Дом.

      Вэй Ин этого не ожидал. Вообще не ожидал. Он ожидал ругани, ударов Цзыдянем, всех возможных пыток в конце концов.       Но нет.       Цзян Чен не делал ничего из вышеперечисленного. Он лишь прижимал Вэй Ина в теле Мо Сюаньюя к себе, словно величайшее сокровище.       — Глава ордена… — начал было тёмный заклинатель, решив хоть в чем-то разобраться.       Его порыва не оценили — объятия лишь стали крепче.       — Молчи, придурок. — это прозвучало грубо, отметил Вэй Ин. Но почему-то в эту грубость верить не хотелось.       "— Придурок? Не мог же он…» — он шумно сглотнул.       Если Цзян Чен узнает его, то эти объятья моментально превратятся в темницу и, к великому ужасу отступника, сидящих рядом собак. От представленной картины его передернуло.       Но так думал лишь Усянь.       Объятья стали чуть слабее.       — Ты не забыл свое обещание? Или после смерти тебе память окончательно отбило? — после этих слов Вэй Ин почувствовал леденящий душу ужас. Его раскрыли и отмазываться уже бессмысленно.       Он пытался что-то ответить, но паника, что началась так внезапно, не давала даже связать и двух слов, не говоря уже о цельном предложении.       Где-то вдалеке послышался лай собак. Вэй Ин резко оттолкнул от себя Цзян Чена и рухнул на колени, обхватив себя руками. Его начало крупно трясти, а в глазах застыл ещё больший ужас. Он был на грани истерики.       Вэй Ин снова этого не ожидал. Он ожидал злой усмешки со стороны названного брата (а имеет ли он право так его теперь называть?), появления стражи и далее по предыдущему сценарию.       Цзян Чен сел рядом с ним и снова обнял. Осторожно, словно боясь напугать ещё больше.       Лай постепенно отошёл на второй план. Сейчас Вэй Ин отчётливо слышал, как сильно билось сердце Цзян Чена.       — Паршиво выглядишь. — послышался смешок со стороны хозяина Пристани. Облегчённый, с еле заметной насмешкой и горечью.       В объятиях Чен-Чена Усянь успокоился и к своему удивлению достаточно быстро. Он горько вздохнул. Шидзе обнимала его когда-то точно так же.       — Мне простительно: я был мёртв. А вот у тебя какое оправдание? — он наконец-то нашёл в себе смелость взглянуть на лицо главы ордена Цзян.       Вэй Ин, сам не зная почему, начал рассматривать своего шиди. Острые черты лица, сухие губы, что сейчас искривились в усмешке, уставший взгляд, но в тоже время… Счастливый?       — Ты был мертв. — спокойно отвечает ему Цзян Чен. Вэй Ин внутренне скривился — уж очень этот тон был похож на тон адептов Гу Су. Но после до него дошёл сам смысл этих слов.       Вэй Ин не знал, что на это ответить. Глаза неприятно защипало. Он обнял Цзян Чена в ответ. Порывисто, крепко, отчаянно. Спустя мгновение объятия стали нежными, спокойными, родными.       — Прости. — начал дрожащим голосом Вэй Ин. Щеки стали влажными из-за несдержанных слез. — Тысячу раз прости, хотя и это не искупит моих грехов. Я… — договорить ему не дали.       — Молчи, придурок. — прошептал ему на ухо Цзян Чен без былой грубости.       Вэй Ин не ожидал этого. Но он рад, что все повернулось именно так.       Он счастлив.       Он дома.