Он ведьма

В академии не произошло ничего интересного. Разве что бабушка уделяла мне намного больше внимания, по сравнению с другими занятиями. Практику по ветру я пропустил, и бабушка просто не могла ещё раз повториться, только ради меня. Но она уделила особое внимание, как я учился миксовать стихии. Прикиньте, у меня получилось создать лёд. Маленькую корочку в чашечке, но блин, это капец как круто. Ну, да и что, что Мирослав в моей паре смог полностью воду заморозить. И что? Мне теперь пойти утопиться?... Кхм… Мирослав стыдливо опустил взгляд, после того как с одного прикосновения вода в его чашке превратилась в лёд, пока я кряхтел над ней минут десять. – Чего ты глазки-то опускаешь? – совершенно без задней мысли сагрился я. Но паренёк вдруг покраснел и опустил голову ещё ниже, начав лепетать что-то по типу «прости». – Эй, ты чего? Я ж не имел в виду ничего такого? – удивился я. – За что ты извиняешься? Ты, наоборот, молодец. Мирослав всё ещё красный до кончиков ушей поднял на меня взгляд. – Ты тоже молодец, – еле-еле выдал он. Капец, вот они с Миланой похожи. Может, они родственники, просто не знают об этом. Я бы не удивился, если бы Миланина бабка выкинула чародея на попечение директору северной школы, как котёнка, и никому об этом не сообщила. – Никитушка, у тебя всё хорошо? – бабушка Марья, словно курица-наседка, то и дело подходила ко мне, узнавая, как там её внук. Я вытащил из чащи льдинку, хмуро глянул на неё. Той явно не понравился мой взгляд, потому что в следующую секунду она переломилась и упала в траву. – Относительно, – буркнул я. – Попробуй сильнее сосредоточиться, – предложила бабушка. – Может быть, тебе поделать упражнения на концентрацию? Оказывается, это действительно работает. Милане помогло очень сильно. Я только фыркнул. Затем взял чашку с водой, поставил её на скрещенные ноги и закрыл глаза, как бы концентрируясь. Бабушка Марья ушла к девочкам, узнавать их дела. Мирослав бездумно игрался с каплей воды, взмахом ладони отрывая её от жидкости и вновь опуская. – Я хотел спросить, – не смотря на меня проговорил чародей. – Не знаешь, как там Рысь? – Знаю, – я не открывал глаза. – С ним всё относительно в порядке. Мирослав вздохнул. – Это хорошо. – А что? – всё-таки не удержался я, чтобы не узнать причину заинтересованности. – Ну, – замялся паренек. – Ходят слухи, что его хотят перевести к нам, в Септентрионалис… – Что? – вскрикнув, открыл глаза я. Руке тут же стало очень холодно. Я опустил взгляд в чашку, в которой мои пальцы примерзли ко льду. Я интенсивно задергал рукой, пока не вызвали пальцы на свободу. Они горели от холода. Я прижал ладонь к груди, дуя на них горячим воздухом изо рта. – В смысле? Мирослав удивленно на меня смотрел. Затем пожал плечами. – Это всего лишь слухи.

***

Очередной школьный день начался отвратительно. Даня не пришёл в школу, потому что ему нужно было пойти сдать флюорографию. Я сидел один, рассматривая затылок Снежка, ждал звонка, ждал последнего урока, ждал момента, когда смогу сфинтить отсюда. А Матвей расстроился, что я расстроился из-за Дани. Чувствуете цепочку событий? После предпоследнего урока я вышел в коридор проветриться, сходил к автомату, купил себе водички. Когда возвращался назад заметил Веронику, которая сидела на лавочке у подоконника и залипала в телефон. Я подсел к ней. – Хей, как жизнь? Вероника убрала телефон. Играла в «Клуб романтики», хах. – Ну так, – отмахнулась она. – Отец сегодня должен приехать. Написала ему, что у нас кое-что случилось, но не сказала, что конкретно. – Вот он удивиться. – И не говори. Мы посидели молча ещё несколько секунд, как в коридоре началось странное движение. Один из близнецов, до бишь Сергей, яростно кинулся на Снежка. Толкнул того к стене с дикими криками «Завались!». Снежок в долгу не остался, оттолкнул волчонка к другой стене с злым «Куда ты лезешь?». Я бы подождал продолжения их страстей, но зная, что эти волки могут ненароком обратиться, ведь оба находятся под действием волчьих молодых гормонов, ждать не стал. Подлетев к ним, я схватил Сергея за локоть, потянув на себя, и затем встал между драчунами. Те синхронно злобно зыркнули на меня, Снежок даже успел ухватиться за мои грудки. Но затем они вдруг осознали, кто перед ними стоит, и так же синхронно и резко перевели взгляд от меня. Я повернулся и увидел в дверях класса Матвея, лицо которого выражало спокойствие кровожадного убийцы. Парни отлепились от меня и друг от друга, после собрали раскиданные рюкзаки и слились: Снежок в класс, Сергей в туалет… Дурачки. – Чего это они? – мотнула головой Вероника, подошедшая ко мне. Я пожал плечами. Тем временем до нас дошёл Матвей. – Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он. – Я и не дрался, – отмахнулся я. – Сергей с Андреем дрались? – удивился волк. – Пытались, – ответила Вероника. – Никита их остановил. Матвей нахмурился. Он выпал из жизни их дома. Ведь отцу волка устроили бойкот практически все. Вероника сейчас жила у тёти. Снежок у близнецов. Софьи ведь нет, готовить еду не кому. – Ладно я пойду, – сказала волчица. – Сейчас звонок. Девушка кивнула нам и скрылась за поворотом. Я уже собрался идти обратно в класс, как Матвей предложил: – Может, сбежим? Шок-контент. Матвей-прогульщик. Я хитро улыбнулся. – Давай. Всё равно без Дани тут делать нечего. Мы вернулись в класс за рюкзаками и ливнули под шумок.

***

Мы с Матвеем как-то единогласно порешали, что прогуливать последний урок будем у тренера дома. Сам мужчина отрабатывал свои учительские часы, поэтому точно бы не заметил, что волк-прогульщик. С другой стороны, он ничего и не запрещал парню, а Матвей вполне мог позаботиться о себе сам. Конечно, я не ожидал, что, придя в квартиру, Матвей после обеда, первым делом заставит сесть меня с ним за домашку, но зато он мне вполне понятно объяснил тему. Я теперь понимаю, почему Милана такая умная стала. У нас ведь в конце апреля уже сдача всех контрольных, поэтому некоторые темы приходилось самому приходить. Однако мне достаточно было и тройки, а уж на неё я знаю сполна. После того, как Матвей убедился, что я всё знаю, он наконец, подрубил Генш, и мы с ним погоняли пару часиком по пустыне. Замок в двери зашуршал и вскоре открылся. Тренер вошел домой с характерным уставшим вздохом. Да, учительство утомляет даже всесильных волколаков. Мы с Матвеем выглянули из-за угла. – О, уже тут, – фыркнул мужчина. – Ты у нас скоро поселишься Костров. – А вы против? – съехидничал я. Тренер только качнул головой, встал и ушёл на кухню. Мы вернулись за игру. Следующий раз нас отвлек уже звонок в дверь. Мы с Матвеем сначала не обратили внимания, мало ли: соседи, почтальон, полиция… Но я крайне удивился, когда после звука открывающейся двери, мы услышали: «Я так соскучился!". И голос казался смутно знакомым. Мы с Матвеем переглянулись и словно ниндзя поползли на разведку. Картина, представшая моим глазам, не просто шокировала; я выпал из этой Вселенной. Голосом оказался дядя Егор – отец Вероники. Он повис на шее тренера, крепко-крепко обнимая его. Наш тренер оказался выше и плечистее отца Вероники, поэтому на его фоне выглядел как большой платяной шкаф. А дядя Егор улыбался и терся щекой о щетину тренера, словно волчонок. – Привет, дядь, – Матвей выполз из-за угла, поджав губы, пытаясь сдержать ехидную улыбку. – Матвей? – дядя Егор, удивлённый, отпрянул от тренера. – Здрасте, – а за Матвеем показался и я. – Никита? – в тот момент нужно было видеть спалившие контуру глаза дяди Егора. Он пытался улыбаться, но улыбка его выглядела обречённой. – А вы, что тут делаете? – наконец, выдал он. – Матвей живет здесь, – объяснил тренер, но не внёс никакой ясности. Отец Вероники вопросительно посмотрел на племянника. А Матвей выглядел так, будто собирался выложить тайну создания пирамид. – Я признался отцу, что гей, и убежал из дома. Отец Вероники выпал на минуту. Он хлопал глазами и ртом, словно рыба на воздухе, и офигевши поглядывал то на тренера, то на парня. – Ч-что? – спустя время молчания выговорил мужчина. – Об этом мне хотела рассказать Вероника? Матвей кивнул. Дядя Егор нахмурился, посмотрел на тренера, затем снова на племянника. – Степан выгнал тебя? Матвей пожал плечами. – Софья тоже ушла от него. Дядя Егор опять замер, а затем с размаху приложился ладонью об лоб. – Я должен поговорить с ним, – резко сказал мужчина и вылетел из квартиры, оставив свою сумку у порога. Тренер поднял ей и положил на диван. Очевидно, дядя Егор сегодня придет ночевать сюда. – Нам не нужно пойти за ним? – с опаской уточнил Матвей. – Их отношения – не твоя забота, – тренер потрепал Матвея по голове. – Есть будете?

***

Дни осторожно пробирались к полной луне. Я бы уже и забыл, что мне нужно оросить кровью русалки землю на полнолуние, но Милана старательно об этом напоминала несмотря на то, что полностью сидела в учёбе. Она уж очень не хотела пропускать месячные майские забавы. Ведьмочка, конечно, утверждала, что это из-за того, что она хочет получить и знания, и опыт, и доказать, что способна управляться своими силами, но я был уверен в другом. Просто в следующем году Камиллы на этих экзаменах не будет. За день до полнолуния, я уточнил можно ли мне проводить обряд не одному. Получив утвердительный ответ, я радостный собрался звать Матвея, как вспомнил, что, кхм, полнолуние – это не самое лучшее время для волчьего выхода на природу. Даню позвать я не мог, он бы шугался каждого шороха, хотя точно бы пошёл со мной, а Милану никто так поздно без сопровождения из дома не выпустит. Можно было бы, конечно, дёрнуть Веронику, но у девушки школа и режим. Поэтому я, вздохнув полной грудью, побрёл шаманить один. Нет, я не боялся, да и нечего было, ведь в Лёлин приход вся нечисть перестает бесноваться, но просто скучно одному. Но да ладно, со мной Фырфыр будет. Я вышел из дома раньше, чем рассчитывал. Я шёл по лесу и понимал, что буду сидеть в поле целый час, поэтому свернул к реке. Уж лучше посижу на берегу, полюбуюсь луной. Она сегодня огромная. Я сел жопой в песок. Благо всё уже высохло. Дождь был неделю назад. Правда, на следующей недели обещали дождливую погоду. Я взял телефон в руки. Свет больно ударил в лицо своей яркостью. Я убавил её и зашел в ВК. Матвей был в сети четыре часа назад. Сегодня он должен был пойти сесть в клетку. И со время ухода из дома впервые встретиться с отцом. Правда, с парнем будет и тренер и дядя Егор. Последний, кстати, ушёл из дома и поселился у тренера в комнате. Да, теперь даже в его трехкомнатной квартире становилось тесновато. Хотя у меня дома было ещё теснее. И когда эти взрослые уже разберутся со своими проблемами? «Дядя ушел патрулировать территорию», – вдруг пришло сообщение от Вероники. «Так что веди себя прилично». Дядя для неё – это отец Матвея. Я вздохнул. Я думаю, что мужчина вполне догадывается, кто стал любовным объектом его сына. Но ко мне он относился так же, как и в начале нашей встречи, то есть никак, продолжал тренировать и совсем со мной не разговаривать, если только поучать. Но я был доволен. С ветки вдруг кто-то спрыгнул. Я шуганулся и встал на ноги, обернувшись с святящимся экраном в руках. Свет ударил сначала в белое полотно, а затем, поднявшись, в бледное лицо уже знакомой мне девушки. Новоиспеченная русалка–утопленница. – Привет, – коротко поздоровалась она. Её голос совсем восстановился, а волосы отрасли до колен. – Привет, – выдохнул я, успокоившись. – Что ты тут делаешь? – она подошла ко мне и села в песок. Я повторил за ней. – Жду полночи. – Для обряда? Я кивнул. Не знаю, о чем с ней говорить. Поэтому мы молчали. Вода иногда булькала, а ветер разговаривал с камышами и рогозами. Но в целом, было тихо. – Так всё странно, – через несколько мнут молчания проговорила русалка. – Никогда не думала, что магия – это не выдумки. – Ты привыкнешь, – выдал я будто жил на свете не шестнадцать лет. – Ко всему привыкают. – Мне это уже объяснили, – она улыбнулась. – Но сейчас от этого не легче. Мы опять замолкли. Листовки о её пропаже висели по всему нашему району. Маша трудилась с волонтёрами. Школа собирала средства на её поиски. Но вскоре всё стихнет. Родители будет ещё долго горевать, а после тоже переживут. Всё в этом мире переживается, кроме смерти. – Можешь дать мне телефон на минутку? – неожиданно попросила девушка. Я без задней мысли протянул ей разблокированный аппарат. Она нашла в моих друзьях Машу, а через нее и свою страницу, где офлайн останется навечно. Затем проглядела своих друзей и, видимо, не нашла там кого-то. Очевидно, её бывшего парня. – Даже из друзей удалил, – выдохнула она печально, а через некоторое время добавила. – Он того не стоил. – Такого никто не стоит, – неосознанно выдохнул я, но русалка не обиделась. Она вернула мой телефон. Мы посидели ещё немного. – Тебе не пора? – уточнила она. Время и правда доползло до полуночи. Я кивнул. Мы поднялись, я стряхнул песок со штанов. Фырфыр шелохнулся в моём капюшоне и выполз на голову. – Слушай, если тебе нужна будет какая помощь, ты обращайся, – предложил я новоиспеченной русалке. Она улыбнулась. – Ты тоже. Мы попрощались. Луна почти достигла середины неба. Я ещё раз глянул на водную гладь и, развернувшись, потопал в поле.

***

В поле было ещё тише, чем у воды. Тут уже не шумел даже ветер. Я поёжился от непривычки. Наш слух всегда заполняют какие-нибудь звуки. Поэтому я изо всех сил прислушался. Фух. Всё окей, я не оглох. Где-то шуршала мышка. Видимо, откапывала новую норку. Я включил телефон. Ещё пять минут. Надо выбрать красивое место. Хотя, какая разница. Милана сказала, что как только кровь коснется земли, то на этом месте вырастет какое-нибудь растение. Я ставлю на чертополох. Ну а что? Кусты вдруг неестественно зашуршали. Я выпрямился и сжал руки. Нет, сегодня приход Лёли, никаких Ырок быть и в помине не должно. А если там Лихо? На этот раз я от него точно не смотаюсь. Я реально напрягся и прошептал заклинание, но пока не стал пускать огонь в руки. Тут кусты совсем разбушевались, накренились и из них показалась волчья морда. Волчья морда начала возвышаться, пока не встала на две большие лапы. Значит, там точно стоял волколак.