Кодекс чести. Закон третий.

Таким образом, в Тэронию молодожены возвращались, будучи уже абсолютно уверенными в том, что, по крайней мере, два королевства из пяти будут на их стороне. Это не могло не радовать. Однако Филиандер восторгов супруги разделять не торопился. Когда по дороге Алексия выказала радость от примирения с Деимосией, он даже не улыбнулся и лишь, молча, кивнул: — Что с тобой? — занервничала королева. — Ты какой-то подавленный. Оглянись вокруг, ведь все хорошо! Во всяком случае, от Деимосии угрозы ждать больше не приходится. Да и Орестеон пришлет войско по первому зову. Трифон нас не бросит хотя бы потому, что в противном случае Фейдра его убьет. Мы справимся. Ты сам говорил, что в Деимосии армия одна из лучших во всем Калипсионе. — Да, конечно, — вяло согласился с ней супруг. — Вот только судьба лучшей армии пока неизвестна. — О чем ты? — опешила Алексия. — В Калипсионе три королевства с очень сильными армиями, — пояснил Филиандер. — Все остальные примерно на одном уровне. Орестеон, Инфит, Манэйсон и, уж прости, Креонтия не могут похвастаться большой военной мощью. Да, на их фоне Деимосия, и впрямь, очень выделяется. Но по силе армии она занимает лишь третье место. Тэрония разместилась на втором. Причем, в большей степени не из-за мастерства, а из-за численности и сплоченности армии. Ну, ты это и сама знаешь. — Знаю, знаю, — кивнула Алексия. — Так что же, самая мощная армия расположена в Изокрейтионе? — Да, — отвечал король. — И самая мощная она во всех смыслах этого слова. Ее численность огромна, а мастерство каждого воина не оставляет сомнений. Помню, отец любил повторять, что меньше всего хотел бы ссориться с Изокрейтионом. Если это королевство присоединится к Лазарусу, мы и все наши союзники обречены. Если только не вмешается Калипсион, а он не вмешается. С губ Филиандера сорвался тяжелый, полный боли вздох. Он переживал за свой народ и за каждого человека в отдельности. И это было нормально. Во всяком случае, для него. Да и, чего греха таить, уже и для Алексии народ Тэронии стал родным. Однако страдания любимого мужа были для нее еще более невыносимыми. Поэтому королева обняла его (тот, как всегда, вез ее на лошади впереди себя) и горячо заговорила: — Родной, послушай! Мы еще не знаем, какую сторону займет Изокрейтион, это правда. Но зато уже знаем, что с нами, как минимум, два королевства. Кроме того, ты сам говоришь, что силы Тэронии и Деимосии занимают второе и третье места. Вот, теперь подумай, какая армия будет сильнее. И вспомни свои собственные слова перед битвой с Антиопой Холодной. Ты говорил: если мы объединимся в одно целое, используя сильные стороны друг друга и прикрывая слабые, нам не будет равных. Воины Изокрейтиона, может, и сильнее. Но они не знают, за что будут сражаться. Как те наемники, присланные в помощь твоей матери. Но мы не допустим, чтобы так было и с нашей армией, правда? Если нам удастся сплотить все три войска в одно, мощь его будет невероятна! Не забывай: время у нас пока есть. Ведь Лазарусу тоже нужно будет завербовать сторонников. И нам не стоит терять это самое время попусту. У нас все получится, любимый! Вне зависимости от того, какую сторону займет Изокрейтион! Филиандер немного помолчал, а затем, крепче прижал к себе Алексию и сказал: — Как же мне повезло, что у меня есть ты, любовь моя! Я никогда не устану повторять тебе это! — На самом деле, это мне с тобой повезло! — усмехнулась девушка. — Просто ты этого не видишь! Они вместе рассмеялись, и путь продолжился. Им предстояло преодолеть путь до Тэронии за несколько дней и еще за сутки доехать до дворца. Понятно, что у слуг уже все было готово к ночевке под открытым небом. Ехали рысью, но при этом выбирали самые короткие дороги, по которым можно было срезать путь. Нужно было вернуться в Тэронию как можно скорее, чтобы первыми успеть разослать гонцов в Изокрейтион и Креонтию. Здесь расположение Тэронии в самом углу материка играло против них: у Лазаруса было больше шансов успеть завербовать своих соседей. Чтобы еще как-то сократить дорогу, обедать им пришлось прямо в седлах. Благо, Майрон и Нефел набрали с собой кучу всего, что можно было съесть на ходу: вяленное мясо, овощи, фрукты и хлеб. Останавливались они всего несколько раз — чтобы напоить лошадей и при необходимости воспользоваться отхожим местом. Тем не менее, с наступлением сумерек Филиандер остановил свою лошадь и скомандовал: — Стоп! Дальше идти нельзя — в темноте можем заблудиться и потерять еще больше времени, чем могли бы! Не сговариваясь, Майрон, Нефел и рыцари начали разбивать лагерь. Король, несмотря на протесты подданных, тоже бросился им помогать. Он и по пути сюда это делал. Пожалуй, одним из его многочисленных достоинств было отсутствие какого-либо высокомерия. Филиандер не боялся замарать руки и брался за любую работу. Алексия, по мере возможностей, старалась подражать супругу, поэтому часто бралась помогать Нефел с ужином. Пока мужчины устанавливали шатры и искали хворост для костра, они со служанкой нарезали мясо и овощи, а потом, когда огонь развели, начали готовить. Точнее, готовила Нефел, а королева старалась не мешать. — Как думаешь, — неуверенно спросила она у служанки, много у нас времени до того, как Лазарус решит напасть? Да, ее до сих пор это волновало. Конечно, проведя весь день на лошади, Алексия устала. Ей очень хотелось лечь и заснуть. Но с самого разговора с мужем королеву мучила неясная тревога. Что, если она зря успокаивала его? Вдруг Тэрония, действительно, не сумеет выстоять? Девушка всерьез беспокоилась не только о Филиандере, но и обо всем королевстве. За каких-то полгода этот народ стал для нее родным. И она понимала супруга, для которого потеря даже одного человека была трагедией. — Думаю, более, чем достаточно, Ваше Величество, — отвечала Нефел. Ему нужно время для того, чтобы собрать стопроцентное войско. Этого времени нам должно хватить. — Надеюсь, — кивнула Алексия. — Очень надеюсь, потому что нам этого самого времени может понадобиться еще больше. — Главное, чтобы его хватило на эвакуацию, — заметила Нефел. — На что? — опешила королева. — Хотите сказать, что собираетесь бросить мирных жителей у границ Тэронии?! — изогнула бровь служанка. У Алексии кольнуло в груди. Господи, они ведь совсем об этом забыли! А ведь спасти тех, кто жил на границах, и нужно было в первую очередь! Ох, похоже, возвращение во дворец придется отложить. Люди не оставят свои жилища без приказа короля. Или его жены. Что ж, похоже, Алексии придется немного потрудиться!