Дом.

      Цзян Чен практически сразу понял, что перед ним стоит далеко не простой сумасшедший из деревни Мо. Да, тело было его, но вот душа… Она явно принадлежала не ему.       Почему он так подумал? Цзян Чен не знает ответа. Но ведь и не прогадал.       Сначала он хотел снова убить его, перед этим пытая долго и мучительно. Но что-то пошло не так. А именно — его взгляд. Полный отчаяния, непонимания, страха и решимости.       Цзян Чена передернуло, когда он заметил как на его брата смотрит Лань Ванцзи. Нежно, радостно и взволнованно.       Цзян Чен плохо запомнил, что происходило на той злосчастной горе. Он действовал, полагась лишь на какой-то внутренний голос.       Он пришёл в себя только в тот момент, когда Вэй Ин оттолкнул его и рухнул на пол, дрожа от страха.       Смехотворно. Бывший адепт ордена Юньмен Цзян, причем самый лучший адепт, тот, кто входил в пятёрку самых искуссных заклинателей, сам Старейшина Илин сейчас сидит на полу на грани истерики. И из-за чего? Из-за каких-то собак.       Но только ли из-за них?       Цзян Чен не чувствовал ярости, не чувствовал раздражения или злорадства. Он почувствовал лишь порыв защитить своего брата от всего мира.       Снова прижимая к себе непривычно худое и хрупкое тело и почувствовав объятия в ответ, Цзян Чен почувствовал себя счастливым.       Да, это было не такое счастье, как его описывают многие. Оно было горьким и в тоже время таким же желанным и родным.

***       Цзян Чен не спрашивал тёмного заклинателя ни о чем. Ни о том, почему он выбрал Иной Путь, ни о том, что произошло на той самой тропе. Хотя, чего уж скрывать, он хотел узнать. Хотел узнать настолько сильно, что порой с трудом сдерживал в себе этот порыв.       А все потому что боялся снова потерять его. За эти тринадцать с лишним лет его единственной отдушиной был Цзинь Лин, но Цзян Чен понимал — как бы он не старался его удержать, он уйдёт. Уйдёт в свой орден, женится и тогда ему уж точно будет не до своего дяди.       Он боялся снова остаться в одиночестве, наедине со своими мыслями. И он чувствовал, что Вэй Ин боялся этого не меньше.

***       Шок, непонимание, гнев.       Зачем? Для чего? Как?       Цзян Чена начало трясти после слов Вень Нина. Он неверяще сжимал в руке Суйбянь, пытаясь принять полученную информацию.       Вэй Ин отдал ему свое Золотое Ядро.       Цзян Чена просто обвели вокруг пальца обещаниями восстановить Ядро. Ничего в этой жизни не бывает просто так и он который чёртов раз в этом убеждается.       Больно.       Вень Нин, услышав приближающиеся шаги, хотел скрыться, но не успел. В покои главы ордена Цзян зашёл улыбающийся Вэй Ин.       — Чен-чен, пойдём… — он не закончил.       Вэй Ин сначала посмотрел на сжавшегося от страха Призрачного Генерала, удивившись его присутствию здесь. Решив спросить, что случилось, он посмотрел на шиди и осекся. Его меч был в руках Цзян Чена.       Его бросило сначала в жар, потом в холод. Собравшись с мыслями, он грозно посмотрел на Вень Нина.       — Зачем? — он разъяренно посмотрел на мертвеца.       — У меня тот же вопрос. — надломленно ответил Цзян Чен.       Он проклинал его. Он не понимал, почему он так поступил. Но в ответ получил лишь нежную улыбку и объятия.       — Все уже в прошлом. Это уже совершенно не важно. — прошептал Усянь, поглаживая главу по спине.       Вень Нин все же ушёл. А сейчас это было и не важно.       Тишина разрывалась лишь тихой руганью Цзян Чена и такими же тихими смешками Вэй Ина.       После произойдёт ещё много чего: разоблачение и смерть Цзинь Гуаньяо, становление Цзинь Лином главой ордена.       Но сейчас это все неважно. Сейчас главное то, что они есть друг у друга и ничто не сможет этого изменить.