журрябрь + софтябрь

      Юра уже добрый час углублялся в темную, дремучую чащу леса: почти никто из охотников туда не совался, опасаясь диковинных животных, которых там можно было повстречать и энная часть которых дружелюбием не отличалась. Ну и, конечно, проклятия — почти все его боялись.       Дело было давно, но не настолько, чтобы все забыли, лет пятьдесят назад — родители охотника помнили о нем и пугали маленького Юру байками о злой ведьме, что прокляла королевство за лесом, а заодно и сам лес. Но даже будучи ребенком, ему очень хотелось там побывать. Стоило ему подрасти, как он тут же набился в охотники, отмахиваясь от родителей, пророчивших ему будущее при дворе. — Ни конюхом, ни писарем я быть не желаю, мама, как же вы не понимаете! Я чувствую, что мне предназначено другое!       Родители долго вздыхали, но согласились с ним. Как только Юра освоился в ремесле, он стал выбираться в лес один. Небольшого росту, весь в черном, только ремешки на плаще и перчатках из коричневой кожи, юркий и любопытный — он получил прозвище «Грач» от остальных охотников.       Со временем, охотник стал уходить в лес не только за добычей, но и просто из любопытства: наблюдал за животными, иногда спасался бегством от них же (никогда прежде ему не встречались крысы размером с человека), изучал природу и заросшие тропы.       «А ведь где-то там, на другом конце леса, стоит проклятое королевство. Кто знает, что же там скрывается на самом деле? Но однажды я туда доберусь и все узнаю!» — думал Юра.       Порой ему даже снился золотой блеск залов, удивительные розовые сады и прекрасная музыка, что неожиданно прерывалась злым смехом и зелёной вспышкой проклятья, пожирающего всех и вся. После таких снов охотник подскакивал на кровати и долго-долго смотрел из окна в сторону леса.       И в одно утро он решился: пойдет в лес и не вернётся обратно, пока не дойдет до самого конца, пока не найдет то самое королевство и причину по которой его тянет туда всю жизнь. В то, что его просто впечатлила эта история он не верил. Он взял лук со стрелами, охотничий нож, небольшой мешочек со скудными пожитками и выскользнул из дома с первыми рассветными лучами.       В лес было попасть не так-то просто из-за колючего терновника, разрастающегося достаточно быстро, но Юра подобное совершал не впервой. Когда он расправился с колючей преградой, солнце уже успело подняться на небо и, наверняка, уже начало греть землю, но здесь царили серые сумерки — из-за больших, ветвистых крон едва пробивались солнечные лучи.       Стоило ему пройти дальше, как он тут же наткнулся на своего знакомого лиса, увлеченно роющего нору и что-то потявкивающего на своем лисьем. Рыжий отзывался на Игоря, хотя почему охотник его так назвал он и сам не знал, просто само пришло как-то. Рядом с лисом обнаружился его вечный спутник, выбивающий лапой по широкому корню дерева такую дробь, что все дятлы обзавидовались бы — заяц Сережа. Юра уже давно перестал задаваться вопросом почему эти двое вечно вместе, так что просто поздоровался и пошел дальше.       Из-за того, что он частенько в лесу проводил время, местные звери уже попривыкли к нему, а некоторых из них он, без преувеличения, считал друзьями, как, например, только что встреченную парочку.       В полдень света стало побольше, но все равно казалось, будто уже смеркается. Внутренние часы Юры подсказывали, что сейчас совсем не так поздно и он пробыл здесь куда меньше времени, чем кажется.       Он присел отдохнуть под деревом и тут же встретил ещё одного знакомого: вечно о чем-то фыркающего ежа. Однажды они вместе удирали от огромной крысы. — О, какая приятная встреча! Как денек? — полюбопытствовал охотник, зная, что еж ему ничего не ответит. Тот лишь посмотрел на него своими глазками-бусинками, повел носом, пофыркал и скрылся в норе. — Ну и ладно.       Вскоре Грач забрался так далеко, как никогда раньше. В этой части леса не было знакомых деревьев и животных, ландшафт тоже сменился, как и звуки. Но страшно все равно не было: упрямое любопытство толкало вперёд и даже когда Юра услышал вой, он лишь затаился, прячась.       Сколько времени охотник провел в лесу он и сам не знал: больше одного дня уж точно, но лёгкая дымка и вечная сизость, скрывающая за собой очертания деревьев и солнце, затрудняла определение времени. Может два дня, а может и три. Время в лесу все равно текло как-то странно.       Когда деревья стали редеть, а рыскающие тут и там волки, один из которых настойчиво преследовал Юру уже несколько часов, стали встречаться чаще, стало очевидно — он почти добрался до цели своего похода. Кое-как обойдя преграду в виде пары стай волков — между собой они тоже грызлись, из-за чего охотник и сделал сей вывод, — Юра очутился перед огромным дворцом, поросшим плющом и кое-где опутанный терновником. — Ого, — только и смог выдать он, глядя на узорные ворота, некогда сияющие шпили башен и разросшийся розовый сад, чудом не задетый плющом.       Что делать дальше, если доберется до конца леса живым, Грач раньше и не думал. Все происходящее казалось сном, словно еще минутка и его разбудят. Но время шло, а ничего не менялось. Юра в самом деле смог добраться до дворца, осталось разобраться с тем, что делать дальше. Решено было исследовать замок вдоль и поперек. Едва охотник оказался за скрипнувшими воротами, вдоль позвоночника пробежала толпа мурашек. — Ой, брось, — самому себе сказал Юра. — Проклятье, конечно, не выдумки, но ещё ничего страшного и не случилось.       Во дворце стояла оглушительная тишина, а шаги мужчины заглушал слой пыли, покрывающий все поверхности. На первом этаже никакие заколдованные люди ему не встретились и это было слегка разочаровывающе. Однако, все разочарование тут же схлынуло, едва он поднялся выше.       Роскошные комнаты пустовали, но следов от пыли там было куда меньше, что тут же заинтересовало Юру, который отправился в том направлении, где пыли почти не было, словно там что-то недавно тащили. Он подкрался к комнате и заглянул внутрь. Сердце ухнуло куда-то в желудок.       Дракон. Самый настоящий дракон лежал на полу и, кажется, спал.       Охотник спрятался за дверью и постарался успокоить разошедшееся сердце. Вот значит как, вот что здесь скрывалось все это время. Возможно это и есть его предназначение. Он должен убить дракона и освободить королевство от проклятья. Грач вновь выглянул из-за двери и постарался рассмотреть дракона получше: он был не очень большой, золотистая чешуя отражала свет монет на которых он лежал, а кожаные крылья сложены за спиной.       Юра драконов никогда раньше не видел, но почему-то был уверен — этот точно самый красивый из них. Даже убивать жалко, тем более спящего, но будить его, а потом заявлять о своих намерениях было бы глупо и опасно.       Мужчина вытащил охотничий нож и медленно, едва дыша, двинулся к дракону. Тот не шевелился и это слегка обнадеживало. Приблизившись почти вплотную, Юра занёс нож над головой ящера — длины клинка должно было хватить, чтобы убить дракона одним ударом. Прикрыв глаза, Грач сделал медленный вдох и выдох, а когда открыл их, столкнулся с чужим, золотисто-карим взглядом.       Нож выпал из рук, лязгнув об пол, а охотник продолжал смотреть, понимая, что теперь убьют его. Дракон медленно встал, возвышаясь над мужчиной будто гора. Юра зажмурился, но прошла секунда, две, а его все ещё не поджарили до корочки. Пришлось снова открывать глаза.       Золотистый дракон с любопытством и какой-то, присущей всем ящерам, надменностью смотрел на охотника. — О! — вырвалось у мужчины от облегчения. — Так ты не будешь меня есть? Я Грач, ой, то есть Юра! Рад знакомству! Я совсем не хотел тебя убивать!       Золотые крылья распахнулись, поблескивая в закатных лучах, пробивающихся в окна и сложились обратно, навсегда влюбив Юру. — Т-ты такой красивый, — восхищённо прошептал он, но был услышан: чешуйчатая морда уставилась прямо на него и медленно опустилась на пол. Совсем осмелев, охотник приблизился к дракону и пару раз провел по чешуйкам на голове, поглаживая. — Что же с тобой делать? — задумался Грач, продолжая гладить тяжёлую голову: нежную чешую под глазом, нос, твердые рога и костяные наросты, берущие свое начало прямо за рогами. — Ты же как-то связан с проклятьем, но я не понимаю как.       Дракон пару раз ударил длинным хвостом по полу, зазвенели монетки. — Я прав, да? — догадался Юра. — Злая колдунья наложила проклятье на королевство и лес… Ты что-то охраняешь?       Дракон отрицательно мотнул головой. — А где же люди? Где королевская чета?       Ящер поднялся на лапы и взревел, снова замотав хвостом. — Ты? Неужели ты и есть?.. — Грач во все глаза смотрел на волнующегося дракона. — Ты король?       Новый рык едва не оглушил его, а чешуйчатый нос боднул его в бедро, чуть не опрокинув. — О, это и правда имеет смысл! Но как с тебя снять проклятье?       Дракон поник и оскалился, утробно рыча. — Не знаешь, да? — печально вздохнул охотник и, спустя минуту тишины, хлопнул себя по лбу. — У меня есть идея! Тебе не понравится, но все же давай попробуем!       Юра устремился к замершему дракону и звонко чмокнул в нос. Сначала ничего не происходило, но, едва ящер хлопнул крыльями, его окутало золотым сиянием. Охотнику даже пришлось прикрыть глаза рукой, чтобы хоть немного видеть происходящее. Через несколько секунд сияние исчезло и вместо дракона посреди комнаты стоял мужчина. — Сработало! — радостно выдохнул Грач и поспешил стиснуть растерянного мужчину в объятиях. Тот, явно отвыкший от человеческого тела, медленно уложил руки на чужую спину, обнимая.       Когда они наконец расплелись — Ричард, а именно так звали дракона, тут же накинулся на охотника с вопросами, путаясь в словах, а иногда и забывая некоторые из них. — Как ты узнал, как снять the curse?       Юра зарделся, но все же ответил. — Моя матушка часто рассказывала мне сказки и байки, там такое часто срабатывало. — А знаешь какое там условие, грачонок? — Ричард стоит так близко, что видит свое отражение в чужих глазах. — Это должен быть kiss of love.       Охотник отводит глаза, опуская голову, но чужая рука мягко хватает его за подбородок и Грач тонет в тепле драконьих глаз. — Ну и когда ты успел в меня влюбиться? — шепчет Ричард. — Сразу, как увидел, — честно отвечает Юра. — Ты ведь такой…       Чужие губы прижимаются к его рту, мягко целуя и не давая закончить мысль. Охотник счастливо замолкает, прижимая к себе правителя этого королевства и отвечая на поцелуй.       Проклятье разрушается окончательно, освобождая лес и всех его обитателей.       Позже Ричард и Юра устраивают роскошную свадьбу, куда, конечно, приглашены родители охотника, Игорь (совсем не лис) и Сережа (тоже совсем не заяц), еж, которого зовут Кеша приходит под ручку с волком Ромой. В общем, гостей было очень много. — Знаешь, — говорит охотник после церемонии, когда они остаются с Ричардом вдвоем. — Меня всю жизнь тянуло в этот лес, я был уверен, что там я найду свое предназначение. — Так ведь и вышло, darling, — Ричард обнимает Юру со спины, устраивая голову на плече. — Так и вышло.