The Lion King: Bloodline

       — Эй, Витани?        Рыжая львица, глубоко задумавшаяся, почувствовала, как мягкая лапка коснулась её плеча. Посмотрев вниз, она увидела, что Бхати пыталась привлечь её внимание. Витани фыркнула и сказала:        — Бхати, я же сказала тебе. Мне нужно время, чтобы подумать, я не собираюсь прыгать в то, к чему я не готова.        — Я знаю, — сказала лисичка с озабоченным выражением лика. — Есть кое-что еще, что я только что вспомнила. Не могла бы ты мне с чем-то помочь?        Витани приподняла бровь, но решила согласиться.        — Что ж, это должно быть очень важно, если ты спрашиваешь меня, а не Фараджи, — вздохнула она.        — Да, это так, и нет, мне не нравится твоя дерзость, — ответила Бхати, уходя через кусты. — Я чувствовала бы себя в большей безопасности, если бы ты немного прогулялась со мной. Мне нужно предупредить Айцу и Убунту об этом парнишке, и я не чувствую, что меня съедят по дороге туда.        Следуя за лисицей через подлесок, Витани спросила:        — Айца и Убунту? Кто они? И почему мы сначала ищем их, а не Фараджи?        Небрежно взмахнув хвостом, лиса ответила:        — О, да, ты еще не встречалась с ними, не так ли? Они живут здесь целую вечность, но обычно выходят из дома по ночам. Фараджи может позаботиться о себе сам, но у тех двух бегают детеныши, так что они захотят узнать, не крадется ли какой-нибудь ползун по лесу.        — Детеныши? — спросил Витани. — Какие детеныши?        Словно по команде, воздух наполнился звуками того, что, должно быть, было полдюжиной маленьких играющих в кустах существ.        — Эй! — раздался один из голосов. — Мне кажется, я чувствую, что кто-то приближается! Это мисс Бхати!        Лисица улыбнулась Витани и сказала:        — Эти детеныши.        Рой бежевого меха хлынул из кустов и Бхати быстро поглотила извивающаяся масса лисят.        — Мисс Бхати! Мисс Бхати! — вопили они, а она только смеялась и дралась с ними.        — Дети, вы пытаете наших гостей? — спросил голос, когда из кустов вышла пара взрослых лисиц. Они оба были немного крупнее подруги Фараджи, хотя их заостренные уши были не такими большими. Шерсть самца была песочно-серой, а его партнерша — светло-рыжего цвета. Хотя у обоих побледнели морды, у пары лисиц был вид добрый и терпеливый.        Старшая лисица улыбнулась и тепло поприветствовала гостей.        — Привет, Бхати. Что привело тебя сюда сегодня? И кто эта львица с тобой? Не верится, что мне оказали такое удовольствие, моя дорогая, — сказала она, глядя на Витани.        Сначала охотница была удивлена, что лисы мыса не испугались того, что прямо перед ними была взрослая львица, но быстро поняла, что как друзья Бхати они, вероятно, привыкли к Фараджи, если не дружили с ним тоже.        — Меня зовут Витани, приятно познакомиться. Гм… у вас прекрасные детеныши, — нервно ответила она.        От души рассмеявшись, лис ответил:        — Спасибо, Витани, мы сделали их сами!        Лисица закатила глаза от странного чувства юмора своего приятеля.        — Я тоже рада познакомиться с тобой, дорогая. Меня зовут Айца, и этот шутник, — указала она своей подруге, — это Убунту. Добро пожаловать в нашу берлогу. Что привело вас, юные леди, сюда сегодня?        Бхати встревоженно улыбнулась и ответила:        — Боюсь, что у нас плохие новости. Рядом есть бродячий лев, к тому же неприятный. Он пытался затеять драку с Витани, но она его прогнала. На всякий случай внимательно присмотри за детенышами.        Капские лисы обменялись обеспокоенными взглядами, но Убунту кивнул и сказал:        — Спасибо, что предупредили нас, Бхати. И ты тоже, Витани. Я рад, что ты смогла отбиться от него. Я рад, что Фараджи сделал это, нашел такую ​​крепкую львицу для друга.        Глаза львица расширились и она неудержимо покраснела.        — О! Гм, я… Я не…!        — У Фараджи есть львица? — спросил один из лисят. Он подскочил к Витани и пискнул: — Круто, ребята, а у вас есть детеныши? Можно с ними поиграть?        — Хаву! — отругала Айца. Она и Убунту извиняюще посмотрели на Витани, которая быстро восстановила самообладание.        — Как я уже сказал: спасибо, — произнёс песочно-серый лис, когда начал загонять своих детенышей обратно в их нору. — Пойдемте, дети. Достаточно поиграть на улице на один день.        Когда детеныши начали жаловаться, Айца пристально посмотрела на них и залаяла:        — Не говорите так со своим отцом! — затем выражение её морды смягчилось и она сказала: — Кроме того, если вы, как хорошие детеныши, не будете суетиться, завтра мы с отцом научим вас ловить мышей.        Бхати и Витани захихикали, когда все, кроме пушистых хвостов Айцы, исчезли в норе.        — Он хороший отец, — объяснила лисица. — Иногда сам немного похож на детеныша, но я не могла найти лучшего лиса, чтобы провести с ним свою жизнь.        Кивнув, Бхати согласилась:        — Да, Убунту — отличный парень. Тот факт, что он красивый старый лис, тоже не повредит, а, Айца? Может, ты могла бы дать моей подруге какой-нибудь совет, как завести льва своей мечты?        — Почему все вдруг думают, что мне нужен самец? — вздохнула Витани. — Я совершенно счастлива сейчас сама по себе, большое вам спасибо!        — И хорошо, что ты так себя чувствуешь, Витани! — произнесла рыжая лисица. — Поверь мне, я была такой же, как ты, когда была в твоем возрасте. Я наслаждалась своей холостяцкой жизнью и никуда не торопилась селиться с самцом, чтобы растить его детенышей. Просто тогда я была не такой. Конечно, по пути я встретила многих других лисиц. Да, было несколько хороших самцов, но я пообещала себе, что если у меня будет партнер, то он должен быть кем-то, кого я знаю, что смогу сделать его таким же счастливым, как и он меня.        Витани улыбнулся:        — И Убунту был тем кем-то для тебя?        — В самом деле, — согласилась Айца, прежде чем она обрела более серьёзный вид. — Витани, я только что встретила тебя, но я была здесь достаточно долго, чтобы узнать хорошего зверя тогда, когда я встречу его. Я уверена, что ты когда-нибудь станешь прекрасной женой и матерью, и я уверена, что твоя будущее семья будет очень удачливой.        Нервно поеживаясь, львица ответила:        — Тебе не нужно так льстить мне, Айца. Как ты сказала, ты меня не знаешь. Откуда мне знать, что я смогу быть всем этим для того, кого люблю?        — Может быть, и так, — сказала лисица. — Но у всех есть хорошие качества, независимо от того, кто они. Я не говорю, что тебе нужно уйти и выйти замуж за Фараджи или кого-то еще, если ты не думаешь, что готова. Не торопись. Но, поверь мне, когда ты найдешь того, кто любит тебя так же сильно, как ты любишь его, не отпускай этого льва. Я этого не сделала и ни разу не пожалела об этом.        Обдумывая мудрые слова лисицы, Витани наконец улыбнулась и кивнула.        — Спасибо, Айца, — произнесла она. — И ты тоже, Бхати. Ты заставила меня о многом подумать…

***

       — Что я собираюсь делать? — спросил сам себе Фараджи, приближаясь к небольшому озеру. Конечно, Витани не совсем отвергла его предложение стать его парой, но она тоже не ухватилась за этот шанс. — Но что должно было быть? Что я ожидал? Прогуляться вместе по лесу в сумерках? Серенада птиц и обезьян? Конечно, это ее выбор, но как глупо с моей стороны…        Когда лев песочного цвета ругал себя, он начал понимать, насколько пересохло в пасти. Направляясь к тенистым зарослям камыша, Фараджи окунул язык в озеро и смаковал кристально-чистую воду.        — ЭЙ! УБИРАЙСЯ! УБИРАЙСЯ ОТСЮДА, ТЫ, ОГРОМНАЯ СКОТИНА!        Лев подпрыгнул, но его встретил вихрь перьев и пара острых клювов, ткнувшихся ему в морду о и шею. Он сразу понял, кто это был.        — Нина! Хаким! Стойте, это же я, Фараджи! — вскрикнул лев. Атака сразу прекратилась. Открыв глаза, он увидел пару египетских гусей. Спутники на всю жизнь, Нина и Хаким годами жили недалеко от озера, граничащего с его территорией. — Я не знал, что вы двое теперь гнездитесь на этой стороне озера.        Гусак Хаким виновато кивнул.        — Извини, что напугали тебя, Фараджи. Но да, мы решили попробовать в этом году восточный берег. Я всегда говорю, что нет ничего лучше, чем смена обстановки, чтобы жизнь оставалась интересной.        — Верно, — сказал темногривый. — Сколько яиц в этом году, Нина?        Грудь бело-коричневогой гусыни наполнилась гордостью.        — На этот раз идеальная дюжина, Фараджи! У гусят еще есть неделя или две, прежде чем они вылупятся, но у них все хорошо! — повернувшись к своему партнёру, Нина добавила: — Хаким, дорогой, я собираюсь быстро искупаться, чтобы размять лапки. Не мог бы ты посидеть в гнезде, пока меня нет?        — Конечно, — ответил гусак. — Все равно моя очередь, развлекайтесь!        Пока Нина выплыла пастись на клочок водорослей, темногривый лев заглянул сквозь тростник в гнездо гусей. Хаким осторожно перешагнул через круглые белые яйца и осторожно опустился, согревая еще не родившихся гусят.        — Позволь мне сказать тебе, Фараджи, что вы, млекопитающие, легко справляетесь! Вам вообще не нужно беспокоиться о яйцах, — засмеялся гусак. — Это того стоит — увидеть этих пушистых пацанов, плавающих вокруг. Мы с Ниной не могли быть более гордыми родителями.        Лев кивнул, прежде чем спросить:        — Хаким, гусиный партнер на всю жизнь, верно? Как ты мог быть уверен, что вы с Ниной выбрали правильного партнера? Что, если бы у вас не получилось?        Хаким нахмурился и взъерошил перья, как будто гусак не мог представить себе такую ​​вещь.        — Гуси никогда не ошибаются, Фараджи. Я не могу этого объяснить, но когда мы выбираем себе пару, мы просто знаем, что в глубине души мы идеальны друг для друга и всегда сможем сделать друг друга счастливыми, несмотря ни на что. В любом случае, что заставило тебя это спросить? Неужели ты в последнее время думал о какой-то особенной львице?        Лев зарделся и кивнул.        — Да, — робко признал он. — Её зовут Витани. Мы знаем друг друга всего несколько месяцев, но я никогда раньше ни к кому так не относился. Она умная и сильная, и у нас так много общего, но…        В этот момент Нина подключилась к разговору мужчин и не могла не высказать свое мнение.        — Но она отказалась?        — Не совсем так, — объяснил Фараджи. — Она сказала, что подумает об этом. Я не хотел её расстраивать; я просто хотел дать ей знать, что я чувствую. А теперь я не знаю, что делать.        Нина подошла ко льву и посмотрела прямо в морду большему животному.        — Возьми себя в лапки, Фараджи! Ты любишь её, не так ли?        — Конечно! — выпалил он.        — И ты бы никогда не подумал о том, чтобы причинить ей боль, верно? — спросил Хаким.        — Никогда, — ответил песчаный лев, внезапно вспомнив слова матери.        Если ты когда-нибудь найдешь любовь, позаботься о том, чтобы ты хорошо с ней обращался и хранил её.        Гуси переглянулись, улыбнулись, а затем снова повернулись к Фараджи.        — Тогда я думаю, что ты должен попробовать еще раз, — сказала Нина. — Дай ей время, конечно, беднягу нечего пугать. Но если Витани действительно для тебя всё, то я желаю тебе удачи на всём свете.

***

       — Фараджи! Фараджи, ты здесь? — крикнула Бхати.        Высокая трава раздвинулась, и оттуда вышел зеленоглазый* лев.        — Я здесь, Бхати. Что происходит?        — У тебя хорошее настроение, — сказал лисенок, щелкая хвостом. — Вообще-то есть для тебя новости. Во-первых, сегодня днем ​​тут был ужасный мошенник…        — ЧТО?! — взревел Фараджи. — Где он? Лучше бы он никому не причинил вреда, иначе…        Бхати закатила глаза, не обращая внимания на вспышку льва.        — Успокойся, глупый, он ушел. Витани прогнала его.        — В самом деле? — спросил он, прежде чем улыбнуться. — Думаю, именно это похоже на то, что она сделала бы. Какие еще новости, Бхати?        — Хорошо, — продолжила она, потирая грязь лапой. — Я думаю, мне стоит позволить ей рассказать тебе.        Прежде чем Фараджи успел спросить, кем она была, Витани подошла к нему с нейтральным выражением, а её ярко-голубые глаза сияли на закате.        Лев почувствовал, как его морда вспыхнула.        — Витани? Что ты…?        Внезапно Фараджи был остановлен ​​Витани, подошедшей к нему, прижавшись головой к его подбородку — последний кошачий знак привязанности. Сердце его колотилось в груди, лев ответил на этот жест, когда львица прижалась к его роскошной коричневой гриве.        Бхати широко улыбнулся и повернулся, чтобы уйти.        — Я дам тебе немного времени для неразлучников, — усмехнулась она, предоставив львам возможность насладиться их первой совместной парой.        Позже той ночью Витани и Фараджи спали бок о бок под толстым звездным покровом. К настоящему времени все сомнения львицы по поводу их совместной жизни развеялись и до восхода солнца, на следующее утро, исчезла и её метка …