Провидец

Гарри никому не стал говорить, что он подслушал разговор Снейпа и директора в кабинете. Ни друзьям, ни Драко, ни тем более Сириусу. Зато в тот вечер он снял мантию-невидимку в покоях Сириуса и показался мужчинам. Те тут же замолчали и постарались сделать вид, что ничего не происходит. И чтобы как-то отвлечь Гарри от вполне естественных подозрений в каком-то заговоре против него, им пришлось выложить то, что они уже узнали. Альбус Дамблдор добрался до крестража-кольца. Именно того, который они подозревали. Золотое кольцо с крупным чёрным камнем и гербом Певереллов. Кольцо было с проклятьем, которое словил уважаемый директор. Но он же и уничтожил само кольцо-артефакт. Так, Гарри узнал, что артефакты можно уничтожить мечом Гриффиндора, которым когда-то зарубили василиска и лезвие которого впитало смертоносный яд. И поспешил поделиться нужной информацией с друзьями. С друзьями, перед которыми притворяться стало всё тяжелее и тяжелее. У него было время, чтобы всё обдумать. Да, предостаточно времени. Видения почти никогда не преследовали его, диктуя ему его судьбу. Подобное было скорее исключением из правил, чем самим правилом. И сколько бы видений он не видел, как бы не заставлял себя пересматривать иные исходы событий, всё сводилось к одному. Он должен умереть от руки Лорда. Гарри окунул перо в чернильницу и затем осторожно стал выводить неровные строчки в дневнике. «Это означает что он, Волдеморт, весьма вероятно заберёт мою жизнь. Думаю, я готов умереть. Всё испорчено, ведь я не прожил и полжизни». Возможно он оставит его после всего… чтобы память о нём сохранилась. Хотя бы в кругу его близких. Потому что, следуя логике директора Дамблдора, кто спасает волка — убивает ягнят, а кто выхаживает коршуна с подбитым крылом, тот сам оттачивает его когти. «Это наилучший исход событий для последнего дела». — Гарри, почему ты не веришь, что, убив тебя, он уничтожит не крестраж в тебе? Может из-за того, что связь между тобой и Волдемортом обеспечивает не только крестраж, но и кровь, то пока будет жить он, выживешь и ты? Гарри отмахнулся от дедули, который со всей своей старческой мудростью принялся за помощь ему, поскольку единственный знал о истинных планах Гарри, но был не в силах выдать их. Он не боялся смерти, как таковой, потому что всю свою жизнь он находился от неё в двух шагах. Он боялся мыслей о смерти, последствий. И стремился отрицать очевидное. Ведь он только начал жить. И пусть так беспокойно, но это лучшее, что с ним случалось за всю его жизнь. Да, Гарри уже принял решение где-то в глубине души, но тем не менее это должно быть его решение, и оно не должно быть навязано ему посторонним человеком, который все эти несколько лет смотрел на него и знал, что однажды отправит его на смерть. Поэтому запутать его планы отныне стало для Гарри приоритетным заданием. Он не позволит старику умереть так как он хочет от руки Северуса Снейпа как герой, защищающий школу. Он доживёт свой век как обычный человек и перед смертью прочувствует все свои грехи.

***

— Итак, — прокашлялся Поттер, стоя перед их импровизированной доской спустя ещё несколько недель, — в пещере лежал Медальон, который потом украл Регулус Блэк. В хижине Мраксов было обнаружено Кольцо, которое отыскал Дамблдор и уже уничтожил его. На втором курсе во время борьбы с василиском был повреждён его ядом дневник Тома Реддла. Змея Нагайна всегда рядом с ним. Значит диадема Ровены Рейвенкло должна быть спрятана в Хогвартсе. — Почему именно в школе? — Он помешан на символизме, понимаете? Семь как самое сильное магическое число. Хэллоуин как лучшая ночь для ритуального убийства. Реликвии Основателей как вместилища его драгоценной души. — А дневник и змея? — вмешался Рон. — Дневник — символ маггловского прошлого, создавая его, он отсекал от себя ту часть: смертность, наследие отца, приют. Как бы воспоминания о том кем он был и кем он стал. А змея — символ его рода, напоминание о парселтанге, фамилиар в конце концов. — Хорошо. Тогда нам осталось найти чашу Хаффлпафф и диадему Рейвенкло, — негласно подтвердила его теорию умница Гермиона. — Я так предполагаю, что Хогвартс тоже является его наследием как потомка Слизерина, а также началом его пути, знаний о магии. Любой ребёнок, впервые увидевший школу, запечатлеет воспоминания о ней навсегда. — Но это же ненадёжно, — с сомнением протянул Рон, — столько людей... — Когда я впервые оказался в волшебном мире Хагрид сказал, что Хогвартс — самое надёжное место в Британии. И не мне вам объяснять, как много в школе тайных помещений. А второе — Гринготс. — Банк? — Когда заходишь в Косой переулок, то первое, что видишь — это Гринготс. Белое, красивое, величественное, насквозь волшебное. Уверен, что и Волдеморту оно врезалось в память. — Здесь я с Гарри согласен, — Драко сжал руку Гарри. — Все старые волшебные семьи имеют в банке свой сейф. По сути это ещё одна традиция чистокровных. И если Лорд хотел стать частью этого мира, он должен был желать и об ячейке в банке. Рон громко стонет и сползает по спинке стула. — Да мы вовек не достанем из банка крестраж, если он там! — Уизли, у тебя, кажется, брат работает на гоблинов. — Точно! Он перевёлся в лондонское отделение совсем недавно, поскольку планирует жениться и остаться тут, — тут же мгновенно веселеет Рон. — Нужно узнать, есть ли у него свой сейф, — предлагает Гермиона. — Билл сможет выяснить? — Думаю, да. — Что насчёт поместий его последователей? — предположил Драко. — Дневник он отдал моему отцу. Может что-то храниться у тех же Лестрейнджей. Это если вариант с ячейкой не подтвердится. — Здорово! — голос Рона полон энтузиазма. — Вломиться в поместье древней чистокровной семьи. Интересно, Министерство будем обыскивать? — Уверена, что нет, — поджимает губы Гермиона. — Это рассадник всего, что Волдеморт ненавидит. Гарри отстраняется от жаркого диспута, смотрит на них со стороны и понимает, что у них осталось очень мало времени. Им предстоит найти оставшиеся крестражи. А это только начало. Времени осталось не так много. Совсем скоро Волдеморт захватит Министерство (а это всего лишь вопрос времени), а затем и страну. А он уже слишком много пережил, чтобы смотреть на мир сквозь розовые очки и верить, что всё закончится благополучно.

***

Однажды возвращаясь с ужина в собственную гостиную, в которой расположен бюст Основательницы с её диадемой, Гарри вспоминает: он видел Диадему раньше в хранилище старых вещей, которым может становиться Выручай-комната. Осознание приходит внезапно и почти заставляет его облегчённо застонать, и, конечно, вызвать недоумевающие взгляды однокурсников. И он бы помчался туда немедленно, если бы не одно дело. Ему было необходимо определить, когда Теодор Нотт завершит реконструкцию шкафа и впустит в школу Пожирателей Смерти. Собственно, в грядущем нападении были уверены все. Даже сам директор ожидал этого и готовился героически принять свою смерть, но вот только с его стороны было ошибкой не взять клятву с Северуса Снейпа, который решил, что старик проживёт столько сколько отмерено ему судьбой. Единственное, что никто, даже Гарри не знал, когда Пожиратели Смерти ворвутся в школу. Он медитировал, рисовал, сидел на краю Астрономической башни, но каждый раз события смещались во временной шкале и причиной этого мог стать как обычный ужин, на который подадут пирог с ингредиентом, на который у Нотта будет аллергия и он, задумавшись, съест его и окажется в Больничном крыле, так и дуэль в туалете Миртл между Драко и Теодором в результате которой его парень едва не станет убийцей. Почему все так подозревали обычно тихого и спокойного Нотта, который являлся спокойным и умным студентом Слизерина все предыдущие пять лет? В этом снова был косвенно виноват Гарри, который своими чувствами вытащил Драко из перекрёстного огня. Тёмному Лорду был необходим школьник, который близок с юным Малфоем, чтобы тот выманил его и похитил. Так Волдеморт планировал показать, что отказываться от чести стать его слугой не принято в кругу чистокровных. Забини не трогали, потому что его мать происходила из рода итальянских отравителей и за ним стоял большой иностранный клан, которого подсознательно опасался самопровозглашённый английский лорд. Девушек также обделили вниманием, поскольку мнительный Волдеморт не считал женщин как силу, достойную его внимания. Аналогично было с Крэббом и Гойлом, которые едва переходили с курса на курс. Нотт оказался крайним. К тому же недавно его родители провинились, поэтому задание сына стало их наказанием. С начала года Драко предотвратил несколько попыток отравления (была даже амортенция). Похитить из школы его не удалось, потому что директором пока ещё был Дамблдор, который тщательно следил за её безопасностью, а в Хогсмид Драко никогда не выходил один — всегда в компании своих лучших друзей (Паркинсон и Забини), которые, пусть и не показывали этого прилюдно, готовы были защищать своего друга. А ещё Малфой никому не позволил унижать себя на факультете. Несмотря на ходящие по Слизерину слухи о его трусливом побеге из страны, он с достоинством ходил по школе всем своим видом демонстрируя, что он никуда не сбегал, а отдыхал в солнечной Франции, подтягивая знания по некоторым школьным дисциплинам. Единственный раз, когда Нотт почти добился своего — проклятые наручные часы, которые он намеревался вручить Драко через заколдованную младшекурсницу империусом. Но любопытная подруга девочки случайно коснулась этих часов и в итоге на несколько недель угодила на лечение в Мунго. После этой ситуации, Драко какое-то время предпочитал на занятиях носить перчатки. Гарри был готов погибнуть сам, но своих друзей он был обязан защитить. Любым способом. Промежуточные экзамены оказались позади. Директор Дамблдор сообщил, что их занятия также подходят к концу, но попросил Гарри подойти к нему завтра после обеда, потому что им нужно будет завершить одно непростое дело. А ещё смотря на небо Гарри видел, как в тёмных облаках расцветает Тёмная метка, уродуя тёплый летний день. Видение не менялось, какое бы решение Гарри не принимал (и всё же он решил никуда с директором не уходить, поскольку подозревал, что они отправятся за крестражем в пещеру о которой они недавно смотрели воспоминания). А это означало одно. Дата нападения известна. Стоило всем подготовиться. Авроры благодаря связям Сириуса готовы были прислать подмогу к уже находящейся в школе охране через камин преподавателя. Учителя предупреждены о грозящей опасности. Деканы готовы заблокировать гостиные, чтобы ни один ребёнок не пострадал. Вся школа находилась в каком-то тяжёлом мрачном предвкушении. И ожидания оправдались. В тот день Гарри сказался больным, чтобы отложить поездку за крестражем и внимательно следил за разворачивающимися событиями сквозь мантию-невидимку. У него было особенное задание. Он должен был не допустить смерти профессора Дамблдора, когда тот догадается, что Снейп отказывается его убивать, и не дать сделать это слизеринцу. Его друзья, пока директор будет сражаться с нападающими, должны были проникнуть в кабинет директора и выкрасть оттуда крестражи или их остатки и знаменитый меч Гриффиндора, подменив его качественной подделкой — которую уже успели изготовить гоблины за весьма внушительную сумму из сейфа Сириуса. Позже они планировали кинуть их в Выручай-комнату и поджечь Адским пламенем. Пожиратели Смерти вошли в школу под прикрытием изобретения близнецов Уизли — перуанского порошка вечной тьмы. Но едва пройдя Большой Зал и разгромив его, группа волшебников наткнулась на сопротивление, которое оттесняло их к Астрономической башне. Гарри хотел бы выскочить из-под мантии и помочь Сириусу, который сражался со своей безумной кузиной, но он понимал, что его роль слишком важна для нелепой смерти. И он верил, что его крёстный справится. Как и Ремус Люпин, который поглощённый яростью и чувством мести сражался с жестоким оборотнем Фенриром Сивым, который обратил его и продолжал калечить и убивать детей. Жертвы были с обеих сторон. Сириус едва-едва смог избежать смертельного проклятья от кузины. Ремус нанёс смертельный удар жестокому оборотню, когда тот попытался задрать Билла Уизли. А появившиеся буквально из ниоткуда Фред и Джордж Уизли кинули в самую гущу толпы дурманящий порошок — собственное изобретение, которое снизило концентрацию ещё двух пожирателей Кэрроу, отчего те опустили палочки и принялись хихикать, рассматривая потолок. Они попали под перекрёстный огонь. Пожиратели Смерти, не сумевшие добраться до вершины Астрономической башни, понесли потери и вынуждены были отступить, когда на подмогу сражающимся спустился пусть и старый, но далеко не слабый Альбус Дамблдор. Северус Снейп примкнул к ним, как и Теодор Нотт, которого ещё в начале битвы оглушил собственный декан (строго по плану отколовшихся от основной группы Ордена Феникса волшебников) и подправил память будто бы юноша сражался с самим директором, а после оперативно прихватил с собой. Рон, Гермиона, Луна и Драко добыли меч, который хранился в распределяющей шляпе и взломали ящик стола, забрав оплавленные остатки дневника и ободка кольца. Место камня было пусто. В жизнях многих людей начиналась новая глава.