Хочу тебя... любить!

Дорогие читатели! Я долго думала, стоит ли продолжать писать. Часто этот фанфик балансировал между "В процессе" и "Заморожен", но я вот ТВЕРДО решила, что ДОБЬЮ его! Спасибо тем, кто ждал продолжения! Главки маленькие и, может быть, совсем не такие, какими должны быть, но пишу так, как чувствую. Ещё раз спасибо! Приятного чтения! Я твердо для себя решил, что не стану открывать. С какой стати?! Если это соседи снизу, то пусть катятся к чертям собачьим! Их «евроремонт» настолько убогий, что подтеки вряд ли что-то испортят! Глядишь, совсем наоборот – исправят! Я медленно поднимаю голову и все же встречаюсь с Даринкой взглядом. Она продолжает молчать, кусая губы. Снова звонок. Проклятье! Неужели не понятно, что дома никого нет?! Звонок и ещё несколько сильных ударов. Ну, это точно не соседи – тем алкашам такое не под силу. Вытираю вспотевший лоб и осторожно, без лишних движений, встаю с колен. Фролова сидит, поджав под себя оголенные ноги. Полотенце, уже порядком мокрое, то и дело съезжает, обнажая хрупкие и подрагивающие плечи. Я вдруг осознаю, что снова начинаю возбуждаться. Этого только и не хватало! Очередной звонок меня добивает – огромными шагами направляюсь в прихожую и смотрю в глазок. У меня в квартире поразительная тишина. Хорошо, что Дарина молчит. Сейчас это то, что нужно. Больше всего я боюсь, что она снова заорет: «На помощь!» А вообще, кому какое дело, чем мы тут занимаемся?! На лестничной площадке высокий брюнет. Я пытаюсь вспомнить, откуда его лицо кажется мне смутно знакомым. Бесполезно. Мысли путаются, словно клубок в кошачьих лапах, стоит мне хоть немного напрячь извилины. Опять несколько сильных ударов в дверь. Упырь! Я лихорадочно соображаю, что же делать. В конце концов, мой внутренний голос заставляет меня взять себя в руки и открыть. Открыть? Черт знает кому? В наше время?! Учитывая то, что в комнате сидит только что изнасилованная мною девушка?! Да, я точно идиот. Как говорится: «Грешно смеяться над больными людьми». Я чуть отступаю от дверей, приглаживая стоящие торчком волосы, и делаю глубокий вдох. Главное – выглядеть обыденно и спокойно. Никаких нервов. Только дружелюбие. Поворачиваю ключ в замочной скважине… Ох, не вовремя же я это сделал! В тот момент, когда замок «отпустил» дверь, она, не выдержав напора снаружи, слишком резко распахнулась и заебенила мне по морде! Если и были в моей голове мозги, то теперь они точно вылетели вместе с зубами… Острая боль практически по всему телу. Я сделал попытку открыть глаза, если мне ещё их не выткнули. Я же ни черта не вижу! Темнота кругом! Что это? Я понял, что вообще не могу пошевелиться. Последствия удара оказались столь серьезными? Я парализован? Во рту соленый и едкий вкус. Кровь. Язык, судя по всему, сильно распух, так как не ворочается. Мне даже рта не раскрыть! А что со слухом? Я слышу какие-то приглушенные голоса… Они и правда так далеко или я ещё и оглох?! Кто-то дает мне пощечину. Сильную и не на шутку больную. Я на мгновение задерживаю дыхание. Чья-то грубая рука хватает меня за подбородок и насильно поворачивает мою голову набок. Чувствую, что у меня изо рта что-то льется, что-то противное и с комочками. Дело дрянь! Меня же рвет! Сотрясение тебе, Родечка, гарантировано! Я изо всех сил кашляю, до боли в грудине. Мне по-прежнему темно. Теперь, немного придя в себя, я начинаю понимать, что на глазах у меня черная шелковая повязка. Что за херня? Кто здесь?! Новая пощечина и злобный смех: - Живой, да? Ничего, сейчас исправим… Мне становится тяжело дышать. Наверное, те, кто сейчас рядом, заметили это и решили поменять положение моего бренного тела в пространстве. Сидеть мне тоже больно, но зато тошнит гораздо меньше. - Что, половой агрессор, повеселимся? – голос мужской и какой-то знакомый. Да где же я мог его слышать?! – Только ты уж не обессудь, если будет больно. Эта фраза его и раскрыла! Я вспомнил! Да! Это же утопленник! Черт! Как он здесь оказался?! Что он собирается делать?! Где сама Дарина?! Год назад я заходил за Фроловой в бассейн. Ничего особенного я никогда в плавании не видел. Есть много других видов спорта! Ещё лучше! А Даринке нравилось. Она и меня пыталась затащить, но, благо, я сумел наплести ей каких-то баек про аллергию на хлорированную воду. Тем вечером они занимались по индивидуальной программе. Вообще-то, я упустил из вашего внимания одну деталь: он её тренер. Кажется, ему двадцать пять. Или больше. Да, как вы догадались, меня больше всего и бесило именно то, что он старше. Намного. И куда смотрят её родители? Когда я вошел в раздевалку, то сразу отметил, что кроме этого ушлепка и самой Дарины в бассейне уже никого. И не страшно ей, дуре малолетней?! Хотя, он весьма смазливый. Вряд ли она его испугается. Она вообще у меня не из пугливых. Сама кого хочешь до инфаркта доведет, если наденет на себя черный кожаный плащ с поднятым воротником, который ей подарил недалекий одноклассник, узнав, что та увлекается роком. Господи, я еле сдержался, чтоб не заржать при нем в момент вручения этого подарка. А уж во время примерки… ладно, отвлеклись мы. Я долго сидел в полутемной раздевалке, ожидая свою красавицу. Увидеть её в слезах для меня не было неожиданностью. Я все время надеялся на то, что однажды она поймет, кто ей действительно нужен. - Я всё равно прыгну с вышки! – кричала она в сторону закутка для тренеров. – И сальто сделаю! Я понял, что очередная тренировка не принесла результатов – Даринка никак не могла научиться бесшумно входить в воду при прыжках. - Не нужны мне больше тренировки! – она размазала слезы по щекам. – На соревнованиях и прыгну! - Прыгай ради Бога! – её тренер «почтил» нас своим присутствием. – Только не обессудь, если будет больно!