Тайный Санта

В тот же день Снейп прислал сову, в которой просил девушку прийти к нему не в Рождество, а на день раньше. Наверное, он собирался куда-то отправиться на праздники, поэтому хотел вручить ей подарок заранее. Девушка замялась, подходя к двери. Несколько раз заносила и опускала руку, и постучать смогла лишь с третьей попытки. Даже учитывая последние события, стучаться в комнату к профессору зельеварения ей казалось странным. — Здравствуйте, Профессор… - неловко пробормотала она, когда тот открыл дверь. — Здравствуйте, Мисс Грейнджер, - он выглядел достаточно спокойным и даже расслабленным. Она несколько секунд вглядывалась в его лицо, чтобы понять, что же в нем изменилось. И поняла — он завязал волосы на затылке, и от этого стал выглядеть лет на десять моложе. — Проходите. — Я… - она замялась в дверях, прижимая к себе внушительных размеров свёрток с книгами. — Все в порядке, проходите, не стесняйтесь, - он указал ей на кресло, в котором она буквально недавно заснула. — Чай? — Да, спасибо… - она села на самый краешек, мысленно пытаясь унять дрожь в коленях. И чего она так волнуется? Не съест же он ее, в конце концов. — Добавить Вам в чай успокоительное зелье? Кажется, Вы сейчас вырвете подлокотники из кресла. — Нет, все в порядке, извините, - она нервно усмехнулась. — Я просто… немного волнуюсь. — Как знаете, - он пожал плечами и протянул ей чашку. — Спасибо, - она улыбнулась и опустила взгляд на дымящуюся гладь чая. Кажется… имбирь, жасмин, может даже немного лаванды, и… ромашка. Прекрасный сбор. Идеальная гармония энергии и расслабления, терпкого и мягкого. Она с наслаждением втянула носом тонкий аромат и отпила из чашки. — Да у Вас талант… - мужчина усмехнулся. — Что? - девушка вздрогнула от неожиданности и чуть не пролила чай на свой любимый свитер. — Вы в точности определили состав чая по его аромату. — Я что, сказала все это вслух? - кажется, вся кровь отхлынула от ее лица. Самое время провалиться сквозь землю прямиком в ад и остаться там на веки вечные. — Ну что Вы, не стоит так зеленеть, - он пододвинул к ней блюдце с шоколадным печеньем и ухмыльнулся. — Вы ведь не забыли, что я легилимент? — Простите, Вы… в голову ко мне залезли? — У Вас было такое задумчиво-мечтательное выражение лица, не смог удержаться. Прошу прощения, постараюсь больше так не делать. — Да ничего… - она пожала плечами и снова отпила из чашки. Хорошо, что в тот момент она думала о чае, а не вспоминала что-нибудь страшно непристойное или не придавалась фантазиям. Вот неловко было бы… — Да уж, было бы очень неловко… - он поставил свою чашку на столик. — Простите, иногда это происходит само по себе. — Вы не можете это контролировать? - тихо спросила она, прячась за чашкой. Ей все ещё казался невозможным тот факт, что она сидит в покоях профессора Снейпа, беседует с ним о жизни и пьёт его чертовски вкусный чай. — Периодически, если я о чём-то задумываюсь или слишком устаю, это может случаться неосознанно. — Каково это, читать чужие мысли? — Странно. Иногда ужасно, - он пожал плечами и провёл рукой по волосам, откидывая назад выбившиеся пряди. — А иногда прекрасно. — Хотела бы я уметь также. — Этому можно обучиться. — С моим уровнем эмпатии, профессор, я бы сошла с ума, сочувствую каждому, в чьи мысли загляну. — Пожалуй, Вы правы. Может, поэтому я и… а в прочем, не важно. Что ж, не буду Вас томить, - он протянул ей небольшой конверт. — Надеюсь, это сможет… хм… порадовать Вас. — Спасибо, - она почувствовала неприятный холод в груди от того, что разговор, который становился все интереснее и интереснее, судя по всему, подходил к концу. Не удивительно, ведь маловероятно, что профессор горел желанием провести весь канун Рождества в компании нервной студентки, которая так некстати свалилась ему на голову. Она улыбнулась ему и протянула свёрток с книгами. — А это Вам. Выглядело это все максимально неловко и странно, она почувствовала, как ее щеки наливаются горячим румянцем, а пальцы леденеют. Кажется, он тоже почувствовал всю неловкость и абсурдность ситуации и усмехнулся. — Благодарю, - он раскрыл открытку, приложенную к подарку и пробежался взглядом по витиеватому почерку. «Профессор Снейп, я поздравляю Вас с Рождеством и желаю большого счастья и крепкого здоровья! Спасибо, что помогли избавиться от кошмаров. С уважением Г.Г.» Девушка же, недоверчиво повертев конверт в руках, открыла его и достала оттуда лист бумаги, сложенный вчетверо. Она подняла на профессора непонимающий взгляд, но тот кивнул и, кажется, она снова уловила мимолетную улыбку на его лице. Она развернула бумагу дрожащими руками и прочитала первую строчку. «Здравствуй, дорогая доченька…» Неужели? Не может быть… нет. Это просто невозможно. «Мы сейчас находимся в Германии и очень по тебе скучаем! У нас все хорошо, мы купили большой дом, в котором есть комната и для тебя, а ещё открыли свою стоматологическую клинику. Надеемся, ты обязательно приедешь к нам на каникулы. Джентельмен, который должен доставить это письмо тебе, обещал поспособствовать нашей скорейшей встрече, на что мы очень рассчитываем. Целуем и обнимаем тебя, наша дорогая Гермиона. С Рождеством тебя, будь счастлива! С любовью, твои родители.» Девушка подняла округлившиеся глаза на мужчину. — Это… - она развела руками в воздухе и все пыталась подобрать слова, но те не шли в голову. — Я поспособствовал более скорому рассмотрению отмены обливиэйта относительно Ваших родителей. — Вы были у них? — Да, я был там по делам и заехал убедиться, что Вы будете в безопасности, когда поедете к ним в гости. — Спасибо… — Они ждут Вас завтра на ужин. Если поторопитесь, успеете встретить Рождество в их кругу. — Правда?.. — Абсолютно. Я помогу Вам добраться до Германии. Собирайтесь и отправляемся как можно скорее. — Я… я быстро! - она вскочила и остановилась уже в дверях. — Вы не открыли подарок… — О, простите, я был слишком заинтересован Вашей реакцией. Он раскрыл обертку и лицо его, кажется, посветлело. — Где Вы нашли их? — Секрет, - она коротко улыбнулась и снова почувствовала, как покраснели щеки. — Сделаю вид, что не заметил Ваше кокетство. Спасибо большое, я очень давно не мог найти эти книги, - он поднял на неё взгляд и, она готова была поклясться, он улыбнулся ей! — Они все с подписью автора и оригинальными иллюстрациями. — Я крайне удивлён, это первое издание, но в идеальном состоянии. Спасибо Вам большое. — Я рада, что Вам понравилось. — Собирайтесь, я буду ждать Вас возле выхода из замка. — Хорошо, - она улыбнулась и выскочила из подземелья. Все происходящее не укладывалось в голове и казалось лишь очередным сном, но она решила отложить раздумья на попозже. Даже если это сон, пусть она хотя бы в нем будет счастлива. А сейчас есть дела и поважнее. Например, ей нужно за рекордные несколько минут уложить все необходимые вещи и привести себя в порядок. *** — Мы будем трансгрессировать? - они вышли из замка и пошли к воротам. — Только до вокзала. Я не успел получить разрешение на международные магические перемещения трансгрессией, поэтому мы отправимся на поезде. Они остановились возле старой ели за воротами. Он вытянул руку, а она осторожно коснулась его запястья. Она всегда не любила этот метод перемещения за непередаваемое ощущение, словно тебя запихнули в барабан стиральной машинки и раскрутили что есть силы. Ей всегда требовалось несколько минут, чтобы придти в себя, и она была крайне удивлена, когда обнаружила, что профессор осторожно придерживает ее за талию, не давая рухнуть посреди вокзала. — Тяжело переносите трансгрессию? Почему Вы мне не сказали? - он выглядел недовольным. — Да нет, все в порядке… извините. — Я бы дал Вам зелье, облегчающее перемещение, и сейчас Вы бы не сливались с этой чудесной зелёной колонной. — Извините. — Не извиняйтесь. Вы пришли в себя? — Вполне. — Сможете идти? — Да. — Дайте мне свою сумку и возьмите меня за руку. — Не стоит, Профессор, я… — Прекратите спорить, - он свёл брови к переносице и посмотрел на неё самым безапелляционным взглядом. — Дайте мне свою сумку и возьмите меня за руку. Мне не нужно, чтобы Вы рухнули и разбили себе голову. Я обещал Вашим родителям, что привезу Вас в целости и сохранности. Она молча протянула ему сумку и взялась за подставленную руку. На вокзале было безлюдно, в свете тусклых фонарей кружились пушистые снежинки, где-то вдалеке играла старая Рождественская песня. Она втянула носом колючий от мороза воздух и посильнее укуталась в шерстяной шарф. Они прошли в конец состава и зашли в нужный вагон. — Наше купе в середине вагона. Кажется… да, вот оно. Проходите. — Спасибо, - они зашла внутрь. Девушка села возле окна, а мужчина убрал ее сумку на полку и сел напротив. Она взглянула в окно. Как по заказу, снег посыпал с усиленной силой. Именной такой, как она любила: крупный, пушистый, бесшумный. Он навевал воспоминания из детства, когда они с родителями лепили во дворе дома смешных снеговиков с веточками вместо носа, потому что все заготовленные морковки всегда съедал соседский пёс Биф. Когда она была ещё маленькой, вечерами, лёжа в кровати, она смотрела в окно и видела такие же лохматые снежинки, застилающие собой землю, крыши и недавно слепленных снеговиков. Каждая снежинка казалась ей крошечной феей или балериной, танцующей свой замысловатый танец в свете тусклых уличных фонарей. Девушка так глубоко погрузилась в воспоминания, что не заметила, как поезд тронулся и состав отъехал от платформы, оставляя позади тусклые фонари и отголоски Рождественских песен. Она часто пропадала в воспоминаниях и выпадала из реальности на какое-то время. На самом деле, это напрягало ее, потому что отнимало много времени, но с другой стороны… иногда о воспоминания можно было согреться в тяжелые или одинокие дни, они подпитывали ее и помогали не вешать нос в моменты грандиозного отчаяния. Профессор мягко коснулся плеча девушки и она испуганно вздрогнула. — Извините, не хотел Вас напугать. — Простите, я… задумалась. — Я понял, - он кивнул. — Мы давно отъехали? — Минуты три назад. — Хорошо, - она опустила голову. Неприятное ощущение стыда и тревоги терзало ее изнутри. Она пыталась собрать в кулак всю осознанность, найти причину этих эмоций и успокоиться, как делала это всегда, но сейчас это казалось нереальным. Мысли комкались и разлетались в разные стороны, а вместо привычной осознанности и трезвости ума, на первый план выползла тревожность и девушка почувствовала ком в горле и острое желание заплакать. — Я могу Вам помочь? — Простите? - она перевела взгляд на профессора. — У Вас глаза на мокром месте, и… извините уж, но я чувствую хаос, даже не залезая в Вашу голову. — Я просто… кажется, я немного запуталась. — Расскажите мне. — Зачем Вам это? - она подняла на него взгляд. — Я благодарна Вам за помощь и за такой прекрасный подарок, и за то, что тратите на меня своё личное время, но… к чему Вам мои переживания? — К тому, что я беспокоюсь о Вас, - он расстегнут пуговицы на мантии и уложил ее возле себя. Девушка последовала его примеру и стянула тонкое шерстяное пальто. — Вам не стоит беспокоиться, я справлюсь. Просто я не видела родителей больше года и волнуюсь о том, как пройдёт наша встреча. — Я полагаю, что все будет хорошо. Но ведь это не все, что Вас беспокоит? — Вы ведь все равно уже прочитали все мои мысли, - она пожала плечами и вновь устремила взгляд в окно. — Вам не стоит злиться на меня. Я должен быть уверен, что Вам не нужна помощь, и Ваше эмоциональное состояние обусловлено переживаниями и незначительными тревогами, а не чем-то более серьёзным. — Спасибо за беспокойство. Но больше так не делайте, - она нахмурилась — Как скажете, - он усмехнулся. — Вам не холодно? Кажется, Ваша одежда рассчитана на более тёплую погоду. — Все нормально. Просто.в последнее время у меня не было денег на тёплую одежду, а все старое пришло в негодность. — Почему Вы не попросили помощи? Преподаватели или директор школы с легкостью помогли бы Вам. — Все в порядке, я ведь не мёрзну до смерти. Я почти накопила деньги, так что… не берите в голову. — У Вас зубы стучат. — Поезд трясётся. — Ну да… - он посмотрел на неё так странно, что в груди все поледенело. — Не надо меня жалеть. — Ни в коем случае, - он улыбнулся ей уголками губ и невербально наложил на девушку согревающее заклинание, которое она ощутила дуновением тёплого ветерка вокруг себя и приятным тёплом внутри. — Спасибо… — Отдохните, Мисс Грейнджер, Вам предстоят эмоциональные выходные. — Да, пожалуй, - она снова взглянула в окно. Снег шел все так же, а пейзаж менялся с кажды секундой. Заснеженные поля сменялись лесами и маленькими деревеньками. Она не заметила, как веки потяжелели и сомкнулись, а голова прижалась к холодному окну. *** Она открыла глаза. В купе был выключен свет, за окном стемнело. Профессор сидел на диване и внимательно читал подаренную девушкой книгу, подсвечивая страницы тусклым люмосом. Его лицо было спокойно и расслабленно, а ещё он снова собрал волосы в хвост на затылке. Она обратила внимание и на его одежду. Вместо привычного чёрного наглухо застегнутого одеяния на нем был серый свитер и вполне обычные брюки. Почему-то она была уверена, что он даже в свободное от работы время носит мантию, сюртук и прочие атрибуты одеяния страха подземелий. Девушка лежала на диване, притянув ноги к животу. Под головой у неё лежало ее пальто, а сверху она была укрыта мантией профессора. Она поднялась и закрыла глаза — закружилась голова. Профессор, до этого смотревший в книгу, поднял взгляд на девушку и сделал люмос ярче. — Вы в порядке? — Голова кружится… я же сидела, разве нет? — Вы уснули и я Вас переложил и укрыл. Тут прохладно, а Вы и так одеты не как следует. — Снова? — Что снова? - он щелкнул включателем и девушка поморщилась от яркого света. — Я снова уснула при Вас и Вы снова уложили меня спать? — Совпадение, - он пожал плечами. — Вам стоит поесть. — Не хочу. — Вы не ели с самого утра. — Вы тоже, - она вцепилась рукой в край дивана. — Снова кружится? — Да… но все нормально, сейчас пройдёт. Она зажмурилась и лишь услышала шорохи, а потом почувствовала, как профессор сел рядом с ней, осторожно обняв за плечи, сосчитал пульс на одной руке, а после плотно прижал ее ладони к поверхности дивана. — Сделайте глубокий вдох, - тихо проговорил он ей прямо на ухо. — И медленный выдох. Ещё раз, глубокий вдох и медленный выдох. Легче? — Немного. — У Вас часто бывает головокружение? — Периодически. Я частенько забываю поесть. — Похвально, что тут скажешь. Я куплю что-то, тут должен быть вагон-ресторан. Посидите так ещё пару минут, я скоро вернусь. — Да нет… - сказала было она, но услышала, как за ним захлопнулась дверь купе. Она подождала, пока голова перестанет кружится и медленно открыла глаза. Картинка все ещё немного плыла, но в целом ей было лучше. Она посмотрела в окно, но не увидела ничего, кроме темноты. Интересно, где они едут сейчас? Она поёжилась, поправила свитер и заметила, что край рукава порвался. Потеряв родителей, она лишилась не только опеки и заботы, но и денег. Ей было не на что покупать одежду и даже принадлежности к новому учебному году, но признаваться в этом она не стала — гордость не позволила. Летом устроилась на подработку в книжный магазин, там же и учебники к новому учебному году купила, но на тёплую одежду уже не хватило. Да и не страшно, заклинание по починке одежды всегда срабатывает на ура, так что… — Вестес репаро! - девушка взмахнула палочкой и петли на рукаве сползлись и приняли нужное положение. — Отлично… Сейчас ей было совсем не холодно, и причиной тому было согревающее заклинание, заботливо наложенное Снейпом, а также его мантия, наброшенная на плечи. Ощущения в связи с этим были странные. Забота со стороны преподавателя казалось ей чем-то неправильным и крайне непривычным, но, чего греха таить, приятным. Она повернула голову и незаметно втянула тонкий аромат, исходящий от его мантии. Ей всегда нравился запах кабинета по зельям. Сушеные травы и цветы, чугунные котлы и старые книги. Мантия профессора пахла немного иначе. Словно к аромату ее любимого кабинета добавили дорогой мужской одеколон. Прекрасно. Профессор вернулся быстрее, чем она ожидала, и, возможно, заметил, как она вздрогнула, испугавшись, что он увидит, как она с нескрываемым наслаждением нюхает ворот его мантии, так забавно свисающей с ее хрупких плеч. В руках у него был бумажный пакет. — Как голова? — Все хорошо, спасибо. Наверное, я просто устала. — Возможно. Но я настаиваю на том, чтобы по возвращении Вы пропили курс укрепляющих зелий, а ещё лучше обратились к Мадам Помфри и прошли обследование. — Хорошо. — Отлично, - он раскрыл пакет и достал на небольшой столик несколько свёртков. — Не знал, что Вы больше любите, поэтому взял всего понемногу. — О… спасибо, - она скромно улыбнулась, рассматривая содержимое свёртков. Тыквенные пирожки, завитки с корицей, кленовые лепешки, клюквенные пряники и облепиховые кексы. — Не скромничайте. — Спасибо, - она взяла завиток с корицей и задумалась. Эмоции и мысли снова носились неконтролируемым вихрем. Она путалась в собственных ощущениях, все пыталась найти причины чего-то и что-то для себя понять, но выходило только устроить ещё больший хаос. Казалось, ещё немного и ее голова просто треснет пополам. — Мисс Грейнджер, - Снейп смотрел на неё спокойным взглядом. — Прекратите думать. Просто расслабьтесь и поешьте. — Извините, это… оно само. Слишком много всего происходит, я привыкла анализировать… — Я понимаю. — Профессор, я долго спала? — Меньше часа. Она кивнула, откусив от завитка, и подняла на профессора взгляд полный благодарности. — Спасибо, это очень вкусно. — Не за что, я рад. — А почему Вы ничего не едите? — Не хочу. Девушка вспомнила смешливые слухи о том, что Снейп — вампир и питается кровью студентов, поэтому живет в подземелье, не любит солнечный свет и носит исключительную (за исключением сегодняшнего серого свитера) чёрную одежду. А по выходным он выезжает в свой огромный особняк, забирая с собой пару-тройку тупеньких студентов и вдоволь напивается их крови, поэтому живет и не стареет уже лет пятьсот. Профессор усмехнулся, девушка подняла на него вопросительный взгляд. — Я не вампир, Мисс Грейнджер. — Ой… — А даже если бы и был им, Вашу кровь я бы пить не стал. — Это ещё почему? - она, немного осмелев, улыбнулась. — А вдруг с кровью передалось бы все книги, которые вы читали? Я бы сошёл с ума от такого внезапного наплыва знаний. - он усмехнулся. — Да и особняка своего у меня, к сожалению, нет. Ну и лет мне не пятьсот, а всего тридцать восемь. Хотя по ощущениям, все шестьсот. Она засмеялась. Профессор позволил себе улыбку и взял из свертка облепиховый кекс. — Ой… - девушка подскочила. — Что такое? — Я… у меня ведь нет подарков для родителей. Не могу же я с пустыми руками к ним заявиться. — Я учёл и это, поэтому в нашу поездку заложил пару часов на выбор подарков для них. — Спасибо. — Если я услышу от Вас ещё одно «Спасибо» или «извините» принудительно напою молчаливым зельем. Ощущение, что Вы только и делаете, что извиняетесь и благодарите. А, ну и ещё рассуждаете о моей вампирской натуре. — Ээ… я больше так не буду, - она улыбнулась. — Постарайтесь уж, - он усмехнулся. — У Вас глаза закрываются? — Да, немного… — Вижу, эффект от зелья накопился быстрее, чем мы предполагали. — Да, - она зевнула, прикрыв рот рукой. — Теперь под вечер я сонная муха… — Что ж, сонная муха, позвольте я постелю Вам. Нам все равно ехать всю ночь, - он протянул девушке руку, помог ей пересесть на его сторону купе, а сам взял в руки свою мантию, несколько раз ее встряхнул и с помощью невербального заклинания та превратилась в комплект постельного белья с тёплым одеялом и пуховой подушкой. — Ого… - девушка присвистнула. Такого она давно не видела. — Прошу, - он указал на застеленный диван, который теперь напоминал полноценную кровать. — Спа… ну сейчас то можно? — Сейчас можно, - он улыбнулся. — Спасибо, - она села на кровать и провела по чёрной ткани кончиками пальцев. — Чтобы Вас не смущать… - он рассек воздух и наложил заклинание пелены, которое отделило девушку от него стеной мутной дымки. — Спасибо… - она достала из сумки более удобные вещи, переоделась в них и сняла заклинание уже сидя под одеялом. Профессор закатил глаза на очередную благодарность с ее стороны, но промолчал. Она виновато улыбнулась. — Доброй ночи, Мисс Грейнджер. — Доброй ночи, профессор, - она закрыла глаза, и, кажется, моментально уснула. Удивительно, учитывая тот огромный ворох мыслей, что весь день без остановки вертелся в ее голове. Она и не догадывалась, что помогло ей в этом невербально наложенное профессором заклинание ясного ума. Он снова не смог удержаться и задержался взглядом на лице девушке. На ее пухлых приоткрытых губах, вздернутом носе и длинных подрагивающих ресницах. Она обнимала подушку и волосы ее были взлохмачены и непослушны, как и всегда. Она была красивой, милой девушкой, и… Сегодня он абсолютно четко поймал себя на том, что хочет заботиться о ней. Хочет, чтобы подарок ей понравился. Хочет, чтобы у родителей ей было безопасно. Хочет, чтобы в поезде она была сыта и согрета, и чувствовала себя спокойно рядом с ним. Хочет, чтобы она спала спокойно и ее не тревожили кошмары и ненавязчивые мысли. Эмоции эти были странными и необъяснимыми. За всю жизнь он испытывал то же самое лишь к одному человеку… Нет, не надо думать о ней. Это в прошлом, он уже отпустил ее и больше не терзается душераздирающими мыслями и воспоминаниями. Он обновил согревающее заклинание на девушке, превратил своё пальто в такой же комплект постельного белья и лёг на свой диван. Кажется, наложив заклинание на девушку, он забрал ее тревоги себе, потому что вот уже минут сорок ему никак не удавалось прогнать из головы мысли, переживания и странные эмоции. Кто бы на него заклинание ясного ума наложил… Не в силах больше мучаться, он тихо поднялся, вышел из купе и прошёл вдоль вагона к выходу. В тамбуре было холодно, завывал ветер. Он вышел в одном свитере, от чего по телу моментально побежали бесчисленные толпы мурашек. Передернув плечами, он вынул из кармана пачку сигарет и зажигалку. Огонёк упрямо погасал несколько раз из-за сильного ветра, но Северус не сдавался, и в итоге ему все же удалось поджечь сигарету. Несколько затяжек всегда были его тайным спасением в моменты наплыва тяжелых мыслей и бессонницы. Вот и сейчас, стоило мутному дыму попасть в легкие, мужчина ощутил, как тяжесть покидает его тело. Вот оно — его заклинание ясного ума. Отравляющее организм, пахнущее апельсиновым табаком, но помогающее всегда и безотказно. Он наблюдал за проносящиеся мимо домами, лесами и полями. Пейзажи зимней сказки впечатляли и он любовался ими до тех пор, пока сигарета не дотлела до фильтра, а пальцы совсем не заледенели. Выкинув сигарету, он так же тихо вернулся купе и лёг в свою кровать. Он заснул и открыл глаза лишь утром. На улице было все ещё по-зимнему темно, но наручные часы показывали семь утра. Поезд прибудет на платформу лишь к обеду, поэтому у него есть ещё много времени, чтобы почитать, подумать или просто расслабиться и отдохнуть. Решение провести Рождество в Германии со студенткой и ее родителями далось ему легко. Он, если честно, даже и не думал особо об этом. Решил и сделал, в школе его не держало ровным счетом ничего, родственников и близких у него не было, поэтому маленькое путешествие он воспринимал как отдушину и надеялся неплохо провести праздник. Конечно, он не станет навязываться девчонке и ее семье, а заселится в отель и рождественскую ночь проведёт в каком-нибудь баре, в окружении табачного дыма, алкоголя и легкодоступных девиц. А может, прогуляется по украшенным улочкам, заглянет на праздничную ярмарку и вдоволь наестся карамельных яблок, жареных каштанов и паровых пампушек. Из размышлений профессора вырвало незнакомое и странное ощущение. Размытые картинки перед глазами, словно кино. Примерно такие же он видел, когда вторгался в сознания людей, но эти были расплывчатые, покрытые дымкой, и отзывались глухим эхом в голове. Что это может быть? Кажется, он понял… он видел чей-то сон. Надо же, прожив столько лет со своим даром, он впервые увидел чужой сон. Почему это случилось с ним впервые? Наверное, потому что до этого он никогда не спал ни с кем в одной комнате. За исключением школьных лет, когда его легилиментарные навыки ещё были совсем не развиты. Он видел сон Гермионы. Ей снилась встреча с родителями. Трепетная, волнительная, немного неловкая. Она улыбалась им, а потом оборачивалась и улыбалась ему. Забавно, сам Снейп тоже был в ее сне. Они общались о чем-то за обеденным столом и звонко смеялись, задорно лаяла собака. Смешная, лохматая, с огромными ушами. Спаниель, кажется. А потом все собрались в гостиной и стали обмениваться подарками. Она подарила родителям фотоальбом, а потом повернулась к Северусу. Она явно собиралась что-то ему сказать, но… Картинка исчезла. Девушка засопела, заворочалась и открыла глаза, а слова, которые она хотела сказать во сне, так и остались для Северуса загадкой…