Провидец

Если бы Гарри сам предложил кому-нибудь дружбу, то его предложение сразу же приняли бы, забыв о странных слухах — дружить с Гарри Поттером было бы большой честью. Но Гарри просто не знал, как начинать разговор и о чём можно поговорить (на самом деле если бы Дурсли в своё время не отправили Гарри на домашнее обучение, испугавшись слухов, таких проблем бы не было). Он ходил на занятия с отстранённым видом, усердно читал учебники, отвечал на уроках и не гулял после отбоя. Преподаватели в общем-то хвалили такого усидчивого мальчика, особенно им восхищался собственный декан — Филиус Флитвик. Гарри на первом же занятии подошёл к нему и попросил какие книги нужно прочитать, чтобы понять о волшебном мире, потому что Хагрид сказал ничего не покупать дополнительного — в школе есть огромная библиотека. Декан после вызывал к себе каждого ученика, беседуя с ним о том, как он устроился на факультете, и Гарри показался ему вполне довольным (преподаватели практически не обращали внимания на слухи среди учеников). Самая строгая преподавательница Минерва МакГонагал могла поставить в один ряд только двух своих учеников, которыми по праву гордилась — Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. Снейп молча фыркнул на такое заявление, но не возразил. Младший Поттер категорически не желал вписываться в заранее подготовленную для него схему и продолжал удивлять Северуса с того самого момента, как был распределен не в Гриффиндор, как все ожидали, а в Рэйвенкло. И по праву, как показали эти два месяца. Способности и усердие Поттера нехотя признавал вслух даже Снейп, остальные же учителя просто заходились в восторге. Сам профессор зельеварения крайне скептически относился к мальчишке. И дело было вовсе не в том, что после первого урока, на котором Северус Снейп постарался унизить мальчика, задав каверзные вопросы по своему предмету (впрочем, на которые тот успешно ответил), а в том, что этот самый Поттер — вылитый Джеймс, посмотрел на него своими пронзительными зелёными глазами и сказал: спасибо. А на его столе лежал учебник для травологии первого курса. «Что будет, если смешать измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?» — «Я горько сожалею о смерти Лили». Позже, Северус постоянно приглядывался к мальчишке. Наметанным глазом педагога и шпиона Снейп ясно видел, что мальчик держится отчужденно и обособленно от сверстников даже для Рэйвенкло, с его интеллектуалами-одиночками. Не обзавёлся прихлебателями, не завёл врагов, правила не нарушал, в драках не участвовал, делал уроки, пропадал в библиотеке и рисовал. Каждый раз, когда мужчина видел его, мальчик держал в руках блокнот. Он рисовал и рисовал, улыбался, хмурился, был задумчив и продолжал рисовать. Однажды профессор зельеварения заглянул к нему через плечо, но увидел не слишком аккуратные каракули, на которых смутно узнавал виды Хогвартса — ничего криминального. И если все остальные хвалили мальчишку, восхищались его усердием и трудолюбием, Северус Снейп один замечал какую стену одиночества и отчуждённости выстроил вокруг себя этот ребёнок. Но вмешиваться мужчина не решил: мальчишка не калечит себя и ладно. Сам Гарри вполне обжился в новой школе. Он нашёл общий язык со строгой мадам Пинс, которая милостиво указывала на нужные полки в библиотеке. Иногда ходил в гости к Хагриду. Ещё реже пил чай со своим деканом... и всё. Друзей он так и не смог завести. Гарри прекрасно осознавал, что его избегали («Странный Поттер» окончательно закрепилось среди студентов) А ещё он понял, что даже среди волшебников он выделялся своими способностями. Таких, как он, не бывает. Нет, в школе был такой предмет — прорицание, и в северной башне жила женщина, которая предсказывала смерть, но та практически не выходила на общие обеды и ужины, а записаться к ней на занятия можно лишь с третьего курса. Иногда Гарри особенно сильно переживал, что так и остался изгоем. Его сосед Майкл предпочитал дружить с другими мальчишками и все они сторонились странного Гарри. А однажды, попытавшись вырвать из его рук блокнот с новым рисунком, услышал от мальчика, что его любимый хомяк издохнет в ночь на пятнадцатое октября. Хомяк действительно умер, и Майкл с тех пор старался не оставаться с Гарри один на один. Так ли нужно волшебство, если за него приходится платить такую цену? Гарри закрыл книгу «Фантастические звери: места обитания» Ньюта Саламандера и устало выдохнул, потерев глаза. Он узнал, кто сегодня проникнет в замок. Горный тролль — грозное существо, высотой в двенадцать футов и весом более тонны, известный своей одинаково большой силой и тупостью, а также жестокостью и непредсказуемостью. К тому же горные тролли самые огромные и жестокие. — Интересуешься животными? Гарри поднял голову и рядом с его столом стояла кудрявая девочка с нашивками Гриффиндора. У них всего несколько раз были совместные уроки, и Гарри знал, что Гермиона Грейнджер очень умная девочка, любящая отвечать первой. Из-за чего часто страдала. — Для общего развития, — качнул головой Гарри и тут же поморщился. В его голове Гермиона бежала в слезах в туалет, а потом туда ввалился огромный тролль и начал крушить всё вокруг. — Если захочешь плакать, лучше не ходить в туалет. Иначе тролль убьёт тебя. — Что ты сказал? — Гермиона нахмурилась. И правда Поттер такой странный. И пугающий. Гермиона хотела выяснить у него почему он пугает учеников странными предсказаниями, которые потом сбываются, но прикусила язык. Гарри Поттер встал и не прощаясь пошёл к выходу. Грубиян, решила девочка, и мотнув густой копной волос, пошла на следующий урок — чары. Профессор Флитвик обещал, что они будут изучать сегодня первые чары. Гермиона прочитала всё об этом заклинании и хотела получить дополнительные баллы за то, что выполнит его лучше всех. Гермиона гордо прошла мимо, задрав нос к потолку. А у Гарри, уже освоившего «вингардиум левиосса», намечался первый урок полётов*. Он перелистнул страницу назад, внимательно всмотревшись в мальчика на дорогой метле, сжимающим в руке снитч. Ему суждено стать игроком в квиддич. Только это будущее было полно нелепых опасностей и покрыто туманом. Помимо того, конечно, что ему подарят метлу в обход честных состязаний. И разве это достойная награда за то, что он нарушит школьные правила? Гарри думал совсем недолго — он схватил карандаш и стал черкать по рисунку, полностью уродуя его. И когда профессор Трюк объяснила правила студентам Рейвенкло и Хаффлпаффа, Гарри стал последним, у кого метла поднялась в воздух. После полётов, Поттер поспешил к кабинету чар, потому что знал, что должен быть там, прежде чем случится несчастье. — Неудивительно, что её никто не выносит, — пробурчал рыжий Рон своему другу достаточно громко, выходя из кабинета и пробиваясь сквозь заполнившую коридор толпу школьников. — Если честно, она — настоящий кошмар. Гарри влился в толпу, и успел заметить, как конопатый мальчишка толкнул Рона Уизли в бок, указывая на заплаканное лицо Гермионы, которая слышала, как Рон её оскорбил. Он специально споткнулся, и два гриффиндорца врезались в него. — Поттер, смотри куда идёшь. Ненормальный. Гарри поджал губы, но добился своего — Гермиона обернулась на него. И невольно услышала, что Рон говорит о нём. — По-моему, ты грубишь, Рон, — проговорил его друг. — Поттер же тебе ничего не сделал. Да и Грейнджер. — Ну и что? — отмахнулся Рон. — Они оба чокнутые, и должны были заметить, что с ними никто не хочет дружить. — Эй, Рон, не пей сегодня молоко, иначе окажешься в больничном крыле, — безмятежно улыбнулся мальчику Гарри и вошёл в кабинет своего декана. Он прекрасно видел, как перекосилось лицо Уизли и как Гермиона, удивлённо моргнула, стирая слёзы с лица. Она на мгновение запнулась, а потом пошла за своими однокурсниками на следующий урок. — Ты что-то хотел, Гарри? — улыбнулся его самый любимый профессор. — Нет, профессор. Просто пришёл пожелать вам счастливого Хэллоуина. — Спасибо, Гарри. И тебе счастливого Хэллоуина. Беги в башню, а после увидимся на ужине. Уроки на сегодня у рейвенкловцев закончились, но Гарри направился не в башню своего факультета. Он спустился в зал наград**, где обычно отрабатывали наказание школьники. Даже сейчас там, надувшись от вселенской обиды, натирал кубки Драко Малфой — мальчик-блондин из магазина мантий. Гарри нашёл имена своих родителей. Его отец — Джеймс Поттер был охотником, а у мамы — Лили Эванс была своя награда в области чар. Он дотронулся до застеклённой витрины, желая прикоснуться к частичке своих родителей. Сегодня день их смерти — ровно десять лет. — Что ты тут забыл, Поттер? — Драко Малфой подозрительно оглядел мальчика в сине-бронзовой форме факультета умников. Он был наслышан о его странностях, поэтому не спешил предлагать свою дружбу, хотя изначально намеревался. — Ничего. А ты? — хотя Гарри знал, что тот нарушил запрет преподавателя по полётам, поэтому сейчас мальчик тёр золотые кубки. — Не твоё дело. Иди куда шёл, — буркнул блондин. — Я уже пришёл. Ты знал, что они умерли сегодня? Конечно, знал. Об этом знал весь мир, кроме меня. Я вижу многое, но ничего, что связано с ними. Потому что их больше нет со мной. Драко поёжился, когда Поттер безумно расхохотался. Его глаза были расфокусированы, когда он посмотрел на него, а руки сами собой рисовали что-то в его странной тетрадке. Драко сглотнул и отступил. Он слышал, что Поттер проклинал тех, кто посмотрит на его картинки. — Вот, смотри. Это ты. Исключён из школы, — Гарри Поттер вдруг перевернул свою тетрадь и подошёл к Драко ближе. Драко не смог сдержать любопытства и взглянул на картинку. Там был мальчик со слизеринской нашивкой, позади него стоял дом лесника — весь в огне. Драко конечно терпеть не мог неуклюжего лесника полукровку, но поджигать его дом… — Что за бред, Поттер? — Драко ударил по блокноту и тот выпал из его рук. Драко увидел его обложку — плотная чёрная кожа. Мальчик наклонился за ней и улыбнулся ещё более безумно. — Это будущее. Твоё будущее. Всё усмотреть. Всё увидеть. Понять. Почему? Как это остановить? Изменить? Драко молчал, а Поттер тем временем посмотрел на свои наручные часы, зачем-то кивнул, развернулся и что-то бормоча себе под нос пошёл в сторону Большого зала. — Не ходи к дракону, — вдруг развернулся тот и посмотрел прямо на Драко. И не дождавшись ответа, пошёл дальше. Малфой покачал головой. Безумный Поттер. Кажется, когда он убил Тёмного Лорда, то сам повредился в уме. И если бы не его отличная успеваемость и магическая сила, Драко бы на месте директора вообще не взял того в школу. Наследник Малфоев поёжился, бросил тряпку, выждал несколько минут, чтобы точно не пересечься с Поттером, и тоже направился в Большой зал. Он ждал праздничный ужин с самого утра. По дороге слизеринец встретил Крэбба и Гойла, но по какой-то причине умолчал о Поттере. На стенах и потолке сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а ещё несколько тысяч летали над столами, подобно низко опустившимся черным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали. Как и на банкете по случаю начала учебного года, на столах стояли пустые золотые блюда, на которых вдруг внезапно появились самые разнообразные яства. Гарри наложил себе в тарелку запечённые в мундире картофелины и надкусил ростбиф. Его глаза метнулись на соседний стол, где сидели гриффиндорцы. Он довольно быстро нашёл кудрявую девочку Гермиону и довольно кивнул. Правда укусить ростбиф второй раз ему не удалось. В зал вбежал профессор Квирелл — странный молодой человек, с которым Гарри предпочитал не оставаться наедине. Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя, как Квиррелл подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал: — Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить... И Квиррелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале поднялась суматоха. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина. Старосты быстро собрали всех учеников и повели в собственные гостиные. Гарри смирно шёл рядом с Лайзой Турпин. — Тролль? Что он вообще делал в Хогвартсе? Горы довольно далеко от школы. — Его пригласили, — безмятежно ответил Гарри. — Что? О чём ты говоришь Поттер? — однокурсники столпились вокруг него в гостиной. — Его пустили в школу. Открыли дверь. Ту, за которой деревянный мост. — Откуда ты это знаешь, Поттер? — нахмурился Голдстейн. — Просто знаю. — Успокойтесь. Все. Сейчас же, — осадил испуганных первокурсников староста. — Гарри, ты видел, как его пускали? Поттер кивнул. Он видел. Но видел, не своими глазами. Видел ещё до того, как его пустили. — И почему же ты ничего не рассказал? Кто это сделал? — Мужчина в мантии с капюшоном. А разве это не квест для старшекурсников в честь праздника? — Гарри невинно улыбнулся, отчего стал похож на нормального ребёнка. Неразборчиво бормоча, старшекурсники стали строить версии, исходя из слов Поттера. Младшекурсников накормили тем, что принесли в гостиную домовые эльфы, а после заставили разойтись по комнатам. Вечер оказался не так уж и плох. Кроме Гермионы Грейнджер, которая дрожала от страха, узнав, что тролля обезвредили в туалете для девочек. А ведь он предупредил меня. И Рона Уизли, который с голодухи выпил несколько стаканов молока залпом, заработал несварение желудка и вынужден был в сопровождении брата старосты, отчитывающего его отправиться в больничное крыло.