Roses of Iron

Войдя в нору, Бильбо знал, что ему нужно найти Торина и помочь ему устроиться, но на мгновение он прислонился лбом к двери, после того как закрыл ее. Его кузен был хорошим человеком, и имел исключительно добрые намерения, но Фортинбрас также был ужасно утомительным. Доброе сердце, вот только со ртом проблема. Выпрямившись, он повернулся и прислушался, нет ли каких то звуков, указывающих на то, что Торину нужна помощь. Проходя мимо гостевой спальни, он заметил, что дверь приоткрыта и вошел. Торин стоял в дальнем углу неподвижно, уставившись в стену. - Торин? - мягко позвал Бильбо. - Комната тебе подошла? Если что нибудь еще нужно... - Заметив напряженные плечи гнома, он прислонился к косяку - Что-то не так? - Ничего. - последовал краткий ответ. Торин даже не обернулся. Его сумка и сундук (похоже на ящик с инструментами, отметил Бильбо) стояли на полу, и выглядели так, словно их не начали распаковывать. - Комната хорошая. Спасибо. Это был тот тон, который Бильбо уже слышал раньше - жесткий и снисходительный. Тогда ему это не нравилось, но сейчас это происходило в его собственном доме. Нет уж, так дело не пойдет! - Торин, что случилось? Что не так? - при этих словах Торин обернулся и Бильбо невольно ахнул: его лицо было бледным и мрачным, хотя цвет все же был не столь ужасен, как утром. Гном выглядел расстроенным, хотя Бильбо не мог сразу понять, было это печалью, или же гневом. В его голове возникло подозрение. - Торин, если это Хрюша...если он был груб с тобой, я немедленно пойду и разберусь с ним. Ответом был коротких смешок. - Нет, он был очень любезен. Я просто... - Торин оборвал себя, его лицо напряглось. Он отвернулся и почти что бросился к своему мешку, начав грубо рыться в его содержимом. Мысли Бильбо судорожно крутились в голове. Что, черт возьми, могло произойти с гномом на пути между Бэг-Эндом и конюшней? Никто из его соседей на Бегшот-Роу не стал бы просто так грубить путнику, а конюшня находиться совсем рядом, у подножья холма. - Если ты не скажешь мне что тебя расстроило, я не смогу этого исправить. - тихо произнес Бильбо. - Я хочу это исправить. Ты мой гость Торин, со всеми вытекающими привилегиями, и я не могу допустить, что бы что-то, или кто-то причиняли тебе неудобство. - Он подошел к гному, который все еще перебирал свои вещи. Он хотел положить руку Торину на плечо, но чувствовал, что сейчас это будет неправильным поступком. - Если я сказал что-то... Нет. - оборвал его Торин, а затем вздохнул. - Это я поступил грубо, ма.. Бильбо. Мне не пришло в голову, что придя сюда, я мог сорвать твои планы и помешать тебе...проводить время с тем, кто тебе дорог. Прошу прощения за это. Торин мог сколько угодно утверждать, что он больше не король, но сейчас он был именно таким, каким Бильбо запомнил его, уходя из Эребора - величественным, отдаленным и холодным, словно каменная статуя. Помешать моим планам? Что он имеет в виду? задумался Бильбо. Его поразило осознание. - О, ты имеешь ввиду Фортинбраса? - Бильбо так обрадовался своей догадке, что рассмеялся. Это явно не улучшило настроения Торина. - Вряд можно говорить о планах, когда он так неожиданно появился у меня на пороге. Бедный Фосси, у него хорошие намерения, но иногда он бывает ужасным вредителем. Этот хоббит настолько любопытен, что всегда оказывается в центре событий, даже если до этого находился очень далеко. И он все время сплетничает. Клянусь, его язык, должно быть, пришит посередине, чтобы можно было говорить обоими концами. А причина, по которой он был здесь - это ты, Торин Дубощит, не я. Глаза гнома расширились, а на лице появилось недоумение. - Я? Что ему нужно от меня? Я только что появился. - Точно. И если ты вдруг не слышал ни одного моего рассказа о Шире, пока мы вместе путешествовали, - все это место наполнено сплетнями. Кто, что, когда, где, кому и почему все это произошло - это самое популярное занятие здесь, кроме ухаживания за садом. Ты приезжий, а это редкость. С моей стороны было глупо думать, что Фортинбрас не появится, но я ожидал, что это произойдет настолько скоро. Он должно быть использует птиц, в качестве шпионов. - Бильбо вернулся к двери, потому что стоять в чужой комнате без приглашения было неприлично. - Но не позволяй его любопытству оттолкнуть тебя, на самом деле у него очень доброе сердце. И вообще он один из моих самых любимых кузенов. Есть и похуже. Торин выглядел сбитым с толку. - Кузен? - он смотрел на Бильбо машинально складывая тунику руками, и Бильбо гадал, о чем же на самом деле думает гном. - Мы с ним примерно одного возраста, он немного постарше, но мы знакомы с Фосси... тьфу ты, с Фортинбрасом, мне нужно перестать его так называть, во всяком случае, пока он этого заслуживает. Так вот, мы знакомы с детства. Его отец Исумбрас, мой дядя. Он был старшим братом - намного более старшим - моей матери. Они оба - дети Старого Тука, моего дедушки Геронтия, но поскольку всего у него было двенадцать детей, можешь себе представить, насколько запутанно наше семейное древо. Иногда мне кажется, что половина Шира - мои родственники. - Бильбо улыбнулся, глядя на шокированное выражение Торина. - Двенадцать!? - слабо произнес гном. - У твоих бабушки и дедушки было двенадцать детей? Бильбо кивнул, обрадовавшись тому, что гном, похоже забыл и причине своего дурного настроения. - О да, хоббиты, как правило, любят большие семьи. Хотя даже по нашим меркам это было невиданно. Торин смущенно покачал головой. - У большинства гномов рождается менее трех детей детей в семье, четверо - это уже большая редкость, а большем числе никогда и не слышали. Двенадцать же, это.... Ей бы вырезали статую из любого камня, чтобы отметить такой подвиг. Он была бы прославлена во всех королевствах гномов. Ваша бабушка должно быть, была очень горда собой. Настала очередь Бильбо удивляться. Достижение? Очевидно, разница в их культурах была действительно большой. - Эмм... ну полагаю, да, в некотором роде. Бабушка очень любила всех своих детей и внуков, это помнят все, кто знал ее. Ну и ее выпечку, конечно. - он нежно улыбнулся, вспомнив ее образ. - Я помню, как мы ездили в гости к ней и деду в Тукборо. Он построил для них огромный дом, рядом с Большими Смиалами, и в дождливые дни я сидел с ней на кухне и ел овсяное печенье с изюмом. Люди всегда приходили и уходили, поскольку дедушка был Тейном, но в основном там были только члены семьи. Я играл со своими кузенами, моя мать общалась с братьями и сестрами, а отец обсуждал дела в гостинной. Это были хорошие времена. - Он заметил, что Торин смотрит на него с задумчивым и тоскующим взглядом. - Это звучит чудесно, хотя и странно для меня. У меня не так уж много хороших воспоминаний о моем детстве . - Прямо сказал он и эти слова вызвали боль в сердце Бильбо. - Как старший сын наследного принца я был избалован вниманием, но как только я подрос, начались уроки и тренировки. А едва у меня отросла борода, на нас обрушился Смауг. Мой дед в ту пору был...отвлечен от государственных дел, ими вплотную занимался мой отец, а мать....- Торин замолчал - Но, думаю, ты не хочешь об этом слушать. Прошу прощения, мне кажется я устал больше, чем думал, и мой рот не закрывается. Сердце Бильбо разрывалось. Он вдруг остро почувствовал свою вину за то, что никогда не думал о Торине, как о ком-то другом, кроме короля. Торин для него всегда был...Торином. Из рассказов Балина он знал, что дед Торина Трор сошел с ума от золотой болезни еще до прихода дракона, а потом погиб в Мории, сражаясь в войне, которая унесла множество жизней его сородичей. Совершенно логично, что рядом с таким человеком у Торина не могло остаться хороших детских воспоминаний. Бильбо плохо чувствовал себя оттого, что никогда не думал об этом. - В таком случае, мы должны создать для тебя новые, хорошие воспоминания, пока ты здесь. На лице Торина на мгновение промелькнуло шокированное выражение, которое сменилось затем легкой улыбкой. - Полагаю, мне стоит начать готовить ужин. Как ты относишься к пирогу с курятиной? Получив одобрение Торина, Бильбо удалился на кухню. "Когда, наконец, я перестану нести чушь в его присутствии?" Он вынул свою старую потрепанную разделочную доску и начал нарезать картофель и морковь,и, если его нож ударял по доске сильнее чем нужно, что ж...это никого не касалось. К тому времени как он закончил пассировать лук, он чувствовал себя немного лучше. Раскатывая тесто, он посмеялся над собой - пироги дважды за день! Он уже и забыл, как приятно готовить для кого-то в доме. Услышав как открылась дверь в комнату Торина, он повернулся, ожидая увидеть гнома в проеме, но тот не появился. Наверное, ищет ванную - подумал Бильбо, - Знал же, что надо было показать ему дом. Как можно помнить, что где находится в доме, где ты в последний раз был несколько лет назад? Дверь снова открылась, и наступила тишина. Бильбо заложил пирог в духовку и , закрыв железную дверцу с удовлетворенным вздохом, пошел посмотреть, нашел ли Торин то, что ему надо. Выйдя в коридор, он увидел что дверь ванной была закрыта. Вместо этого Торин стоял на пороге его кабинета и молча смотрел внутрь. - Что ищешь? Торин обернулся с виноватым выражением: - Я увидел что ручка на двери сломана, хотел посмотреть, могу ли я починить ее. Я.. - Торин замолк. Потом поднял неуверенный взгляд на хоббита. - Бильбо...у тебя на столе стоит мой портрет? Бильбо молча отвернулся и пошел прочь. Он не был так смущен с тех пор как отец в подростковом возрасте завел с ним разговор о "занятиях" взрослых хоббитов. Да, он был зол на Торина, за тот что то шнырял по его дому (он был слишком расстроен чтобы поверить его оправданию, хотя вероятно, это было правдой), но его гнев был мизерным по сравнению с чувством огромного унижения, которое он испытывал.Ему следовало пойти и убрать портрет сразу, как только Фосси упомянул о нем. Или даже когда Хэмфаст говорил о нем, еще до прихода Торина. Он вообще не должен был ставить его на видное место. В расстроенных чувствах, он направился в сад, сел на лавочку и трясущимися руками набил трубку. Глубоко затянувшись, он попытался привести мысли в порядок. Однажды, когда он был молод, отец застал его в постели с другим хоббитом; Банго тогда ушел, ни сказав ни слова, но это было ужасное чувство беспомощности, то же, что он чувствовал сейчас, словно что-то сломалось, и это не исправить. Глупо страдать по кому-то, кто не любит тебя в ответ, но вдвойне плохо, если этот кто-то узнает о твоих чувствах. Он не думал что сможет выдержать обед с Торином после такого. Это привело его к следующей мысли - Ужин... Пирог наверное уже почти готов. Ему придется вернуться в дом, если он не хочет ужинать холодными бутербродами. Его глаза на мгновение защипало от абсолютной несправедливости всего этого. Что могло заставить Торина вот так запросто бродить по дому? Почему он чувствует себя вправе заходить в комнаты, куда дверь закрыта? Почему он вообще здесь? Ему пришла в голову мысль сделать вид, что ничего не произошло, и не объяснять Торину причину своей реакции.. но нет, вздохнул он. Торин будет снова чувствовать себя несчастным, а Бильбо совсем этого не хотел. Со стоном, он встал и поплелся обратно в дом. В кухне было темно, дрова в плите догорели, превратившись в тусклые угольки. Когда Бильбо зажег лампу, он подпрыгнул о неожиданности и чуть не упал: Торин сидел за столом и выглядел таким подавленным, каким Бильбо его еще никогда не видел. - Боже мой, Торин, ты напугал меня до смерти! - Хоббит тяжело дышал. - Почему ты сидишь здесь в темноте? Он обнаружил, что испуг действительно помог. Теперь, когда он начал не задумываясь, говорить было не так уж трудно. Обернув руки полотенцем, он сунул руку в духовку, вынул железное блюдо и осторожно поставил его на столешницу. Корка пирога немного обгорела от долгого пребывания в духовке, но с этим можно было смириться. Гном не произнес ни слова, даже не пошевелился, и Бильбо повернулся и посмотрел на него. Торин был похож на ребенка, который разбил любимое блюдо своей матери, и гнев Бильбо немного поутих от его очевидного раскаяния. - Ну так что? -Мне очень жаль, - печально сказал гном. - Я все делаю неправильно. Возможно, было ошибкой приходить сюда. - Покрытые шрамами руки ковыряли столешницу, прослеживая, как царапины и вмятины образовывали узор на старых, изношенных досках. - Если ты позволишь мне остаться на ночь, я могу уйти завтра утром. - Я уже говорил тебе, что не хочу об этом даже слышать. - Бильбо тяжело вздохнул и опустился на стул напротив Торина. - Я не сержусь, на тебя, Торин, хотя я предпочел бы, чтобы ты не бродил по дому, открывая любые двери просто из любопытства. Он тут же пожалел о своих словах, когда посмотрел на гнома. Бильбо снова поразился тому, как изменился Торин. Что могло случиться, чтобы он так потерял уверенность в себе? Он ожидал, что король гномов будет насмехаться, злиться или дуться с оскорбленным видом в ответ на его запреты - все то, что он видел снова и снова во время их путешествия. Этого испуганного и несчастного Торина он не узнавал. - Я знаю, что ты не хотел ничего дурного и в свою очередь прошу прощения за свою реакцию. Я уже давно живу один, и отвык, когда в доме есть кто-тот кроме меня. Возможно, я слишком остро отреагировал. Мой дом - твой дом, пока ты мой гость, и с твоей стороны было очень любезно предложить починить дверь. она уже давно сломана. На самом деле Бильбо подозревал, что это произошло той ночью, когда тринадцать гномов и волшебник неожиданно нагрянули в его дом, но он скорее бы умер, чем признался в этом. Торин робко взглянул на Бильбо из-под опущенных ресниц, и Хоббит снова поразился тому, как ярко светились его голубые глаза в теплом свете лампы. - Тем не менее, я сожалею. В мои намерения никогда не входило быть чем-то иным, кроме как полезным. - Гном неуверенно улыбнулся. - Ты не представляешь, как я польщен тем, что мой портрет стоит у тебя на таком месте.. Ты оказал мне огромную честь. Бильбо был рад, что он сидел, потому что был совершенно уверен, что упал бы, если бы в этот момент его поддерживали ноги. Он понятия не имел, как выглядело его лицо, но, увидев его, Торин откашлялся и, казалось, принял решение. Расправив плечи, он сунул руку в карман туники и вытащил оттуда грязный сложенный листок бумаги. Протянув его хоббиту, он отвернулся. Бильбо дрожащими руками развернул его. Это был рисунок, несомненно сделанный Ори - также, как его собственный - с изображением Бильбо, лежавшего около костра. Его голова была запрокинута назад в беззвучном смехе, отросшие длинные волосы кудрями обрамляли лицо, а руке у него была зажата трубка. Он был одет в свой дорожный костюм - тот, что сейчас хранился у него в сундуке в изножье кровати: потрепанный, дырявый зеленый плащ, рваные брюки, едва уцелевшие в Лихолесье, жилет, пуговицы которого он оставил в качестве невольного подарка гоблинам в горах. Бумагу прорезали глубокие сгибы, то тут, то там виднелись грязные отпечатки пальцев. В самом низу, там, где нарисованные карандашом травинки исчезали, виднелись маленькие выцветшие пятна. Узнав следы слез на бумаге, он поднял голову. Глаза Торина были устремлены на него, и в них отражалась вся его душа; губы под короткой черной бородой были сжаты и печальны, а в глазах читалась вся тоска мира. Бильбо сглотнул, не в силах подобрать нужные слова. - О, Торин, - прошептал он. Он протянул руку и взял одну из покрытых шрамами гномьих рук в свою. Торин крепко сжал его в ответ. -Возможно, приезд сюда не был ошибкой, - тихо сказал он. Бильбо покачал головой, ошеломленный неожиданным откровением. - Нет, - тихо ответил он. - Я... я так рад, что ты это сделал. Хоббиту все еще казалось, что комната кружится вокруг него. -Нам надо поговорить об этом... обо всем. Но сейчас давай поедим. - Он с трудом поднялся на ноги, ненавидя отпускать руку Торина, но внезапно почувствовал страшный голод. - Видя тебя, я снова чувствую вкус еды, - спокойно сказал Торин, как будто это было не самое романтичное, что он мог бы сказать хоббиту. Бильбо густо покраснел и обернулся, хихикая над изумленным взглядом гнома. - Торин, ты не можешь просто так говорить такие вещи, - проворчал он. - Передай мне тарелку - он взял лопатку и подцепив кусок пирога, положил его на тарелку и подвинул ее к Торину. - А теперь ешь. - фыркнул он. - Я могу и буду, потому что это правда. - с этими словами гном сунул в рот вилку и застонал от удовольствия, как это было с персиковым пирогом. Сердце Бильбо трепетало от этого звука. Госпожа бутонов и цветов! подумал он, нервно крутя вилку в пальцах,Если он будет продолжать издавать такие звуки, после каждого моего блюда, я умру от разрыва сердца еще до конца месяца. Пока он ели, Бильбо постоянно ловил на себе взгляд Торина. Фактически, тот просто не отводил от него взгляд. Бильбо привык к взглядам, которыми одаривали его другие, но это было нечто иное. Когда он был молод и, согласно терминологии Шира, "бесноват", его партнеры смотрели на него с нежностью, но так - никогда. Торин смотрел на него, словно он лично заменял ему и солнце и луну на небе. Вспоминая все, что произошло сегодня... Бильбо вдруг резко выпрямился и уставился на Торина так, словно только что получил божественное откровение. - Ооо! Теперь я понял! Ты ревновал! - он рассмеялся, видя как лицо Торина из озадаченного становится рассерженным. - Сегодня днем? - кивок Бильбо заставил его еще сильнее нахмурится. - Взгляни на это с моей стороны: я прихожу навестить своего....кого-то, кто мне нравится. - Бильбо уловил эту заминку, но решил разобраться с этим позже. - я возвращаюсь с вещами и вижу как он обнимает кого-то другого перед своим домом. Что я должен думать? - О нет.. ты думал.. я и Фосси?! - хоббит, наконец успокоился, чему так же способствовала кража Торином последнего куска пирога с его тарелка, пока он отвлекся. Он сделал мысленную заметку не забыть рассказать гному, что означает кража чужой еды в Шире. - Торин, из всех хоббитов Шира, Фортинбрас был бы моим последним выбором. Не самым, но где-то в конце списка точно. И это при условии, что он был бы склонен, так сказать, проводить время с джентльменами, а это определенно не так. На самом деле у него сейчас довольно буйный роман с одной молодой леди. Но об этом ни слова. - Бильбо насмешливо смотрел как Торин поднимает руки в знак капитуляции. - Я не стал бы говорить об этом, даже если бы знал, с кем говорить. Пока его любовные приключения происходят не с тобой, я желаю ему всяческого счастья. -Торин выглядел очень смущенным. - Прошу прощения, боюсь что нет вежливого способа спросить об этом. Есть ли кто-то, кого ты.... - он замолчал, а Бильбо усмехнулся. - Нет. - ответил он, с легкой грустью. - Боюсь что в Шире меня считают не очень хорошей партией, несмотря на мое имя и богатство. - видя потрясенный и недоверчивый взгляд Торина, он продолжил. - Интерес к другим мужчинам не так уж необычен у нас, но это немного сложнее. Снижает, так сказать, доступные варианты. Многие мужчины готовы и хотят хорошо провест время, но немного готовы остепениться и сделать это официальным, если ты понимаешь о чем я. Не помогло и то, что меня всегда интересовали вещи, которые считаются у нас необычными, например история и культуры других народов, хотя в течение многих лет, меня считали вполне респектабельным холостяком. Но конечно, когда я отправился в приключение с компанией гномов, тогда... - Ты позволил своей репутации пострадать, чтобы помочь нам? - в ужасе переспросил Торин. - Зачем ты это сделал? Мы понятия не имели. - Я пошел с вами, потому что вам нужна была помощь. Было приятно чувствовать себя...полезным, ради разнообразия. - Бильбо смущенно отвел взгляд. Он не собирался произносить этого, но слова сами выскользнули. - Жизнь в Шире достаточно приятна, но откровенно говоря, смертельно скучна. Когда на моем пороге появился Гэндальф, и попытался отправить меня в приключение, мой разум хотел сказать "нет", но мое сердце говорило "да". И тем более, что один из попутчиков оказался чересчур красивым гномьим королем....ну, что мне еще оставалось делать? - Он застенчиво улыбнулся, но Торина это ни капли не убедило. Он все равно выглядел обеспокоенным. - Похоже, мы все были ужасно эгоистичны в своем стремлении добраться до дома. Если бы я по-прежнему был королем, я бы щедро вознаградил тебя и приказал бы высечь памятник в твою честь, чтобы вернуть то положение, которое ты утратил. Но сейчас.. я найду способ наверстать упущенное. - Он продолжал смотреть на Бильбо грустными глазами, и это то, с чем хоббит не мог справиться, даже со стороны своих маленьких племянников и племянниц, не говоря уже о гноме, по которому он тосковал три года. - Нечего придумывать, все в порядке. Моя репутация или ее отсутствие - это не твоя проблема, Торин. Давай поговорим о чем нибудь более приятном. Может нам лучше пройти в мой кабинет? Ты его уже видел, так что других сюрпризов не будет.       В кабинете Бильбо занял свое любимое кресло, а Торин уселся напротив. После одного застенчивого взгляда на свой потрет, Торин сосредоточил все свое внимание на Бильбо, а тот чувствовал себя немного рассеянным оттого, что теперь и портрет, и живой Торин, смотрели на него одновременно. Бильбо заварил себе чай, а Торину предложил кубок с вином. - Продолжая наш разговор.. я надеюсь что ты тоже в настоящее время нис кем не связан? - Да, конечно. - быстро ответил Торин. - Если бы это было не так, я бы даже не заговорил об этом. Кажется, наши культуры расходятся в этих вещах. Мы, гномы, не склонны к случайным связям. Я никогда не думал что найду своего....того, с кем бы я хотел провести жизнь. - Бильбо снова отметил эту заминку в словах гнома. - Моя жизнь, как ты знаешь, была нелегкой, и у меня не было времени для таких вещей. В этих словах было столько горечи, что у Бильбо заболело сердце. он слышал от Фили и Кили, о том сколько усилий приложил Торин чтобы прокормить свою семью и Бильбо лично убедился в том, на какие жертвы он готов пойти ради своего народа. Он король до мозга костей. - подумал Бильбо в замешательстве. -Как, Моргот побери, этот гном оставил свой трон? - Но в нынешней ситуации, я... - Торин опустил взгляд на кубок, который держал в руках. -Честно говоря, я не знаю, как к этому подступиться. Нет никаких преданий об ухаживании между гномом и кем-то другой расы; здесь нет шахатура, чтобы согласовать для нас условия, нет установленного контракта, нет сопровождающих для нашего адаля... Признаюсь, я никогда особо не изучал такие вещи, потому что никогда не ожидал встретить... кого-то вроде тебя. Бильбо понятия не имел, о чем говорит Торин, и уже собирался сказать это, когда гном заговорил снова. - Расскажи мне. Как ваши люди делают такие вещи? Каковы ваши ритуалы ухаживания здесь, в Шире? Ох, подумал Бильбо, что ж, это будет интересно. - Хмм, хорошо. - хоббит задумался, сделав глоток своего чая, чтобы скрыть замешательство. -- Формального процесса как такового не существует, по крайней мере по большей части. Конечно, нет никаких условий, контрактов или чего-то еще, что ты сейчас описывал. - Торин был явно шокирован, и Бильбо поспешил объяснить. - Когда двое хоббитов проявляют романтический интерес друг к другу, они начинают проводить время вместе. Если они молоды, то их семьи также вовлечены; честно говоря, учитывая нашу склонность к сплетням, семьи всегда вовлечены, в той или иной степени. Есть браки, в которых семьи не сходятся во взглядах, но тогда это создает огромное напряжение, абсолютно для всех. Так вот, пара обменивается небольшими подарками в виде еды и цветов, и проводит время вместе, чтобы убедиться, что они подходят друг другу. Поначалу их сопровождают родственники или друзья, по крайней мере до тех пор, пока они не примут решение, жениться им или нет. Как только объявляется помолвка, молодым разрешают оставаться наедине, и с этого момента они в основном считаются женатыми; никто не будет обращать внимания, если только происходящее не слишком ужасно. Правила соблюдаются гораздо строже, когда молодые люди из уважаемой и известной семьи; некоторые из жителей окраин позволяют своим молодым такое, о чем у нас в Хоббитоне или Байуотере даже помыслить страшно. Свадьба -э то официальная церемония, за которой следует огромная вечеринка, везде цветы, гости получают подарки от новобрачных. Затем молодую пару везут в их новый дом и оставляют там одних на некоторое время. - Бильбо ласково улыбнулся. - В свое время я видел несколько довольно шумных вечеринок, но в хорошем смысле. Конечно, большинство этих обычаев предназначены для молодой пары девушки и юноши; для двух мужчин это гораздо более неформально, никаких больших церемоний или чего-то подобного. Они просто вместе обустраивают дом и занимаются делами. - Его улыбка стала немного задумчивой. - Я думаю, что моя мать всегда немного грустила, что я не интересуюсь девушками, хотя бы потому, что ей никогда не удастся спланировать грандиозную свадьбу со всеми цветами в графстве. -Понятно, - пробормотал Торин, хотя по выражению его лица было ясно, что он не понимает. - Честно говоря, думаю что никто не будет беспокоиться, если я просто поселюсь с кем-то вместе... Я имею в виду, если до этого дойдет. Конечно, пойдут сплетни, но это неизбежно в Шире. Я уже взрослый хоббит, мои родители мертвы, половина моей огромной семьи (со стороны Бэггинсов) не разговаривает со мной, если только им не приходится, а другая половина (это со стороны Туков) настолько многочисленна, что обо мне просто забывают. Это действительно редкость, когда двое мужчин проводят официальную церемонию, и соблюдают правила, и я думаю, нет никакой необходимости делать большой спектакль из наших отношений. Если мы решим, что готовы к этому, тогда мы просто... будем двигаться дальше.       Ответный взгляд Торина был поистине устрашающим - теперь это точны был тот король гномов, которого помнил Бильбо. Хорошо, что он еще есть где-то внутри Торина, с облегчением подумал Бильбо. - Я никогда не смогу так постыдно обойтись с тобой! - воскликнул Торин, неодобрительно качая головой. - Ты рассказал мне, что однажды я уже стал причиной твоих проблем. Мне очень стыдно узнать, что тебе был нанесен такой позор,даже если это было неосознанно,и я отказываюсь снова это сделать. Без знаков и церемоний, как другие узнают что мы машахнен? Я был бы горд носить твои бусины, если этот день настанет, и видеть как ты носишь мои, было бы самым радостным моментом в моей жизни.        Гном посмотрел на Бильбо и смущенно опустил глаза, пытаясь успокоиться от своей внезапной вспышки. - Я понял, что наши обычаи очень отличаются, этого следовало ожидать. Прощу прощения, если я чем то обидел тебя. Я не сужу ваш народ, просто...это не то, к чему я привык. - он поднял глаза, и Бильбо почувствовал себя прикованным к креслу силой обожания во взгляде гнома. О Торин, почему ты не смотрел на меня так раньше? Тогда бы я ни за что не покинул Эребор. - Я испытываю к тебе сильные чувства, Бильбо Бэггинс, и хочу показать это всем. Для меня важно, чтобы окружающие знали, насколько ты важен, и как сильно я ценю возможность ухаживать за тобой. Ты - драгоценность, и я должен доказать, что достоин твоего уважения. Это может показаться тебя странным, но таков путь моего народа. Это в моих костях и моей крови, и я не смог бы поступать иначе, даже если б захотел.       Глаза Торина выражали такую тоску, что она буквально пронзала Бильбо, словно нож. Он встал и опустился на колени радом с креслом гнома, чтобы взять его за руку. Пальцы Торина были холодными и твердыми от напряжения, и хоббит почувствовал, что тот дрожит. когда прислонился боком к его коленям. - О Торин...- тихо сказал он - Ты более чем достоин, чтобы это не значило, и ты пользовался моим уважением дольше, чем ты думаешь. Позволь мне сказать. - он опустил голову и прижал руку Торина к своей груди. Он не мог сказать то, что хотел, глядя в лицо гному. - Я знал что мое сердце в беде с той секунды, как увидел тебя. Ты был так красив, стояв моих дверях, освещенный лунным светом, и как только ты вошел, мой дом словно ожил. я не понимал, насколько уныла и скучна была моя жизнь, пока в нее не вошел ты, словно солнце, которое осветило пыльную и заброшенную комнату. И ты привносил эту страсть во все, что делал. А страсть....необычна для Шира. - Бильбо погладил большим пальцем по суставам руки в своей хватке, ощупывая неровности и шрамы, касаясь темных волосков выше запястья. - Но ты был так груб со мной в начале нашего путешествия. - Торин издал протестующий вздох, но бильбо поднял свободную руку, не поднимая головы - не спорь со мной, ты знаешь, что это правда. Ты насмехался, издевался надо мной, до такой степени, что я чуть с ума не сошел. Я чуть не расплакался после того случая на перевале, до того как мы попали в пещеры гоблинов. Все что меня удерживало, это мысль "они нуждаются во мне", потому что это именно то, чего мне не хватало здесь, в Бэг-Энде. Я вспоминал, что ты дал мне меч, а значит не считал меня таким уж бесполезным. - сзади послышался всхлип, но Бильбо не поднял голову. Если Торин плакал, он не смог бы продолжать, это зрелище раскололо бы его сердце, словно яйцо. Они должен был сказать эти вещи, независимо от того, сколько боли им это принесет, поэтому он сильнее сжал руку Торина,и почувствовал, как то сжал его в ответ. - Когда ты обнял меня на Карроке, Торин, я мог умереть от счастья. Не только потому, что хотел тебя, а к тому моменту я уже был по уши в тебя влюблен, а просто потому, что ты признал меня. Я чувствовал себя принятым, желанным и это все, что мне было от вас нужно. Я никогда не питал надежды что ты обратишь на меня внимание, потому что...ну кто я такой? Я хоббит, а ты гном, и тем более ты король, а я - просто Бильбо. Мне нечего было тебе предложить. - Торин издал резкий звук отрицания - Нет, дай мне закончить. Мне трудно говорить об этом, но если мы собираемся быть вместе, все должно быть кристально ясно. Ты должен об этом знать. Между нами не должно быть секретов. - Хорошо. Как ты скажешь. - раздался сдавленный ответ Торина. Бильбо благодарно похлопал его по колену. - Когда ты угрожал мне на стене, я знал что ты не был собой. Я знаю этой сейчас, и знал тогда. Но это все равно разбило мне сердце, Торин. - Бильбо почувствовал как по его щекам бегут слезы, вспомнив ужасное чувство, когда он висел на головокружительной высоте, смотря на острые камни внизу, проклинаемый гномом, которого он любил больше всех на свете. Выпустив лишь одно рыдание, он взял себя в руки и продолжил - После битвы я понял что ты оправился от этого безумия и я был рад за тебя. Я снова увидел тебя таким, каким полюбил, хотя ты выглядел очень несчастным. И я ждал, что ты попросишь меня остаться, хотя бы ненадолго,но ты все говорил о том каким я был храбрым и что я, должно быть, хочу поскорее вернутся домой, что Эребор у меня в долгу и всякую прочую чушь о чести и славе. Но я никогда не хотел ни долгов, ни чести, ни славы, Торин, и я точно не хотел твоего проклятого золота! Я просто хотел друзей. - Бильбо уже не мог остановить вырывающиеся наружу рыдания и закрыл лицо руками. Он никогда не думал, что откроет эту рану, но теперь все вышло наружу и он едва мог говорить. - Я просто хотел иметь друзей. - Я должен был умереть. - резко сказал Торин. - Я предпочел бы умереть, вместо того, чтобы заставлять тебя так сильно страдать. Я никогда не смогу покрыть такое бесчестье, даже за тысячу лет. Бильбо почувствовал, как свободная рука Торина роется на поясе. Другая его рука отделилась от руки Бильбо и хоббит через пелену слез увидел как Торин протягивает ему одной рукой нож, а второй держать за одну из своих кос. Бильбо отпрянул в шоке. - Ты совсем с ума сошел?! Что ты делаешь? - яростно зашипел хоббит, смахивая слезы с глаз. - Положи нож, сейчас же! - Побежденный взгляд Торина сказал ему все. Всхлипнув, он протянул руку. - Дай мне нож. Когда Бильбо, пройдя мимо, положил его вне досягаемости гнома, тот недоверчиво уставился на него - Какую бы гномью глупость ты не собирался сейчас совершить, подумай еще раз. Если ты отрежешь свои прекрасные волосы, я буду очень зол на тебя, Торин Дубощит, и меня не интересует сейчас ни один из твоих грандиозных драматических жестов. - Я подумал...- пробормотал Торин - я думал, что ты сам захочешь это сделать. Это было бы гораздо хуже. - Никто не сострижет твои волосы Торин. Я говорю совершенно серьезно, и не для того, что бы заставить тебя сделать это самому. - Бильбо перекинул ногу и уселся на колени Торина (он не должен был спускать глаз с этого гнома.) и улыбнувшись продолжил: - Поскольку вы, гномы, очевидно любите формальности, позвольте я попробую. Итак, я Бильбо Бэггинс, сын Банго Бэггинса, настоящим прощаю Торину, сыну Траина, сына Трора из рода Дурина, любые оскорбления и вред, которые он причинил мне во время нашего предыдущего знакомства. с сегодняшнего дня, мы начинаем с чистого листа. Он хихикнул, нежно поглаживая одну из косичек Торина. Гном сидел с совершенно ошеломленным выражением лица, уставившись на Бильбо так, словно у того только что выросла вторая голова. - Этого достаточно, или мне придется нанять адвоката, чтобы составить контракт? Торин тяжело сглотнул, затем вздохнул и, казалось, с облегчением опустился в кресло. - Никогда в жизни мне так настойчиво не напоминали, что ты не гном. И никогда еще этот факт не приводил меня в такой восторг. - Его рука неуверенно поднялась и погладила Бильбо по плечу, напомнив хоббиту ребенка, который учится гладить кошку. - Ты гораздо добрее и снисходительнее, чем я того заслуживаю, Бильбо. Ни один гном никогда бы не сказал такого. Хотя я должен вам сказать, - хоббит был вне себя от радости, увидев, как в глазах гнома вновь вспыхнули положительные эмоции, - что для кого-то, кто не является моим супругом, сидеть у меня на коленях и трогать мои волосы, даже наедине, - это скандал, достойный осуждения в любом королевстве гномов. Бильбо на мгновение разинул рот от удивления. Он полагал, что это справедливо; он ничего не знал о культуре гномов, поэтому был уверен, что собирается заняться этим по крайней мере, так же, как Торин. -Хорошо, что мы не в королевстве гномов, - дерзко ответил Хоббит, но все же слез с колен Торина и поцеловал его в кончик носа. Глубокий смех гнома был приятным звуком. - Кстати, о культурных различиях...- Бильбо почти ненавидел поднимать эту тему, но он знал, что это может стать камнем преткновения. - За ужином ты взял еду с моей тарелки. Когда мы путешествовали вместе, я видел, как вы, гномы, все время делали это друг с другом, но вы должны знать, что здесь, в графстве, это способ нанести серьезное оскорбление. - Подняв руку, чтобы предупредить желание Торина наказать самого себя (он уже устал от этого за вечер), он продолжил - Я говорю тебе об этом потому, что когда мы будем в обществе других, это могут неправильно понять. Есть множество правил, касающихся еды, потому что еда важна для хоббитов. На случай, если ты не заметил. - улыбнулся Бильбо. Торин кивнул, все еще немного огорченный, но явно пытаясь понять. - Значит ... еда - это как золото в Шире? Бильбо рассмеялся, но потом, поразмыслив, понял, что это было очень удачное сравнение. - Да, это довольно хорошее сравнение. - Тут ему в голову пришла одна мысль. - Подожди здесь.- Он умчался прочь, оставив Торина в замешательстве сидеть в кресле. Когда Бильбо вернулся, он нес на тарелке один из своих персиковых пирогов, а также запасную тарелку и две вилки. - Сейчас уже поздно, так что мы просто обсудим основы. Если ты возьмешь еду с моей тарелки без спроса, это будет оскорблением, как я уже сказал. Это значит, что ты считаешь, что я не заслуживаю этого, и все ... ну, это почти преступление, честно говоря. Однако, если я сам дам тебе еду с моей тарелки, - Бильбо отрезал кусок пирога, аккуратно съел его, затем отрезал еще один кусок, положил его на вторую тарелку и передал Торину. - Давать другому еду - это комплимент. Это говорит о том, что я хорошо о тебе думаю. - Торин взял вилку, посмотрел на Бильбо, чтобы убедиться, что тот ведет себя правильно, и, когда тот кивнул, взял кусок пирога и положил его в рот. От очередного стона Бильбо стало не по себе. - Пожалуйста, не издавай таких звуков, когда ешь на людях, иначе все женщины и половина мужчин графства будут сидеть у тебя на коленях, скандал это или нет. - Он громко рассмеялся, увидев потрясенное выражение лица Торина, и отрезал еще один кусок пирога. Этот он держал на зубцах, протягивая его Торину. - А теперь, если я накормлю тебя со своей вилки ... это флирт, даже если мы уже женаты. Единственное исключение - это родители, кормящие своих детей, которые делают это только для того, чтобы заставить ребенка поесть. Но кормить кого-то своими приборами - это очень смело, ложкой даже в большей степени, чем вилкой. - Бильбо взял в руки последний кусок пирога и протянул ему. - Если я буду кормить тебя из своих пальцев... ну ... это делается только дома и наедине, по понятным причинам. - Торин посмотрел ему в глаза, затем медленно наклонился и открыл рот. У хоббита перехватило дыхание. Бильбо восхитился белыми зубами, обрамленными короткой черной бородкой, и положил свой кусок на алый язык гнома. Когда губы Торина сомкнулись на кончиках его пальцев, он почувствовал, как шершавый язык прошелся по его пальцам. "О, милая леди, подумал хоббит, у меня серьезные неприятности. Тяжело дыша, он посмотрел на Торина, который смотрел на него с вожделением в глазах. -Я ... э-э ... - начал он, стараясь вернуть свои мысли к чему-то близкому к здравомыслию, - это была долгая ночь. Нам нужно немного отдохнуть. -Как скажешь, - ответил Торин. И если его голос звучал немного грубо, это тоже было нормально. Когда они разошлись, Бильбо прислонился головой к двери спальни. Ну и денек. Очевидно, его приключения еще не закончились.