Кодекс чести. Закон третий.

Чтобы не оставаться в стороне, Алексия подошла ближе и положила руку на плечо супруга, а тот сжал ее своей. — Ваше Величество, что же Вы стоите?! — засуетился Тэриус, подскакивая и подвигая стул. — Присаживайтесь. В Вашем положении вредно долго стоять! — В положении? — охнул сэр Эйсон. — Ваше Величество, неужели Вы… — Да, все верно, — оторвал его Филиандер. — У нас будет ребенок. — Поздравляю! — радостно воскликнул рыцарь. — Думаю, Майрон тоже будет в восторге, когда придет в себя. — Я знаю, — отмахнулся король. — Теперь рассказывай, кто на вас напал. Кому жить надоело? — Мы и сами не все поняли, Филиандер, — вздохнув, начал сэр Эйсон. — На границах Майрона все слушались беспрекословно. Видимо, то, что его все знают в лицо, свое дело делало. Таким образом, мы быстро во всем разобрались и, будучи уже на самом краю границы и Инфитом, где находилась последняя деревня, развернулись, было, к цитадели. Майрон, конечно, знал, где лучше проехать, чтобы не напороться ни на каких разбойников. Но те, похоже, поменяли место охоты. В общем, едем мы, никого не трогаем, и тут из-за деревьев выскакивает дюжина бандитов. Мы, естественно, спешились, начали защищаться. А тут выскочил еще один человек, только уже на коне, и целенаправленно помчался к Майрону. Тот пытался парировать, но, сами понимаете, когда один верхом, а второй — нет… — Понимаю, — быстро ответил Филиандер. — Это только мы спрыгиваем с коней, чтобы сразиться с пешими, соблюдаем рыцарскую честь. Разбойникам это чуждо. А что у него с лицом? — Ну, когда тот всадник его ранил, сознания парень не потерял, — пояснил Эйсон. — Пытался подняться. Всадник скрылся, а один из разбойников вдруг налетел на Майрона и начал избивать. Конечно, мы с Нестором быстро подбежали и снесли ему голову. — Надеюсь, у вас хватило ума сначала оттащить этого разбойника? — изогнул бровь Тэриус. — Если его кровь попала на рану Майрона… — Ну, конечно, мы это знали, — отмахнулся рыцарь. — Сначала оттащили, а потом уже… — Вот, того, что было потом, моей жене лучше не знать, — встрял Филиандер, сжав руку Алексии. — А что же остальные? — Разбежались, когда всадник ударил Майрона мечом, — ответил Эйсон. — Как будто только за ним и охотились. — Так все-таки это были разбойники? — допытывался король. — Если и разбойники, то очень странные, — покачал головой Эйсон. — Все хорошо вооружены, лица замотаны тканью, да и простых разбойников редко можно увидеть на лошадях. — Да, ты прав, — задумчиво кивнул супруг Алексии. — Но тогда напрашивается вопрос: если это не обычные бандиты, то кто? И… Он осекся, потому что в дверь неуверенно постучали. — Войдите! — отозвался Тэриус. Алексия почувствовала, как напрягся ее муж. И действительно, кто же просто так приходил к лекарю? В покои вошел худой долговязый молодой человек лет двадцати пяти, светловолосый, с резкими чертами лица и водянисто-голубыми глазами. Одет он был в костюм гонца Тэронии: серый камзол и брюки, а поверх — синий плащ. Через плечо у него висела серая же сумка для посланий. — Ваши Величества, — поклонился он правителям. — Простите, что беспокою Вас в столь неподходящее время. Как Майрон? — Пока без сознания, — отвечал Филиандер. — Откуда ты узнал, где я? — Встретил рыцаря и служанку, Ваше Величество, — пояснил гонец. — Они сказали, где Вас искать. Сир, я принес ответ из Деимосии. — А, хорошо, давай сюда, — оживился король. Парень достал из сумы конверт, подошел и с поклоном отдал Филиандеру. Тот быстро сломал печать, достал листок, пробежал глазами и произнес: — Замечательно. Это письмо ответа не требует, так что можешь пока отдыхать. Еще раз поклонившись, гонец добавил: — Мои пожелания скорейшего выздоровления Вашему слуге. — Майрон — уже не слуга, — отрезал Филиандер. — Как только он станет на ноги, я назначу его своим приближенным. А теперь можешь идти. Смущенный гонец торопливо убежал. На сей раз, внимательно прочитав полученное письмо, король заметил: — Даже не знаю, радоваться или огорчаться. Принц Вериус — уже не принц. Король скончался по дороге со съезда. Путь оказался слишком сложным для его преклонных лет. Так что теперь наш приятель принял корону и готов прислать войско. Возглавит его сэр Ксантос — тот самый рыцарь, за которого принц выдавал себя на Турнире. Они будут здесь через несколько дней. — Так это же хорошо! — изумился Эйсон. — Пообщаемся с зарубежными воинами, обменяемся опытом. Да и потом, Деимосия не просто так носит звание одной из самых сильных стран Калипсиона. — Я не спорю, — согласился Филиандер. — Просто такая смерть короля не очень-то приятна. Он всю жизнь положил на благо королевства, а умер в одиночестве, на чужой земле. Алексия погладила руку мужа. Да уж, его доброта просто не знала границ. Король Деимосии пошел войной на Тэронию, перебил сотни, а то и тысячи людей и даже самого Эрамоса Справедливого. А тот все равно сочувствовал его, и впрямь, страшной смерти. — Твой отец тоже не заслуживал такой участи, — заметила девушка. — На все воля небес. Давай не будем жалеть мертвых, а лучше подумаем о живых. — Да, ты права, дорогая, — согласился Филиандер. — Ну, что ж, хоть одна хорошая новость. Эйсон, не сочти за труд, найди Ментора и скажи, чтобы он немедленно ехал в лагерь. Нужно все приготовить к приезду воинов Деимосии. — Сколько человек мы ждем? — спросил юноша. — Двадцать тысяч воинов плюс десять рыцарей, — ответил король. Кинув, Эйсон вышел. — И все-таки вопрос, кто напал на моего брата по-прежнему остается открытым, — вздохнул Филиандер, когда за рыцарем закрылась дверь. — Простите, сир, — привлек его внимание Тэриус. — Но я тут обратил внимание на некоторые детали. Позвольте спросить, кто из вашего окружения знал о скором повышении Майрона? — Вообще, немногие, — нахмурился Филиандер. — Он сам, мы с Алексией, Зенон Эйсон и Нестор. — Если, конечно, парень сам не сболтнул кому-нибудь, — вставила королева. — Вот это вряд ли, — покачал головой ее муж. — Майрон очень не хотел этого назначения, да и хвастать он не любит. Нет, дорогая, он не стал бы рассказывать о своем повышении каждому встречному-поперечному. — А Ваши советники знали, Филиандер? — не унимался Тэриус? — Да, я сказал им, как только вернулся со съезда, — опешил король. — Так ты что, думаешь, это кто-то из них? Я не думаю, а предполагаю, сир, — ответил лекарь. — Вы же понимаете: придворные интриги были, есть и всегда будут. Мало ли, может, кто-нибудь метил на место Вашего приближенного. Или кому-нибудь просто не понравился столь резкий скачок в карьере простого слуги. — Но ведь все знали, что у них с Филиандером отношения гораздо ближе, чем между слугой и господином, — возразила королева. — И я думаю, подсознательно все понимали, что, если кто-то и станет его приближенным, то только Майрон. — Но все-таки, Филиандер, как советники восприняли эту новость? — полюбопытствовал Тэриус. — Нормально восприняли, — пожал тот плечами. — Насколько я понял, никто особо и не удивился. Так что, наверное, Алексия права, и… — Советники здесь ни при чем, — вмешался вдруг слабый голос. Все трое разом подпрыгнули от неожиданности и склонились над кроватью. Майрон был все так же бледен, но глаза смотрели на удивление ясно. Алексию накрыло волной облегчения. Значит, все было не так плохо. Наверное. — Как ты? — спросила она прежде, чем сумела себя остановить. — Не дождетесь, — хихикнул Майрон, но голос его звучал до того слабо, что шутка не удалась. Заранее предугадав желание брата, Филиандер схватил с прикроватного столика деревянную кружку, зачерпнул воды и помог ему напиться. — Так, — вздохнул парень. — А моя дорогая женушка почему не теснится у постели больного? — Только не воображай, что ей наплевать, — огрызнулась Алексия. — Она была в истерике. Просто Тэриус отправил ее собирать травы, которые тебе помогут. — Ты видел, кто на тебя напал, Майрон? — спросил король. — Тот тип на лошади… — Я узнал его, — сказал парень. — Когда он напал, у него с лица сползла ткань. — Так кто же это был? — допытывался его друг. — Это был… Капанеус Суровый.