"Смерть королям!"

- А-А-А, как же больно!!! Когда это закончится! Я… я больше не… не могу… А-А-А!!! В аду меньше боли, ч-черт, это невыносимо. Милый, да, пожалуйста, держи мою руку, быстрее, мать вашу!!! – устало кричала женщина, судорожно изгибаясь и браня всех вокруг. Она задыхалась и корчилась от адской боли, что пробивала все ее нутро насквозь. Складывалось впечатление, будто сам дьявол решил вывернуть внутренние органы наизнанку и вытащить их наружу. Ощущения, которые она испытывала, были настолько болезненными, что она сжала руку мужу до побеления костяшек своей руки. Мужчина даже удивился небывалой силе своей возлюбленной, ведь она чуть не сломала ему пальцы. Анри, именно так звали мужчину, поцеловал ее руку с такой нежностью и трепетом, что его любимая супруга Жанна, испытывавшая страх и боль, немного успокоилась. Время шло мучительно медленно. И вдруг: - Поздравляю, у вас мальчик! – радостно сообщила прекрасную новость повитуха. Хозяйка поместья аккуратно взяла ребенка к себе на руки и стала обтирать его мягкой тканью, завертывая малыша в пушистое одеялко. Она дает младенца на руки матери очень осторожно, потому что ребенок выглядит слишком хрупким. - Он такой маленький, - счастливо улыбаясь и плача одновременно, нежно произносит Жанна. – Жан Батист, любовь моя, тише-тише, все хорошо, - стала успокаивать ребенка мать. - У Жана Батиста такие же глаза как у тебя, - с улыбкой произнес Анри и тоже проронил небольшую влагу из своих глаз. - И твоя улыбка, - заметила Жанна. Спустя некоторое время. - Вы не ошиблись? – с ужасом спрашивала женщина. В ее глазах виднелась только боль. Непонимание и неприятие смешивались со страхом. Страхом за жизнь своего ребенка. – это не может быть, не может… - шептала Жанна, отрицая то, что ей сказал лекарь. - Ошибки быть не может, мне жаль, - тихо поклонился лекарь и удалился за дверь, оставив мать ранним утром в подавленном состоянии. - Вызовите священника, - приказала своим слугам Жанна. Через пару часов ноги священника переступил порог дома. За это время слуги успели подготовить воду, полотенца и оставшиеся вещи для встречи с ним. Анри все это время сидел рядом со своей любимой женой, нежно гладя ее по руке и спине, целуя в лоб и успокаивая ее, хотя у самого на душе в тот момент было очень тревожно. - Мама, с братиком все будет в порядке? – робко спросила родителей дочка. Её назвали Дороте, в честь бабушки. Девочка смотрела на маму своими невероятно большими глазами и ожидала ответа. - Конечно, дорогая, - ласково погладила голову Жанна. С виду по женщине не скажешь, что она испытывала. Она держалась очень холодно и стойко, с идеально ровной спиной и такими же стальными карими глазами. Но если присмотреться, то в можно заметить, как она сдерживается из последних сил, чтобы не заплакать. - Господин преподобный отец Поэйдван прибыл, - сообщила глава дома. - Пусть войдет. В комнату заходит старик с длинной седой бородой и добрыми глазами. По его виску стекала капля пота, показывая, что он добирался сюда максимально быстро после того, как ему передали послание. - Здравствуйте, Ваше сиятельство, - поздоровался священник. - Проходите, пожалуйста, - вежливо пригласила войти в комнату Жанна. - Я получил Ваше известие. - Спасибо, что прибыли так скоро, - поблагодарила женщина. – Милая, иди, поиграй с братиком Жаном. - Да, мамочка. Как только за малышкой закрылась дверь, Жанна повернулась к мужу и, получив его кивок головы, вновь обратилась к священнику. - Можете начинать. Священник приступил к своему делу. - Какое имя вы выбрали для своего ребенка? - Жан Батист, - отвечают Жанна и Анри одновременно. - Что вы просите у Церкви Божией для Жана Батиста? - Божьей Благодати. - Уважаемые родители, прося принять ребенка в Церковь, вы берете на себя обязанность воспитывать его в вере Христовой, вы должны учить его любить Бога и ближних, своих соблюдать заповеди. Сознаете ли вы эти обязанности? - Сознаем. - В таком случае, Церковь принимает Жана Батиста и осеняет его крестным знамением. Затем, священник начертил крест на лбу ребенка, приглашая родителей, повторить за ним сие действие. Далее преподобный отец Поэйдван стал зачитывать отрывки из Нового завета, произносить проповедь и молитву. Он подошел к купели и начал освящать воду. Родители последовали за ним и преподобный отец задал им вопрос: - Желаете ли вы, чтобы Жан Батист принял крещение в христианской вере? - Желаем. Так, священник погрузил ребенка в купель три раза. - Я крещу тебя во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Родители приняли ребенка на руки и осторожно возлили на его голову воду. Затем они обтерли ребенка пушистым полотенцем и завернули его в белое одеялко. В этот момент святой отец зажег крестильную свечку рядом с ними и вручил родителем, произнося: - Примите свет Христов. Преподобный отец стал зачитывать проповедь, благословляя ребенка и родителей. После того, как обряд был совершен, священник тихо удалился, оставив семью наедине с собственными мыслями. Солнце стояло еще довольно высоко в небе, но уже стало немного опускаться за горизонт. Прошло три года. Из окна слышалось гавканье собак и то, как две старушки обсуждали своих детей. Эти звуки доносились в комнату маленькому Жану Батисту, который читал книжку, недавно купленную мамой. Три года назад Жанна и Анри готовились к худшему. Они и не надеялись, что их ребенок сможет выжить. Но случилось чудо. Маленькому Жану Батисту три года, а он уже научился читать и мечтал стать как его папа – адвокатом. - Мама, а когда придет папа? - Уже совсем скоро, милый, - ласково погладила своего младшего ребенка Жанна. В этот момент она стояла на кухне и делала ужин. Женщина так вкусно готовила, что дети никогда не пропускали приемы пищи, ведь такую еду очень редко где можно было попробовать. - Дети, к столу, - крикнула мама. Трое детей сразу же оказались за столом. - Жан Батист, я же говорила тебе, не бегай дома! - пожурила своего ребенка Жанна. - Да, мама, - ответил Жан Батист, но по его виду было понятно, что он еще не один раз будет этим заниматься дома. Мама подала еду на стол. Сегодня она решила приготовить самое любимое блюдо младшего сына – рататуй. Аромат стоял настолько прекрасный, что слюни начали течь задолго до того, как дети прибежали на кухню. Запах овощей был невероятно вкусным. Сверху Жанна решила положить кусочки запеченной курицы, настолько нежной, что она таяла во рту, едва соприкоснувшись с языком. - А мы будем ждать папу? – спросила Дороте. - Нет, дорогая, боюсь, что папа задержится на работе, - мягко сказала Жанна. Семья продолжила кушать ужин, обсуждая, чем будут заниматься вечером. В тот раз отец впервые не вернулся ночью домой. *** - Приятно познакомиться, - очаровательно улыбнулся Александру Жан, вызвав сильное сердцебиение и жар у мальчика напротив, и протянул руку, чтобы пожать маленькую ручку. Между ними возникла неловкая пауза, которая, по ощущениям Александра, продлилась вечность. Для него время словно остановилось, а те долгие, по его меркам, минуты шли слишком медленно. Александр не отрывал свой острый взгляд от прекрасных черных глаз напротив. Сам Жан-Батист смотрел на него в ответ, сквозь длинные ресницы, слегка наклонив голову в левый бок и легонько приподняв правый уголок своих красивых губ. - А что ты здесь делаешь? – решил нарушить паузу Александр. Голос его звучал так звонко и по-детски мило, отчего Жан-Батист не смог сдержать улыбку. - Мы с семьей приехали выразить свое почтение наследнику Российской Империи в его день рождения, - ласково, но с едва различимой насмешкой, ответил Жан-Батист. – А почему, Его Императорское Высочество, стоит здесь, в этой комнате, а не развлекает себя на балу? – спросил сын адвоката. От его вопроса уши Александра мигом заалели. Мальчик уже собирался ответить, как сзади открылась дверь, и в комнату вошел парень лет пятнадцати, очень похожий на Жана-Батиста. - Вот ты где, - произнес громким голосом подросток. – А я тебя везде ищу, - с улыбкой сказал брат Жана-Батиста, Жан. – Ой, Ваше Императорское Высочество, - мигом поклонился парень, - я Вас и не заметил. Простите вашего слугу. Подросток, что так резво забежал в комнату, выглядел в точности как брат. Прямой нос и светло-карие глаза его были очень выразительными и утонченными, горящими юношеским задором и живостью. Он был одет в черный костюм с белым воротником, подчеркивающим все достоинства. Подросток обвел взглядом двух мальчиков очень мягко и ласково. Его поведение заметно отличалось от Жана-Батиста. Он был такой веселый и жизнерадостный, в то время как его новый знакомый держался холодно и отстраненно, стараясь держать свою спину идеально ровно. Но глаза его выражали целую гамму эмоций. Александр понял сразу, что человек, с которым он познакомился несколько минут назад, имел довольно непростой характер. В нем присутствовала какая-то загадочность. Он был словно закрытая книга, которую хотелось открыть и начать читать, вдаваясь во все подробности. Но ключ, чтобы это сделать, было, как понял Александр, непросто найти. - Ничего страшного, - ответил Александр. Взгляд его немного изменился и стал довольно сосредоточенным и напряженным, даже слегка высокомерным, хотя это было трудно уловить. Жан-Батист подумал: «Складывается ощущение, что этот ребенок пытается скрыть свои мысли и чувства. Но почему же тогда наедине со мной он был таким искренним и чистым?» Не найдя ответа на свой вопрос, Жан-Батист посмотрел на своего старшего брата. - Вы уже познакомились с моим братом? – получив утвердительный кивок, подросток продолжил. – Позвольте представиться, меня зовут Жан Бернадот, - склонив голову во второй раз, поклонился брат Жана-Батиста. – Ваше Императорское Высочество, могу я украсть своего брата у Вас? - Разумеется, - вежливо сказал Александр. - В таком случае, позвольте откланяться, - почтительно поклонился Жан-Батист, ненадолго задержав свой взгляд на глазах наследника престола. Жан также поклонился, после чего два брата покинули комнату. Только в этот момент Александра смог выдохнуть. Он и не заметил, что задержал дыхание. «Как долго это продлилось?» - ужаснулся наследник. После этого он разгладил свой костюм от несуществующих складок и отправился в зал, где в данный момент проходил бал. В этот момент братья бежали к дому, где они остановились. Забежав во двор, парни увидели маму, которая сидела на лестнице в дом и тихонько плакала. Рядом находилась их любимая сестренка. Она гладила маму по спине, пытаясь утешить, при этом сама пускала слезы на красивом личике. - Мама, сестра, что случилось? – спросил обеспокоенно Жан-Батист. Перед тем, как братья отправились бежать к дому, Жан успел рассказать, что отец в очередной раз ушел проигрывать деньги. Это продолжалось уже семь лет. Мама с отцом заметно отдалились друг от друга за это время. Анри Бернадот стал все чаще не появляться дома. Эти могли быть рабочие дела или семейные, но что-то точно случилось в его голове. Сначала он говорил, что на работе были тяжелые клиенты, поручения которых нельзя выполнить слишком быстро. Отец стал, как потом выявилось, пропадать в заведениях, где люди играли в азартные игры. Он пил, веселился и постепенно проигрывал все свои деньги. Все это сильно расстраивало Жанну, которая не знала, что с этим делать. Каждый день с комнаты родителей были слышны крики и ругань, из-за чего отец уходил из дома на пару дней, затем возвращался, будто бы ничего не произошло. Их мама снова плачет. У семьи уже нет сил терпеть все это. Жанна еще пять лет назад хотела развестись с Анри, но поняла, что не может это сделать. С тех пор их семья переживала не слишком приятные моменты. - Он до сих пор не вернулся, да? – с закипающим голосом поинтересовался Жан-Батист. В ответ мама подняла свои красные глаза и снова заплакала. Сил уже не осталось ни у кого. – Мама, завтра мне придется возвращаться к монахам в По. Осталось проучиться всего два года. Я позабочусь о тебе, о всех вас, - заявил он твердо и уверенно. - Что ты такое говоришь? – сразу встрепенулся Жан. – У вас еще есть я, старший брат. Совсем забыл обо мне, а, младший братец? – игриво спросил Жан, давая легкий подзатыльник своему уже такому взрослому Жану-Батисту, хотя разница в возрасте между ними была в пять лет. - Вот именно, - заявила Дороте. – Не забывай и про свою старшую сестру, которая тоже может обо всех позаботиться, - мило топнула ножкой их сестрица, отчего братья прыснули со смеху. – Чего это вы смеетесь? – обиженно буркнула Дороте, сама пытаясь спрятать улыбку. Уже наступил поздний вечер, а отца все не было. Жанна отправилась спать, а Дороте сидела и читала книжку в комнате, параллельно зевая. Она уже устала, поэтому тоже решила пойти спать. В это время братья находились в отдельной комнате. Жан-Батист лежал на кровати, подложив обе руки под голову, прикрыл глаза и о чем-то задумался. Жан же внимательно следил за своим братом, вылавливая малейшие изменения в его лице. Он читал его, словно книгу, потому что знал Жан-Батиста уже так долго. - Я думаю, что тебе нужно с кем-то подружиться, - внезапно прервал тишину Жан. - И с кем же? – безразлично поинтересовался его брат. - Например, не знаю даже… с Его Императорским Высочеством, как думаешь? – вскинув бровь, спросил Жан, внимательно следя за выражением лица младшего. - Не думаю, что это хорошая идея, - с таким же бесстрастным голосом заметил Жан-Батист. - Почему же? - Во-первых, мы из разных кругов, во-вторых, из разных стран, в-третьих,… я все равно завтра уезжаю, - дернул плечами младший брат и устало прикрыл глаза. - Ты все же попробуй, - мягко посоветовал Жан. На это предложение Жан-Батист только хмыкнул и отвернулся к стене, не желая продолжать этот бессмысленный, по его мнению, разговор. Брат же, смотря на такое поведение брата, лишь слегка улыбнулся. Наступило утро. Отец пришел как раз к расцвету и, когда дети вышли завтракать, посмотрел на них, словно они были ему чужие. Он отвернулся к окну о чем-то задумавшись. Жанна, сидя за столом, в это время разливала каждому порцию каши и подавала ее. На кухне царила довольно напряженная атмосфера, а гнетущая тишина слишком сильно на них давила. Только стук стрелки часов издавал хоть какой-то звук в помещении. - Я должен идти, - резко встал из-за стола Анри и направился к выходу. - Отец, постой, - крикнула ему вслед Дороте, но отец уже хлопнул дверью и ушел куда-то. За столом снова воцарилась эта хмурая атмосфера, выкачивающая всю энергию из людей, сидящих за столом. Жанна снова стала тихонько плакать, пытаясь скрыть это от детей, но ничего из этого не вышло. Жан-Батист ободряюще сжал ее руку, что только усилило поток слез. Мама за прошедшие годы стала очень печальной и худой. Некогда прямая спина стала сутулившейся. А одежда, что хорошо сидела на ней, превратилась в мешок. Глаза ее когда-то излучали холод и тепло одновременно, теперь же они превратились в один сгусток печали. Она перестала следить за своим внешним видом, но все еще продолжала думать о своих любимых детях, которые так незаметно и быстро выросли. - Мама, у нас сегодня утренняя встреча в саду дворца, ты же помнишь? – с грустью спросила Дороте. - Конечно, родная, мама все помнит. Женщина встала из-за стола, поправила свою юбку и направилась в комнату, чтобы привести себя в порядок. Через несколько минут оттуда уже вышла статная женщина в красивом бирюзовом платье с белыми цветами, украшающими подол, но глаза, глаза выдавали в ней некую потерянность и отстраненность. Можно было заметить, когда она взяла себя в руки, высоко подняла голову и мягко улыбнулась своим детям. - Пойдемте. И семья направилась к выходу. В карете их уже ждал Анри. Семья молча села внутрь и направилась к дворцовому саду, где проходил утренний прием. Сад был роскошным. Тропинка, по которой шла семья, вытянулась довольно широко и длинно. Мимо них простилался лабиринт из кустов. Некоторые из них представляли собой форму животного. Пройдя лабиринт, они вышли к фонтану, что стоял прямо посреди дворцового сада. Здесь уже собрались редкие гости. Видимо, было слишком рано для большого количества народа. Хотя, для семьи Бернадот, сейчас стоял наилучший момент для проведения тех дел, что запланированы на день. Отец семейства, как только увидел высокопоставленных чиновников, тут же удалился с ними с бокалом крепкого напитка вглубь сада для очередного важного разговора. Жанна направилась в сторону женщин, которые яро о чем-то спорили. Дороте же увидела девочку, свою ровесницу, с которой успела познакомиться вчера и направилась к ней, дабы поприветствовать ее. Старший брат тоже куда пропал, но перед этим успел тыкнуть своего младшего в бок, напоминая ему о вчерашнем разговоре. Жан-Батист вдохнул полной грудью и направился по тропинке прямо, ожидая куда она его приведет на этот раз.