твои слишком приторные и дешевые духи с запахом океана. шутки о том, что разбив их, ты превратишь квартиру в него.
Толстовка все ещё пахнет тобой.
Сколько времени уже прошло, но твои духи не выветриваются, и я не знаю, что хуже — избавиться от ещё одного напоминания о тебе или ощущать твоё фантомное присутствие каждый раз, когда я подношу эту толстовку слишком близко?
Я должен отдать ее тебе, отдать тебе все вещи, но мне кажется таким невозможным снова увидеть тебя.
Я привык к тому, что ты теперь существуешь только в моей голове, и будет невыносимо узнать, что у тебя теперь своя новая жизнь, в которой мне совершенно нет места.
Так же, как и твоим вещам в моей квартире, но избавиться от них я все ещё не могу.
Слишком держусь за тебя и за любую мелочь, что связана с тобой.
Я бы не хотел засыпать каждую ночь, обнимая какой-то кусок ткани, я хотел бы обнимать тебя и чувствовать твоё тепло.
Я хотел бы целовать тебя в лоб перед сном и слышать твой смех.
Ты всегда смеялся со мной, с любой мелочи или глупости. Ты представить не можешь, как твой громкий смех радовал меня.
Я хотел бы видеть твои счастливые глаза, в них, честно, целая вселенная твоей искренности и детского очарования каждой радости.
Я хотел бы, чтобы ты никуда не уходил.
Я слишком много всего хотел.
Это была причина твоего ухода?
Я должен отдать тебе вещи и поговорить с тобой, я должен попытаться.
Но какой смысл? Если человек захочет уйти — он уйдёт, к чему все это?
Я не должен был падать ещё ниже и умолять остаться, хотя сейчас я только этим и занимаюсь.
Я не хотел умолять, но сейчас прошу, чтобы ты вернулся, потому что помочь мне не сможет никто.
Я не хочу подпускать никого близко, мне страшно и я напуган, что они уйдут, так же как ты. Ты ведь даже не держался за меня, так легко отпустив?
Я должен сделать тоже самое, но моя голова кишит мыслями о тебе, и это невыносимо.
Прошу, вернись.
Конечно, я чувствую все слишком остро, но жизнь и правда опустела без тебя, я мог бы поднять свою задницу и начать заниматься чём-то новым, я бы мог знакомиться с людьми, я бы смог завести новые отношения, но в чем смысл, если я в каждом человеке ищу тебя?
И, черт возьми, не знаю, когда перестану, ты как зацикленная пластинка, мелодия на которой на потрепалась со временем, но остаётся все такой же любимой.
Смогу ли я полюбить кого-то вновь? Я не знаю, сначала я должен перестать думать о тебе, сравнивая каждого человека с тобой, я должен перестать искать кого-то похожего.
Я должен просто прекратить любить тебя.
Сфокусироваться на недостатках? Проще простого, казалось бы, но от тоски я начал забывать все плохое, едва ли вспоминая наши ссоры, хотя они были такими пустяковыми, и ты даже не мог обижаться на меня долго, пытаясь только своими детскими выходками привлечь мое внимание.
Чьё внимание ты решил привлечь сейчас?
— Ты меня даже не слушаешь. — расстроенно произносишь ты, отворачиваясь от меня.
— Феликс, я же понял, что ты говоришь. — серьезно говорю и явно не понимаю, что он имеет в виду.
— Мог бы и дослушать. — как-то тихо произносит Ликс, не горя желанием смотреть в мою сторону.
— Ты обиделся, что я тебя не дослушал? — улыбаюсь я, понимая, что это лишь твои попытки заставить меня побегать за тобой.
Ты такой очаровательный, но такой глупый временами.
— Ничего подобного. — все ещё строишь из себя какую-то принцессу, не желая признавать очевидное.
— Иди сюда, неженка. — поворачивая тебя в свою сторону, пытаясь обнять и взглянуть в глаза, чтобы заставить улыбнуться.
Ты продолжаешь упираться, пихаться своими маленькими ладошками, не желая убирать грустное выражение со своего лица, пока я не начинаю тебя щекотать, я валюсь сверху, несильно прижимая тебя к кровати, не переставая мучить, а ты начинаешь смеяться, хоть и пытаешься корчить из себя обиженку, но я целую тебя, и ты сдаёшься.
— Хенджин, нет, это так... — отрываешься от моих губ ты, пытаясь выговорить слова, но я снова наклоняюсь, прерывая твою речь своими губами. — Не работает. — задыхаешься, когда я веду пальцем по щеке, углубляя поцелуй.
Ты больше не пытаешься говорить, отдаваясь полностью, и льнешь всем телом ко мне, запуская ладонь в мои волосы.
— А мне кажется, работает. — слегка отрываясь, произношу я, чтобы переместиться на твою шею, кусая ее и оставляя едва заметные следы, чтобы ты окончательно растерял способность говорить, переходя на рваные вдохи и несдержанные стоны, которые ты так упорно пытаешься контролировать.
И у меня получается, проводя языком по твоим ключицам, сжимая талию одной рукой и расстегивая рубашку другой.
Еле дотрагиваюсь руками до тебя, пытаясь заменить прикосновение на свой язык, чтобы ты не переставал стонать подо мной.
Ты снова смеёшься и отодвигаешься, счастливо улыбаясь.
— Хенджин, прекрати. — и целуешь меня уже сам, не в силах продержаться без поцелуев хоть какое-то время.
Хенджин, прекрати.
Прекрати думать об этом, сидя на этой же кровати в полнейшем одиночестве и холоде.
Окно открыто уже давно, и ветер уже, кажется, поселился в каждом уголке моей комнаты, но мне слишком все равно.
Эти воспоминания, твои фантомные прикосновения и невидимый жар твоего тела не дали мне замерзнуть.
И, если честно, они — единственное, что не даёт мне окончательно погрязнуть в бездне нескончаемой тоски, являясь по сути главной ее причиной.
Замкнутый круг, поддерживающий мое существование и вместе с тем доводящий до отчаяния.
Без тебя у меня больше никого нет, ты буквально значил всю жизнь, и все мои друзья просто меркли на твоём фоне.
Хотя, без разницы, они все равно свалили бы от меня.
Какой чертов смысл в принципе? Они все уйдут, они все покинут меня, я останусь один.
Они покинут меня так же просто, как сделал это ты, просто отказавшись от меня за несколько мгновений, что помешает им сделать тоже самое?
В этом мире нет ничего вечного, особенно, любви, как бы стереотипно это не звучало.
Все проходящее и временное, хотя я так отчаянно надеялся, что это история не про нас.
Кто же был из нас глупым ребёнком? Оказывается, я.
Маленький ребёнок, наивно поверивший в чистую, искреннюю любовь.
Но я ведь продолжаю любить тебя даже сейчас, может, она всё-таки существует?
Вдруг, ты все ещё любишь меня тоже?
Хватит жить надеждами, Хенджин, ты должен идти дальше, а не прожигать свою жизнь остатками счастливых воспоминаний и минувших дней.
Минувших дней с тобой.
Я ведь помню каждый. Каждый грустный, когда я успокаивал тебя целую ночь, или что-то яркое и веселое, как твой день рождения, который я стремился сделать лучшим днём в твоей жизни.
Ты наивен и глуп, приложил столько усилий для этого, ты отдал столько сил, ты отдал всего себя этому человеку, а он просто ушёл.
Когда ты перестанешь наступать на одни и те же грабли? Повзрослей уже.
Тебя стоит научиться отпускать людей, несмотря на то, что ты слишком сильно хочешь, чтобы они остались в твоей жизни.
Ты не в праве удержать никого, тебе никто не принадлежит, ты навеки одинок в этом огромном, холодном мире, как и все остальные.
Это мысль немного утешает.
Почему некоторые люди одиноки меньше, чем другие? От чего это зависит? Может, кто-то просто умеет удерживать людей в своей жизни.
Это просто не моя ситуация, я не смог удержать никого, я не смог удержать тебя, хотя пытался изо всех сил.
Никому не нужны твои усилия, кроме тебя же самого, ты знаешь это?
Хенджин, ты звучишь как своя строгая мама, только теперь ты учишь самого себя.
Учишь самого себя жить заново, забывая прошлое и надеясь своим большим сердцем на хоть какое-то будущее.
Но какое будущее может быть без тебя? В моем сердце больше ничего нет.
Я знал, что неправильно было любить тебя настолько сильно, но не мог удержаться.
Теперь ты знаешь, чем это заканчивается, — они уйдут и заберут всю твою жизнь с собой, оставив тебя в полном одиночестве, и ты будешь судорожно искать спасение в других.
Но не найдёшь.
Жизнь — такой замкнутый круг, и я понял это только тогда, когда мое сердце разбилось вдребезги.
Я должен сказать тебе спасибо?
Спасибо, что открыл мне глаза на этот прогнивший мир, в котором я предоставлен самому себе.
Правда без единого желания этот мир познавать или хотя бы пытаться в нем выжить.
Твои мысли становятся слишком мрачными, Хенджин, воспользуйся советом Тэ и посети наконец психолога.
Тэмин хороший друг, он делает слишком многое для меня, только ничья помощь мне не нужна больше, я наивно пытаюсь спасти себя сам, не замечая как ближе падаю в бездну чертового отчаяния.
Мой мозг пытается меня убить, и периодически у меня проскальзывает мысль о хоть какой-то адекватности в поступках, например, о том, чтобы взять и прекратить все эти страдания, просто взять себя в руки.
Но куда проще просто погружаться в свои самые отвратительные мысли, гонясь за остатками прошлых, ещё немного радостных воспоминаний.
Воспоминание — это слово, которым я могу охарактеризовать свою жизнь сейчас, одно чёртово слово из которого теперь состоит весь мой день, вся ночь, и даже сны.
Ты знаешь, ты снишься мне слишком часто.
И свои мысли, своё поведение я ещё пытаюсь взять под какой-то контроль, не дав свалиться в печаль окончательно, но сны — это то, от чего мне не убежать, оно берет твои самые сокровенные желания и вытаскивает их наружу, делая невыносимо больно.
Больно, когда ты просыпаешься.
Я так счастлив каждую ночь, проводя время с тобой.
Я так счастлив каждую ночь, проводя время с тобой, но на утро просыпаясь с разбитым сердцем.
Ты такой настоящий в моих снах, что первые секунды после пробуждения я все ещё думаю, что ты никуда не уходил.
А потом реальность больно бьет меня по лицу.
Какой смысл вставать по утрам теперь? Я просто хочу проводить время в своей голове, ведь тут есть ты.
Я не хочу просыпаться в холодной квартире, все осознавая.
Осознавая, что тебя тут больше нет, твоего тепла тут больше нет.
Остались только вещи, в которых ещё есть небольшая часть тебя, которая спасает меня по особенно тёмным ночам.
Зачем ты ушёл, забрав весь мой свет? Без тебя здесь и правда слишком уныло.
Вернись.
Прошу я в миллионный раз, наивно полагая, что ты услышишь.
Из нас двоих только ты — наивный и глупый ребёнок, Хенджин, надеявшийся на что-то хорошее.
Ничего хорошего в этом мире и подавно нет.
На тебя забили даже твои друзья.
Думаю, им было бы легче, не будь здесь тебя.
Ты надоедаешь своим вечным грустным настроением, своим угрюмым видом, они просто не могут сказать это в лицо.
Ты должен взять себя в руки, чтобы не потерять последних людей в своей жизни.
А нужны ли они мне? Нужен ли мне кто-то?
Достаточно загрузившись своими же мыслями, открываю телефон и листаю меню туда-сюда, не понимая, чем бы заняться.
Захожу в диалоги, думая, что надо бы наверно написать Тэмину хоть что-то, если я правда горю желанием хоть как-то общаться с ним ещё.
Но натыкаюсь на что-то другое.
Черт.
Почему я не удалил твой номер и почему оставил нашу переписку?
Я заметил это только сейчас.
Там ведь наверняка все наши сообщения с самого начала, ведь у меня не имеется такой нужной сейчас привычки — удалять все и сразу.
Я храню все до последнего, как какая-то бабушка, цепляющаяся за отрывочные воспоминания своей молодости, боясь хоть что-то забыть.
Я и правда боюсь забыть.
Ты значил слишком много, чтобы просто взять и вычеркнуть тебя так быстро.
И продолжаешь значить, черт возьми, ты слишком много значишь, и это делает больно.
Больно, потому что ты уже, вероятно, забыл мое имя, а не могу перестать повторять твоё.
Я должен просто провести вправо этот чат, и никогда его больше не видеть.
Но вместо этого я открываю его.
мой солнечный мальчик
20:14:33
могу я зайти к тебе? я должен кое-что сказать
я
20:15:40
конечно. надеюсь, это не спойлеры к той самой дораме? а то останешься без шипучек ;)
мой солнечный мальчик
20:21:45
нет, джинни
Джинни.
Вот так ты назвал меня в последний раз.
Я должен закрыть эту чёртову переписку, и удалить ее, а не листать дальше, прекрасно осознавая, как больно мне будет видеть хоть какие-то сообщения от тебя.
Но, кажется, в последнее время я приобрёл какую-то нездоровую тягу к мазохизму, так что я продолжаю листать вверх.
мой солнечный мальчик
12:34:56
доброе утро
я
12:36:45
доброе утро, ликси. ты такой молчаливый сегодня.
мой солнечный мальчик
12:45:38
немного занят
Ты был слишком тихим в тот день и я должен был заметить, я должен был сделать хоть что-то, чтобы предотвратить это.
Или ты уже все решил за меня?
За день до этого же все было хорошо...
Что же должно было случиться такого, что за один день ты решил больше не иметь ничего общего со мной?
мой солнечный мальчик
21:48:34
спокойной ночи, сладость джинни ;;)
я
21:49:10
сладких снов, ликси
Сейчас я замечаю, что даже спать ты ушёл подозрительно рано, но я списал все на твою усталость и даже не стал доставать лишними вопросами.
Я должен был быть внимательнее, я должен был заметить.
Но я был занят какими-то мелочами, и сейчас упустил самое важное в своей жизни — тебя, решая какие-нибудь незначительные бытовые проблемы.
Хенджин, ты такой тупой.
Ты потерял его, ты виноват в его уходе, ты..
Он все равно бы ушёл.
Я бы не смог удержать его, да я бы и не хотел его мучить, мучить своим присутствием в его жизни, раз он решил избавится от меня.
Давай ты просто удалишь этот диалог и забудешь про все это?
Хенджин, перестать думать об этом так много, это сделает только хуже.
Все получилось, как получилось, и ты вряд ли способен изменить что-то.
Ты можешь изменить своё отношение, и попробовать забыть все это.
Я должен попытаться.
Но как противостоять своим мыслям? Они слово черви, проедающие твоё сердце насквозь, заставляющие думать о самом худшем исходе событий, без надежды хоть на какой-то свет.
Я застрял в своей собственной голове, кто же способен вытащить меня отсюда? Только я сам.
Никто не в силах спасти тебя от себя же самого, пойми это уже.
Без тебя так холодно, и дело даже не в температуре на градуснике.
В этой темной квартире все пропахло болью и одиночеством, хотя недавно здесь звучал твой радостный голос и ни на минуту не выключались твои любимые гирлянды.
Недавно здесь был ты.
Почему я не могу выкинуть тебя из головы?
Ты и правда везде, где бы я не пошёл, и это начинает раздражать. Хенджин, соберись и займись чём-то, а не сиди и страдай по его глупым сообщениям, они больше не имеют значения.
Решаю наконец отложить телефон и пойти заняться хоть какими-то делами.
Переписку я так удалить и не смог, как и твой чертов номер из контактов.
Так у меня хотя бы будет призрачное ощущение, что ты все ещё здесь.
