Карточный долг - дело святое.

«Очень яркий свет…» — Мистер Поттер, уберите ваши руки и дайте мне заняться своим делом!.. «Звенит в ушах» — Мистер Снейп, пожалуйста, уведите его, уведите отсюда. Вы вовремя успели, дальше наша работа… «Чей это голос?» — Гарри, нам нужно идти, мы будем за дверью. Она в надежных руках… «Больно, почему так больно…» — Я не могу, нет, не могу… «Сынок, маленький, нет…» — Идем… Боль потихоньку возвращалась вместе с сознанием. В полуприкрытые глаза бил яркий белый свет, и девушка поморщилась, когда ощутила его, а затем застонала, ощущая вернувшиеся к ней еще более болезненные схватки. Сколько она была в отключке — она не знала, кто и как ее сюда доставил — предполагала, от этого на душе становилось легче. И Северус, и Гарри, голоса которых она слышала и надеялась, что это был не глюк — живы, а значит все хорошо, значит, если война не кончилась, то у них есть все шансы выиграть. — Ребенок, — прохрипела Мэй, захлебываясь, когда ей к губам поднесли стакан воды. — Тише, девочка, приближается важный момент и ты должна набраться сил, — какая-то милая женщина в белом чепчике, подавшая ей стакан, погладила Леди Поттер по голове, помогая немного приподняться. Мэй обнаружила себя в какой-то непонятной сорочке, белье было аккуратно повешено на стульчик у кровати, а на ней больше ничего не было. Она лежала на каком-то странном твердом столе, под спину для удобства был подложен мягкий матрас, сбоку над ней возвышались подставки, предположительно, для ног. Мэдилин крупно задрожала, осознавая, что это больница святого Мунго. — У тебя сейчас раскрытие в восемь сантиметров, надо потерпеть еще полчасика, и можно будет рожать, — благодушно сказала вторая женщина в чепчике, аккуратно подсовывая девушке зелье, — Укрепляющее для беременных, даем перед всегда в процессе родов, чтобы сил было больше. — Я бы не отказалась от обезбола, — простонала Леди Поттер, и женщина сочувственно покивала. В такой период обезбаливать было уже поздно, и Мэй сама до этого прекрасно додумалась, глотая не очень приятное на вкус зелье, — Мне сказали, что мой ребенок умер. — Мы не можем пока дать вам точного ответа, миссис Поттер, — впервые к ней обращались так не в шутку, не подкалывая, а вполне себе официально, от этого стало слегка не по себе, — Мы не в состоянии провести подобную диагностику в последнем периоде схваток. Второй, как оказалось, вы благополучно пропустили. — Я была без сознания? — Да. Вас принес на руках ваш муж, очень громко и неразборчиво кричал, расталкивая магией всех вокруг, кто случайно попадался ему на пути, — женщина улыбнулась, будто это было каким-то милым воспоминанием, — Объяснял нам все тот высокий чернявый мужчина с большим носом, потому что мистер Поттер и двух слов связать не смог, при этом подгоняя весь наш персонал. Несмотря на адскую разрывающую боль, девушка тихо засмеялась, отчетливо представляя себе эту картину. Как Поттер, разнося все вокруг себя, тащит медведеподобную жену, как Северус успокаивает его, не боясь быть снесенным, как ошалевшие женщины в срочном порядке готовят родовой зал, пока Поттер орет на них. Видение закончилось, когда очередная разрывная, как осколочная граната, схватка опоясывающей болью окружила все тело. Мыслей не было, кроме как «Боги, как больно, когда это все закончится». Вдруг из коридора послышался стон, не менее болезненный, чем ее собственный. Не хватало сил сообразить, что происходит, и девушка просто уставилась на женщину в чепчике. — Наверно, мистер Поттер ощутил всю прелесть ваших схваток, — ведьма улыбнулась, пожимая плечами, — У нас тут в коридоре обычно много подобных папочек, не волнуйтесь, они то в состоянии это перетерпеть, им достается только небольшая часть. «Значит, связь восстановилась» — выдохнула Мэй и услышала в своей голове чужое «Да, родной» в ответ. Не успела она улыбнуться, или прослезиться, как из ее горла вырвался крик: схватки усиливались, хотя казалось бы куда? От боли девушка уже не могла двигаться, думать, в голове пульсировали слова Забини, а внизу нарастало давление. Все больше хотелось будто бы сходить в туалет, и Мэй незамедлительно об этом сообщила сквозь зубы, выдыхая и вдыхая воздух с каким-то остервенением. — О, давайте-ка посмотрим, — одна из женщин нагнулась взглянуть под подол сорочки и ужаснулась, — Мэгги, иди скорее сюда, головка идет! Женщины скооперировались, попутно вызывая кого-то, одна из них схватила Мэй за руку, а вторая осталась там, внизу, и Леди Поттер не хотела даже знать, что она там видит. — Смотри на меня, — велела та, что была рядом с ней, предположительно та самая Мэгги, — Сейчас тебя отпустит. Продышись немного, и как только почувствуешь схватку — начинай тужиться. Знаешь, когда в туалет очень хочется, но не получается. Так вот, на схватке по моей команде тужишься, старайся это делать не в голову — не напрягай голову, напрягай живот, тогда все будет хорошо. Слушай меня, не отвлекайся. Девушка ходила ходуном по поверхности, ее ноги уже были заботливо уложены на подставки в жутко неудобной позе, а где-то снизу гремела металлическими предметами вторая ведьма. В родовой зал ворвался какой-то молодой мужчина в халате, раздавая указания налево и направо, но Мэй уже не слышала его. — Мэй, схватка, ты должна мне сказать и начинать тужиться, Мэй, очнись, — женщина аккуратно, но достаточно сильно, чтобы протрезвить, ударила девушку по щеке. Помогло, блондинка сцепила зубы. — Схватка, — простонала она и набрала полную грудь воздуха, чтобы затем с громким стоном начать тужиться. Она не слышала, делает она все правильно или нет, слышала только подбадривающие крики Мэгги рядом. — Молодец, на следующую схватку НЕ тужимся, терпим и дышим. Ты умничка, все делаешь правильно, — подбадривала женщина, и Мэй последовала ее указаниям. Терпеть было невозможно, но она собрала силы в кулак и продышала, ноги мелко дрожали, крепко удерживаемые магической подставкой, — А вот теперь на схватке снова нужно сильно-сильно, изо всех твоих имеющихся сил, сделать это еще раз. И Мэй сделала. А потом в третий раз. Ей потребовалось всего три схватки, чтобы почувствовать облегчение там, внизу. Женщина, имя которой она не знала, подняла на руки крошечного ребенка и резво отчекрыжила пуповину, передавая ее тому самому доктору. — Девочка, шестимесячная, без признаков жизни. Сообщите отцу, — подытожил врач, укладывая ребенка в специально подготовленный кювет и накрывая магическим куполом. По правилам больницы, мертвые недоношенные дети наблюдались в течении трех дней перед тем, как их похоронить. Мэй ощутила, как на губы попадают соленые слезы. *** Гарри и Северус были выпнуты из родильного зала почти сразу, как пришли. Как бы Поттер не настаивал на том, чтобы его оставили — таковы были правила. Поверив Снейпу, поверив врачам, он все-таки вышел из палаты, до последнего заглядываясь на только-только приходящую в сознание Мэй. Они успели: когда ее магический всплеск разнес комнату в доме Лестрейнджей, а заодно и все левое крыло, в котором она находилась, Гарри вместе с Северусом сразу же переместились туда. Поттер обнаружил девушку без сознания в одной из разрушенных комнат, и, недолго думая, отправился с ней в Мунго, а Снейп еще некоторое короткое время разглядывал место происшествия. Леди Забини, так неудачно попавшая под горячую руку, Нагини. Последний крестраж убила Мэй, сама того не зная, и этим помогла выиграть войну. Снейп хмыкнул и отправился вслед за крестником, и успел вовремя: Поттер упорно пытался разнести Мунго, и только крепкая рука Северуса помогла ему очнуться. К счастью, персонал справился быстро, приведя девушку в чувство и даже успев подготовить родовую и послеродовую палаты. — Все будет хорошо, — прохрипел Северус, когда Гарри сложился пополам от боли. Его настигли схватки, в половинчатом объеме от ощущений Мэй, но это не мешало им быть невозможно болезненными. Его как-будто резал ножом изнутри маленький человечек, тыкая то в один орган, то в другой. Поттер застонал. — Северус, отвлеки, какого черта Дамблдурень оказался на поле боя, — проскулил он, из позы эмбриона повернув голову в сторону своего… дядюшки? — Этот придурок сбежал прямо перед битвой. Мне показалось это странным. Я оставил Стефанию в Блэк-мэноре, а сам направился за ним. Он меня не заметил, судя по всему, отсиживался у своего брата в кабаке, мирно попивая с ним чай, смотрел на время, а я смотрел на него из-под твоей мантии. Прости, я нашел ее недавно в кабинете Блэк-мэнора, решил что она пригодится, — мужчина пожал плечами, обеспокоенно наблюдая за мучениями юноши, — В конце концов, он куда-то делся, а я — за ним, нагоняя его по следу. Он появился в замке, на башне, наблюдая за тем самым двором, где погиб Темный Лорд. Опять же, он меня не заметил, а я ждал его действий. Снова хлопок: он исчезает, появляется на поле боя, кидает в тебя заклинание, а я в него. Он не попал в тебя, а я очень даже попал в него. Снейп замолчал, раздумывая над сказанными собой же словами. Определение «Дамблдурень» как ничего подходило к их директору. — Заче-е-ем, — сквозь зубы простонал Поттер. — Почти гениальный план. Ты погибаешь от рук Воландеморта, он торжествует, приходит добрый дядюшка и убивает его. Ты — несчастная жертва, он — герой нового поколения. Все просто, банальная жажда славы, — хмыкнул Снейп, — То же самое, что твоего мужа пытались отравить руками твоей подружки. Глупая девчонка жаждала тебя, мести, поддалась провокациям Гойла и подлила фемину твоему супругу. — Джинни? — Поттер на минуту забыл о схватках, удивленно уставившись на Северуса. — Не волнуйся, ей зададут хорошую трепку, когда все закончится, — Северус усмехнулся, нагибаясь до уровня лица Поттера. Внезапно крики закончились, и боль прошла. Гарри выпрямился и подскочил на ноги, прижимаясь ухом к двери. -… Без признаков жизни. Сообщите отцу, — услышал Поттер. Секунда, еще одна… он стоял у двери с опущенными руками и смотрел в одну точку. Послышались неторопливые шаги, но дверь открыться не успела: внезапно его тело скрутила новая боль, от которой он осел на пол, на колени, прижимаясь лбом к скаймейке. — Что, что такое, — недоуменно бросил Снейп, подъезжая к нему по скользящей поверхности. — Не знаю, — простонал Гарри, обхватывая себя руками. *** В этот момент, также согнувшись на родильном столе, кричала Мэй. Женщины, уж было отошедшие от нее посмотреть на ребенка, внезапно активизировались, не понимая, что происходит. Мэгги вместе со второй, кажется, Долорес, уставились под подол сорочки с выражением полного недоумения на лице. Мэгги вновь оказалась рядом, подхватывая ее руку. — Отдохнула? Ну вот, давай, повторяем те же самые действия. Тужимся на схватке, пропускаем, снова тужимся, — пролепетала женщина, крепко сжимая руку Мэй. — Что, зачем? — недоуменно спросила девушка, задохнувшись от резкого нового приступа. — Не ревем, работаем, давай, ты сможешь, — «Ей бы оратором на войну, собрала бы целую армию». Мэй послушно повторила все действия, которые проделала позже, только теперь почему-то все шло гораздо тяжелее. Трех схваток не хватило, четвертую и пятую потугу Мэй, уже без сил, выдержала с трудом. Однако, пятая, к частью, была последней. — Роб, Роб, забери, руки горят, — закричала Долорес, и Леди Поттер с трудом подняла голову. Над своим все еще огромным животом она увидела женщину, держащую в руках магический кокон голубого цвета. Женщину трясло, как ненормальную, подхвативший кокон врач еле успел, прежде чем она повалилась на пол. Сам он не держал кокон слишком долго, торопливо уложив его в еще один — запасной — кювет. — Мэгги, вызови помощь для Долорес, у нас тут мальчик в магической защите. Как бы ей руки не оторвало, — женщина заохала и выскочила в коридор, вызывая на помощь. Долго ждать не пришлось: спустя минуту Долорес уже уносили и, насколько Мэй могла судить, женщина была без сознания. Голова затуманилась, закружилась, девушка откинулась на подушки, слушая тихую речь врачей. — Я не могу его осмотреть, я даже не понимаю, дышит ли он, — хлопок в ладоши и тихий женский вздох, — Не кричит, мог захлебнуться, пуповина вон оборвалась сама, болтается не завяжешь. Черная магия какая-то, ей богу. Девочка то давно уже, месяца полтора как… Недоношенные оба на месяц, а то и два, не меньше… Что же такое произошло. — Посмотрите, как фонит. Долорес руки обожгла по самые локти, надеюсь не придется их ампутировать, — грустный женский вздох. Мэй тихо застонала, призвав к себе взгляды врачей. — О, послед пошел, — радостно сообщила Мэгги, опускаясь вниз под юбку девушки. Что она там делала, Мэй доподлинно не знала, ощущала лишь какое-то неприятное, но небольшое давление, чужие руки и что-то еще, непонятное, о чем думать не хотелось. — Надеюсь там не третий, — медленно произнесла девушка, чуть ли не по слогам. Мэгги захихикала, и тут же замолчала, понимая неуместность своего действия. — Нет, дорогуша, это всего лишь плацента. Подушечка, питание для малыша. шей. — Как там. — Мальчик? Мы не можем понять, живой он или нет. Диагностика не показала ничего, его защитный купол очень силен. Мы не можем понять, откуда он взялся, скорее всего, результат каких-то заклинаний. Он чем-то напитался и образовался вокруг мальчика. Если честно, мы даже не можем точно узнать его размеры, потому что не можем до него дотронуться. Даже смотреть больно, — Мэгги прикусила губу, поглядывая на коллегу. Тот лишь покачал головой, показывая, что женщина наболтала лишнего. — Мы сейчас тебя переложим в послеродовой блок, а детей заберем. По девочке — узнаем, почему она… Ну… А у мальчика надо ждать, пока спадет фон, и только тогда мы сможем дать объективную оценку. Он не кричит, не шевелится — это плохо, — врач появился перед ее лицом, и теперь она смогла его разглядеть. Молодой, с короткой черной бородой и усами, в квадратных очках, с каштановыми длинными волосами, завязанными сзади в хвост. — Нет, детей вы не заберете, они останутся с нами, в каком бы состоянии они не были. Можете смотреть, только в нашем присутствии, — Мэй повернула голову и увидела Гарри. Он был бледен, держался за косяк, и лицо его не выражало ничего хорошего для врача в случае отказа. — Да, хорошо, Лорд Блэк.