Кодекс чести. Закон третий.

Майрон, и впрямь, был в ужасном состоянии. Пока его несли к Тэриусу, и при осмотре признаков жизни не подавал. Лекарь заглянул ему под веки, послушал сердце и воскликнул: — Нужно разорвать на нем рубашку! Оба рыцаря поспешно бросились выполнять указание, и скоро паренек лежал с голым торсом. — Бросьте обрывки в камин, пока не получили инфекцию, — приказал Тэриус. Нестор и Эйсон одновременно швырнули в огонь лоскуты окровавленной ткани, а лекарь деловито начал ощупывать рану на груди Майрона. Алексия подошла ближе и едва сдержала вскрик. Была вспорота вся грудная клетка. Кровь залила почти все туловище юноши. Порез явно вышел глубоким. Такие раны королеве доводилось видеть только после победы над Антиопой Холодной. Но и этих познаний было достаточно для того, чтобы спросить у рыцарей. — Удар мечом? — Да, Ваше Величество, — кивнул сэр Нестор. — Мы уже направлялись к цитадели, когда на нас напали разбойники. Очень странные разбойники, надо сказать, — добавил его друг. — Но, думаю, сначала нужно дождаться Филиандера, чтобы рассказать всем сразу. — Кто-нибудь может принести воды? — привлек всеобщее внимание Тэриус. — Да, конечно, — спохватился сэр Эйсон, хватая из угла ведро. — Я мигом. Парень резво выскочил за дверь. Алексия снова посмотрела на Майрона. Тот не подавал признаков жизни и даже почти не дышал. Ох, как же это зрелище напугает Филиандера! Кроме того, зная своего мужа, королева понимала: тот будет винить во всем себя. Мол, отпустил, послушал, не уберег. Этот юноша значил для него гораздо больше, чем просто слуга или даже кузен. Они с ним, как близнецы, понимали друг друга без слов, действуя синхронно. Когда одному грозила опасность, второй был готов свести землю с небом ради его спасения. И девушка понимала: сейчас Филиандер костьми ляжет, но найдет тех, кто причинит вред его брату. Более того, она сама с энтузиазмом поддержит мужа в этом стремлении. Ведь и ей Майрон тоже не был чужим человеком. Алексия очень привязалась к пареньку и уже воспринимала его, как своего родственника. — С ним все будет в порядке, Тэриус? — озабоченно спросила королева. — Пока трудно сказать, Ваше Величество, — покачал головой лекарь. — Он потерял много крови, и, если в рану попала инфекция, организм может не выдержать. — Я могу чем-то помочь? — нахмурилась девушка. — Лучше поберегите свои нервы, — отмахнулся старик. — В Вашем положении нельзя волноваться. — В положении? — опешил сэр Нестор. — Да, я беременна, — кивнула Алексия. — Но сейчас не об этом. Тэриус, я все равно буду переживать за Майрона. Лучше мне оставаться с ним и хоть чем-то помогать. Иначе… Дальнейшие слова девушки заглушил хлопок входной двери. Тэриус, сэр Нестор и сама королева разом подпрыгнули от неожиданности. Никто еще и понять ничего не успел, а Филиандер уже сидел на коленях возле головы своего брата. Бледный, как мертвец, он тяжело дышал (очевидно, преодолел весь путь от зала совета до покоев Тэриуса бегом) и, казалось, лишился дара речи. Впрочем, Алексия его понимала. — Что с ним? — спросил, наконец, Филиандер у старика. — Тяжелое ранение, — не стал юлить тот. — Пока никаких прогнозов дать не могу. Нам остается только молить небеса о том, чтобы обошлось без осложнений. Тут короля догнала насмерть перепуганная Нефел, сев с другой стороны от головы своего мужа. — Что я могу сделать? — в один голос спросили новоприбывшие. — Пока ничего, — покачал головой Тэриус. — Ждем сэра Эйсона с водой. Первым делом рану нужно промыть. А Вы, Филиандер, успокоили бы свою жену. Тот обернулся и, казалось, тогда только заметил присутствие королевы. — Сиди на месте, — заявила она тем временем. — Я спокойна. Все в порядке, не волнуйся. — Что ты здесь делаешь?! — возмутился Филиандер. — То же, что и Нефел, — огрызнулась та. — Мы гуляли и вдруг увидели, как во двор влетели Эйсон и Нестор, а с ними — конь Майрона. — Это я, как ни странно, и сам понял, — покачал головой ее супруг. — Но, пожалуйста, иди, отдыхай. Такой стресс не пойдет на пользу ни тебе, ни нашему ребенку. — Тогда я буду умирать от страха весь день, терзаясь неизвестностью! — отрезала Алексия. — Как ты не понимаешь?! Мне тоже не все равно, что произойдет с Майроном. Я и ребенок будем лучше себя чувствовать здесь. По крайней мере, это поможет мне быть в курсе происходящего и не так переживать. Филиандер вздохнул. — Я не подумал. Прости. Через пару секунд вернулся Эйсон с водой, и Тэриус немедленно принялся за дело. — Сэр Нестор, — позвал он, — не сочтите за труд, подайте мне вон те две большие корзины. Рыцарь быстро выполнил поручение. Старик достал из одной из них чистую ветошь, хорошенько намочил водой и принялся протирать грудь Майрона, смывая лишнюю кровь. Когда тряпица насквозь ею пропиталась, он бросил ее во вторую корзину, а сам взял чистую из первой. — Потом я их стираю и кипячу, — пояснил он зрителям. — А теперь, Нефел, пожалуйста, подойди к стеллажу, возьми с верхней полки крайнюю слева круглую бутыль. Девушка послушно поднялась, но просто не сумела дотянуться до верхней полки. Филиандер быстро вскочил и сам достал нужный затемненный сосуд. Откупорив его, лекарь зацокал языком: — Почти ничего не осталось. Для первой обработки хватит, но потом нужно будет набрать еще трав и приготовить новый бальзам. — Давайте, я сбегаю, наберу, — вызвалась Нефел. — Если тебе не трудно, — отвечал лекарь. — Видишь на столе раскрытую книгу? Подойдя, служанка спросила: — Та, которая красочная? — Верно, — кивнул Тэриус, смачивая ветошь темно-коричневой жидкостью из бутылочки. — Возьми ее. Открой на странице «Очищающий бальзам». С трудом подняв тяжелый фолиант, девушка начала его листать. — Есть! — воскликнула она через минуту. — Нашла! — Тогда смотри, — подытожил лекарь. — Там даны рисунки каждого вида трав, которые нужны. Все эти виды можно найти, пройдя вдоль опушки леса. Обрати внимание на растение номер два. Там на стебле должно быть не больше четырех листьев. Если увидишь пять или шесть, даже прикасаться к нему не вздумай, оно ядовитое. И еще обрати внимание на растение номер пять. Его можно срывать только в период цветения. От не цветущих трав не будет никакого толку. Все поняла? — Да, — кивнула Нефел. Заметив, с каким трудом девушка удерживала книгу, Филиандер заявил: — Или с ней, Нестор. Рыцарь послушно забрал у служанки тяжелый фолиант, а та взяла из дальнего угла корзину, после чего оба скрылись за дверью. Закончив обработку раны, лекарь объявил: — Нужно приподнять его, чтобы я мог наложить повязку. И еще, у меня где-то здесь был большой моток ткани. Он огляделся, но Алексия заметила то, что ему было нужно, раньше всех. Полотняная ткань, свернутая в рулон, лежала позади нее. Девушка быстро принесла ее Тэриусу. — О. благодарю, Ваше Величество, — кивнул тот. Филиандер, с помощью Эйсона, посадил своего брата, чтобы старик мог замотать ему грудь. А, когда процедура закончилась, и безвольное тело Майрона вновь очутилось на подушке, король бросил пронизывающий взгляд на рыцаря и заявил: — Теперь рассказывай, что все-таки случилось!