Карточный долг - дело святое.

Дни превратились в один сплошной «день сурка». Каждое утро Мэй просыпалась с ломотой в теле, шла в душ, затем приходила Розалина и начиналась лечебная рутина, потом завтрак, чтение книг, обед, чтение книг, ужин и снова вечернее чтение книг, опять душ, и сон. Леди Поттер успевала прочитать за день две, а то и три книги, изучить вид из окна вплоть до мелочей, делать оригами из книжных листов, разучила несколько колыбельных из детской книжки, и — наизусть — несколько крупных произведений. Хотя, действия Забини действительно пошли на пользу — кожа приобрела естественный оттенок, круги более менее рассосались, она перестала находить на расческе свои волосы. Живот продолжал расти, и Леди Поттер успокаивал только этот фактор, хотя отсутствие движения продолжало беспокоить, также как и резкое отсутствие тошноты. Забини больше не проводила диагностику, да и в правильности и честности первой Мэй категорически сомневалась, но высказаться было некому, разве что шкафу или прикроватной тумбе. Пару раз в неделю приходил какой-то странный пожиратель, зачем-то наблюдал за ее действиями минут 10-15, а потом уходил. На все это девушка только пожимала плечами. Это утро ничем не отличалось от предыдущих, кроме разнообразия в завтраке. Сегодня был шикарный омлет, видимо, за почти полтора месяца ее нахождения в заточении на ней же домовик тренировал свои кулинарные навыки. Последнее время действительно хотелось кушать то, что ей приносят, а не впихнуть ради того, чтобы насытить свой желудок. Двигаться стало категорически тяжело, Леди Поттер потребовались колоссальные усилия для того, чтобы просто подняться на кровати, не говоря уже о том, чтобы дойти до душа. В зеркале она увидела неповоротливую медведицу, и ужаснулась. Нет, лицо даже не опухло, да и тело не стало больше, но вот область живота действительно пугала. В нескольких местах Мэй обнаружила красные полосы, напрягшись, ведь их не было вчера. Да и обычная одежда на нее уже не налезала, максимум очень растянутая мужская футболка темно-зеленого цвета, намекающая на то, что ее хозяином был Рудольфус. То, что они в Лестрейндж-мэноре, Мэй уже не сомневалась, но то, что он до сих пор не был снесен — слегка удивило. «Нельзя столько нервничать, бояться, расслабься уже» — говорила она сама себе. Каждый день Леди Поттер испытывала дикий страх: за ребенка, за мужа, за себя. Страх стал частью утренней рутины, когда, глядя в свои глаза, она не могла увидеть в них ничего больше. Вот и сегодня, разглядывая себя в зеркале после банной процедуры, девушка ощутила именно страх. Время шло медленно, но, оказалось, что подошло быстро. Теперь оставалось только ждать, потому что день Х был уже на носу, а значит и ее последующая смерть тоже была на носу. Поедая свой омлет, девушка задумалась о том, о чем боялась: после рождения ребенка она совершенно никому не будет нужна и, скорее всего, ее просто убьют. Зачем им потребовался ее ребенок, Мэй не могла даже представить, но впервые за это время пожелала, чтобы он действительно умер у нее в утробе, если Гарри… Он тогда хотя бы не будет участвовать в том ужасном, что задумал Лорд, а то, что его задумка ужасна, можно было не сомневаться. Девушка вздохнула, подцепляя вилкой последний кусочек, когда в дверь настойчиво постучали. Торопливо дожевывая, она крикнула «Войдите», и села на кровати ровно, с удивлением наблюдая за вошедшим Северусом. Он тихо закрыл дверь, выглянув в коридор напоследок, и присел рядом с девушкой. — Тебя ждет Лорд, — он даже не здоровался, обеспокоенно разглядывая Мэй. Старался выглядеть холодным, но у него плохо выходило. С того момента, как он привел блондинку в эту комнату — здесь он больше не появлялся, доказывая Воландеморту что ему на нее глубоко плевать. Не спрашивал о ней, даже у Леди Забини, и сейчас вся его обеспокоенность читалась невооруженным взглядом, — Надо идти, и как можно быстрее. Держи себя в руках. Подав Мэй руку, он помог ей подняться, а она, недолго думая, бросилась к Снейпу в объятия, насколько позволял живот. Ни о каком ее самообладании не могло быть и речи: она соскучилась, она была одна все это время — Как он? — тихим шепотом спросила девушка, цепляясь за Северуса как за спасительный крючок. Его руки дернулись, и он, будто нехотя, тоже обнял ее, понимая, что обновить защиту все-таки придется. — Я не был у него, — девушка всхлипнула, прижимаясь ухом к груди мужчины. Только сейчас она осознала, что ей сильно не хватало обычного человеческого тепла в этой более менее уютной клетке. Снейп покачал головой, — Только не вздумай сейчас рожать, пожалуйста. Иначе у нас будут проблемы. — Я постараюсь, — как назло, именно в этот момент живот скрутила жуткая, боль, заставившая Мэй согнуться пополам. Снейп обеспокоенно взглянул на девушку, подхватывая ее под локоть. — Ты решила назло мне родить что-ли? Эй, дышать, пацан, сиди не дергайся, — голос Северуса помог, боль отступила, а блондинка, все еще согнувшись и тяжело дыша, с благодарностью взглянула на крестного. — Я спокойна, это просто нервы, сейчас я продышусь и все будет хорошо. Никаких рожать, — она поднялась, выпрямилась и бодро последовала за крестным. *** Воландеморт действительно ждал их, и незадолго до входа в зал Северус схватил Мэй за локоть и, сжав его грубее необходимого, завел девушку в зал. Она молча перетерпела, пока Снейп не отпустил ее также резко, как и схватил, и встала, сложив руки на живот, в воинственную позу. Северус же в этот момент настраивал в ее голове ментальный блок. — А, наш маленький инкубатор уже здесь, — елейным голосом произнес Воландеморт, а Мэй лишь фыркнула. Осмелела. Сбоку на нее смотрел Люциус, и жаль, что она не видела его взгляд. Он также не посещал и не интересовался ее состоянием, — Розалина, как дела у нашего юного будущего члена нашей семьи? Ведьма вышла откуда-то из тени, встала перед Лордом и поклонилась. Леди Поттер заметила на ее лице приторно-сладкую улыбочку, с которой она приходила к девушке каждый день. Вдруг подумалось, что она врет не только блондинке. — Все хорошо, все здоровы, и ребенок и кхм, мать, — женщина оглянулась на Мэй и вновь отвернулась к Темному Лорду, — Месяц-полтора еще проходит спокойно. — Замечательно. Как раз успеем все вычистить, — Воландеморт радостно подскочил со своего места, приближаясь к Леди Поттер. Она подавила отвращение от его вида и аромата, позволяя ему дотронуться до ее живота, будто бы был выбор, — Чудесно… Воландеморт вернулся на место, жестом приказывая Мэй отойти. Девушку усадили на стул неподалеку, а пожиратели, стоявшие в кругу, кроме одного — Мэй не знакомого — столпились вокруг трона Лорда. Она вдруг почувствовала, что ничего не слышит, и начала растерянно оглядываться по сторонам, поняв вдруг, что на нее наложили какое-то конспиративное заклинание. Чертыхнувшись про себя, девушка посмотрела на «охранника» — не шевелится, смотрит в точку на противоположной стене. Леди Поттер напрягла слух в надежде, что это хоть-как то поможет. Бесполезно. «Раз, два, три, четыре… Вдох, выдох… “ — какой-то звон в ушах, звук, словно открывают бутылку шампанского… Голос… «Я слышу, что за чушь». — Сегодня в ночь? — Да, мы готовы. Операция проходит идеально. — Старый пердун уж точно ничего не заподозрит, у него мозги промыло сладкой водичкой, черт бы его подрал. — А наши дети? — Большинство слизеринцев разъехалось после скандала, остальных эвакуирует человек. — Наша цель — Поттер и Дамблдор, остальных просто убираете с дороги. — Да, мой Лорд, — последнее было произнесено множеством голосов. Девушка осторожно взялась за левую руку. «Гарри, пожиратели нападут на Хогвартс сегодня ночью. Берегитесь». *** — Оммммм… оммммм… Сириус, я не могу больше это говно повторять, можно пожалуйста я пойду дальше ломать и крушить, — Гарри открыл один глаз, состроив жалобную моську. Блэк, сидевший рядом с ним в позе лотоса, не открывая глаз пошарил по полу и, обнаружив тоненький, специально заготовленный прутик, треснул им Поттеру по коленке. — Концентрируйся. Мычи. Ищи, я сказал. Заткнись, короче, — на одном дыхании выдал Сириус, возвращаясь в первоначально принятую позу. Гарри вздохнул, и вернулся в исходное-потребованное положение, пытаясь вновь зарыться в собственную голову. Запахло благовониями… Шум прибоя… маленькие ножки, которые бегут по золотистому песку. Взрослые ноги, бегущие следом за маленькими… Исчезают. Лорд Блэк поднимает голову и видит, как Лорд Поттер кружит на руках маленького белобрысого мальчика с огромными зелеными глазами. Что-то защемило в сердце, оно пропустило удар, сбилось дыхание. Он нашел свой дзен, тот самый, о котором говорил ему крестный. То место, где тепло и спокойно, где им всем хорошо, где нет боли и тревог, где остались только они одни и их маленькое счастье. То счастье, которое очень похоже на своего папу, то счастье… И еще одно, которое мирно сопит рядом на пледе, совсем крошечное, еще не умеющее даже перевернуться на другой бок, и потому смешно кряхтящее. Поттер уставился на него, непонятно было, мальчик это или девочка. Те же пепельные волосы. У Малфоев хорошие гены. — Здорово, правда? — резкий голос заставил Поттера повернуться и вскочить со своего места. Ребенок исчез, как и песок, и море, и Драко с малышом… Все исчезло, осталась лишь серая бесконечность и он сам, стоящий напротив себя. Только какой-то другой: прилизанные волосы, красные глаза, несвойственная ему мерзкая ухмылка… — Крестраж… — Поттер выдохнул, смотря на отражение исподлобья. — Бинго, мой мальчик. Или мой лучший враг? Я достоин лучшего сосуда, чем ты, — юноша напротив дернул головой, не отводя взгляд от Героя. — Ты вообще недостоин сосуда, — хмыкнул Лорд Блэк. — Я прикончу тебя раньше, чем мой хозяин. Прямо сейчас, — зарычал красноглазый и рванул вперед, навстречу Гарри. Расстояние было неблизким, но враг не сдавался. Казалось бы, все в нем говорило о том, что он может победить: ярость внешняя, внутренняя сила, его привязанность к двум сильным волшебникам… Однако, крестраж не был человеком и не мог понять одну простую вещь: он находился в чужой голове, жил всю свою жизнь по чужим правилам, лишь пытаясь установить какие-то свои порядки. Он здесь не командовал, и не мог никому навредить. Его попытка напасть могла вызвать только смешок и, будь Гарри прежним, даже может и испугался бы. Однако, поддаваться таким тупым провокациям нынешнему Поттеру, Лорду Блэку, чья природная сила была огромна, возможно, больше, чем у обоих сильнейших волшебников столетия вместе взятых… Пока Гарри тренировался под чутким руководством крестного — понял, насколько его заглушали ранее, насколько силе он оказался на самом деле. Понял, почему его боялись. Поттер закрыл глаза и сосредоточился, выпуская вперед свою магию. Ежедневные тренировки шли на пользу: она появилась быстро, единым потоком собралась в один большой кнут и ворвалась крестражу в грудь, останавливая его на полпути к Гарри. Двойник, подхватываемый гибким невидимым кнутом, поднялся в воздух. Его криком заполнилась бесконечность, но Поттер слушал, смотрел, как тому больно, и пытался мысленно разрывать его на куски, на части. Из носа тоненькой струйкой потекла кровь, но брюнету было плевать. Он смотрел, как разрушается, сгорает изнутри крестраж внутри его головы, пока от его собственного отражения не осталась кучка пепла. Вокруг резко потемнело… … Очнулся он в той же комнате, перед его глазами маячил потолок и обеспокоенный Сириус, который водил вокруг его носа какую-то склянку странного происхождения. — Убери эту дрянь, пока меня не стошнило, крестный, — хрипло произнес Поттер, отодвигая от себя руку мужчины, — Я уже очнулся, все нормально. — Ты был в отключке пару часов, и я подумал, что пора тебя откачивать или вызывать Мунго, — Сириус облегченно хохотнул, прислоняясь спиной к ножке тумбочки. — Пару часов? Я помню, как уничтожил самого себя, точнее, крестража в своей голове… Сириус, у меня получилось! — Поттер радостно подскочил и понял, что это была плохая идея: голова закружилась и затошнило, — Я смогу теперь победить, я смогу, смогу… — Успокойся. Дыши глубже и приходи в норму. Конечно сможешь, мы все сможем, — заверил его Блэк, отправляя Поттера на кровать, — Поспи немного, а потом будешь геройствовать. Сонные герои, знаешь ли, еще никогда не выигрывали войну! — А тебе откуда это достоверно известно? — Сам только что придумал! — гордо хвастанул Сириус. — Нет, мне надо в Хогвартс, я сегодня останусь там. Надо еще к Дамблдору забежать… — Гарри зевнул и потянулся, затем размял шею. — Тогда просто удачи. Я жду твоего сообщения вечером, — Гарри кивнул крестному и скрылся в камине, который приведет его в выручай-комнату. *** В школе была необыкновенная суета. Ученики перешептывались, преподаватели нервно ходили по коридорам, разгоняя попавшихся под руку юных колдунов, а авроры, которых оказалось слишком много, переругивались между собой. Казалось, Хогвартс сошел с ума: ученики напомнили Гарри клетки крови, которые, будто по артериям и венам, бегают по коридорам и лестницам. Разве что клетки разносят кислород и забирают углекислый газ, а школьники ничего хорошего не приносят, и ничего плохого не забирают. Максимум наоборот. Кажется, Гарри заметил несколько травмированных учеников, пока шел. У Большого зала был ажиотаж: шум, давка, никто не мог пробиться сквозь закрытые двери, будто внутри кто-то держал оборону. В этой куче Поттер заметил своих друзей и, расталкивая народ пробрался к ним. — Что происходит, что за? — попытался перекричать он толпу. — Дамблдор пропал, — также громко крикнула Гермиона. Тишина в ушах. Дамблдор ушел. Не пропал. Война на пороге. В голове он расслышал еле заметный, тихий, словно звук колокольчика, голос. — Гарри, пожиратели нападут на Хогвартс сегодня ночью. Берегитесь…… «А я теперь знаю, где ты.»