Глава 75
7 ноября 2020 г., 09:26
Пауки — страшные существа. Они сидят в центре паутины, и всё, до чего дотягиваются тончайшие нити, попадает под их полный контроль. Пауки терпеливо выжидают решающего момента, чтобы опутать своими сетями весь мир.
Том Риддл обладал ангельской внешностью и паучьими повадками: он начал отлавливать в свои зловещие сети совершенно неподготовленных к этому людей.
Февраль 1945 года
— Вы видели передовицу «Ежедневного пророка»?
— Мерлин, как такое могло произойти? Сотни дементоров внезапно… умерли?
Все озадаченно переглядывались. Дементоры не имеют физического тела, не чувствуют боли, не испытывают потребности ни в пище, ни в воде, поглощают отрицательные эмоции людей. Единственное заклинание, способное ненадолго отогнать дементоров, — это Патронус. Как такие существа могут умереть?
Сигнус Блэк подцепил вилкой кусочек пирога и слегка склонил голову вбок, обращаясь к сидящему рядом Тому:
— А как насчет Азкабана? Заключенные что, теперь смогут сбежать оттуда?
Риддл как всегда улыбался, но эта улыбка необъяснимым образом пугающе подействовала на Сигнуса. Затем Том перевел взгляд прямо на Блэка, и уголки его губ растянулись еще шире:
— Ты, должно быть, рад, Сигнус. Насколько я помню, в Азкабане сейчас находятся несколько представителей семьи Блэк, верно?
Сигнус вздрогнул и резко вскинулся. От взгляда черных глаз сидящего напротив приятеля его пробрало ледяной дрожью.
Откуда Риддлу об этом известно?! Стоит кому-то из семьи опорочить славное имя Блэков, так информация об этом человеке оказывается недоступной внешнему миру, а имя предателя выжигается с генеалогического древа. О заключенных в Азкабан со временем забывают. Риддл, сирота без роду и племени, просто не мог этого знать! Если только… Малфой проболтался? Нет, даже Малфои пребывают в неведении.
И тут его «приятель» тихонько усмехнулся, вырвав Сигнуса из состояния напряженности. Том Риддл поднялся со скамьи и как-то по-особенному ласково посмотрел на Блэка. В глубине его глаз затаились смешинки:
— Я ведь просто пошутил, чего ты так занервничал?
Сигнус не отрываясь наблюдал, как Риддл покидает Большой зал. По позвоночнику противными струями стекал холодный пот. О каком спокойствии может идти речь, когда посторонний отлично разбирается во внутренних делах Блэков?
Из Большого зала Том направился в другую часть замка через освещенную ярким солнцем лужайку. Он вырос и теперь больше не боялся выставлять свои намерения напоказ. Из подростка Том превратился в молодого, полного сил мужчину, который широким шагом двигался к своей цели, полный решимости победить.
Дементоры — это не первая и далеко не последняя группировка последователей, примкнувших к Волдеморту. Вырвавшись из Азкабана, они стали собираться в холодных, сырых местах, поджидая добычу.
А Том тем временем обратил свой взор на чистокровную семью, обладающую лучшими ресурсами в волшебном мире.
Март 1945 года
Абраксас Малфой вальяжно восседал в кожаном кресле в гостиной Слизерина, держа в руках трость с набалдашником в виде змеиной головы — символ его силы и власти. Серые глаза не отрываясь следили за молодым человеком напротив.
— А ты немного изменился, Том.
Том улыбнулся в ответ, слегка прищурившись.
— И ты похорошел, мистер Малфой, председатель Попечительского совета.
Малфой любовно погладил набалдашник трости, невозмутимо-оценивающе рассматривая семикурсника.
Тот и вправду изменился. Этот Том Риддл, просто сидя в кресле, всем своим видом излучал честолюбие и пугающую жажду власти. От него веяло угрозой.
Да, именно угрозой. В прошлом Малфой всегда рассматривал Тома Риддла как своего верного помощника для будущих предприятий. Он осознавал, насколько опасен и амбициозен этот человек, но осмелился взять его под свое крыло, полагая, что Риддл не представляет угрозы для его семьи. Отсутствие влияния и семейных связей играло здесь свою неоспоримую роль.
Без семейных связей Риддл не смог бы добиться ни власти, ни влияния, ему бы не удалось создать альянсы с другими семьями и заполучить союзников. Так, выход у него был только один — целиком и полностью положиться на клан Малфоев.
Но план Абраксаса потерпел фиаско.
Он и не заметил, как Том начал собирать вокруг себя преданных сторонников. За короткий срок численность их возросла настолько, что и другие группировки изъявили желание присоединиться. Гордый Малфой не принимал данное обстоятельство всерьез вплоть до вчерашнего вечера, когда Том получил приглашение от Блэков. Тут-то Абраксас понял, что все кардинально изменилось.
Каких-то три месяца назад он воспринимал Тома как своего самого выдающегося последователя. Теперь же Риддл стал для Малфоя самой большой угрозой.
Абраксас пригладил волосы и нарочито беззаботно спросил:
— Том, не желаешь ли погостить в поместье Малфоев после окончания школы?
Том облизнул губы и выдал безупречную улыбку:
— Нет, я планирую немного поработать в магазине «Боргин и Беркс».
— Это ведь лавка темномагических артефактов, — подтрунивал над ним Абраксас, пытаясь скрыть вспыхнувшее во взгляде негодование.
Ах, вот как! Он предложил Риддлу присоединиться к лагерю Малфоев, а тот отказался!
Два года назад Том принял помощь Малфоев и через них заполучил доступ к чистокровным семьям и политическим кругам. Так значит, теперь волчонок подрос, отрастил острые клыки, окреп настолько, что хочет избавиться от покровительства матери-волчицы?
Том Риддл лениво склонил голову набок, сверля Абраксаса взглядом темных глаз, напоминающих бездонные морские впадины:
— Надеюсь, что однажды я смогу принять у себя главу клана Малфоев.
Абраксас на публике всегда превосходно контролировал свои эмоции, но сейчас ему никак не удалось скрыть промелькнувшее на мгновение выражение мрачного недовольства. Он поднялся из кожаного кресла и снисходительно посмотрел на Риддла:
— Том, не пытайся бросать вызов моей семье.
Риддл тоже встал с места. Высокий, статный юноша всем своим видом демонстрировал вежливость и воспитанность, и только в черных глазах вспыхнули опасные красноватые угольки, что несколько сбило спесь с обычно надменного Абраксаса Малфоя.
— Нет, что ты! Я предлагаю тебе вступить в ряды своих сторонников. От этого сотрудничества семейство Малфоев может получить такую выгоду, что тебе и не снилось. Я могу упрочить ваше положение в волшебном мире, установить свои правила, по которым будет действовать новый режим. Я могу сделать так, что клан Малфоев станет самым почетным и влиятельным среди остальных чистокровных семей.
— А что взамен?
— Присоединись ко мне.
— С какой стати?
— В моих жилах течет кровь самого Салазара Слизерина.
Тихий шелест парселтанга прервал английскую речь. У Малфоя волосы на голове встали дыбом. Ему казалось, будто на него немигающим взглядом уставилась ядовитая змея, готовая в любую секунду заключить его в свои крепкие объятия, сжимать, душить, пока тело его не остынет, превратившись в ледяной труп.
—…Парселтанг! Слизерин…
Одной силы или родословной было бы недостаточно, чтобы заставить Малфоя подчиниться. Но Том обладал в равной степени и тем, и другим, к тому же действительно мог помочь Абраксасу добиться большей выгоды и славы. Жадный до власти Малфой был просто не в силах отказаться.
Том Риддл стремительно рос и развивался. Судьба убрала с его пути путешественника во времени, открыв бесконечные возможности для роста, подстегивая его собственнические замашки, — и все, чтобы ускорить достижение нужных ей результатов.
В конце концов, нельзя игнорировать истинное положение вещей — это Судьба устанавливает правила игры.
Май 1945 года
Ночной мир принадлежал Тому.
Тьма опустилась на землю, и только крошечные светящиеся прямоугольники окон замка разбавляли этот пугающий мрак, но свет, исходящий от них, был слишком слабым, мерцающим, словно готовым в любую секунду уступить в этой неравной борьбе.
Том Риддл был прирожденным лжецом. Всего каких-то четыре месяца назад он клятвенно заверял Гарри, что признает свою неправоту.
Овидий был совершенно прав, когда словно сумасшедший вырезал на пергаменте пером без чернил «Не верьте Т».
И вот Гарри ушел.
Наследник Слизерина поставил перед собой цель: необходимо было как можно скорее укрепить свое положение, власть над подчиненными, своей империей прямо перед носом у Дамблдора и Министерства магии, в полной мере использовать свои таланты, энергию и ум, стремительно расти и развиваться, рискуя быть схваченным или убитым.
За короткий промежуток времени до возвращения Гарри он должен подготовить идеальную ловушку и клетку. Ведь на последней их встрече Поттер пообещал прийти на его выпускной.
Том любовно погладил кольцо со вставленным в него рубином и жестоко улыбнулся.
Гарри, вот тут ты допустил целых три ошибки.
Во-первых, ты вообще не должен возвращаться. Во-вторых, ты не должен был говорить мне дату своего возвращения, ведь теперь у меня есть время на подготовку. В-третьих, ты с самого начала не должен был никуда уходить.
Наступил май, и у него все еще оставался месяц на расстановку капканов для будущей жертвы. Также нужно было подготовить клетку и как следует ее обустроить: постелить там мягчайшую кожу и сено, обеспечить оптимальную температуру и влажность, набрать свежей, сочной, зеленой травы, чтобы накормить с таким трудом пойманную добычу.
Том неподвижно стоял у окна, словно изваяние, его лицо ничего не выражало. И лишь ему одному было известно, как удушающе сдавливали чувства грудную клетку.
Когда Гарри ушел, у Тома кружилась голова, грудь распирало от гнева, плохо было на физическом уровне, словно от него оторвали часть плоти.
У наследника Слизерина должно быть неуязвимое тело, а для этого Гарри должен всегда быть рядом с ним.
13 февраля 2001 года
Темному Лорду опостылело нудное ожидание последних дней. По ночам его мучали кошмары, отчего Волдеморт сделался еще более раздражительным и пытал слуг с утроенной жестокостью. Избранный, которому стали известны какие-то тайны, так и не появился.
Темный Лорд не мог допустить, чтобы его пресловутая слабость стала достоянием общественности!
Армия Дамблдора постепенно отступала, сдавая позиции. Как долго Гарри Поттер сможет оставаться в стороне?
— Белла, — Волдеморт, наконец, встал с трона и снисходительно посмотрел на фанатично преданную ему слугу, — пусть Пожиратели смерти готовятся, мне стало немного скучно.
— Мой Лорд, вы хотите… — Беллатриса подняла на него недоверчивый взгляд. Густая копна волос находилась в полнейшем беспорядке, дыхание сбилось, грудь часто вздымалась.
Волдеморт вертел в руках медальон Слизерина, некогда бывший крестражем, и улыбался красивой, ласковой улыбкой, напоминая себя-подростка — студента Хогвартса.
— Посмотрим, сможет ли мальчик, который выжил, вновь избежать смерти. Атакуйте армию Дамблдора!
