baby good night

— Не знал, что ты и по мальчикам, — Чжухон улыбается, а сидящего напротив Вана передёргивает от неожиданности, он пытается сделать вид, что… — Не понимаю, о чём ты, — а сам откидывается на стуле, отводя взгляд. Чжухон хорошо его знает, достаточно, чтобы увидеть напускную расслабленность и слишком долгий и взволнованный взгляд. Зато, кажется, младший понимает всё по голосу, раз заходит в кухню со спокойным: — Думаю, если б ты не понимал, о чём он, то мы бы услышали что-то из разряда «не я по мальчикам, а мальчики по мне», — и уходит обратно, прихватив из холодильника йогурт и воду, не сдержав улыбку. — Подслушивать — плохо! — кричит ему вдогонку Ван, а в ответ: «Я самую малость». Вообще, младший сидит за одним из бесконечных домашних заданий, даже есть выходит через раз, но это, похоже, не нейтрализует его ядовитый язык. Джексон про себя желает, чтоб Чжухон его когда-нибудь откусил ему, и у самого мурашки по спине пробегают, стоит представить такую картину. А вслух только: — Попроще себе кого-нибудь выбрать не мог? — К тебе тот же вопрос. Югём сегодня сам не свой, два раза кофе пролил и один из них — на себя. И это только за те 10 минут, которые я там был. Что это с ним? — Ли отпивает из банки с пивом, не сводя хитрого взгляда с лица друга. А тот вертит телефон в одной руке, задумчиво постукивая им по столу. — Он ночевал у меня вчера, — Чжухон, кажется, давится и кашляет, ставя банку на стол. А Джексон привстает, готовый в любой момент подскочить, чтоб помочь. Но рыжий поднимает на Вана пристальный взгляд, угрожающе хмурясь. — Ван Цзяэр, ты мне, конечно, друг, но если ты хоть пальцем его тронул, я тебе нос сломаю, — и смотрит прямо в глаза, для убедительности стуча пальцами по столу. Он видел достаточно разбитых им сердец. — Успокойся ты, — китаец кривится, легонько отталкивая свой телефон подальше, и в ответ смотрит серьёзно. — Мне такое не интересно. Но Ли приподнимает одну бровь, пытаясь прочитать мысли старшего, хотя тот жестами выдаёт всё, что может. — Интересно, — заключает рыжий, но жаждет он больше подробностей. — И как он оказался в твоей квартире ночью? — Ему нужна была помощь, — расплывчато отвечает Ван, не понимая, оправдывается он или нет. — Вы переспали? — рыжий не тянет, желая скорее помочь другу разобраться в себе, чем самому докопаться до истины. — Ли Чжухон, — шатен предупреждает младшего, но у того взгляд прожигающий, ожидающий ответа. — Нет. В этот момент из глубины квартиры доносится громкое и почти рычащее «твою мать», и оба друга поворачиваются в сторону дверного прохода. Джексон оборачивается и кивает младшему в сторону спальни, а Чжухон поднимает брови, как бы всем видом показывая, что умирать он собирался не сегодня и кивает на Вана. Тот ещё более выразительно качает головой, агрессивно указывая пальцем на младшего, потом на себя и двумя пальцами проводит по шее, предупреждая, что его смерть более вероятная. Тогда рыжий неопределенно качает головой, осуждающе смотрит на друга и после небольшой молчаливой войны громко спрашивает: — Что случилось, солнце? — Джексон не уверен, что это обращение сейчас подходит к младшему, но Ли показывает «окей» правой рукой. — Не то сделал, — после нескольких секунд отвечает Чангюн, сдерживаясь от того, чтоб не сломать что-нибудь. Например, себе шею. Чжухон примерно прикидывает в голове объём работы младшего перед сессией и уже тише поясняет старшему. — Похоже, мы сегодня спать тоже не будем. Он этим сутками занимается, спит через день, — и отпивает из банки снова, недовольно вздыхая. — ПМС, что поделать. — Очень смешно, — Чжухон смотрит на часы, где стрелка указывает на 12. — Ты завтра работаешь? — Работаю. Джин работает через смену, Намджун тоже, и они очень стараются не пересекаться. Так что работаю за троих, — Ван ещё раз включает и выключает экран телефона, что не остаётся без внимания младшего. — Что там такого интересного? — Где? — кажется, Джексон за собой этого искренне не заметил, что ещё больше смешит Ли. — Ты столько телефон не проверял бы, даже если б тебе Мисс Вселенная писала. Брось его, никто тебе деньги не прислал. Кайе смотрит непонимающе, бледнеет, потом розовеет, окончательно развлекая друга. Теперь он наблюдает картину «Влюблённый Ван Цзяэр не знает, что он влюблён». И это больше походит на цирковое представление. — Я пойду, — Джексон кидает на младшего тяжелый взгляд, предупреждающий, что он предпочёл бы жить и без его подколов, но Ли его игнорирует, широко улыбаясь. — Ага, — и встаёт вслед за старшим, провожая его в коридор.

***

— Что с ним? — заинтересованно спрашивает уже успокоившийся Им, сидя на двуспальной кровати перед ноутбуком. Вокруг него раскиданы пустые упаковки из-под йогуртов, чипсов и прочей вредной, но вкусной еды. Гюн поднимает взгляд на возлюбленного, зашедшего в спальню. — Ему кто-то нравится. Ясно, кто, — Чжухон ложится на кровати перпендикулярно предусмотренному и смотрит на младшего, снова увлечённого рефератом. — Уверен? — Абсолютно, — рыжий замечает неоконченную упаковку чипсов и тянет её на себя, отвечая на угрожающий взгляд милой улыбкой, которая работала в таких случаях почти всегда. — Югём? — Так точно. — Насколько всё плохо? — Не знаю. Джексону никто никогда не нравился больше двух недель. К тому же, он никогда не заглядывался на парней, а сейчас волнуется, как девчонка. — Это нормально, если Югём ему правда нравится, — Чангюн слегка улыбается, вспоминая, как еще совсем недавно (в масштабах их жизней) старший бегал за ним попятам, встречая перед школой почти каждый день. А ещё пытался флиртовать, но краснел безбожно, стоило Чангюну начать отвечать. — Ты, если честно, тоже на альфу мало походил. — Да и ты овечью шкуру не таскал, — язвит в ответ Ли. — Я скучаю по твоим каштановым волосам. Отрасти их. — Я только недавно покрасился, — Им качает головой и рукой тянется потрепать старшего по волосам, пропуская сквозь пальцы мягкие пряди. — И кто бы говорил. Чжухон перехватывает руку младшего, тянет на себя, оставляя поцелуй на запястье. Губы у старшего горячие и мягкие, контрастируют с холодными кистями Има. Рыжий переплетает их пальцы, рассматривая ровно накрашенные ногти. — Мне нужно учиться. И левая рука мне тоже для этого нужна, — вроде, говорит Чангюн правильно, но в голосе ни капли серьёзности или иронии, а на губах нежная улыбка. — Учёба подождёт. Когда тебе нужно сдать? — Чжухон переводит взгляд с руки младшего на его лицо, заглядывая в глаза. — Послезавтра утром, — Чангюн, кажется, уже хочет сказать «нет», будто прочитав мысли старшего, но только отвечает на заданный вопрос. — Времени полно, — Чжухон свободной рукой прикрывает экран ноутбука, вводя его в спящий режим, и не отпускает руку младшего. — Ты издеваешься? — Им молча наблюдает за движениями возлюбленного, который скидывает пустые упаковки куда-то в одну кучу на пол и перекладывает ноутбук на тумбу у кровати, притесняя светильник на ней. А потом хватает вторую руку Чангюна и тянет на себя уже обе, заставляя блондина заменить позу лотоса четвереньками. — Издеваюсь, — Ли улыбается, ставя руки парня по обе стороны от своего лица, заставляя того нависнуть над ним. Но тот, пусть и проигрывал учёбе, парню своему не проиграет, поэтому перекидывает одну ногу через бёдра старшего и садится сверху. — Только недолго, — Чангюн выпрямляется, вырывает свои ладони из чужих и задирает немного футболку старшего, водя пальцами по открытой коже. — Потому что в таком случае я планирую немного поспать, — и легонько проходится ногтями по рёбрам, поднимая ткань ещё выше. И останавливается, ожидая обещания со стороны своего парня. — Хорошо, — Ли, кажется, готов что угодно пообещать, когда младший ёрзает на его паху и ощупывает бока. — Хотя ты всегда любил понежнее. — Заткнись, — Им отпускает старшего, наклоняясь к нему, и, обхватив его лицо ладонями, звонко чмокает того в губы.

***

Всю дорогу домой Джексон обдумывает слова Ли. Он даже не собирался притворяться перед другом, что не заинтересован в бариста с первого этажа его дома, но почему-то просто всё рассказать не смог. Благо, необходимости в этом не оказалось. Ван думает о том, насколько это может быть взаимно. Но почти отчаивается, понимая, что Ким, вернее, более нуждается в заботе, чем в любви, поэтому позволяет делать с собой всё, что душе старшего угодно. Дома он открывает банку пива, садится на диван, всё так же не выпуская телефон из рук. Мысль, что Югём сейчас упал на кровать и проснётся через несколько часов в слезах, завладевает разумом и порождает желание приехать к тому прямо сейчас и обнимать до самого утра, убедившись, что заснул он так же крепко, как вчерашним утром. Ван делает несколько больших глотков, снова опуская взгляд на телефон, и думает, что очень хочет позвонить. А потом понимает, что, возможно, для Югёма это будет выглядеть странно. Что-то внутри мешает, скручивается пружиной, мешая даже дышать, от этого сводит живот и все мысли исчезают из головы. Около двух часов ночи экран телефона младшего загорается, оповещая о новом сообщении. Утром Югём, проверяя соцсети, этого сообщения не обнаруживает и даже не догадывается о его минутном существовании.