Я разделю твой путь

РАЙАН То, что они пойдут-таки к этой самой Номме Меккис, стало ясно, когда они вышли из трактира. Ранша стремительно (похоже, это было обычным для нее - все делать стремительно) вылетела следом и сунула Алланту в руки обрывок из нотной тетради с поспешно накарябанным адресом. И тут же снова куда-то умчалась. Эйл внимательно изучил написанное и добродушно проворчал: - Как был почерк безобразный, так и остался. Как она его сама-то понимает, хотелось бы знать? Райан, которому удалось вытребовать обратно свой лук, убедив эйла в том, что он чувствует себя просто замечательно, усмехнулся и заметил: - Это ты моего еще не видел! Они пошли на поиски меблированных комнат Приветного Дома Меккисов, болтая о каких-то совершеннейших пустяках. Хорошо, что Таург - не столичный город, подумал Райан, - им не пришлось каждые пять минут прижиматься к стенам домов, чтобы пропускать умбрессо многочисленных аристократов, коих так много съезжается в столицу Камагеи. Не говоря уже о Малом выезде Его Королевского Величества Ойвеха Второго, во время которого гулять по Телгаре (коя, собственно, и была камагейской столицей) вообще не стоило. А вот в Таурге все было гораздо тише и спокойнее. Во всяком случае, за все то время, что они шли от трактира до Номмы Меккис, их чуть не задавил всего один умбрессо, да и тот оказался довольно потрепанным представителем этого славного семейства экипажей. Решив слегка срезать путь, Аллант свернул в какую-то сельского вида подворотню. Где они и были атакованы самым неожиданным образом. Вернее, атакован был только Райан, а Алланту оставалось только давиться от смеха, пытаясь оттащить нападающего. Все началось с того, что из какого-то двора донесся истошный мяв, и не успели они опомниться, как что-то пестрое и лохматое, не прекращая орать, взгромоздилось на голову озуа. И сразу следом за ним из калитки вылетел рыжий пес. Уже в прыжке зверь понял, что ситуация изменилась, но останавливаться из-за этого не собирался. Желтоватые клыки сомкнулись на рукаве куртки. Рукав не выдержал такого издевательства, и в пасти животного оказался здоровенный клок старой кожи, который никак не хотел отрываться окончательно. Эйл попробовал оторвать пса от "добычи", но не тут-то было. Зверь не собирался так просто отпускать то, что попало ему в зубы. Райан наконец-то сориентировался и спокойно снял с головы упирающееся и цепляющееся нечто, оказавшееся трехцветным подросшим котенком. Он посмотрел на собаку зелеными от ухваченной за хвост Силы глазами и строго сказал: - Не хулигань. Пес мгновенно отпустил рукав и возмущенно гавкнул. Озуа фыркнул и махнул рукой в сторону двора, откуда уже бежала перепуганная девчонка. Собак недовольно покосился на Райана и быстренько улизнул, не дожидаясь хозяйского гнева. - Господа! Простите, господа! - зареванное существо жадно смотрело на зверушку, уже уютно урчавшую в руках эйла (у Райана кот оставаться не пожелал). Аллант поспешно вернул пушистую собственность юной владелице и, не дожидаясь изъявлений благодарности, потащил озуа прочь, все еще посмеиваясь. Впрочем, он довольно быстро посерьезнел и огорченно заметил: - У тебя очень плохая реакция. Особенно для воина. Если бы это было что-то не столь безобидное, ты был бы уже мертв. Райан покраснел, но ничего не ответил. Просто потому, что какой смысл возражать, если собеседник прав? Реакция-то у него и впрямь никудышная, и воин из него такой же, на самом деле. Он и ценился-то соратниками только за меткость и уверенность в стрельбе - именно они были в основном нужны в коротких гарнизонных стычках. В ближнем бою от него никакого толку не было. - Правда, Райан! - продолжал Аллант. - Ты бы все-таки занялся эмпатией своей, что ли - мне кажется, она может повысить… шансы на выживание. Это же редкое умение, а ты... - Хорошо, - обреченно вздохнул озуа. - Прямо сейчас? - Ага. Прямо сейчас. Стоя посреди улицы и зазывая желающих: "Никому не нужно сказать, какие тайные мыслишки вас тут одолевают?" - хмыкнул Аллант. - Мысли? - Райан явно растерялся. - Но я не умею читать мысли. Аллант, ты перепутал. Это не озуа, это унды владеют телепатией. - Значит, настроения, чувства, страхи... Да? - Примерно так. Только расплывчато. - Тем более! Будешь практиковаться... и, может быть, тогда это будет уже не расплывчато? - задумчиво проговорил Аллант, и Райан с интересом увидел его неожиданно жесткий и собранный взгляд. - Мне что, на тебе тренироваться? - улыбнулся озуа. - Вряд ли я найду добровольца, согласного на такое. - А что, разве нужно спрашивать разрешения? - усмехнулся эйл. - Если учишься, то да... Ну, сам подумай... я ведь тогда могу слушать и спрашивать параллельно, что и как... Но кто согласится так обнажаться перед чужаком? И даже перед близким? Аллант немного помрачнел и внимательно поглядел на Райана. Судя по всему, ему этого тоже не хотелось... Озуа понимающе качнул головой: - Вот видишь... это ж какое доверие нужно испытывать. Ой, смотри, это не то, что нам нужно, а? За поворотом показался трехэтажный дом из темного кирпича с покатой светло-серой крышей и двумя затейливыми балкончиками на третьем этаже. Над крыльцом красовалась узорчатая вывеска с названием этого места. "Приветный дом Меккисов". За домом угадывался сад, а небольшой двор украшали старая груша и резная деревянная скамейка. Эйл кивнул, не то соглашаясь оставить на время тему эмпатии, не то подтверждая, что они пришли туда, куда надо. Полчаса спустя они уже были гордыми обладателями ключей от смежных комнат на втором этаже этого славного приюта для странников. Правда, это были не слишком богатые комнаты, так как Райан настоял, что за себя он платить будет сам, ну а поскольку денег у него было не густо, то и досталось ему... то, что досталось, в общем. Почему Аллант решил жить в таких же непритязательных условиях, озуа не понял, но спрашивать постеснялся. В конце концов, может, у него тоже с финансами туго. Или еще что-нибудь... Да мало ли причин может быть... Мебель в комнатах была добротная, но ее было как-то маловато. Зато сразу бросались в глаза чистота и отсутствие насекомых, которых Райан не выносил и всегда старался избавиться, беззастенчиво пуская в ход свою Силу. Но сейчас он был рад, что не нужно тратить время на такое неинтересное занятие. И еще - тут была Кровать. Именно так, с большой буквы. Даже две. Райан тут же вступил в битву со своим нетерпением и выиграл со смешным счетом два к одному. Но выиграл. И не рухнул сразу на вожделенную постель, как того требовал его несколько потрепанный организм. Нет, он сначала разулся и снял куртку, а рухнул уже потом. Аллант присел на свою кровать, сбросил сапоги и угнездился на своей кровати в позе, которая, сразу видно, была ему привычной - и неудобной для кого-нибудь ещё: поджав под себя ногу, он задумчиво сцепил пальцы на колене другой и откинул голову назад... Какие длинные пальцы... Точно, он же гитарист! Девушка говорила... И поет тоже, наверное? Как бы хотелось послушать. Пусть даже с гитарой... Может, когда-нибудь? АЛЛАНТ Ша была права, дом и впрямь славный! Даже клопов нет. И то, что комнаты смежные, тоже хорошо. Мечта телохранителя, ага. А то вечно запрутся, и доказывай им, что ты должен быть всегда поблизости. Что в данном случае вроде бы и не актуально, потому как он мне не объект все ж таки, но все равно... Тьфу. Ну что за мысли, а? Никто пока нападать на нас не собирается… Я сел на кровать и увидел, как Райан с наслаждением упал на свою. Умаялся-то как, бедолага... - Устал? - задал я глупый вопрос. - Или... У тебя уже ничего не болит? - Да так, - задумчиво отозвался озуа. – Пожалуй, что и не болит. Выходит, устал. А ты - нет? - Да вроде пока не от чего уставать, - прикинул я. - Разве что от переедания... - Да уж, - тихонько засмеялся Райан, - это была тяжелая битва. Ты всегда так много заказываешь? - Неее, что ты! Раз в неделю, наверное... Или... ну после ранения, например. - О! А сегодня был тот самый раз в неделю, я правильно понял? Ты же вроде не ранен? - он приподнялся на локте, чтобы бросить на меня испытующий взгляд. - Вроде нет, - я придирчиво осмотрел себя, заглянув для верности в вырез рубашки. - Ну, значит, раз в неделю, - удовлетворенный кивок. - А хорошее место здесь, правда? В том трактире я бы не рискнул останавливаться, если честно. - Да? А почему? - А там... - начал было он и вдруг замолчал, задумавшись. - Ну-ка продолжай, - мне стало интересно. - Что там, в трактире? Кстати, комнаты там как раз были... - Там хозяин, - озуа говорил медленно, словно фразы не желали строиться, и ему приходилось прилагать усилия, чтобы согнать слова в кучку. Или найти те единственные правильные, которые не позволят фразе развалиться, не сложившись. - Или это не хозяин? Да, ты же говорил, что он брат хозяина... Я случайно его послушал - да ты помнишь. И мне он не понравился. Райан снова замолчал, сбившись в поисках нужного слова. - И что же тебе не понравилось? «Хм, вправду, и что же там могло быть-то?» - озадачился я. - Ты расскажи всё, что почувствовал - заодно и поймем, быть может, ошибаешься ты или нет! - У него такая буря была в чувствах, - смущенно ответил этот юный эмпат. - Но это бывает... не в этом дело. Просто слишком противоречиво все - и все относилось так или иначе к тебе. Земля и Небо! Не знаю я, как это объяснить! И радость, и досада, даже почти раздражение, и стыд... Он это испытывал только стоя рядом с тобой, или приближаясь к тебе. Я далек от того, чтобы в чем-то подозревать этого человека, но... Не хотелось бы мне ночевать с ним под одной крышей. - Мда? Странно как... Я подпер подбородок кулаком на манер "пригорюнившаяся кумушка", всерьез пытаясь разобраться. На лице Райана промелькнуло мгновенное выражение детской обиды... - Нет, я тебе верю, - поспешно добавил я. - Видно, всё так и есть... но демон меня забери, если я понимаю, с какой стати ему испытывать передо мной стыд?! Да ещё смешанный с чем-то там... Обсчитал, что ли? Да нет, я примерно представляю всегда, сколько ужин стоит... Да и с каких пор трактирщики этого стыдятся?! - Вот этого я не знаю, - Райан сник. - Но не думаю, что столько разных эмоций может вызвать какой-то денежный обман. - Да, пожалуй... Может быть, он не так уж и рад, что я спас его брата, потому что на наследство рассчитывал? Не хотелось бы так думать... Вроде бы он к брату очень привязан... Ладно, - решил я. - Хватит гадать. Мы оттуда ушли - и ладно. А ужин, тем не менее, был вкусный! Не правда ли? - Правда, правда, - вздохнул озуа, - только очень много. Последний раз меня так пытались накормить, когда еще матушка жива была. Собственно, она и пыталась. - И давно это было? - решил полюбопытствовать я. - Шесть лет назад, мне еще десяти не было, - задумчиво так произнес Райан. И тихо улыбнулся. Вспомнил, значит... - Значит, тебе шестнадцать?! - вычислил я. Ага, гениальное умозаключение, другой бы не догадался. - Я считал, тебе больше! - Почему? - Он явно озадачился. Взгляд заинтересованный, были бы кошачьи уши - уже бы торчком стояли. - Почему? Ну... так ты выглядишь, и способности твои... попадать в веселые ситуации... обычно в детском возрасте как-то по-другому проявляются, - сказал я, вспоминая, как мы когда-то чудили с Кэсом. Райан засмеялся. Что это я такого смешного сказал? - Что? – спросил я, невольно улыбаясь. - В детстве у меня этой способности вовсе не было, - все еще посмеиваясь, сказал озуа. - Да и сейчас... фактически ты стал свидетелем второго ее проявления. - Да? Я вообще везучий на всякие редкости! - с энтузиазмом отозвался я. - Так ты хочешь сказать, что твое детство… прошло уже? Знал бы он, до каких лет у эйлов это самое детство продолжается... И не потому, что у детишек не возникает ВЗРОСЛЫХ желаний. Ещё как возникают. И не потому, что они не могут эти желания осуществить. Ещё как могут. Об этом мы могли бы с Кэсом кое-кому порассказать... А потому, что НЕЛЬЗЯ. Воспитание. Традиции. Долг перед кланом. И еще раз воспитание, совершенствование, а главное – забота о жизни каждого эйла, ибо эта жизнь неизмеримо дороже жизней каких-то там людей! Мы же Хранители, ага… Райан хмыкнул и проворчал: - Отец считает, что еще нет. Но по закону озуа я уже два года как совершеннолетний и обязан содержать себя сам. - Совершеннолетний? Уже два года?! - Я не нашел ничего умнее, как повторить. Совсем я людей, выходит, не знаю! А озуа - тем более. - Вот все так реагируют, - Райан усмехнулся. - Даже папа... вроде ж давно с озуа живет, а с каждым ребенком одна и та же история. Ты, говорит, Рэни, мелкий еще какой-то... поживи-ка со мной еще лет пять. Куда, мол, тебе в таком возрасте в гарнизон идти?! А то, что мне штраф влепят за иждивенчество, да еще и позору до конца жизни не оберешься, это вроде как до него не доходит. - Штраф?! - Я расхохотался... Да, полезно было бы некоторым сильно воспитанным эйлским отпрыскам пожить среди озуа... - Штраф, - совершенно серьезно на этот раз отозвался несостоявшийся иждивенец. - И не маленький. Первый месяц еще прощают, но потом... - Да... Серьезно как у вас всё. А ты только себя должен прокормить, или ещё кого-нибудь? - Пока только себя. Если бы я женился на Ялли, да еще и по своему желанию, я был бы должен и ее содержать с малышкой. А раз это было решением Старших, то они и заботятся. Правда, я им часть денег все равно передавал. А то безобразие одно, а не папа... Я пытался поставить себя на место этого мальчика - и не мог. То, чего я добивался несколько долгих, злых и дурацких лет... с него требовали. Законы клана, как я понял. То, за что мы с Кэсом, как нам когда-то казалось, хотели отдать если не жизнь, то годы этой самой жизни... тут подразумевалось само собой и даже, кажется, не сильно радовало. Право жить, как хочется. Ну не совсем, как хочется - но решать самому, чем заниматься, и в чем ошибаться, и у кого учиться... Хорошо-то как... А у них - только так и никак иначе. Я ещё раз внимательно посмотрел на Райана... Когда-то мне казалось, что я умею видеть человеческую - и не только человеческую - натуру по глазам и выражению лица. С тех пор я достаточно повзрослел, чтобы понять: я этого не умею. Потому что не раз открытая улыбка оборачивалась ножом в спину, а хмурый взгляд исподлобья - надежным плечом друга. Такое тоже бывало... Но вот с этим мальчиком (боги, ведь и правда совсем мальчишка, мне в его возрасте, по-моему, даже читать ещё не разрешали! по крайней мере, НЕ ВСЁ разрешали...) - с ним, кажется, всё ясно даже для такого убогого физиономиста, как я... Худощавая, почти по-эйлски стройная фигура - и сильные пальцы лучника... Из-под рассыпавшихся мягких русых волос на меня доверчиво и виновато смотрели большие черные глаза. Ах, безобразие, говоришь... Папа. С ума сойти... Посмотреть бы на его ребенка! Тоже уже взрослый почти, наверное. При таких традициях! Всё у тебя наружу, и мысли и эмоции... я-то думал, что такая открытость, за которую мне перепадало много лет, лишь моя беда. Как же. Мне до Райана с его неумением и нежеланием что-либо скрывать - как до Долины пешком. И как ты до сих пор не растерял свою прямоту и желание помогать тем, кто об этом даже не просит? И жив до сих пор?! Незанятость, иждивенчество - это позор. Даже в таком возрасте. Хотя да, продолжительность жизни... Хм... не в этом ли все дело? Короткая жизнь вынуждает быстро взрослеть? Наверное... если они живут мало, то детей должно быть много. А то вымрут. А когда много детей, их надо содержать... - Куда же ты сейчас, Райан? - спросил я, стараясь не думать о том, какой стремительной искрой погаснет эта жизнь... И как долго уже тянется моя. - Домой. В горы Озуат. У меня сестра младшая замуж выходит... Если уже не вышла. - Домой, значит... Я помимо воли вздохнул, вспомнив наши горы. Хотя, конечно, какие это горы! Нет, потренироваться в скалолазании - самое то... босиком и на одних пальцах... или с веревкой, ну по-разному... Но они же низкие. Величественности не хватает. Без снежных шапок, и извивистые деревья торчат из трещин в скалах... И ягоды! И цветы, растущие только у нас... Я вздохнул и спросил: - Райан, а можно, я не буду называть тебя полным именем? И ты меня тоже. И… ты пригласишь меня на эту свадьбу? Озуа вдруг сел на кровати и пристально посмотрел на меня. - Ты, правда, хочешь? То есть... Конечно, зови, как тебе нравится. А мне тебя называть Лант? Как тебя эта девушка, Ранша, называла, да? - Да, конечно! Кажется, он обрадовался. А мне… стало как-то тепло. И легко. С самого начала у меня было такое ощущение, словно когда-то давно мы с Райаном уже дружили! - А на свадьбу я тебя пригласить не могу. Я же гость, а не жених. Зато могу взять с собой! Брат невесты вправе привести с собой друга, - улыбка Райана стала слегка лукавой и в то же время вопросительно-неуверенной. - О! Я постараюсь быть образцовым гостем, - заверил я. - Не напиваться, не драться, к женщинам не приставать... - Почему? Ты так хочешь выделяться на фоне окружающих? - засмеялся озуа. - Вообще-то наоборот – не хочу! - Ну, в таком случае обязательно напейся, затей пару драк и поприставай к женщинам. Ты им понравишься. - Женщинам - или гостям? - А это смотря чем, - ухмыльнулся Рэни. - Ежели качественно напьешься и подерешься, то гостям. А сам по себе - женщинам. Ты им всем, по-моему, нравишься. Вон и хозяйка на тебя глаз положила! - Почему ты так решил? Это ты уже решил эмпатию потренировать? - А это и без эмпатии прекрасно видно, - язвительно отозвался мальчишка. - У нее такой взгляд был, когда она на тебя смотрела, а ты не видел... - М-мда? Меня, видно, слегка перекосило, потому что Рэни улыбнулся. - Ну пусть смотрит... Мне не жалко. А мы с тобой часто смотреть на нее не будем! Хотя она и хорошая женщина вроде бы… Хорошая, да. Уютная, пухленькая и уже не очень молодая – мечта для отставного наемника! - Но с Раншей не сравнить, да? – лукаво осведомился озуа. - А она ведь придет скоро к тебе... Уже вечер... Озуа посмотрел в окно. Начало темнеть, а облака окрасились розовым. - Да нет... Я сам к ней пойду. А ведь Ранша и правда соскучилась по мне. Райан помолчал, о чем-то раздумывая, а потом сказал: - Лант, если у тебя еще есть время... Ты не мог бы рассказать про эйлов? Я ничегошеньки о них, то есть о вас, не знаю. Интересно же! - Что же рассказать тебе, Рэни? Наверное, мы совсем другие... И наши традиции, наш образ жизни могут показаться тебе странными и даже дикими… Например, то, что многие главы кланов вообще выступают за то, чтобы отгородиться от людей – чтобы о нас забыли. Желательно навсегда. Я замолчал, осознав, что это невероятно трудно – обрисовать в нескольких фразах характер, образ жизни и традиции эйлов! Да и возможно ли?! - Похоже, не покажутся, - разочарованно хмыкнул озуа. - В основном потому, что я о них не узнаю. Это ты не хочешь рассказывать или вам просто запрещено? - Не запрещено… - немного растерянно осознал я. – Вроде бы… А ведь, собственно говоря, официально подобного запрещения никто не озвучивал. Просто казалось совершенно диким, что вдруг "птенец" осмелится удрать из такой уютной Долины и - о боги! - дружески общаться с людьми, не обговорив заранее со Старейшинами, зачем, сколько и где он будет с ними общаться. - Да и вообще я частенько делаю то, что запрещено. Так что спрашивай! Мне самому трудно решить, что же тебе больше всего интересно... - Ну, не знаю... трудно решать, когда даже не в курсе, в какую сторону вопросы задавать. Ну, расскажи хотя бы, отчего вы хотели, чтобы вас забыли. Да еще навсегда. Если, конечно, тебе за это ничего не будет. - Да нет... ничего мне не будет. Скажи, ты никогда не слышал о войне Двух Братьев? Райан озадаченно нахмурился: - Дядя Бежен что-то упоминал похожее. Это в Лдайском княжестве было, да? Очень давно... Или я путаю что-то? - Не путаешь. Всё правильно. Давно, да... почти семьсот лет прошло. Началась война в Лдайском княжестве, в Ридане, а потом растеклась по всем соседним странам. Только Суваж в стороне остался… Короче, братцы сумели расколоть на два лагеря всех! А мы тогда... примкнули к одному из них. К младшему... - А что за братцы-то? - Ну как же - принцы! Кто же ещё. Наследники трона. Тогда княжество гораздо больше было, чем сейчас. - Ааа... - задумчиво протянул озуа. - А почему вы были на стороне младшего? - Потому что... - я задумался, - нельзя было старшему на трон, понимаешь? Редкостная сволочь была, если вдуматься. Поверь мне. У него там расцвели все самые темные стороны магии, какие только можно себе вообразить, жертвоприношения, некромантия… А ещё умение играть на самых подлых сторонах человеческой - и не только человеческой - натуры. Ну а формально - да, формально он был наследником... пока не выяснилось, что он и принц-то вроде как незаконный. Только война уже тогда полыхала вовсю... - И... вы, что, проиграли? - неуверенно произнес Райан. - Нет, Рэни... Мы выиграли. Младший брат стал королем, старший был убит... туда ему и дорога, в общем-то... Победа, слава, почести, ордена, вся эта ерунда... Только вот эйлов после этой войны... осталась половина. Погибло очень много. Вот мы, например, можем людей лечить - довольно неплохо. А люди нас - с трудом. - А друг друга вы разве лечить не можете? - удивился Рэни. - Друг друга? Можем. Но всё равно... Медленнее, чем хотелось бы... И не у всех такие способности. - А у тебя они есть? Райан слушал увлеченно – как сказку в детстве. Глаза его горели воодушевлением и интересом. - У меня - есть, - признал я. – Немного… Поэтому я и взялся тебя лечить. Я ж не знал, что вы совсем другие! С людьми у меня получалось... Я вздохнул и продолжил: - В общем, после этой войны... мы и закрылись. Чтобы больше такого не повторилось. Чтобы не вмешиваться в дела тех... кто сгинет и забудет. Ой, прости... - спохватился я, - что-то я не то говорю... - Может они и правы были, твои родичи, - задумчиво сказал мне вдруг Райан. - Если вас там столько поубивали, на этой войне... И он явно задумался о чем-то. Во всяком случае, дальнейших вопросов не последовало, и в обеих комнатах повисло молчание. Самое странное, что оно почему-то совсем не тяготило ни меня, ни его. Я с грустью подумал, что действительно доля истины в такой политике была - особенно тогда, когда боль по погибшим и слезы их жен и детей были ещё свежи. А участие эйлов и их помощь вскоре были забыты, да… Только в какой-то одной отдаленной провинции, говорили, моего деда и других героев войны признали святыми и поклонялись им. Кажется, эта провинция более других пострадала в войне. Но я там не был. Не довелось… А бабушка до сих пор о дедушке горюет. Она очень любила своего Клавьера. Клавьер Энтрадес, лучник и целитель, веселый и самоотверженный, отчаянный и добрый… Бабушка говорила – я внешне очень похож на него. Но я-то мечтал, чтобы не только внешне! Райан вдруг поднял голову и сказал грустно: - Мы, наверное, вам кажемся какими-нибудь бабочками... или мухами. Даже если отец так на озуа смотрит, ну, почти так… а ведь в его случае разница не настолько велика, как в вашем... Да? - Я никогда так не смотрел! – с жаром запротестовал я. – Бабочки – бессмысленные создания, хоть и красивые… А люди… За такой короткий срок они успевают столько совершить! Оставить по себе память… Не важно, сколько ты живешь, важно – как! - А что, с твоей точки зрения, надо успеть сделать в жизни? - заинтересовался озуа. - Ну ты спросишь! - рассмеялся я. - Философы уж столько тысячелетий сей вопрос пытаются решить... Я скорее знаю, что НЕ НАДО делать... чтобы умирать было не стыдно... Да я думаю, что и ты это знаешь. - Так скажи. А то мало ли, что я знаю. Мне интересно, что ты об этом думаешь, - настойчиво заявил он. Мне почему-то стало неловко. Не люблю говорить красивости. Когда их от меня ждут, обычно дожидаются совсем иного и не совсем печатного... - Рэни... - медленно начал я. - Наверное, проще всего... выбрать поначалу себе пример для подражания... или просто того, кого ты безусловно уважаешь... и каждый раз спрашивать себя: а что бы он сказал? А что бы он сделал на твоем месте? Это же так просто... Держать слово, не предавать, не трусить... не изменять самому себе. Уфф... нет, рано мне всё-таки иметь детей. Лучше бы братишку... Вот такого любопытного... Он разулыбался, в глазах замерцали синие искры. Или показалось на расстоянии? - Не боишься так говорить? А то ты у меня сейчас самый ближайший кандидат на примеры для подражания. - Только не это! - Я испугался. - Было бы чему подражать... Вот для меня... ну например, таким примером был дед... Озуа сейчас был ужасно похож на шкодливого мальчишку - лукавая усмешка на губах, на лице, в глазах - везде, где смогла поместиться... - Поздно, - довольно отозвался он. - Ты уже не кандидат. Ты - он и есть. - Ужас какой. - Юмор ситуации начинал до меня доходить. - Ты же меня не знаешь совсем... А представляешь, какая ответственность! Быть всё время живым примером... Ну пожалей бедного меня. Дед-то мой за Порогом уже... А это ведь мне теперь ничего нельзя, - продолжал жаловаться пример для подражания в моем лице. - Ни напиться, ни подраться... А ещё на свадьбу звал... Райан сдавленно хихикнул на своей кровати. - Конечно, звал. А сейчас еще сильнее звать буду. Кто же еще там сможет похвастаться таким примером?! А что, чтобы не было стыдно умереть, все это нельзя, да? Ни напиться, ни подраться? - Честно? - я скорчил торжественную рожу. - Это, возможно, и тайна... Но поскольку ты у нас весь из себя совершеннолетний, скажу: по-моему, можно... С некоторыми личностями просто иначе и не получается... - Ну, вот видишь. Мы просто будем считать, что ты - именно такая личность. Некоторая. Так что быть тебе примером для подражания. Никуда не денешься... А может, я и ругаться научусь, - почти мечтательно протянул этот... мальчишка. - Ты точно решил, что именно этого тебе прежде всего и не хватает? Именно поэтому выбрал себе такой пример? Теперь и я заржал. А что - тоже заработок. Обучать людей... прелестям живого слова. - И поэтому тоже, - кивнул он и перестал смеяться. - А почему ты так уверен, что не можешь служить примером? Мне вот кажется, что очень даже можешь. Хотя и не знаю, почему. - Упрямый ты, Рэни, вот что... - безнадежно подытожил я. - Могу - не могу... Ничего во мне такого нет. И ничего хорошего я в жизни своей пока не совершил... Ну почти. Плохого зато достаточно... - Совсем ничего хорошего? - тихо переспросил он. - Но так не бывает. - Может, и бывает, - сказал я с неожиданной злостью - У особо одаренных и везучих. Ладно, зато вот тебе смог помочь! Немного... (А всякие там стихи... немного музыки... какая всё это ерунда по сравнению с тем, что я не смог спасти любимого человека... Всё, хватит... Не хочу сейчас об этом думать.) Он смотрел на меня с таким изумлением, словно у меня рога выросли в одночасье. - Знаешь, Лант, если спасение жизни у тебя идет за "немного", то я даже не представляю, что же ты сочтешь достаточной помощью. Разве вообще с того света вернуть, когда кто-то уже за порог шагнул? Или это тоже в разряд "немного" попадает? - Если бы я мог! - вырвалось у меня. - Ладно, Рэни... Хорошо, что я оказался в кой-то веки в нужный момент там, где надо. Давай мы выпьем, что ли, за это... То есть за тебя. Я достал свою заветную фляжечку, взял местный стакан и отлил немного нашего вина для Рэни. - Вот, попробуй... Начинаю подавать тебе пример. Хорошее вино можно пить в любое время суток! Особенно в хорошей компании... - Спасибо! Только почему за меня-то? Надо за тебя, я-то никого не спас, - он досадливо поморщился, слезая с кровати, и подошел ко мне, чтобы взять посудинку с драгоценным напитком. - И за меня и за тебя. За нас... Я что, пропущу, что ли?! Ещё чего... Пример я там или не пример... Мы выпили. "Ага, понравилось тебе!" – радостно отметил я. К хорошему вину приучить - это я завсегда... - Пойду я, Рэни. Темно уже. А то... наверное, ждет уже... Ранша, скорее всего, действительно уже давно меня ждала.