You and me - suicide

Ами похожа на мальчишку. Вместо длинных кос — коротко и неровно стриженые локоны, вместо пышной груди, приподнятой корсетом, — узкие плечи и воротник под горло, вместо нарумяненых щек и блестящего приоткрытого в удивлении рта — бледность и вечно поджатые от недовольства губы. Ами похожа на мальчишку. Одинокого и слишком взрослого для своих лет. Всем девичьим забавам, балам и охотам, даже встречам с подругами она предпочитает точные науки и книги. Весь её мир спрятан на страницах древних фолиантов. В них есть сердце, в них есть все эмоции, которых Ами так не хватает в жизни, — верность и преданность, удивительные приключения, крепкая дружба и безумная всеобъемлющая любовь. Ами любит читать о людях, которые способны испытывать бурю эмоций, настоящий шквал. Сама она не очень ладит с чувствами, поэтому ей легче воспринимать их через призму книг. Ами так похожа на мальчишку, что и сама не ощущает себя девушкой со всеми преимуществами и недостатками этого статуса. Когда же к Ами сватается земной генерал Зойсайт Огненный, четвертый лорд Терры, Ами приходит в замешательство. Она привыкла, что женского в ней мало, потому и внимание она не привлекает, не блестит, не манит. Ами просит мать отказать сватам. Но Зойсайт настойчив, он не оставляет попыток доказать Ами, что она не мальчишка вовсе, что она прекрасная девушка, незнакомка, пленившая его на одном из балов, где ей довелось быть, самым удивительным, непостижимым образом. Ами не верит. Все слишком красиво, не по-настоящему, как в книгах. Эмоции Зойсайта бурные, всегда через край. Если он назначает свидание, то обязательно в тенистом парке в полночь. Если Ами приходит, то он всегда ждет её с охапкой цветов, земных незабудок. Его речь витиевата, полна комплиментов, восхищенных вздохов и ахов. Однажды Ами понимает, что ей нравится такое поведение Зойсайта. Он умеет претворять в жизнь то, что застряло в монохроме книжных страниц, умеет делать из образов и картинок настоящую жизнь. Чудесное умение, божественное. Сказка превращается в реальность, а Ами наконец-то верит Зойсайту, он становится её героем. Принцем, как ни смешно это звучит. Зойсайт так не похож на всех, кого Ами знает. Он красив красотой, достойной женщины, а может, и краше. Рыжие волосы, зеленые глаза, вздернутый нос. Его можно было бы принять за девушку, если бы не широкие плечи и военная выправка. У Зойсайта тонкий нежный голос и веселый заливистый смех. Он часто дуется и капризничает, словно девчонка. Но Ами уже наплевать - в нем столько нежности, столько настоящих чувств, что ей неважно, что лицом он не похож на книжных героев. Душа его принадлежит герою, горит негасимым огнем. Однажды кто-то злой пускает слух, что Зойсайт похож на девицу не только лицом, но и вкусами. Что женщины его вовсе не интересуют, а к принцессе Меркурия он посватался лишь потому, что ему нужно было прикрыть свою тайную страсть к мужчинам. Когда слухи доходят до Ами, она старается оставаться невозмутимой, спокойной. Она ведь знала, что с Зойсайтом все понарошку, все не всерьез, такой уж он человек. Но сердце, механизм неточный и изменчивый, не дает ей успокоиться, разжигает в её душе пожар ревности и злости. Ами чувствует себя покинутой и несчастной. Она не знает, почему, но внутри все переворачивается, когда она думает о том, каковы истинные цели Зойсайта. Когда четвертый лорд прибывает на Меркурий, Ами не желает с ним разговаривать, прячется в библиотеке среди книжных полок, пыли и невысказанных чувств. Под конец дня Зойсайт её все же находит, врывается в библиотечный зал бешеной волной чистой энергии, рыжих кудряшек и заливистого смеха. Ами хочет остаться иммунной к его притягательной магии, но не может, уголки губ сами приподнимаются. Ами отворачивается, она не должна ни в чем его обвинять. Сердцу ведь не прикажешь. Зойсайт плюхается на банкетку рядом с Ами, закидывает руку ей на плечо и обнимает так крепко, жарко, что Ами становится трудно дышать. Ами старается не шевелиться, чтобы не растаять в лучах его тепла. - Ми! Ну, что же ты меня не приветствуешь?! Почему не балуешь своей улыбкой? - удивленно вскидывается Зойсайт, поняв, что что-то не так, неправильно. Ами молчит. Сердце её мечется совсем по-книжному. Она, как героиня любовного романа, пристыжена, расстроена, рада, - все вместе, и все по отдельности. Ей трудно собраться с мыслями и успокоиться. - Говорят, я тебе неинтересна, - слабовольно выдает Ами. Она чувствует себя глупой девчонкой, ведь в её словах прозвучали обвинительные нотки. - Хм, - хмыкает Зойсайт, но ничего не говорит, ожидая продолжения. Ами смелеет, раздраженная его безэмоциональной реакцией на её заявление. Как будто признание. - Говорят, что тебе вообще не нравятся женщины, - ядовито улыбается Ами. На этот раз она чувствует себя мстительницей, циничной и злобной. - Говорят, у вас с Первым Лордом не просто дружба. Рука Зойсайта слетает с плеча Ами, его лицо становится бледным и сосредоточенным. - Кто говорит? - спрашивает он вкрадчиво, а у самого кончики пальцев искрят от не родившегося, но мечтающего вырваться на свободу жаркого пламени. Ами не может понять, зол ли Зойсайт или просто удивлен. Правду ли говорят или ложь. Она всматривается в лицо Зойсайта, но так и не может определить, что он чувствует. А потом он подлетает к ней быстро, яростно и страстно, смазанной тенью. Зойсайт прижимает Ами к стене, его руки на её талии, коленом он с силой разводит её ноги в стороны, чтобы оказаться ближе, вплотную. Его горячие губы на её губах, язык змеёй проникает в её рот, исследует, вторгается в её личное пространство. Ами и боялась бы, если бы могла — она слишком увлечена происходящим действом, поглощена руками Зойсайта на своей груди и бедрах, его пальцами на застежках платья и шее. Она никогда ещё не была объектом чьей-то столь неприкрытой, животной страсти. И тогда Ами понимает, что слухи врут. Зойсайту очень даже нравятся женщины. Пусть и похожие на мальчишек. - Дура, - шепчет Зойсайт ей в шею в промежутках между поцелуями и ласками, - какая же прекрасная, но какая же глупая! Ами хмурится. Дурочкой её ещё никто не называл. Поведение Зойсайта как всегда оказалось непредсказуемым. Но его губы быстро заставляют забыть о недавней обиде. - Смелая, - шепчет Зойсайт, - знал бы Первый Лорд о твоих слухах, досталась бы мне в жены ледяная принцесса. Но и её я бы смог растопить, так и знай. Ами улыбается, а потом смеется. Ей приятно и щекотно от его вездесущих мягких танцующих на коже губ. А ещё хочется плакать. От его признания она чувствует столько эмоций, так быстро, яростно — словно свет несется к Земле на скорости триста тысяч километров в секунду, прошивает её тело насквозь, наполняет его невесомостью, солнцем и любовью. В книгах о таком не напишут.