Сколько дней в календаре

Это начинается всегда одинаково. Тонкий аромат лилий становится острее, а к нотам корицы примешивается более густой, насыщенный пряный аромат. Незаметно и абсолютно очевидно Алик обретает почти змеиную грацию. В том, как его худое, длинное тело вытягивается на простынях, столько бесстыдной ненавязчивости, что у Малины неизменно сносит крышу. Это начинается всегда одинаково. И заканчивается тоже. Чуть смуглая, теплая кожа вмиг покрывается мурашками удовольствия, стоит только влажно провести по ней языком. Малина откровенно любуется, рассматривая бесстыдно раскинувшегося перед ним Алика. Глазами оглаживает от тонких изящных щиколоток до широких худых плеч с россыпью краснеющих укусов. Но сдерживаться рядом с ним невозможно, нереально. Не тогда, когда голову кружит одуряющий аромат омеги в преддверии течки. Собственные плечи и шею чуть жжет ― у Алика острые зубы, того и гляди перестарается и глотку перегрызет в порыве страсти. Но это того стоит. Что угодно стоит этих хищно прищуренных черных глаз. Тонкие длинные пальцы ловко цепь ловят, ближе тянут, прямо к паху. Малина послушно ведет губами по внутренней стороне бедра обманчиво нежно, отвлекая. Чтобы тут же больно прихватить кожу у самого основания члена, вынуждая шире развести ноги. Тяжелый до головокружения запах забивает нос, горчит на языке вместе со скопившейся слюной. Малине не терпится попробовать его на вкус, вылизать хорошенько. До протяжных, тихих всхлипов, до жадных пальцев в волосах, не позволяющих отстранится. Подхватить под колено, закидывая ногу на плечо ― привычно и понятно. Лижет на пробу широко, влажно ― по подрагивающей мокрой от смазки дырке до самых яиц. Алик дергается всем телом, шипит совершенно по-змеиному, вызывая довольную ухмылку. Вся его сдержанность неизменно летит к чертям, стоит только правильно поработать языком. И Малина работает: короткими точными движениями дразнит, выводит на тихие стоны. Смазки становится все больше, Алик буквально течет, пачкая простыни под ними, вымазывая собственные бедра, и его, Малины, подбородок. Чуть дергается, когда усы щекочут особенно чувствительную кожу, сильнее упираясь пяткой в спину. Ему так отчаянно много и так отчаянно мало, и Малина жалеет его, конечно. Языком внутрь толкается, растягивает слабо сокращающиеся мышцы. Алик задушено всхлипывает, запуская ладонь в волосы, сжимает до боли, но Малина позволяет. Что угодно ― за одну возможность методично, неторопливо толкаться языком во влажную, горячую глубину его тела. Отрывается, чтоб продышаться, медленно обводя тут же сжимающийся край дырки большим пальцем, и ухмыляется, поднимая взгляд и встречая чужой горящий, поплывший взгляд. Румянец едва угадывается под смуглой кожей, но худая узкая грудь ходит ходуном ― ему так же невыносимо не хватает воздуха, так же тяжело дышится от смешения их запахов в жарких летних сумерках. Он вновь чуть лягается, пригибает ногой к паху, мол, харэ отвлекаться. Малина лишь хмыкает довольно. В отместку жадно прихватывая зубами кожу на упругой ягодице. Вместе с языком внутрь пальцем скользит, раскрывая сильнее, заставляя задыхаться от нужды. Алик хочет совсем не его пальцы, ему подавай узел. Но узел нужно заслужить, а пока… Пока Малина легко по сочащейся смазке трахает его уже двумя пальцами, языком щекочет края подрагивающей дырки. Этого так исчезающе мало, но Алику вполне достаточно. Его пробивает крупная дрожь, мышцы живота сокращаются непроизвольно ― еще совсем немного… Малина двигает пальцами грубо, уже не сдерживаясь. Губами головку его члена ловит, в рот втягивает мягко посасывая. И Алика накрывает. От его тихих всхлипов, от жадно сжимающийся вокруг крупных пальцев Малины дырки, внутри растекается горячим удовольствием чувство собственничества. Еще бы. Добиться от вечно сдержанного, ледяного Алика такой реакции едва ли кому-то удавалось. Уж в этом Малина уверен. И впереди у них еще четыре дня наедине друг с другом. Он подтягивается выше, втягивая разомлевшего Алика в долгий поцелуй, щедро делясь его собственной спермой. В темных, прищуренных от удовольствия глазах угадывается затаенное обещание большего, и Малина коротко целует его в уголок рта напоследок. Им нужно хорошо отдохнуть перед следующим раундом и начать следует прямо сейчас.