Nimiam.

❝ Люди умеют думают. Меня это бесит. ❞       По телевизору шли «Симпсоны», за окном пасмурные сумерки, а в доме был покой.       Винни наконец мог насладиться спокойствием с самим собой, без надзора Преподобного, который так и норовил как-то прикоснуться к мальчику, всё время подглядывал. У Каффарелло развилась паранойя, что тот мог и сейчас смотреть за ним, расставив по дому скрытые камеры наблюдения, сидя в отдалённом месте и выжидая момент, когда его подопечный пойдёт в душ. Но это лишь иногда отвлекало Винни, всё остальное время он пытался заглушить тревогу игрушками или телевизором, который Грин редко разрешал смотреть. «Ибо грех уподобляться лжецам, которых взираешь ты в нём».       Тучи с каждым часом сгущались на небе, образуя непроглядную пелену. Вот-вот сорвутся с них первые капли дождя. А может быть сразу польёт, как из ведра. Для августа такая переменчивая погода вполне обыкновенное явление - наступает осень.       Болтая ногой, свисающей с дивана, Винни смотрел мультфильм, держа между ног миску с попкорном. Обычно, ему запрещали всякие сладости. Можно было позволить себе какой-нибудь жалкий батончик на выходные, раз в неделю. Обосновано это было диетой. Хоть Каффарелло было плевать на неё, Грин яро настаивал на похудении. И искренне удивлялся, почему Вин продолжает набирать вес, если он запретил ему сладкое и мучное после шести часов вечера. Он свято верил в то, что мальчик его слушается и не нарушает этот устав.       С улицы донёсся стук капель о стекло окна. Как и ожидалось. Запах мокрого асфальта не оставил меланхоличного ребёнка равнодушного к любимой погоде. Озираясь на окно, Винни выключил телевизор и повернулся к окну, наблюдая за скатывающимися слёзами туч. Тоскливая, серая, утопичная реальность окутала его душу. Однако это не влияло на Винсента как-то негативно, это побуждало в нём вдохновение. Под такую атмосферу он обожал решать головоломки, собирать пазлы. Недавно на него снизошло озарение вышивать, но долго эта идея не прожила.       На столике сбоку от дивана стоял несобранный кубик-рубика. Давняя забава Винни. Дотянувшись до головоломки, мальчик повертел её в руках.       Он всё никак не мог полностью собрать его. На каждой детальке был изображён фрагмент символа, его надо было собрать. Разобрать кубик нельзя - слишком крепкий и его можно было ненароком сломать. Медленно, вдумчиво водя пальцами по деталькам, вертя их во все возможные стороны, Вин озадаченно хмыкнул после очередного провала. Вверх, вправо, вниз, влево, снова вверх, влево. Всё впустую. Детские, ловкие пальцы Каффарелло укрощали кубик-рубика любой сложности. Но этот был исключением. Упрямая, сложная, неподвластная головоломка.       Отставив затею собрать кубик, Винс положил его обратно, изучая взглядом, словно человека. Это не просто игрушка. Винсент чувствовал это, в кубике был свой характер. Он дразнил его, приманивал руки мальчика к себе, но тут же отталкивал, как только он предпринимал попытки собрать его. Игра тяни-толкай. Винни чувствовал привязанность к этой головоломке. Он был словно его просветлением среди всего смрада, что было пройдено.       Однако, не детское время. Пора доделать свои личные обязанности и отходить ко сну.       Осторожно опустив пяты на холодный пол, мальчик встал с дивана, взяв с собой недоеденный попкорн и унеся на кухню. Там уже на стуле он дотянулся до верхней полки, запрятав туда лакомство. Нужно было отряхнуться от крошек, убрать их с дивана, выключить телевизор. Преподобный может нагрянуть в любое время, а значит мог заметить следы преступления. У Винни были планы пойти в ванну вместо душа, но он упустил время, когда Грин точно не пришёл бы домой. А сейчас он пошёл в свою комнату, прибраться и разобрать одежду в своём шкафу, захламлённого всяким старьём. В основном там хранились свитера, жилетки, школьные рубашки, брюки. Домашняя одежда вроде футболок, маек, шорт и пижамы были в предпоследнем ящиек его тумбы. В последнем же хранилось бельё с носками. Винни был довольно организованным мальчиком, он не терпел какую-либо загвоздку ни в порядке, ни в поведении.       Только Каффарелло ступил на первую ступеньку, с гостиной послышался треск. Перепугавшись, Винс не сразу решил проверять источник шума. Что-то ёкнуло в нём и он просто застыл, уставившись на проём. Ему на мгновение показалась чья-то тень, но мальчик уже не особо удивлялся этому. Он верил, что у него нет серьёзных психических проблем на подобии шизофрении, чтобы видеть галлюцинации, а значит это всего лишь шалящее периферическое зрение. Собрав себя в руки, Винни оправил очки на переносице и на цыпочках подошёл к проёму в комнату, аккуратно заглянув внутрь. А вдруг грабители пробрались тайком? Или вредный енот? Они водится в лесу неподалёку от дома Винни. Но его взору предстало другое.       Толстенная линза на телевизоре треснута, ваза опрокинута, фотографии в рамках упали лицевой стороной вниз. Нетронутым, уцелевшим объектом стал кубик-рубика. Он явно ликовал, словно был счастлив, что на него обратили внимание. Подойдя к игрушке, мальчик поднёс к ней руку, но застыл. Стоит ли оно того? Стоит ли его сборка таким усердий, его ментального здоровья? Это всего лишь игрушка, управляющая им.       Следующие несколько минут Винни стоял перед открытым окном, где на улице уже разразился настоящий гром. В правой руке он сжал эту проклятую вещь. Это не первые его выходки. И не последние, каждый мог бы догадаться. Замах. Кубовидный пластик начал мелко дрожать в детской руке. Боялся, что от него избавятся. Бросок. Игрушка оказалась под ливнем, угодив в заполненный дождевой водой канал. Всплыв, кубик поплыл вниз по течению. Он выглядел раздражённо. Опечалено.       "Надо было сделать это раньше" - подумал Каффарелло.       Мальчик был сильно подвержен влиянию головоломки, на этом сыграла его любознательная страсть к таким развивающим игрушкам. Он нашёл его в кустах, когда возвращался домой после молитвы в церкви. Его привлекли эти потёртые рисунки на белом фоне. Это было что-то новое, раньше он собирал цвета, а тут целый символ. Обрадовавшись, Винни понёс его домой и первые три дня собирал с упоением, бережностью. Но всё начало скатываться в сторону маниакальной одержимости игрушкой, сокрытием её под матрацем кровати. Поведение начало походить на девиантное. И вот Винс начал осознавать, что лучше избавиться от кубика скорее. Кто знает к чему это всё приведёт. И решился он только сегодня. Самодержавие головоломки его доконало. Шалила игрушка, а доставалось Винсу. Теперь Каффарелло чувствовал облегчение, будто скинул тяжёлые оковы, угнетающие его с каждым днём всё сильнее.       Но надо вернуться к делам насущным. Скоро приедет Грин. Надо готовиться ко сну. И время позднее, у мальчика начали слипаться глаза. В ванной комнате Вин тщательно почистил зубы, умыв лицо. Пижаму он переодевал тоже в ванной, давно сложившаяся привычка. Ранее у него не было своей комнаты, на месте нынешней был склад разного хлама, но вскоре всё это распродали на блошином рынке. Идя на уставших ногах вверх по лестнице, в своей синей пижаме с зелёными, жёлтыми динозавриками, Винс успел несколько раз зевнуть и потереть глаза.       Открыв дверь в свою комнату, он включил свет, а внутри у него вдруг заиграло животное, холодное волнение. На прикроватной тумбе стоял кубик-рубика. Заезженный сценарий, который Винни видел в кино. Но под игрушкой была записка.       Взяв её, Вин посмотрел на кубик. Злорадство. Коварство. Каффарелло мог угадать "эмоции" игрушки и сейчас этот кусок пластмассы точно смеялся над наивностью мальчика.       Не желая больше видеть в своём поле зрения головоломку, Винсент раскрыл сложенную напополам записку. На одной из сложенных сторон была нарисована зубастая рожица. А сама записка гласила кривым, еле разборчивым почерком:       "Помоги себе сам"