День 5 - Готовка
28 ноября 2021 г., 21:19
Ричард привык жить на широкую ногу, как только у него появилась такая возможность. К некоторому сожалению, уборка или готовка в это понятие не входили и мужчина отказался от них, ходя в рестораны и обходясь чужой помощью для поддержания чистоты в квартире. Всегда проще заплатить кому-то, чем тратить свое время.
Иногда, как, например, сейчас, Сапогов жалеет, что не проявлял достаточно рвения и интереса к данным вопросам. Он стоит посреди кухни, скрестив руки на груди, и слегка покачивает стаканом виски, зажатом в одной из них, пока Юра вдохновенно о чем-то вещает, листая книгу.
Совсем недавно Грачевич узнал, что Ричард чувствует себя на кухне не в своей тарелке: то заденет что-нибудь, то обожжется. Сам журналист, спокойно управляющийся с повседневными блюдами, но не тратящий время на что-то сложное, загорелся идеей хоть немного помочь любовнику.
Решено было начать с блинов и Сапогов настоял на американских.
— Если ты decided меня мучать, darling, то давай хотя бы выберем то, что я буду потом есть, — ворчал мужчина, когда его усадили за стол и подсунули кулинарную книгу, найденную в доме.
Именно из-за этого решения они сейчас стоят на кухне, а Юра пробегается по рецепту в очередной раз, окончательно убеждаясь, что у них все готово к началу и можно приступать. Стоит ли говорить, что сложности начались почти сразу же?
Они в четыре руки смешивают яйца с маслом, молоком и сахаром, но, как только Грачевич берется за пакет с мукой, слишком резко открывая, Ричарда окутывает белым облаком и он застывает на месте, словно превращаясь в мраморную статую.
Волосы, усы, очки и даже жилет оказываются припорошены белым порошком. Сапогов трясет головой и снимает очки, откладывая их на стол.
— Trouble, trouble, trouble, — бормочет он, слушая, как журналист рассыпается в извинениях, но, не давая ему закончить, притягивает к себе и обнимает.
Юра замолкает, растерянно поглаживая затихшего директора девятого канала по спине. Сапогов думает, что даже такая маленькая месть — все равно месть. На журналисте черная водолазка.
— Даже и не думай, что я не понял твой замысел, — вздыхает Грачевич, продолжая обнимать любовника.
Ричард улыбается и, отстранившись, опускает руку в пакет с мукой.
— Ещё бы, — мурлыкает он, — ты же у меня такой умный, грачонок! — белая ладонь опускается Юре на грудь, прямо туда, где бьётся сердце. Сапогов отходит на шаг назад, словно разглядывая произведение искусства, и кивает самому себе, совершенно удовлетворенный результатом.
— Мой, — серьезно говорит Ричард.
Журналист вздыхает. Разумеется его. Но директор канала все равно нуждается в регулярном подтверждении. Грачевич, вместо всех слов, снова обнимает любовника.
— Твой-твой, но от готовки это тебя не избавит.
— I know, дорогой.
Дальше все проходит спокойно и они быстро управляются с получившимся тестом.
Позже, когда они пьют чай, а на столе красуется целая стопка блинчиков, Ричард думает о том, что если и готовить, то всегда так: под чутким руководством и с любимым человеком.
