Он ведьма

До дома я дошёл словно в забытье. В моей голове не укладывались многие вещи, и в тоже время пазлы потихоньку складывались. Мозг начал пухнуть, и его состояние хорошо отразилось на горячем лбу. Такое бывает, когда случается перегрузка мыслей, и всё... Бац, и ты болен. Ментально. Вы вообще можете помыслить о том, что мой отец Бог? Бог Войны? Тот самый Интра? Да не в жизни. Тем более у Интры за всё время его существования было очень мало детей. Вот у Морока вагон и маленькая тележка. Даже у Мораны их достаточно. Тот же Морок, например, раньше был просто дитём, а потом стал вредным богом. Но вот Интра… У Богов войны не может быть потомков. Это значило, что его силы никогда не передаются по наследству. Но я в целом не до конца понимаю этот механизм. Однако и спрашивать у мамы сейчас не буду, потому что в голове крутился другой наиболее важный и весомый вопрос. Как она смогла захомутать Бога Войны, мать её? Да, ещё и Волчьего бога, бога тех, кого она больше всех ненавидит. Кхм, женщина, у меня большие вопросы. Мы с мамой дошли до дома. Она попросила пока пройти в её мастерскую, а сама ушла за чаем. Видимо, с успокоительным. Я спустился по ступенькам в наш просторный подвал. Я уже говорил раньше, что мама до моего рождения в рабочее время обитала на чердаке, а позже родственницы сделали перепланировку и утеплили и мою будущую комнату, и мамину мастерскую. Под потолком здесь выдолбили прямоугольные оконца в ряд на одной стене, поэтому свет здесь был и днём, правда, не такой хороший. На пол положили дубовые полы, а стену только обработали наждачкой, чтобы она была более гладкой. А так оставили этот паттерн кирпичей со смесью бетона. Маме нравилось. Она поставила сюда диванчик, кучу полок для хранения и самые неприхотливые цветы. Но венцом здесь, конечно же, считался огромный стол, который всегда был завален кучей чертежей и эскизов. Плюс, искусственное освещение в маминой мастерской лучше, чем во всем доме, да мало того, оно ещё и разное. Однако, я не был частным гостем в мамином пристанище. Здесь вообще редко кто-то бывал кроме неё, особенно маму никто не тревожил, когда она работала. Эх, хотел бы и я найти дело всей своей жизни, чтобы с таким же жаром в глазах каждый раз бежать к новым заказчикам. Мама вернулась с подносом и поставила его на журнальный столик прямиком рядом с диваном. Затем предложила присесть и вручила мне чашку. Ну да, как я и предполагал: пустырник. Ух, сейчас как успокоюсь. Мама сделала глоток, вздохнула. – Что ж... Не так я хотела, чтобы ты узнал, – она сделала ещё пару глотков и поставила чашку на колени. Я молчал. В голове было столько вопросов, что я банально не мог сформулировать и одного. – Однако, ты видимо действительно сказал что-то лишнее, раз волк пришёл в наш дом, да ещё и устроил перемирие. Я выдохнул раздосадовано. – Я сказал, что мне заблокировали воспоминания о моём отце. А он всё остальное и сам понял. – Да, я сразу была против отправлять тебя на тренировки к волкам. Марья настояла, – мама отложила чашку на столик. – Теперь ты вполне понимаешь, почему я от тебя это скрывала. По моим расчетам, ты должен был вспомнить все сам в течении месяца после посвящения. – Но, а зачем ты вообще мне их стёрла? – наконец, смог сформулировать я вопрос. – Нет, не я. Иг... Интра стёр. – «Иг»…? Ты хотела сказать Игорь? – не понял я. – Это людское имя Интры, – качнула головой мамы. – А, – я выдал странную реакцию. – Так ты не от балды мне отчество дала... – Он действительно много присутствовал в твоей жизни, даже больше, чем я того желала, но ничего с этим не могла поделать. – А почему он стёр мне воспоминания? – Потому что ведьмы не обладают такой силой. Мы можем полностью стереть воспоминания без возможности их восстановления. А также мы не можем стереть только отдельные воспоминания. Но я не понимаю, почему они ещё не восстановились до конца, – мама приложила большой палец к губе, размышляя. – Я тем более не знаю, – мои губы дёрнулись. – Я помню, но будто не могу точно разглядеть его черты лица, и воспоминания приходят отрывочно и не по порядку, Они приходят ко мне, когда есть какой-то, кхм... – я попытался подобрать слово, – триггер? Мама закивала. – Или катализатор. Я предполагала, что твоим катализатором будет обретение ведьминской силы. Из-за этого я и попросила Игоря стереть тебе воспоминания о нём, добавила она. – Чтобы Морана точно приняла тебя, как ведьму. У людие, кроме людей, может быть только один покровитель. Но учитывая, какое покровительство над тобой имел Бог Войны, я боялась, что Морана не посчитает нужным брать тебя под своё крыло. – И тогда бы, – начинал осознавать я, – мне бы не дали Фыр… Фурфура, и ведьмы ковена попытались уничтожить меня? – Да, так я думала. Я выдохнул протяжно, откинув голову назад. – Какая же сложная схема. – В этой жизни очень много сложных вещей, – заметила мама. – Так что теперь рот на замке, а ключик в реку. – Понял, – я кивнул. – Из-за тех сектантов? – Именно. – Они настолько сильны? – Культы богов войны или богов смерти самые сильные и беспощадные, – просветила меня мама. – А самое главное боги с ними ничего не могут сделать. – Я всё еще не могу поверить, – чай в моих руках остыл. – Как ты вообще с ним встретилась? Мама усмехнулась. – На войне, – очевидно, да. – А узнала, что он Бог, только когда забеременела тобой. – Он тебя обманул? – Он умолчал, – она фыркнула. – Ладно, поздно уже, а тебе в школу. Оставь другие вопросы на потом. Сейчас спать. Я вздохнул. – Да, надо бы.

***

Неделя стремительно подходила к концу, а вместе с этим нарастала моя тревога из-за приближающегося Совета и несчастных Майских Забав. Иногда мысли об этом захватывали мой мозг, и руки начинало трястись. Но стоило мне это осознать, как всё проходило. Держу себя в своих ладошках. Перед тем, как уехать на месяц, я всё-таки решил заглянуть к Кеше и Рыси, узнать, как там чародей и будет ли он с нами проходить экзамены. Я представил, как было некомфортно только-только восстановившемуся Рыси узнать, что его хотят перевести в Септентрионалис. Да и в принципе, я не был уверен, знал ли он вообще. Ведь Мирослав сказал, что это просто слухи. После тренировки мы с Кешей переоделись и намылились к нему домой. Капитан любезно позвал с собой и Матвея, но тот, к его глубочайшему сожалению, не мог. Раз уж он теперь самостоятельный, то они с тренером установили обязанности по дому, и сегодня парню край нужно немного прибраться и приготовить или хотя бы принести из магазина ужин. Волк точно хотел проводить больше времени со мной, но, во-первых, его становилось и так слишком много, а во-вторых Матвей не хотел приносить тренеру неудобства и совсем уж наглеть. Но все равно до Совета волк хотел быть рядом, его тревожил факт возможного будущего уничтожения договора. А я давно не виделся с Даней вне школы. И мы нашли компромисс. Посидеть в местной бургерной, которая закрывалась в одиннадцать. Она единственная на районе работала так поздно, и, если успеем встретиться, будет замечательно. Даня ещё пригласил Веронику. Отметим наш с волком уезд. Мы с Кешей вышли из школы. Капитан предложил добежать до его квартиры. Как будто тренировки ему мало было. Мы быстрее зашевелили ногами. В целом, я понимаю, откуда взялось моё такое стойкое желание не быть дома, точнее не быть одному. Каждый раз, оставаясь наедине со своими мыслями, я думал об отце. Всё ещё не могу поверить, что он и правда Бог. Такое развитие событий не могло даже прийти мне в голову. А те забытые воспоминания? Когда они вернуться? Я чувствовал, что не помню нечто важное о себе, о семье, об этом мире. И данный факт разрывал изнутри. Надо отключиться. Не к чему сейчас об этом думать. Я не заметил, как мы с Кешей добежали до его дома. Даже выдохнуться не успели. Рысь уже томно ждал возлюбленного. Его радостную мордочку мы увидели из окна. Кеша знаками подал чародею, ставить чайник, а сам зашебуршал карманами в поисках ключа. Рысь щеголял по квартире с голыми ногами, но в большой Кешиной толстовке. Он почему-то только чмокнул Кешу в щеку, а сам убежал из коридора. Кеша фырчал, счищая пыль с кроссовок. Я же, как цивилизованный человек стянул с себя обувь. – Ты проходи, – предложил мне капитан, сам берясь за пачку влажных салфеток, которая лежала вместе с кремом для ботинок. Я всё понял без слов. Лучше уж сейчас стереть грязь с белых кроссовок, чем мучиться, отбеливая их в тазике с разнообразными средствами. Но как только я ступил на порог гостиной, ко мне выскочил Рысь и выставил прямо под нос кружку с довольно всратой мордой волка – Это?... – озадачился я, почесывая темечко. – Это подарок! – воодушевлённо осведомил чародей. – Во, смотри, сколько наделал, – а затем указал на угол, который заполонили разнообразные горшки, вазы и кружки с кривыми рожицами, погожими на гоблинов, странными грибами и растениями, и в целом какими-то психоделическими изображениями. – Чего? – я озадачился ещё больше. – Специально для тебя лепил. Ты же любишь волков, – Рысь абсолютно искренне поддрагивал ушами, продолжая протягивать своё рукотворное творчество. Я взял кружку с протяжным вздохом. Тем временем в гостиную вошёл Кеша. – А, ты уже заценил его новое хобби? – капитан по-доброму усмехнулся, а радостный Рысь побежал к плите выключать чайник. При этом по лицу чародея было видно, что тот полностью уверен в том, что я влюбился в кружку. – Хобби? – я повертел предмет посуды в ладонях. Волк был до невозможности всратый, но какая-то аутентичность всё равно заставляла смотреть на него. – Ага, – кивнул капитан. – Вон накупил себе глины, горшков, начал их облепливать. Я думал, ему реально скучно, раз он таким занимается, и позвал тебя к нам, а он мне в тот же день сообщил, что записался в гончарную школу. Теперь не вылезает оттуда. Блог завёл. Кто-то даже умудрился купить у него большой горшок с мордой тролля. Я в шоке, короче. – Дела-а, – я хихикнул. Кажется, «лепить горшки» Рысь воспринял уж слишком буквально. – Ни-ик, неси свою кружку. Будем испытывать, – проголосил Рысь. Пришлось подчиниться и позволить второму человеку на свете называть меня Ником. Я поставил кружку на стол, Рысь кинул в неё пакетик с чаем и залил кипятком. На секунду мне показалось, что морда волка треснет, но нет. Она будто бы стала ещё довольнее. – На Матвея похож, – вырвалось у меня. Кеша засмеялся. А Рысь упёр руки в бока. – Так это он и есть, – просветил чародей. Ой. Я сел за стол и придвинул к себе чашку. Ее шероховатая поверхность приятно щекотала кожу. Посуда Кеши тоже не осталась без внимания. На кружке капитана Рысь вылепил футбольный мяч, который обхватывал маленьким тельцем рысёнок с большими глазами. Да-а, вот это символизм. Мы с Кешей незабвенно начали пить чай, а Рысь успел еще забабахать десяток фото с нами и без, а затем даже выложить их в свой блог. Всё, пропал мальчик. А вместе с ним и Кеша. Уже представляю, как чародей заставит помогать в съёмках, а то и вообще участвовать. – У нас вроде ещё печеньки были? – встрепенулся Кеша. Рысь громко отхлебнул чай. – Ты их с утра сегодня слопал. – Эх, – выдохнул капитан. – Так закажи доставку, – предложил Рысь. – Ты прикинь, как люди удобно сделали, да? – и обратился ко мне. – У нас такого нет. – Точно, – Кеша похлопал себя по карманам, но понял, что оставил телефон в спортивной кофте, и пошёл за ним. Я отпил ещё чай. – Ты... – пришлось придумать наводящий вопрос, чтобы не бить сразу в лоб о Септентрионалисе, – не связывался со своими? – У меня нет своих, – фыркнул Рысь. – Но если ты про то, что меня хотят перевести, я знаю. – Ого, – я пожал плечами. – Откуда? – Директор приходил к нам сюда, – закатил глаза чародей. – Сказал, если не покажу себя на экзаменах, то отправят на Север, чтоб я там доучивался. Кеша вернулся, вертя в руках телефон. – Заказал слойки с яблоками, – просветил он, подходя к Рыси. После капитан осторожно погладил того по голове, почесывая за ушком. – Тебе они прошлый раз вроде понравились. – Дя, – тут же ответил Рысь и, скукожившись, уткнулся носом Кеше в район диафрагмы. Я вздохнул. Любовнички. – О чём вы говорили? – уточнил Кеша, проверяя время заказа. – О том, что мне нужно будет уехать от тебя на месяц! – заканючил Рысь. Кеша продолжал гладить его по голове. – Ну надо, значит, надо, – капитан улыбнулся. – Я не хочу. – Я никуда не денусь, – продолжил Кеша. – Уж лучше месяц не увидимся, чем целый год. Там же в северной школе вроде очень строгие правила. – И то верно, – Рысь заменил нос ухом и повернулся лицом ко мне. – А почему не увидитесь? Я думал приходить в Явь можно, – уточнил я. – Можно, – кивнул Рысь. – Но только в определённые часы. И в течение этого месяца мы все должны ночевать в школе. Благо этот год выпал на юг. На севере, наверное, вообще бы не выпустили. – Так мы будем месяц в Мередиануме жить? – догадался я. – Ага. Фух. Хотелось благодарить небеса, что не в Септентрионалисе. Бывали там, да. Не заценили. – Курьер прибыл. Пойду открою. Рысь отцепился от Кеши, а сам капитан направился к двери, открывать домофон. Чародей поднялся и выкинул пакетик чай из своей кружки и начал споласкивать посуду. – Давай и твой помою, – он быстро сполоснул кружку с волком, а после насухо протёр её и потянулся за крафт-бумагой, которая лежала на открытой полке. Он обложил кружку со всех сторон, а затем взял коробочку, набитую подобием мишуры и протянул мне. – Как думаешь, смогу свой онлайн-магазинчик горшков открыть? Я подошёл к окну и скептично осмотрел гончарный угол. – Почему нет? – и пожал плечами. – Тебе, правда, понравилось лепить горшки? – Ага. Ты сказал, а я решил попробовать, – вдруг затараторил Рысь с огоньком в глазах. – Сначала сходил купил мягкую глину и горшок, потом облепил его. Кеша сказал, что у меня хорошо получается, и вот, – Рысь было не остановить. – Вот только думаю, как назвать. «Рысин дом»? Или может, «Рысин след» – «Рысин хвост», – пошутил я. Чародей угрюмо уставился на меня, видимо, проклиная. Да, хвост его слабое место. – Ладно-ладно, – я засмеялся. – «Рысин след» прикольно звучит. Ты же типа сам их лепишь, оставляешь свой след – Хм... – Рысь задумался. Наверное, уже составлял в голове бизнес-план. – О, он уже и тебя просветил, – Кеша вернулся с пакетом и выложил на стол слойки, упаковку яиц и хлеб. Капитан не любил гонять курьеров просто из-за одного продукта, поэтому сразу заказал несколько нужных. – Ну а что? Я же должен узнать и мнения других. Но твоё для меня самое важное, если что. Хотя Ник тоже сказал, что «Рысин след» прикольнее. Кеша подошел ко мне и упёрся локтями в подоконник. Я тем временем читал присланный Даней пост. Друг радовался, что, наконец, ему отправят книгу по предзаказу. А потом ещё добавил, что Вероника и Артём тоже хотели ее, но не успели заказать. И вот он думает, как устроить так, чтобы они вместе почитали. А то умрут от ожидания. Нда, вот они ботанские души. Так… А когда это Даня начал с Артёмом общаться? – Ты так улыбаешься, – вдруг заметил Кеша. – Знаешь, я пока не начал подкатывать к Дане, был уверен, что вы влюблены друг в друга. – Мы просто, как братья. С первого класса же дружим. – Нда... Я бы тоже за брата все отдал, – Кеша сказал это не грустно, но мне все равно стало тоскливо. Вдруг ко мне в голову пришла дурная мысль. Интересно, а у Интры есть ещё дети сейчас? Может, у меня где-то существуют сводные братья или сёстры? – Так что я вообще не удивлён тому, почему Матвей недолюбливал Даню. А я рил, пока не встретил его в клубе не врубался, хах. – Кеш... – остановил я капитана, а то он уже начал заходить на интимную территорию. – Что? – улыбнулся капитан. Но, очевидно, его уже не остановить. – Вы уже спали с Волковым? – Спали... – не задумываясь, ответил я, а потом до меня дошло. – Так, в смысле? – Ну, в том самом? – капитан пошевелил бровями. – Кеш. Нет. Отстань. Капитан рассмеялся. – Как тебе в голову такое могло прийти? – я аж даже завозмущался, а Кеша поглядел на Рысь, который, высунув язык, выводил железной палочкой с лопаткой какой-то узор на новом горшке. – Это же естественно, нет? Матвей не предлагал тебе? – Нет. – Ну да. С тобой надо осторожнее. – Почему это? – не понял я. – А что? Хочешь сказать ты не девственник? Я вздохнул, закатив глаза. – Как будто это так сложно, – пробурчал я. – Сексом заняться, ага. – Не, ну если Матвей себя подготовит для тебя, тогда нет... – Стоп, почему мы вообще об этом говорим? – прервал я Кешу, а затем задумался. – В смысле подготовит? – А ты не знаешь? Ну, типа, ты не можешь просто всунуть сюда, – Кеша обвёл рукой свой зад, – и высунуть. Надо... – а затем вывалил все подробности интимной жизни мужской любви. Я стоял в дичайшем оцепенении несколько минут. – Ой, смотри, – вдруг послышался Рысин голос. – Он сейчас поседеет. Зачем ты рассказал? А я повернулся к Рыси с дикими глазами. – И ты это делаешь? – Ну конечно, а как же ещё? – И вы можете по несколько часов? – я опять повернуться к Кеше, а тот закивал. Я очень много не знаю об этой жизни. Рысь принёс мне водички, и через несколько минут я, наконец, пришёл в себя. Какого хрена? Меня даже новость об отце не так удивила? – Но в любом случае, – привлёк моё внимание Кеше. – Если захочешь, просто обсуди всё с Матвеем. Самое главное доверие к партнеру. Ага, обсудишь такое.

***

Мы списались с Даней, когда я вышел из дома Кеши, распрощавшись с этими любовничками. Стрелки на часах близились к девяти. Даня ответил, что они с Вероникой уже подходят к зданию. Я же позвонил Матвею. – Ало? – отозвался волк. – Идёшь? – спросил я. – Да, я как раз закончил… «Варить пельмени», – вдруг послышался насмешливый голос тренера из трубки, а за ним и громкий смех дяди Егора. Матвей убрал телефон к ткани, но всё равно было слышно, как он ребяческим тоном сказал: «Дядь, чего ты смеешься, я бы ничего больше не успел приготовить с этой уборкой!». «Иди уже», – отозвался мужчина, – «И скажи Веронике позвоните мне, как будет дома». «Понял», – обрадовался Матвей. А затем ответил мне: – Уже иду. Встретимся на перекрёстке? Я дошёл раньше и остановился ждать у обочины, наблюдая, как загораются огни светофора. Матвей прибежал через пять минут, весь запыхавшийся. – Долго ждёшь? – удостоверился он. – Ага, – напугал его я. – Целых пять минут. Он улыбнулся, а я сказал, что нас уже ждут, поэтому мы быстренько отчалили. Даня и Вероника, действительно заняли нам место. Я уселся у стены, напротив меня Даня листал меню в приложении, советуясь с Вероникой. Он предлагал девушке провернуть джентльменский жест, но она отказалась. Во-первых, навряд ли Дане бы хватило карманных денег оплатить волчий аппетит. Во-вторых, Вероника в этом и не нуждалась. Хотя, скажем, ей было приятно услышать предложение. Я же пролистнул новинки и остановился на старом добром. Как-то не хотелось экспериментировать. В итоге, наши с Даней заказы приготовились достаточно быстро, и мы уже притащили подносы, а вот Волковым пришлось подождать. Матвей и Вероника привыкли, что им нужно много. Поэтому мы с Даней ссыпали картошку посередине на салфетку, чтобы все могли кушать. Она всё равно, когда остынет, не такая вкусная. Пока ждали, разговорились. Матвей молчал. В основном говорили мы с Вероникой, а Даня иногда вклинивался. Но в целом, я заметил, волку и так было комфортно. Вскоре их заказ был готов. Даня вызвался забрать Вероникину порцию, и они с Матвеем ушли, а сама девушка вышмыгнула в туалет. Я же остался один. Глянул на час. Скоро десять. Потом посмотрел на лежащий рядом бургер в фирменной бумаге. Есть не очень хотелось. Май наступал через считанные дни. Совет решили провести в вечер перед первым мая, перед очередным ведьминским праздником. Матвей и Даня пришли с подносами наперевес и сели на свои места. Вскоре прибыла и Вероника. Мы продолжили разговор. Матвей молча ел, разложив все вкусняхи передо мной, предлагая присоединиться. – ...Ну то задание в принципе спокойно можно решить, если оно нормальное будет, – девушка развернула бургер и откусила, продолжая говорить о предстоящем ОГЭ. – Но боюсь мне попадётся дурацкое, и я не смогу решить. – Не накручивай себя, – Даня кусал наггетс, макая его в сырный соус. – Все ты сдашь. – Даже я сдал, – да-да, представляете. – С божьей помощью, правда. Мне повезло с вариком. Говорят один из самых лёгких был. – Так мне пятёрка нужна, а не тройка, – хмыкнула волчица. У неё пошёл второй бургер. – Да нафига? – я пожал плечами. – Ты ж всё равно до одиннадцатого. Вероника задумалась. – Просто хочу. Вдруг у входа послышался почти шакалий смех, и в здание ввалилась компашка, состоявшая из парней и девушек. Вероника с Даней повернулись, так как сидели спинами. Как только девушка рассмотрела компанию, она покраснела и резко отодвинула свой поднос к Дане, оставляя перед собой только колу. Я подозревающе нахмурился. Компания тем временем заметила Веронику. Девушка в свою очередь дежурно улыбнулась и встала. Кажется, они знакомы. Компания двинулась в нашу сторону и остановилась пообщаться. – Привет, – залепетали девчонки, строя глазки Матвею, который, впрочем, не обращал на них никакого внимания, продолжая потягивать сок из трубочки. Вероникино же внимание привлёк парень, высокий и достаточно привлекательный. – Отдыхаешь? – спросил он девушку. – Ага, – хмыкнула она. Они перекинулись ещё парой фразой. Парни поговорили со мной и Матвеем о футболе. Даня же стал объектом внимания девчонок из-за своих кудряшек. Вскоре компания начала собираться в другой конец здания. Вероника обнялась со всеми девчонками и попрощалась. Наконец, они ушли. Даня передвинул поднос к Веронике обратно, но краска с лица девушки не спадала, даже наоборот. – А ты... – я осмотрел волчицу, – зачем поднос-то двигала? Даня посмотрел на девушку. Матвею было до лампочки. А я на самом деле не ожидал такой реакции от девушки. Она смутилась, попятила взгляд. Затем её глаза забегали, и она начала говорить тихо, не своим обычным строгим тоном: – Ну просто... Чтобы они не подумали... Что я много ем... Я захлопал глазами, не понимая, что в этом такого. – А типа, в чём смысл? – Ну просто, – Вероника вздохнула, побелела, и очень сильно расстроилась. – Он шутит, Вероник, – Даня виновато поджал губу. Девушка подняла голову, чтобы оценить мои эмоции. Сначала я и, правда, шутил. – Прости, – я помялся. – Не думал, что тебя это заденет. – Тот поц раньше ей нравился, – вдруг заговорил волк, продолжая жевать. – Матвей! – взвизгнула девушка. – Вообще нет! – Раньше? А почему не сейчас? – подхватил я, следя за Даней, но тот улыбался. Вероника помолчала с полминуты, а потом выдала: – Он тупой. Мы заржали всем столом. Настроение волчицы улучшилось, и она продолжила кушать. Вскоре мы закончили, и до закрытия оставалось полчаса, поэтому мы решили собрать мусор и выйти на улицу. Весна давала о себе знать, было прохладно. Но благо я надел ветровку. Матвей попросил нас подождать, пока он покурит, и отошёл в сторонку, чтобы не мешать запахом. Но стоял он один недолго. К нему подошел какой-то парень и попросил закурить. Волк протянул чужаку сигарету и зажигалку. Они разговорились. Вероника тем временем прижалась к Дане, а тот взял ей под локоть. Дедала вид, что ей холодно, хотя волки не мёрзнут. Хах. – Да, наверное, хорошо, что я с ними больше не общаюсь, – неожиданно проговорила девушка. Я сначала не догнал, о ком она говорила, но быстренько вспомнил ту компанию. – Почему? – спросил Даня. – Почему? – эхом отозвалась девушка. – Ну я и правда странно себя повела. Зачем мне такие друзья, если мне стыдно рядом с ними много есть. – Как вообще можно стыдиться того, что ты просто ешь? – я закатил глаза. – Но, видимо, можно, – Вероника вздохнула. Матвей вернулся к нам. – Пойдём? – предложил он. Мы потом ещё договаривались, кто кого идет провожать, но в итоге порешали, что Даня идёт ко мне домой, а Матвей провожать, сестру, а после к тренеру. На этом и закончились мои относительно спокойные деньки. Начинался май. Время жизни.