Дождь после солнца

      Шерлок застыл, когда его сердце совершило какое-то сальто назад, которое совсем не ожидал. Лиам был прямо здесь, так близко, что Шерлок мог различить каждую мельчайшую деталь его выражения лица, каждое микроскопическое движение, то, как зрачки этих малиновых глаз чуть расширились, то, как его рот слегка приоткрылся, когда он увидел Шерлока, совершенно все. — Ох, мистер Холмс, какой приятный сюрприз, — губы Уильяма слегка изогнулись, когда он заговорил, и рука Шерлока мгновенно пошевелилась, отвечая на желание ее владельцев протянуть руку и провести пальцем по этой улыбке, — Вы не войдете?       Уильям отступил в комнату позади него, одной рукой все еще придерживая дверь. В тот момент, когда Лиам покинул личное пространство, реальность вновь заявила о себе со всей силой удара грома. О чем, черт возьми, он думал? Шерлоку едва удалось удержаться от громких проклятий. — Брат? Ты уверен насчет этого? — спросил Луи или Луиза, или как там его зовут. — Все в порядке, Льюис, — Льюис? Это имя брата? Он был так близок, даже, честно говоря, больше, чем он ожидал. Шерлок Холмс всегда старался помнить только важные вещи в жизни, а Мориарти с очками не подходил по этому критерию, по крайней мере, когда он стоял рядом со своим братом, — Нам с мистером Холмсом есть о чем поговорить.       Улыбка Уильяма росла, когда он говорил, и Шерлок был раздражен, когда почувствовал, как его сердце выполняет еще один элемент гимнастики. Глупая сверхэмоциональная вещь. — Ага, в этом он прав!       Не обращая внимания на всю чушь, которое сердце пыталось сделать, Шерлок ворвался вперед за дверь, которую Уильям все еще держал открытой. Он схватил Лиама за руку, пытаясь оттащить блондина от двери в комнату за ней. Когда он это сделал, он оглянулся через плечо и успел увидеть, как глаза Льюиса сузились, а его рука опустилась туда, где едва заметные складки на рубашке сказали детективу, что он, как и Фред, имел по крайней мере один спрятанный нож. — На самом деле, Льюис, все в порядке, — тон Уильяма был теплым, с искренней любовью к брату, — Тебе не стоит обо мне беспокоиться, — он подарил своему брату и Фреду еще одну обнадеживающую улыбку, а затем, наконец, позволил увести себя от двери в комнату за ней.       Шерлок огляделся, впервые оценивая комнату. Это была гостиная, маленькая и удобная, с шезлонгами и креслами, с камином в стене.       Тихий звук закрывающейся за ними двери по-прежнему был достаточно громким, чтобы полностью вернуть Шерлока в реальность. Он тут же отпустил руку Уильяма, сделав три быстрых шага назад, чтобы создать некоторое расстояние между собой и блондином.       Уильям слегка повернул руку, поправляя манжету пиджака, но не стал комментировать грубое обращение с Шерлоком. Вместо этого он просто жестом пригласил того сесть в гостиной с дальней стороны журнального столика. — Хочешь чаю? — спросил Лиам, указывая на горшок и пару неиспользованных чашек на боковом столике. — У тебя вообще нет слуг, — это не было вопросом, но Уильям все равно на него ответил. — Нет, пока мы все делаем свое дело, нет причин заставлять других убирать за нами.       «Черт побери, Лиам! Почему ты не мог просто быть еще одним высокомерным дворянином? Почему ты должен быть собой?»       Уильям зачерпнул чашку чая, которую, должно быть, пил, когда появился Шерлок, и опустился в кресло напротив кофейного столика. — Итак, мистер Холмс, почему бы вам не рассказать мне, зачем вы здесь.       Рука Шерлока снова опустилась в карман, и его кулак снова сжался вокруг уже мятой бумаги. — Я здесь не ради тебя, Лиам, — Шерлок мог слышать гнев в собственном голосе, но ему было все равно. Он никогда не беспокоился о том, что другие думают о его тоне, и это определенно не тот день, когда он бы начал, — Я здесь ради Ирэн. — Ох? — Уильям приподнял элегантную золотистую бровь. — Да уж. Насколько я понимаю, она доверяла тебе, и ты убил ее, не так ли, Джеймс Мориарти?       Выражение лица Уильяма, Мориарти не дрогнуло, но что-то изменилось в его улыбке, что-то сделало ее дикой и опасной. Он осторожно поставил свою чашку на журнальный столик, затем посмотрел Шерлоку прямо в глаза и сказал: — Я вижу, вы читали свою почту. — Значит, вы этого не отрицаете? — он никогда бы не поверил отрицанию, он даже не ожидал его, но все же это было бы хорошо. Последняя попытка спасти вещи, последняя ложь. — Я же сказал тебе еще в поезде ты не помнишь? Поймайте меня, если сможете, мистер Холмс.       С губ Шерлока сорвался резкий, лишенный чувства юмора смех.       «Да, ты это сделал. Но я думал, ты шутишь. Какой из меня детектив!» Но правда ли? Неужели действительно? Или в глубине души он уже знал об этом? — Тебе просто нужно было пойти и убить ее, не так ли, Ли… Мориарти? Почти что угодно, почти все остальное, и я мог бы вечно гоняться за твоей головоломкой и ни разу не поддаться искушению открыть этот проклятый конверт, но тебе просто нужно было пойти и убить ее. — А теперь ты не можешь не знать? — спросил Мориарти. — А теперь я не могу не знать, — мрачно согласился Шерлок, — Но все же мне нужно услышать, как ты это говоришь.       Мориарти кивнул. — Отлично. Приятно познакомиться, мистер Холмс. Я консультант по уголовным делам Уильям Джеймс Мориарти, хотя в этом городе меня лучше знают как «властителя преступлений, — эти слова. Он уже знал, конечно, с того момента, как открыл этот проклятый конверт, но теперь, когда он слышал эти слова, произнесенные с таким спокойствием в голосе Лиама… — Так что теперь, мистер Холмс?