Принцесса Гриффиндора

Второе поколение Пожирателей смерти было взбудоражено событиями той ночи. Это проявилось в их настойчивом нежелании покидать комнату. Те, кто брал девушку и уходил, часто возвращался в рекордно короткие сроки, чтобы присоединиться к нескончаемой беседе. Никто из них не разбрасывался дополнительными галеонами, чтобы купить принцессу, поэтому мне пришлось разносить напитки. Разговор никогда не отклонялся от событий этого вечера. Обиженные тем, что на протяжении пяти лет их оставляли в стороне от важных дел и вынуждали существовать всего лишь на один шаг выше лакеев, кишащих в Министерстве, они созрели для перемен. Эти перемены пришли в виде фигуры, которая одновременно была и аутсайдером, и инсайдером, и просто была создана для нарушения всеобщего спокойствия. Я понятия не имела, как сильно они смогли романтизировать Северуса за несколько недель, прошедших с его появления. Казалось бы, они стремились скрыть реальность совершенно жалкого Снейпа, злого, растерянного и беспомощного, окруженного улыбающейся ненавистью своих собратьев-старейшин. Они решили интерпретировать его действия как демонстрацию того, что он был настолько выше этого, что даже не соизволил ответить. Они не приняли во внимание правду о том, что Руквуд случайно наткнулся на него в аптеке, и буквально не позволил Снейпу отклонить приглашение на мероприятие той ночи. Идея о том, что Снейпа насильно вытащили обратно в общество, не соответствовала их ожиданиям, и поэтому они решили вместо этого поверить, что он просто выбирал время для драматического появления, ожидая подходящего момента. Винсент Крэбб и Грегори Гойл были особенно отмечены той ночью как счастливчики, которым довелось надеть маски и принять участие в шоу. Их неоднократно просили предоставить больше закулисных подробностей и инсайдерской информации, и они наслаждались этим вниманием. — Он вызвал нас. Ну, около полудня я получил известие, чтобы немедленно явиться в атриум Министерства и принести с собой маску. Когда я приехал, Грег уже был там. — Да. Я получил то же сообщение, — сказал Гойл. — Итак, мы стояли там, не зная, что случилось, как внезапно появился Снейп. — Вин назвал его директором, и на его лице появилось это странное выражение… Он внезапно пришел в ярость. — Да, зовите его Снейп, если вам дорога ваша шкура. Кажется, ему совсем не нравятся его старые титулы. — В любом случае он просто заставил нас следовать за ним, — продолжил Крэбб. — Когда мы добрались до коридора… ну, там, где покои Темного Лорда, он остановился и заставил нас надеть маски. Его маска действительно крутая, намного лучше тех, что нам дали. — По правде говоря, мне интересно, можем ли мы попросить у него такие же? Последовали одобрительные кивки. Казалось, мальчики просто хотели блестящие игрушки и полностью упустили символику. — Итак, мы проследовали за ним до двери, и он велит нам следить за собой и без вопросов делать все, что нам говорят, — сказал Крэбб. — Я чувствовал себя первокурсником, немного возмутился, но это оказался хороший совет, не так ли? — сказал Гойл. — Да, так что мы все заходим и, ну, вот и сам Лорд Волан-де-Морт. Мы упали на колени, но он просто махнул нам, а затем забыл про нас. Он был на взводе, поэтому, когда Снейп сказал нам идти, встать у стены, я был очень рад стать ее частью. — Да уж. — Лорд не обращал на нас никакого внимания. Он просто продолжал расхаживать, а Снейп стоял в стороне, как столб. Когда пробил час, Лорд просто махнул рукой, и Снейп подошел к другой двери и открыл ее. Там были Антонин Долохов и четыре его младших министра, такие деловые и держат в руках все эти отчеты. Долохов быстро поклонился и начал о чем-то говорить… Помнишь, что он сказал, Грег? — Нет. — В любом случае, наш Лорд просто сорвался. Он пришел в ярость и проклял Долохова. Вот так. Его лакеи просто упали на пол, кланяясь и скуля, но Долохов сделал кое-что действительно глупое. — Что? — спросил Нотт. — Он попытался защитить себя, — ответил Гойл. В комнате раздались вздохи. — Может, это инстинкт? — спросил Вэйси. — Не имеет значения, не так ли? — сказал Нотт. — Если наш Лорд хочет, чтобы вы были прокляты, вы хотите быть проклятыми, так? — он снова повернулся к Гойлу. — Так что же случилось потом? — Ну, Снейп был прямо за ним. Я не думаю, что Долохов даже видел его, когда он вошел, но Снейп все это время был прямо за ним, и поэтому он оказался внутри щитового заклинания. Он оглушил и обезоружил Долохова. — Быстрая работа. Я даже не видел, как это произошло. — И что потом? — Ну… — Гойл посмотрел на Крэбба, который смотрел в пол. — Что ж, после этого наш Лорд немного слетел с катушек, — он заколебался и снова посмотрел на Крэбба, но помощи не последовало. — Он убил остальных. Просто сошел с ума и начал вырезать их, я никогда не видел ничего подобного. Он намного могущественнее всех, кого я когда-либо видел. — Там был кто-нибудь, кого мы знали? — спросил кто-то из глубины комнаты. Можно было заметить, что они были встревожены этой новостью. Ни один из них не видел насилия со времен войны, и большинство в этой комнате никогда не видели. — Пэнси, — тихо сказал Крэбб. — Остальных троих я не знал, они были старше нас. — Что сделал Снейп? — прохрипел Нотт. — Ничего. После того, как он связал Долохова, он просто отступил и смотрел, как Темный Лорд разрывает остальных на куски. Когда все закончилось, он щелкнул пальцами и приказал нам отнести тела в морг и немедленно возвращаться. — Когда мы вернулись, Долохов был прижат к стене с раскинутыми руками и ногами и парил на высоте примерно в фут. Его палочка лежала на земле сломана. Снейп указал на стену в другом конце комнаты, и мы пошли и заняли позицию там. — Да, после этого нечего больше рассказывать, Снейп наложил заклинание глушения. Ничего не слышали. — Но мы это видели. Наш Лорд пытал его физически, он калечил и истязал его. Долохов отвечал, но я не знаю что. Лорд сломал ему обе ноги и отрезал пальцы резким заклинанием. И бил его Круцио каждые три минуты. — Я думаю, что Снейп в каком-то роде был ещё более пугающим, — сказал Крэбб. — Когда Снейп подошел и посмотрел ему в глаза, Долохов действительно сорвался. Он начал плакать и метаться, даже несмотря на боль, которую он испытывал. Это было ужасно. — Что ты имеешь в виду, посмотрел на него? — спросил Уоррингтон. — Просто посмотрел на него. Прямо в глаза. — Ладно, но он что-то сказал? — Я уже сказал, что мы ничего не слышали, не так ли? — воскликнул Крэбб. — Вы видели, как шевелятся его губы? Он взмахнул палочкой? — Уоррингтон воскликнул в ответ. — Я не помню. Думаю, что да. — Да, я думаю, он взмахнул палочкой, я не знаю, все это было так запутанно. — Ну, — сказал Нотт, — тогда это просто доказывает, не так ли? — Что доказывает? — спросил Уоррингтон. — Доказывает, что Долохов был виновен. Снейп не сделал бы, что бы он там ни делал, если бы не это, так? Я смотрела, как эта мысль проносилась по комнате. Можно было заметить, что эти молодые люди отчаянно нуждались в оправдании насилия и хотели найти способ отделить своего новоявленного героя от очевидного безумия. Странно, что кучка хулиганов, так стремящихся занять свое место в мире, покоренном террором и насилием, казалось, уклоняется от этой мысли. — Я думаю, ты прав, Нотт, — сказал Уоррингтон. Остальные согласились, и настроение в комнате стало светлее, когда они стали гадать, кто будет следующим министром магического правопорядка. Я продолжала свой обход с моим вездесущим подносом с напитками, пока Мейзи не подошла и слегка не коснулась моей руки. — Тебя спрашивают, — шепнула она и забрала у меня поднос. Я кивнула и, бегло взглянув, чтобы убедиться, что мой корсет на месте и швы моих шелковых чулок ровные, я направилась в холл, чтобы посмотреть, кто хочет принцессу следующим.