Утопленные лебеди

      С течением жизни ты изучаешь себя так же, как и любого незнакомого человека. Изучаешь свои эмоции и реакции на что-либо, изучаешь своё поведение, свои способности и слабости. Это можно назвать «знакомство с собой». Это самое долгое знакомство в нашей жизни.       Январь познакомил Элли с компанией нескольких людей. Это было трое парней и две девушки. В эту компанию её почти силой притащила давняя подруга. Компания получилась немного нескладная, вроде тех компаний, которые существуют около полугода, а потом вдруг неожиданно распадаются, и никого это не волнует. И все моментально забывают, что их товарищи вообще существовали.       Один из них был полноватый парень с хорошим зрением и зелёными острыми глазами, которые были как-то угловато прорезаны на его круглом лице. Он не любил диалогов попусту, он был начитан и даже прочитан и выжат насквозь миллионами книг, которые очень любили его общество. Его звали Артур. Он общался умными многосложными словами, вводя собеседников в состояние недоумения. Как-то раз Элли начала говорить с ним о психологии, и их взгляды уткнулись друг в друга. Упёрлись, и стоят как вкопанные.       Надменно потирая лоб, он сказал что-то весьма длинное, непонятное. На таком моменте большинство людей в споре с ним просто сдаются. Батарейка у часов начала садиться, и стрелки начали дёргаться, издавая звук, похожий на стрекотание сверчков.       Позже Элли подмечала: «Общаясь с умными людьми, я замечала у них одну интересную особенность: они умеют подстраиваться под собеседника, если тот далёк от обсуждаемой области. Они не засыпают его заумными словечками и твёрдыми терминами, показывая своё умственное превосходство. Не пытаются продемонстрировать свой широкий кругозор, свой чётко выложенный, как по полочкам, словарный запас. Они, как короли, умело распоряжаются всей информацией, которой владеют, выдавая человеку только ту долю, которую он сможет понять и осмыслить. Поэтому я не могу назвать этого парня умным только потому, что он цитирует мне Фрейда.»       Вместе они ходили в кинотеатр на вечерние сеансы и скупали сухарики пачками, как любые другие бедные студенты. Одна из девушек, с которыми Элли познакомилась, научила всех готовить сырный суп. Её звали Олеся. Она была брюнеткой с мятно-зелёными глазами. Суп был вкуснейший, молочно-белый и не сильно густой, присыпанный укропом. А самое главное, для него не требовалось никаких дорогих ингредиентов. Пару плавленных сырков, сухарики и картофель — что может быть доступнее для студента?       Любимым местом этой компании была заброшенная больница, располагавшаяся на краю города, или, что скорее, её жалкие остатки. Бетонные плиты, расписанные маркерами и баллончиками, как когда-то древние люди расписывали пещеры наскальными рисунками, выглядели мрачно, но очень по-родному. Тут были угли от тихого, тайного костра, который мог спалить сухую траву вокруг и быть началом масштабного пожара, будь пришедший сюда особенно неосторожен. Трасса отсюда была не так далеко: всё время отдалённо слышался гул машин.       Если по лабиринту исписанных стен пройти к заплёванной бетонной лестнице, можно было подняться на второй этаж. Опасность нахождения там была лишь в том, что в бетоне было много мест, где конструкция была слишком ненадёжной.       В февральскую вьюгу здесь не дул так беспощадно ветер: он терялся в стенах заброшенного здания, метался вихрями по нему, отчаянно пытаясь найти живых людей. Поэтому компания студентов здесь обосновалась.       Вздувшиеся липкие облака плыли как-то лениво и размеренно. Элли сидела около своей давней подруги, которая познакомила её со всеми. Девушку звали Ангелина. Она держала в руках сосульку, похожую на стеклянный позвоночник. Кругом был рыхлый снег, на улице уже теплело. Снежинка как крохотный снежный паук с пушистыми лапками села на рукав пуховика Лины. А она задумчиво рассматривала холмы белых облаков.       Потом она расстегнула кармана куртки, достав сигарету. Дым от потухших спичек рассеялся в ее мягких локонах.       Элли так хотелось выдернуть эту сигарету у неё из губ. Ей вспомнился момент: им по десять. Ангелина покупает две жвачки в виде сигарет. Они разворачивают обёртку и жуют розовую «сигарету», чувствуя себя ужасно крутыми. Сладкий жвачный привкус. А потом они уезжают на велосипеде к друзьям на соседнюю площадку. И день солнечный. День прекрасный.       Но теперь перед ней взрослая девушка держит помятую сигарету во рту, пуская кольца серого дыма. Вокруг потускневший город, мутный, размытый дождём. От сигареты во рту лишь горечь, она втягивает дым своими сухими губами. Все смотрят в её блёклые глаза. — Я по нему скучаю. — начала она диалог, больше обращаясь к Элли, чем к остальным. Она говорила про своего бывшего парня, с которым рассталась вчера.       Драма расставания в период жгучей юности. Люди любят чудовищно её обесценивать со временем, задавленные натиском «более серьёзных» проблем на работе и в семье. Но это проблемы взрослые, скучные. Они не стоят и крохотной части той яркой боли молодого сердца, которое ещё не ведало столь крупных ошибок, как любовь. — Причины всех моих истерик и разочарований — люди. В то же время вещь, которую постоянно я пытаюсь в свою жизнь добавить — люди. Может, и причина моего счастья в девяноста процентах — люди. Но, если так подумать, вполне возможно, что я сама себе неплохая причина жить? — отчаянно и громко сказала она, начиная со слезами неравную битву. — Разумеется. — сказал Артур, хоть и знал, что вопрос был совершенно риторическим. — В последнее время вы вроде совершенно не ладили с Ильёй, на это тошно было смотреть. Всё, что ни случается, случается к лучшему. — добавила Олеся, заматывая шарф на шее потуже.       Когда все разошлись, Элли с Линой шли домой и мокрому снегу, растворяясь в сгустках темноты. Ангелина негромко включила музыку. «Если это чувство Просто выброс эндорфина Скажи, почему так больно сильно? Почему так больно сильно?»       Макс Корж.       Холмики слёз высыхали у неё на ресницах. — Не знаю, что мне делать, Элли. Не знаю, совершенно. Как дальше знакомиться с людьми, да и для чего, если терять их так невыносимо больно?       Всё, что не убивает, делает нас в чём-то инвалидами. Когда нас обманывают, нам становится сложнее доверять. Когда нас бросают, мы начинаем избегать отношений вовсе.       Это был необычный день. В этом дне через край лилось молчание и мысли. Все проживали расставание Ангелины как своё собственное.       Но этот день был скорее исключением, маленьким пятном непривычного неотстирывающегося характера. Все остальные дни проходили очень весело, зачастую так, что многие из компании ощущали это тайное, странное чувство того, что они этого не достойны и этого не заслуживают.