отказаться

— Та-дам! — протянул Соник, тыкая в нос собрата тарелкой, накрытой полупрозрачным колпаком.       Поздний вечер, стук в дверь, а стоило открыть — тут это.  — Что это? — растерялся Шедоу, машинально приняв подношение.  — Твой кусок торта! — торжественно заявил ёж. — Я всё-таки надеялся, что ты придёшь, но знаю, что ты не любишь шумных компаний… — улыбка его поплыла, как подтаявшее мороженое, но от тут же встрепенулся, взяв себя в руки. — Так что я решил заскочить и угостить. Тэйлз обещал сейчас устроить фейерверк. Может, всё-таки придёшь? Хотя бы на пару минут! — он даже сложил ладони в молитвенном жесте.  — А что за праздник у вас? — уточняет всё ещё растерянный парень.       Соник изменился в лице. Обескураженное выражение ему совершенно не идёт.  — Ты должен был получить приглашение, — растерянно бормочет синий. — Сегодня мой день рожденья.       От такого уже сам хозяин дома удивлённо распахивает глаза. Хотя это объясняет торт. Шедоу отставляет тарелку на тумбу у двери и берёт оттуда же пачку входящих писем. Целая кипа по-разному оформленных зазывающих и умоляющих приглашений присоединиться к Эггману в борьбе с Соником. И среди них скромно приютилась простоватая карточка с изящными синими буквами.  — Чёртов Эггман, — фыркнул себе под нос чёрно-алый.       Парень хотел обернуться и что-то сказать Сонику, но когда обнаружил того стоящим к себе вплотную, забыл что.       Соник смотрел жадно, жаждуще, без прежней тоски, от чего даже становилось теплей на душе. Они легонько коснулись носами, и в голове чёрно-алого снова мелькнуло «поцелуи». Гость подался вперёд и мягко коснулся губами губ.       Шедоу в этот раз воспринял ситуацию спокойней, положил руки на плечи собрата и шевельнул губами, отвечая на его ласки.       В этот момент что-то на улице вспыхнуло голубоватым цветом. Соник дёрнулся и отстранился, вышел на улицу.  — Блин! Мне надо бежать, а то без меня всё закончится, — воскликнул синий и умчался в сторону цветастых всполохов где-то над пляжем.  — Эй! — вяло выкрикнул ему вдогонку хозяин дома в лесу, но тот навряд ли услышал.       Соник был прав, когда говорил, что чёрно-алый не любит шумных компаний. Но хоть он и злился, и раздражался порой на синего, всё же ненависти к нему особо не питал. Особенно после того "разговора" без слов на пляже. Потому, если бы Шедоу заранее знал о дне рождения собрата, то наверняка пришёл бы поздравить. Может, даже купил бы что-нибудь в подарок. Ну, по крайней мере, следует его хотя бы нормально поздравить.       Чёрно-алый сосредоточился и телепортировался на пляж, точнее на самый край пляжа, так что его появление скрыли кусты.       Вся компания Соника и несколько их знакомых пялились на яркие цветные всполохи фейерверков в небе прямо над ними. Пристально уставившись на собрата, чёрно-алый добился нужного результата — синий почувствовал на себе взгляд и обернулся. Увидев Шедоу, ёж расплылся в такой счастливой улыбке, что чёрно-алый невольно покраснел.  — Ты всё-таки пришёл, — восторженно зашептал Соник, когда незаметно ускользнул от друзей и вместе с собратом спрятался за деревьями.       Издали всё ещё доносились хлопки запускаемых небесных цветов и восторженные ахи толпы.  — Я так и не сказал: с днём рожденья, — тихо проговорил в ответ парень. — Но подарка у меня нет.       Собеседник коварно улыбнулся, и Шедоу вдруг сообразил, что он хочет сейчас сделать.  — Мне кажется есть кое-что, что ты мог бы мне подарить… — начал синий.       Не давая себе подумать, чёрно-алый схватил собрата за плечи и сам коснулся губами его губ. Соник поражённо застыл, от чего и сам Шедоу растерялся. Но всё же собрался и продолжил проявлять инициативу. Синий разжал зубы, лизнул губу собрата, и чёрно-алый вспомнил про язык. Касаясь языками, чувствуя лёгкую сладость перемешанной слюны, они даже не заметили, как затихло световое шоу. Но стоять так дальше было невозможно. Руки синего опять оказались на ягодицах Шедоу, когда они прервались, тяжело дыша. Чёрно-алый почувствовал себя неловко, а Соник даже не отодвинулся. Синий потёрся щекой о щёку собрата, опустил голову, уткнулся в изгиб, где шея Шедоу переходит в плечо, и сладостно вдохнул. У чёрно-алого побежали мурашки, но отталкивать парня не было веской причины. Эти объятия были жаркие, как поцелуи, и при этом в них скрывалось что-то уютное, душевное, давно позабытое красноглазым ежом.  — Я не совсем это имел в виду… Но и так классно, — расслабленно шепчет синий в чужое плечо.  — А что ты хотел? — всё ещё млея после поцелуя, уточнил чёрно-алый.  — Не важно, — буркнул Соник. — Спасибо, что пришёл.       Продолжать расспросы совсем не хотелось. Шедоу огладил синие плечи и опустил свои руки на спину собрата, под спинные иглы, нежно поглаживая. Синий блаженно вздохнул.       Громыхнули новые фейерверки, и небеса озарили очередные цветные вспышки. Розовые, жёлтые, красные и голубые. Видимо, они должны были быть синими, но из-за яркости отдавали цветом дневного неба.       «Голубой», — подумал чёрно-алый, и в голове завертелись мысли.  — Гей… — одна из них вырвалась вслух.  — Что? — переспросил Соник, всё ещё выдыхая в плечо собрату и поглаживая того по пояснице.       Шедоу подумалось, что если б они потоптались на месте, а не стояли столбом, то это было бы похоже на танец.  — Ты гей? — чуть громче произнёс он, и синий вздрогнул всем телом, будто его ударили, но лица не поднял. Только замер.  — Нет, — голос был абсолютно пустой.  — А… Ты ведь в курсе, что я парень? — осторожно уточнил чёрно-алый, ощутив, как в груди холодеет.       Собеседник нервно хохотнул.  — Я заметил, — ёж поднял наконец голову и глянул в рубины глаз. — Но в случае с тобой это не важно.       Шедоу даже не успел понять, как отнестись к таким словам, как с пляжа послышались возгласы — друзья звали Соника.       Следующая встреча двух ежей состоялась после очередной битвы с Эггманом. Шедоу, пронаблюдав за победой команды Соника, объявился перед победителями, и после пары привычных колких фраз ежи замелькали в схватке.       Синяя и золотая вспышки носились по улицам деревни. Периодически ежи сворачивались и сталкивались спиндешами. Битва закончилась неподалёку от дома Соника. Шедоу повалил собрата на землю и занёс кулак для удара.  — Уф, это было неплохо, — улыбнулся синий, почёсывая у себя за ухом. — Не хочешь заглянуть ко мне, чего-нибудь выпить?       Шедоу сбился с настроя драться — таким обезоруживающе расслабленным казался Соник под ним. А потом чёрно-алый понял, что сидит на собрате выше колен, почти на самых бёдрах. Дыхание всё ещё было учащённым после битвы. Шедоу разжал кулак и опёрся руками по бокам от синей головы. Соник сперва удивлённо замер, а потом предвкушающе улыбнулся. Чёрно-алый, глядя на губы собрата, нагнулся ещё чуть-чуть и потёрся носом о его нос, выдохнул. И когда Соник потянулся за поцелуем… спросил:  — Минералки?       Шедоу с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться из-за того, как вытянулось лицо синего.  — Я бы выпил минералки, — всё-таки пояснил чёрно-алый, хохотнув.       Персиковая шёрстка на щеках зеленоглазого ежа с трудом скрыла румянец. Шедоу насмешливо и тепло улыбнулся такому зрелищу, встал и протянул руку другу, помогая подняться.       Наблюдая, как Соник уносится в свой дом и возвращается с питьём, чёрно-алый думал, что нашёл хороший способ поддеть синего надоеду без прежних злых слов. Всё-таки для старых издёвок что-то пропал запал. Сколько бы синий не вызывал раздражения, тепло на душе, вызванное его вниманием, перевешивало.       Казалось бы, жизнь заиграла новыми красками, но стали проявляться тёмные тона. К обычным встречам команды Соника и Шедоу, примешались тайные и явно неслучайные встречи двух ежей. Чёрно-алый теперь не пытался скрыться, когда в поле зрения неожиданно появлялся Соник, а ждал действий собрата.  — Тебе нравится гулять у реки? — поинтересовался однажды синий, когда они в очередной раз пересеклись у реки.  — Не особо, — вяло отозвался Шедоу, шагая вдоль названного водоёма рядом с собратом. — В жару здесь прохладней. А что?  — Да так, просто интересно, — отозвался Соник, улыбаясь и перебирая иглы на затылке.  — Ты так каждый раз отвечаешь, — недовольно бурчит парень. — Информацию на меня собираешь, что ли? — грозно зыркнул на собеседника хмурый ёж. — Да нет, с чего бы, — тут же отмахивается Соник, в обезоруживающем жесте показывая ладони. — Мне, правда, просто интересно. Ты не особо разговорчивый, вот я и пытаюсь узнать тебя получше.  — Зачем тебе это надо? — не переставал недоумевать чёрно-алый.       Шедоу не пытался отрицать, что внимание синего ему приятно, но они ведь долго были врагами, всегда соперничали. Чёрно-алый успел наговорить собрату очень много оскорблений, столько раз пытался воткнуть палки в колёса, а теперь Соник хочет узнать его поближе… Всё-таки до полного понимания этой синей занозы ещё далеко.       Их поцелуи порой такие же страстные, как в тот первый раз на пляже, порой более тёплые и ласковые, наполненные объятиями, порой резко прерываются. Одно дело, когда ежи позволяют моменты нежности в неподходящих местах и в неподходящее время — где-то в черте деревни, на пляже — и их вынуждали напряжённо отскочить друг от друга приближающиеся голоса. Но когда это происходило совершенно внезапно, когда Соник в самый сладостный момент вдруг резко отстранялся и уносился вдаль, даже ничего не сказав… Шедоу это начало по-настоящему злить. Списать на резко возникшие дела такое нельзя, хотя когда чёрно-алый спрашивает, Соник именно так пытается отшутиться.       Когда эта фигня происходит в очередной раз, Шедоу выходит из себя и решает больше этого не терпеть.  — Не ожидал твоего появления сегодня, — с предвкушающей улыбкой признаётся синий, лежа под собратом.       Поза довольно двусмыслена: чёрно-алый прижимает руки Соника к земле, сидит на его бёдрах. Но синий как всегда безмятежен, и такая игра, похоже, распаляет в нём азарт.       Целоваться в этой позе не так классно, и Шедоу отпускает руки собрата, позволяя ему перебирать белый мех на груди, оглаживать чёрные бока и ягодицы. Соник даже добирается до хвоста собрата, но он ненавязчив, ласковые пальчики проводят по короткой конечности нежно, почти невесомо. Потом возвращаются на ягодицы.       В какой-то момент Соник отчётливо стонет в губы собрата. Это как будто его отрезвляет, он распахивает глаза, кладёт руки на грудь тёмного ежа, пытается оттолкнуть. Но Шедоу снова приникает к его губам своими. Синий мычит, дёргается, но он так же распалён, как и собрат, и быстро смиряется, с новой страстью сплетая язык с его языком. Снова стонет уже громче и сильней прижимает партнёра к себе.       А потом Шедоу вздрагивает и, наконец, многое понимает каким-то отдалённым участком сознания. Потому что основной разум заполняет воздушность, будто душу засунули в воздушный шарик и запустили в небо, и теперь он связан с ней только тонкой ниточкой. С краешка губ стекает слюна, но сложно сказать, кому из ежей она принадлежит. Руки Соника всё ещё на заднице собрата, но чёрно-алый уже отстраняется от разгорячённого тела. В бедро упирается твёрдый, горячий член. Он поблескивает от смазки, и сразу вспоминается влага на шерсти в районе бедра в тот день на пляже. А в голове у Шедоу совсем пусто, и краем сознания ёж отмечает за собой чувства: испуг, замешательство, брезгливость, сожаление.       Соник всё ещё тянет ежа на себя, но чёрно-алый резко встаёт. Тут синий читает эмоции собрата по лицу и, наконец, приходит в себя, распахивает в ужасе глаза, глупо пытается прикрыть промежность руками.       Шедоу поспешно разворачивается и уходит, чувствуя потребность немедленно остаться в одиночестве. А когда слышит, что Соник подскакивает с земли и движется в его сторону, чёрно-алый телепортируется.