Lovesick

— Уилл, здесь никого нет, — крикнула Эбигейл с носа лодки. В одной руке она держала удочку, в другой — книгу. Уилл открыл глаза, поднимаясь со своего кресла. Звезды ночного неба сегодня были едва видны за облаками. Вода была невероятно спокойной.  — Ты должна быть терпеливой, Эбигейл. Рыбы приплывут со временем. — Хорошо, что мы уже поели, а то бы сегодня действительно умерли с голоду. — Да, слава богу, что мы поели, — сказал Ганнибал, поднимаясь с нижнего этажа лодки. Он мягко положил руку на плечо Уилла и прошел по узкой дорожке между сиденьями, чтобы сесть рядом с ним. — Какой тонкий намек на твое эго. У тебя не было бы ничего, что можно было бы красиво приготовить, если бы я не поймал это «ничего». Ганнибал улыбнулся. Эбигейл обернулась, чтобы посмотреть на них, и вздохнула. — Я сдаюсь. Может быть, завтра будет больше рыбы. — Все хорошее требует времени, — сказал Ганнибал. Эбигейл встала и смотала леску, прежде чем осторожно положить удочку в шкаф. Она взяла свою книгу, что-то на литовском, и присела на корточки между отцами. — Я буду в постели. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — с улыбкой произнесли двое мужчин. Было слышно, как Эбигейл идёт по металлической лестнице, после исчезая за дверью. — Она становится все терпеливее. На этот раз тридцать минут, — сказал Ганнибал, нарушая тишину холодного ночного воздуха. — Я думаю, что сейчас она сосредоточена на других занятиях. Литовский, должно быть, невероятно легкий, либо она гениальна в изучении языков, — улыбнулся Уилл. — Вундеркинд с прекрасным учителем. Уилл снова откинулся назад и посмотрел на звезды. — Что ты видишь сегодня вечером? — Большую часть Малой Медведицы. Прямо над нами. Ганнибал покосился вверх. — Без светового загрязнения будет легче, — Ганнибал встал и выключил свет на палубе, прежде чем направиться к платформе на носу их лодки. Он снял пиджак и сложил его как подушку, смотря на Уилла. Уилл улыбнулся и подошел, наклоняясь и ложась рядом с Ганнибалом.  — Ты стареешь. Я не знаю, почему ты продолжаешь издеваться над собой и своими бедными глазами. — Все хорошее требует времени, — улыбнулся Ганнибал, сидевший рядом с ним. Уилл поднял глаза и снова сосредоточился на ночных звездах, чтобы найти Малую медведицу. — Окей, видишь вон ту, самую яркую? — сказал Уилл, указывая на небо. Ганнибал наклонился к Уиллу и пристально посмотрел на небосвод. — Да, думаю вижу. — Это Полярная звезда. Иди по этой линии влево, видишь три звезды в ряд рядом с ней? Должно выглядеть, как кривая линия. Ганнибал снова прищурился, но ничего не ответил. — Сегодня пасмурно, наверное, плохая ночь для охоты за звездами. Уилл опустил руку с того места, куда указывал, и выдохнул. Он повернул голову к Ганнибалу и увидел, что тот смотрит прямо на него. Их лица были так близко, всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Ганнибал? Одним движением рука Ганнибала поднялась, нежно обхватила лицо Уилла и притянула их друг к другу. Их губы встретились так нежно, с едва ощутимым прикосновением. Губы Ганнибала были теплыми и гладкими, с легким привкусом вина, которое он добавил к их обеду. Мозг Уилла наконец заработал, и он начал отвечать. Уилл слегка приоткрыл рот, чтобы еще раз попробовать Ганнибала на вкус, и, ласково захватив нижнюю губу, сильно прикусил ее. Ганнибал вздохнул в его рот и крепче сжал лицо Уилла. В конце концов они отпустили друг друга и медленно открыли глаза. — Ганнибал? — Я хотел сделать это с тех пор, как Джек подкараулил тебя вместе со мной в своем кабинете, — улыбнулся Ганнибал, играя с кончиками волос Уилла. — Я хотел, чтобы ты сделал это с тех пор, как мы сбежали вместе.

***

Уилл внезапно проснулся, глубоко дыша. Он несколько раз моргнул, прежде чем понял, что больше не спит, и это был сон. Это был не первый раз, когда он просыпался от очень реалистичных снов, которые заставляли его потеть, но они никогда не были такими… нежными и спокойными. На этот раз не было ни вендиго, ни оленей. И сны никогда раньше не оставляли его с неистовой эрекцией. Уилл вздохнул и направился в ванную, чтобы принять душ. Он позаботился о своей эрекции под струей горячей воды и попытался одновременно забыть и вспомнить каждую деталь своего сна. Он знал, что сны сексуального характера ничего особенного не значат и, скорее всего, представляют собой комбинацию случайных срабатываний нейронов. Вчера он ужинал по скайпу с Эбигейл и Ганнибалом. Он ел рыбу вместе с ними, пока они смеялись и избегали признавать связующее звено — Гаррет Джейкоб Хоббс, который свел их вместе. Что бы то ни было. Это вообще ничего не значило. Абсолютно ничего. Уилл вышел из душа и посмотрел на себя в зеркало. Его прическа никогда не была чьим-то определением аккуратности, но теперь она стала немного смешной. Интересно, как долго он сможет продержаться с отросшими кудрявыми волосами? Уилл выбрал белую футболку и толстовку, чтобы читать лекции, после устроился за своим столом для еще одного дня занятий в zoom.

***

— Алана, как ты? Алана улыбнулась ему в ответ с экрана ноутбука. Она сидела в зеленоватом кабинете, потягивая пиво, в то время как на заднем плане горел камин. — Я здорова, как никто другой. Как ты поживаешь? Несколько минут они говорили о новых реалиях своей жизни. Оба они преподавали черным безликим экранам студентов, Алана вела курс психологии, связанной с карантином. — Происходит забавное явление, вроде, дети называют его «кворни»*. — Прошу прощения? — Это сочетание слов «карантин» и «возбуждение». Мне жаль, что тебе тоже пришлось это услышать. Моя младшая сестра объяснила мне, что это значит, и я не хотела страдать наедине с этим проклятым знанием. Уилл мысленно вернулся к своему сну. Затем он снова сосредоточился на Алане. — Разве в этом есть какой-то смысл? — О, в этом есть смысл, — сказала Алана, откидываясь на спинку стула. — Ты знаешь, что каждый раз, когда ты выходишь из машины, по радио начинает играть любимая песня? А до этого несколько песен были не очень? — Да. — Это одно и то же — потеря контроля. Люди чувствуют себя похотливыми, потому что у них отняли свободу, а не потому, что они действительно этого хотят. Уилл посмотрел вдаль и позволил себе обдумать это. Он испытывал «кворнизм»… каким бы отвратительным ни было это слово. Всего лишь пара синапсов неправильно сработали ночью. — Интересно, что сейчас чувствуют влюбленные. — Да. Мне тоже интересно. К черту их, — рассмеялась Алана. Уилл улыбнулся и поднял свой стакан с виски.