Бал в Трансильвании

Новость о пропаже дочки трактирщика, и его героическом рвении найти свое чадо, разлетелась по маленькой деревеньке меньше, чем за пол часа. Сюда сошлись и соседские дети, и весь обслуживающий персонал трактира: Клара — кухарка, Берта — Доярка, Левона — ключница, Елена — вышивальщика; была тут и Магда — помощница и гости трактира — профессор Кенигсбергского института Абронзиус и его помощник, выпускник того же университета Альфред. — Давайте помолимся за нашего храброго, но такого глупого Йони! — Ребекка едва ли не плача села на колени перед домашним алтарем. Остальные последовали ее примеру, вот только профессор и его ученик не бормотали длинные церковные напевы. — Вы думаете, господин Шагал сможет вернуть Сару обратно? —заметно дрожа в голосе спросил Альфред. — На то, есть своя вероятность, — причмокнул профессор. — Но она ничтожна мала, скажем, как мне вдруг стать молодым и без этой чертовой, больной ноги! — Аминь! — запричитали все жители деревни. — Аминь, — вдруг склонился Альфред. Входная дверь внезапно разразилась стуком. — Йони! — вскочила Ребекка, но профессор вовремя ее остановил. — Госпожа Шагал, будь это ваш муж, то он бы вошел в собственный дом без стука. — Ой! И правда. Тогда кто это? — Альфред, иди-ка, проверь! — профессор поднял клюку в сторону двери. — Сейчас, профессор, — юноша ворчливо подошел и отвори затвор. Вместе с холодным, зимним воздухом, на порог ступил местный дурачок, как его просили называть — Генри, на плече которого лежало некое тело. — Ах, воды, скорее горячей воды! — сказал Альфред, но его обогнал профессор. — Нет-нет, горячая вода, увы, тут не поможет. — Генри до конца вошел внутрь и положил беднягу на пол. — Он мертв. Недолго, смею предположить — от силы час. Вот они, следы укуса — такие маленькие, миленькие дырочки. Вот значит, как они его: раз, два — и высосали! — Йони! Да, как же так?! — Ребекка упала на колени рядом с покойным мужем. — Это волки! — смело заявила кухарка. — Конечно волки, — вторила Клара, — кто же еще это мог бы быть? — Волки именно так и кусаются, кивнула ключница. — Генри, ну чего ты молчишь? — разозлилась Елена, — скажи же, что это волки! — Я… Я не знаю, что сказать. Я нашел его почти у кромки леса, будто бы он бежал к воротам… — Елена, да и еще несколько девушек грозно на него посмотрели. — Надо бы сходить в амбар, устроим облаву на волков… — Вы дураки! — профессор грозно потряс палкой в воздухе. — Все из вас прекрасно знают — волки ни в чем не виноваты! Если правду не признать сейчас, в дальнейшем будет еще хуже. Взгляните правде в глаза — тут все симптомы на лицо. Он обескровлен. Я прав, не так ли? Слова старика внезапно получили полное неодобрение и дальнейшее игнорирование, так что вскоре в гостиной остался только он, Альфред и горюющая Ребекка над телом своего мужа. — Да постойте же вы, куда все подевались?! — Альфред в растерянности осмотрелся. — Такс, если это так, — забормотал профессор, — тогда это сюда… Все точно! Теория Ван Хельсинга с моею совпадает. Больше медлить не годится. Пока не стало поздно, нужно найти и вонзить в него осиновый кол. — Что?! — грузная женщина разом подскочила. — Вы хотите… — Мужайтесь, мадам Шагал. Тело вашего супруга уже не воскресить — но душу мы еще можем спасти. Нет другого средства, нужен осиновый кол! — Что вы собрались прокалывать? — Ребекка сложила руки на бока. — Его сердце, одним ударом вот так — бац! — Альфред дернулся от громкого топота профессора. — Ах ты старый козел! Да я сама тебе сейчас кое-что другое проколю! Прочь, неблагодарная свинья, пока не позвала подмогу! А ты? Чего стоишь?! Ты с ним заодно! Альфред потерял дар речи от такого выпада, но молча согласился, и вернулся с профессором в свою комнату. Мадам Шагал, теперь уже вдова Шагал, спокойно подняла тело мертвого мужа и перенесла его на диван перед камином. Отыскав белую простынь в серванте, женщина бережно прикрыла тело, и принялась нежно нашептывать. — Ишь, задумал сердце проколоть, — внезапно рассердилась Шагал, но снова вернула любовное настроение, — мой муж столько женских сердец разбил… Но теперь, — ее рука прошлась по холодному лицу, — теперь ты верен мне! А я… Ну что же, буду я теперь одна. Спи. Спи спокойно, мой бедный, бедный Йони. Ближе к полуночи, когда уже все улеглись спать, из комнаты напротив гостевой, что на втором этаже, вышла женская фигурка с шалью на плечах. Она что-то держала в руках, причем так крепко, что тонкая кожа еще сильнее натянулась на костяшках. — Как нелеп ты мертвый, — шептала она. Настигнув дивана, где лежал дамский угодник, Магда зажгла свечу каминной спичкой и поставила ее на столик рядом. — Вот и кончились твои шутки, все. Был ты шумным, а теперь лежи себе, отдыхай. Эх… Хоть и выглядит достойно, той еще скотиной был покойный. Хоть бы раз проход мне дал… Смешно тебе, быть мертвым? Прощайте, господин Шагал, пока-пока — Йони… Девушка с легким грустным вздохом встала, поцеловала лоб покойного и медленно направилась наверх. Вдруг, ей показалось, что в комнате пробежался холодный ветерок. Тут же метнув свой взгляд на входную дверь, и находя ее закрытой, слишком поздно заметила потухшую свечу. — А! — закричала она, но холодная, нет, ледяная рука Йони Шагала закрыла ей рот. — Ну вот это уже нам ни к чему. Поздно… Не поможет. Теперь ты моя! — он грозно оскалился и впился зубами в шею жертвы. Он пил так жадно и долго, что осознал смерть девушки только через пару минут. Не найдя наилучшего решения, чем положить убитую на диван, он наглухо прикрыл ее простыней. Вдруг, наверху послышался какой-то скрип. — Да прекрати ты скрипеть! — кажется, это говорил профессор. — Так это же вы… — Тсс… Оба подошли к телу в гостиной. — Сумку, — попросил профессор. — Сумка… — Итак, когда ты должен ударить? — На счет три… — На счет три. А где находится сердце? — Между шестым… И седьмым… — Ребром! Приступаем! — профессор откинул покрывало и едва ли не лишился сознания. — Это, как так?! Ах… Укус. Проделки Шагала. Так и знал, что надо было сразу же проткнуть ему сердце! — Профессор, вон там! — Альфред заметил какое-то копошение у камина. — Свет! — профессор прытко зажег каминную спичку. Тут же появилось испуганное лицо Шагала с блестящими клыками. Старик запрыгнул на него с тростью, прижимая к полу. — Альфред! Скорее, кол! — Аг-га… — юноша присел рядом, уже в темноте, только ориентируясь на шипение и толкания Шагала, он приставил к его груди кол. — Раз. Два. Три! — скомандовал профессор, но ничего не произошло. Ассистент только сейчас приставил к колу молоток. — Три! — Шагал задергался сильнее и пока Альфред замешкался, он чуть сдвинулся из-под трости. — Три… Было уже поздно — новообращённый вампир, все еще вне доступа к двери, вжался в стену, поглядывая на гостей, словно загнанный зверь. — Не губите, — взмолился он. — Пожалуйста… Я… Я обещаю, что стану вегетарианцем! Альфред опешил, и Шагал, почувствовав прореху в броне, кинулся на юношу, поваливая его на пол. Старик с яростным кличем толкнул вампира своей тростью, и его ученик чудом сумел выбраться из-под нападавшего. Бывший хозяин трактира, не теряя и секунды, бросился в дверь, оставляя ее настежь открытой. — Черт, — Альфред выругался, наверное, впервые в своей жизни. — Теперь-то ты уверовал в мою науку?! — торжествующе сказал профессор, заходясь кашлем. — Профессор?! — Ничего, мальчик мой, просто столь ярые движения не под стать моему организму. Я немного посижу… Но ты прав. Черт побери, мы и его упустили! — Я войду? — на пороге, держа керосиновую лампу стоял Генри. — И дверь прикрой, — чихнул Альфред. — Мне… Мне надоело скрывать от вас правду. — тяжело вздохнул вошедший. — Да неужели… — ирония буквально сочилась из недр души профессора. — Быть может, вы и правда поможете нам. — Говори, — профессор тут же сменил гнев на милость. — Знаете, с чего бы это начать… — деревенский житель присел на кресло рядом с диваном. — Вот уже несколько столетий, вся наша деревня живет в страхе, ведь неподалеку все-таки есть замок, в котором живет граф Фон Кролок. Так вот он, и все его приспешники — вампиры! Из года в год, они кусают людей без разбору, но вот раз в триста лет, им нужна особая жертва. Раз в триста лет, они похищают самую красивую девушку из деревни и устраивают бал. Она — главное блюдо на этом балу! Как рассказывал мне мой прадед, а ему его прадед, а тому его прадед, триста лет назад похитили девушку по имени Агнет, а до этого Верену, а еще до этого Зельду, а самая первая была Катрина. Но самое ужасное даже не это, а то, что все эти жертвы, раз в триста лет дают им особую силу, так что вскоре они могут ворваться в деревню и всех убить. Так и произошло триста лет назад, и остались только те, кто успел спрятаться в погреб этого трактира… — Тогда, чего же мы стоим?! — всполошился профессор. — Ты можешь показать нам дорогу в этот замок? — Думаю да, — вздрогнул Генри.

* * *

Около часа профессор и Альфред, по большей части, конечно же, последний, потратили на сбор своих вещей в чемодан. Понимая, что больше Альфред сюда не вернется, хотя бы потому, что трактир остался без своего хозяина, юноша перекрестился и с любовью посмотрел на дверь в комнату Сары. На горизонте еще даже не забрезжил рассвет, а трое самоотверженных мужчин, уже брели по замерзшим ветвям леса. Генри, судя по всему, ходил по этой дороге и не раз, так что Альфред несколько успокоился: хотя бы волки, их сегодня точно не съедят. Путь троих окончился поредевшим лесом и пустошью перед массивным склоном. На его вершине стоял громадный, как снизу казалось, древний замок с остроконечными крышами, черными, узорчатыми стенами и длинными, но тонкими, витражными окнами. Дорога, ведущая наверх, к небольшим воротам была вымощена серыми булыжниками, и в целом, была очень удобной для подъема. " — Надеюсь, что и для спуска…» — шумно сглотнул Альфред, крепче прижимая к себе чемодан с вещами. — Час настал! — запел чей-то женский голос. — Кто это?! — ассистент профессора спросил у Генри. — Должно быть невестка графа, — быстро ответил тот. — Не бойтесь. Вас-то они не тронут… — Час настал! — другой, но все еще женский голос, вновь раздался у обочины дороги. — Гости необычные, почти у замковых ворот, — хихикнула третья дама, не показывая лица. — И то не жалкие бродяги, а пара образованных господ! — Альфред насчитал уже четвертую девушку. — Час настал! — Все мольбы услышаны, этакой удачи и не чаяли мы! — Час настал! — И это бал трапезой пышной увенчаем мы… Все трое настигли ворот замка, которые внезапно сами по себе отворились. Так думал Альфред, но на деле, они открылись, пропуская как всегда облаченного в черное графа Фон Кролок, а за ним следовало пятеро прекрасных, пышно разодетых дам. Слева, у края стояла стройная, невысокая девушка, с короткими, вьющимися черными волосами. Ее выделяли пухлые губы и невероятно красивые темные зеленые глаза. В отличие от других, на ней было прямое в пол золотое платье с черной, полупрозрачной накидкой. На тонких пальцах сияли кольца. Сразу за ней стояла еще одна дама чуть ниже: ее длинные, черные волосы волнами уходили за спину. Ее лицо имело пухлых вид, но строгие, кажется, озлобленные черные глаза, как-то не вызывали симпатии. Черное, пышное платье до колена, подчеркивало бледность кожи, а льющийся до пола шлейф компенсировал недостаток в росте. Справа находилась бледная, будто бы вот-вот упадет, белокурая девушка в сверкающем множеством цветов прямом платье. На изящные руки были натянуты перчатки в тон к платью. Четвертая дама имела значительные объемы на теле, и отлично это показывала обтягивающим черным платьем с пышными кружевами на груди и рукавах. Ее каштановые, густые кудри венчала небольшая серебристая тиара. Подле самого графа, с хищной, не сходящей с лица улыбкой стояла еще одна, последняя девушка. Она имела высокий рост, белые, прямые волосы по талию и блестящие, карие глаза. Будто бы желая еще больше выделяться, на ней не было платья — лишь черный пиджак, обтягивающий грудь, укороченные брюки, и обувь на высоком каблуке. Альфред впервые видел, чтобы женщина могла позволить себе такое. — Господа! — граф радостно взмахну руками. — Как я счастлив видеть вас у себя в гостях. Мой замок, — он повернулся, охватывая жестом свои владения, — в полном вашем распоряжении. Но все же, могу ли я поинтересоваться, что привело вас к порогу моего дома, в столь поздний и опасный час? — Ничего срочного, ваше сиятельство, — поклонился профессор и Альфред неумело повторил за ним. — Мы совершенно случайно забрели сюда, и хотим лишь одним глазком взглянуть на ваше роскошное жилище. Я знаете ли, знаток во многих отраслях, — Абронзиус слегка прищурился, глядя на замок, — конец семнадцатого века, я полагаю? — Оу, — искренне удивился граф, — как вижу, вы человек с образованием. С кем имею честь? — Профессор Абронзиус, из Кенигсберга. — Тот самый профессор?! — граф состроил восхищенную гримасу. Они с профессором, как-то само собой, отошли чуть подальше от Альфреда и Генри. — Вы слышали обо мне? — С восторгом читал ваш опус о летучей мыши! — Мне лестно, ведь даже на родине обо мне мало кто слышал… — Ох, будьте так любезны, и дайте мне ваш автограф! И умоляю, будьте моим почетным гостем! — Обитель ваша — благодать для истинных ученых! Альфред как-то не успел отойти к профессору, как все графские дамочки вдруг посмотрели на него, с шипением замещая Генри позади. Одна за другой, они стали подходить к ним, и Альфреду не оставалось ничего, как просто пятиться назад, пока он не уперся во что-то твердое. — Профес… — радостно воскликнул он, но затем с ужасом осознал себя подвешенным за пиджак в руках графа. — А ваш спутник, вероятно, студент? — Мой ассистент, Альфред. — Очень приятно, — брезгливо промолвил граф, грубо роняя юношу обратно на землю. — Ох, Герберта, милая, подойти сюда. — девушка, облаченная в мужской костюм вышла вперед. — Отец, — учтиво склонившись, она с восхищением уставилась на Альфреда. — Вот и моя дочь — Герберта. Душенька, не составишь ли ты молодому человеку компанию? — С удовольствием! — улыбнулась девушка, крепко хватая спутника профессора под локоть. — Отныне нам не будет скучно вдвоем! — Профессор, — тихо прошептал Альфред, но его учитель жестом приказал замолчать. — Ах, с вами еще и деревенский житель… — граф только сейчас приметил дрожавшего Генри. — Добро пожаловать, — граф фальшиво ему улыбнулся. — Куколь! на дорожке возник горбатый слуга. — Покажешь гостям их апартаменты? — Как прикажите, ваше сиятельство, — Куколь почтенно кивнул. Он и профессор медленно пошли внутрь замка. Альфред, будучи по природе неуклюжим, вдруг споткнулся и уронил чемодан. Тот открылся и изнутри выпала плюшевая игрушка. Граф не преминул этим воспользоваться, поднимая мишку с пола. — Альфред, вы ничего не потеряли? — вкрадчиво спросил он, пока юноша закрывал свой багаж. — Ах, мой мишка! — ассистент вырвал и рук графа своего медведя, собираясь убежать к профессору, но граф подцепил его за камзол и притянул к себе. — Молодой человек, до сих пор играет в куклы? — невесты графа зашлись диким хохотом. — Нет… Это подарок как талисман! — Талисман тебя не спасет, — серьезно ответил Фон Кролок. — Ты мне не соперник, глупый мальчишка! Альфреда грубо оттолкнули в объятья Герберты, и они вдвоем последовали за Куколем.