Принцесса Гриффиндора

На следующее утро мы снова тренировались с нашими самодельными палочками наверху в гардеробной. Конечно, это была не совсем полноценная практика, но нам нравилось, что мы делаем хоть что-то, поэтому мы старались изо всех сил. Нас прервал звук быстрых шагов на лестнице. Мы все спрятали свои импровизированные палочки и сделали вид, будто одеваемся. Должна сказать, меня порадовало, что наша попытка выглядела почти естественной. Ма прибежала, размахивая письмом, она выглядела напуганной до смерти. — Закрыто на день! Принцесса, что мне делать? Они идут! Я подбежала и выхватила письмо у неё из рук. Подошла Персик и стала гладить Ма по спине. — Все в порядке! Мы знали, что это произойдет. Министерство передало права управления домом, и новый менеджер приедет с группой для проверки в полдень. Все будет в порядке, — сказала я. — Но ведь нас никогда раньше не закрывали для проверки! Это очень подозрительно! — Я согласна, поэтому крайне важно, чтобы мы не выглядели подозрительно. Они захотят посмотреть ваши книги, там все в порядке? Ма расправила плечи. — Конечно, они в порядке, — возмутилась она. — Ну что же, вот видите? Нечего бояться. Не то чтобы мы что-то скрывали, у нас ведь ничего нет… ну, кроме этого, — я вытащила палочку из волос. Ма пискнула и вытащила свою: — Девочки, бросьте их в кучу! Мы побросали палочки, и она заставила их исчезнуть. — Позже мы придумаем что-нибудь получше. Прямо сейчас мне нужно, чтобы вы все помогли привести дом в порядок. Молитесь, чтобы один из ваших ручных Пожирателей смерти унаследовал это место, мои дорогие. А теперь вперед! Мы все спустились вниз и, поспешно позавтракав чаем и тостами, принялись за уборку. Ровно в полдень все девушки выстроились в три ряда в холле в ожидании проверки. Ма заламывала свои измученные руки и тихо бормотала себе под нос. Мы все выглядели искренне взволнованными, но Ма выглядела так, будто виновна во всех грехах. Я собиралась попытаться успокоить ее, как вдруг мы услышали звуки множества аппараций снаружи. Я проглотила ком в горле. Ма глубоко вздохнула, расправила плечи и приподняла подбородок, когда открылась входная дверь. Тео Нотт первым вошел в дверь, за ним последовал Вейси, затем Северус и Гойл-старший. Последними в дверях показались двое Пожирателей смерти в масках, они закрыли дверь и заняли позиции по обе стороны. Мама посмотрела на меня через плечо, и я самодовольно улыбнулась. Облегчение промелькнуло на ее лице, но исчезло, когда она снова повернулась к вошедшим. — Добро пожаловать, господа. — Привет, Агата, — сказал Гойл. — Мы приносим извинения за любые неудобства. — Никаких неудобств, — спокойно ответила она. По сигналу Северуса Тео прошёл в центр, чтобы обратиться к нам. — Я попрошу вас всех выступить вперед по очереди и представиться. После этого вас попросят либо остаться здесь, либо перейти в Сиреневую комнату, ожидая дальнейших указаний. Он кивнул первой в очереди девушке: — Персик, выйди вперёд, пожалуйста. Мы наблюдали, как Персик шагнула к тому месту на полу, которое указал Тео. Северус подошёл к ней, приподнял ее подбородок и на мгновение взглянул ей в глаза, а затем указал на гостиную. Неуверенно взглянув на Тео, который в ответ ободряюще кивнул, она вышла из холла. Девушки, одна за другой, подходили по очереди к Северусу, почти всех отправляли в гостиную. Когда подошла моя очередь и я вышла вперёд, Северус нежно ущипнул меня за подбородок и тепло посмотрел на мои губы, прежде чем жестом показал мне встать вдоль стены. В конце концов осталась только Ма. Руби, Ангел и я наблюдали у стены, как Северус жестом пригласил Ма выйти вперед. Она сделала это с тихой храбростью, которой я очень гордилась. После всего лишь мгновенного зрительного контакта он отправил и ее в гостиную. Повинуясь жесту Северуса, двое Пожирателей смерти у двери подошли к нему с обеих сторон. Нотт выглядел недовольным. Северус повернулся ко мне и указал на Ангел. — Она использует окклюменцию, я не могу ничего сказать без грубого вмешательства. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал с ней, Гермиона. Я в панике посмотрела на Ангел, она ответила мне непонимающим взглядом. — Ангел, это мой контакт в Министерстве. Ее лицо озарило понимание, она снова встала перед Северусом и посмотрела ему в глаза. — Простите, я всего лишь пыталась защититься. — Вполне объяснимо. Убедившись в лояльности Ангел, Снейп отправил в гостиную и её. Мы все обратились к Руби. — У нее эгоистичный ум. Руби зашипела, и я взяла ее за руку. — Что ты имеешь в виду? — Ее мотивы основаны на самом низменном эгоизме, она не предана ни тебе, ни кому-либо другому. Я посмотрела на Руби и увидела, что ее глаза потухли, плечи опустились, и она выпустила мою руку. — Северус, мы такие, какие мы есть. Мы такие, какими нас создали. Если Руби делает это только для себя, то это неудивительно, учитывая ту крошечную надежду, которая у нас была все эти годы, — Руби посмотрела на меня, и я увидела боль и печаль в ее глазах. — Быть с нами ради себя не то же самое, что быть против нас. Посмотри еще раз, Северус, — попросила я. Она повернулась к нему лицом и храбро вздернула подбородок. Он посмотрел ей в глаза, но на этот раз вытащил палочку и пробормотал «Легилименс». Я смотрела, как Руби изо всех сил старалась не отодвинуться. Она подняла руки, словно пытаясь оттолкнуть, но так и не прикоснулась к нему. Наконец, вскрикнув, Руби, прервала контакт, бросилась мне в объятия и зарыдала. — Очень хорошо. Мои извинения, — легким движением руки он велел Нотту отвести ее в Сиреневую комнату. Двери за ними закрылись, и я осталась наедине с Северусом и двумя Пожирателями смерти в масках. — Пойдем, — сказал он и зашагал в Изумрудную комнату, а я последовала за ним в сопровождении людей в масках. Не уверенная в нашей аудитории, я просто подошла к Северусу и остановилась, ожидая его действий. Он вытащил лоскут ткани из кармана и направил на него палочку, тот превратился в мягкую ярко-красную мантию с длинными рукавами и высоким воротником. Я улыбнулась выбору цвета и надела ее. Взмахом палочки Северус застегнул на мне мантию, и я оказалась закутанной в ярдах мягкого материала. Я хотела обнять его, но жесткость его позы предупреждала, что это было не самой хорошей идеей. Я кивнула на двоих позади меня и вопросительно посмотрела на него. Он ответил таким печальным взглядом, что я начала опасаться худшего. Северус протянул руку и развернул меня за плечо: спиной к себе, лицом к двум другим Пожирателям. — Вы удовлетворены? Тот, что был выше, кивнул и снял маску. — Чарли! — вскрикнула я и подбежала к нему. Он поймал меня и закружил в воздухе, обнимая так сильно, что мне стало трудно дышать. Когда он меня опустил, я обернулась и увидела Виктора Крама, который стоял, слегка косолапо, как и раньше, с раскинутыми руками. Я крепко обняла его. — Я думал, что ты все эти годы была в Азкабане, — сказал он. Он не отпускал меня и смотрел так, будто я была ненастоящей. — В газетах говорилось, что ты приговорена к пожизненному заключению. А потом мы больше ничего не слышали, — сказал Чарли. — Мне очень жаль, что тебя оставили здесь. Мы бы постарались вытащить тебе раньше. — И вы бы погибли, — отрезал Северус. Я резко развернулась к нему, услышав гнев в его тоне, и увидела горькое выражение на его лице. Я не могла понять. Он только что воссоединил меня с двумя замечательными людьми, и теперь на нашей стороне было больше сторонников, чем раньше. Был ли он зол? Я высвободилась из рук Виктора и подошла к нему. — Северус? Все в порядке? Что-то не так? Он поднял руку, но затем уронил ее вдоль тела. — Нет, все в порядке, — его лицо снова превратилось в пустую маску. Северус повернулся к Чарли. — Дом в безопасности. Чарли кивнул и вытащил из кармана маленькое зеркало. — Аберфорт, — сказал он зеркалу, — отправляйте. Через несколько мгновений мы услышали звук нескольких аппараций, за которыми последовало еще больше…