Бесхозная вещь

      Костья направился прямиком домой, по дороге прокручивая в голове увиденное в темном дворе. Он пытался зажечь в себе ненависть, но он никак не это противное чувство влюбленности или симпатии к человеку. Так легко и быстро не влюбляются, должен пройти какой-то промежуток времени. Слишком быстро. Самая ужасная неделя непонятных разговоров, драк и чувств, моральное опустошение и полное неприятие происходящего… А сейчас будто действие наркотика закончилось, и начался новый, самый неприятный этап — ломка.       Татуированный мальчишка никак не мог влюбиться или привязаться к человеку, ведь он считал себя сильным, а все эти сопли для слабых, наивных людишек. Пустое и железное сердце, без чувств и проблем, без поцелуев, прикосновений и взглядов — вот то, чего так желал настоящий Каспер. Это — его настоящее «Я».       Оказавшись дома, Купер повалился в кровать. Ноги гудели от усталости, глаза слипались, поэтому он очень быстро погрузился в сон.       Костья медленно выскользнула из объятий, но попытавшись освободиться от одеяла, она сразу была схвачена за руку и утянута обратно в теплое гнёздышко.       — Ну… Каспер, — сипло прошептала сонная девушка, завлекая свою возлюбленную, — ну, пожалуйста… ещё пять минуточек…       Оказавшись рядом, под одним одеялом, Купер ощутила крепкие объятия. Она чувствовала любовь своей девушки, нежность и ласку. Еще ни с кем и никогда Костья такого не испытывала…       «Мне не хочется уходить. Она будто магнит или нечто большее. Я никогда не смогу простить себе, если потеряю ее. Не хочу, чтобы она плакала, не хочу причинять ей боль», — время от времени думала татуированная, наблюдая за своим сокровищем.       — Бэлла.       Блондинка приоткрыла серо-голубые глаза, и Каспер в очередной раз растаяла. Она не знала, как Кузнецова это делала, но, когда девушка так серьезно смотрела, она будто предугадывала, что хотела сделать Костья; будто она ожидала конца, и брюнетка не могла сопротивляться этому холодному взгляду сибирских глыб.       — Я не могу… Не могу так…       — Что? Что не так? — встревоженно задавала вопросы Кузнецова, хмурясь.       — Ты мое солнце, не покидай меня, прошу. Мне очень тяжело сейчас…       Кузнецова будто умела читать мысли и понимала, насколько плохо Касперу. Ведь этот мальчишка ломал себя и свои стереотипы, открывая свое сердце, проявляя заботу и чувства к кому-либо. Таким людям очень сложно находить новых друзей и тем более отношения, потому что они прятались под толстым панцирем безразличия и ненависти. Психологические травмы детства, унижения и отсутствие нормальных родителей давало о себе знать. Именно такие дети вместо веселого детства слишком рано вступили во взрослую жизнь: им пришлось учиться самостоятельно решать проблемы и зарабатывать деньги.       Аккуратно убрав темные локоны за ухо и усмехнувшись, Бэлла поцеловала Купер, а потом ее губы спустились ниже по татуированной шее, она знала, что это — эрогенная зона возлюбленной. Костья никогда не могла понять смысл засосов, постоянно ругалась и скрывала их под толстовкой, а блондинка просто наблюдала за этой картиной и злостно улыбалась, будто маленький ребенок, сотворивший пакость. Однако внутри Бэллы что-то маленькое радовалось этим красно-фиолетовым следам; ведь её засосы оставались надолго, как и синяки, поэтому со временем стали символом любви и воспоминанием прошедшей ночи…       Только Кузнецовой было всё дозволено: от прикосновения к любому участку кожи Костьи до самого сердца. Именно поэтому девушка всегда делала то, что хотела. Бэлле было плевать на запреты и правила, хотя их и не было никогда.       Раздражающий звук будильника прервал сладкий сон Каспера. Вновь один, без поддержки и любимого человека. Иллюзия, как сладкая вата — такая воздушная, ни к чему не обязывающая, но постоянно находящаяся в противовесе реальности. Костья любил сны, потому что в них жизнь и чувства были настоящими. Он мог поступать так, как действительно того желал. Семья, любящие родители, забота и любовь — это то, что не хватало маленькому ребенку, который до сих пор жил внутри Костьи Купер.       Холодный душ привел в чувства татуированного, возвращая истинное безразличие и ненависть в его душу. Только сейчас он был действительно потерян, он не желал трахать кого-то, общаться и флиртовать. Жизнь утратила прежние краски, солнце скрылось за темными тучами злости и боли. Именно поэтому, когда Каспер пришел в школу, он не стал ни с кем разговаривать, а молча прошел между рядов и сел за парту.       Петрова пришла немного позднее соседа, и дружелюбием от нее даже и не пахло. Одноклассница все еще таила обиду. Напряжение, которое присутствовало между друзьями, можно было резать ножом. Даже их одноклассники меньше шумели во время урока, опасаясь такой тихой парочки за последней партой.       Купер пробежался взглядом по классу и не увидел белобрысой белки. Как оказалось, Кузнецова не пришла в школу ни на первый урок, ни на шестой. Даже ее соседка, Лика Лужанская, не знала, что с ней случилось. Внутри, глубоко в самом сердце Костьи, вспыхнуло волнение за Бэллу, ведь она наркоманка, а после того, что произошло вчера, все может обернуться не очень хорошо.       Но, тем не менее, ненависть и раздражение к этой девчонке перекрывала всё остальное. Единственное, что Каспер сейчас желал — свершить месть, которая появилась в первый день после той драки. Но Кузнецовой не было в школе, и осуществить план не получится. Однако рядом всегда была Петрова, которая, как запасной вариант, спасала в такие моменты.       — Пошли на чердак, — впервые за день обратился татуированный к борцухе.       Настя молча встала и пошла за другом. Находясь на излюбленном чердаке, Петруха оперлась на стену, ожидая дальнейших действий друга, который скинул с себя пиджак и, посмотрев на подругу, сказал:       — Нахуй! Давай, блять, выскажись! Хули так смотришь-то?       — Ты думаешь, что вот так просто позвал меня сюда, и всё хорошо? Думаешь, сейчас трахнешь меня и все? Всё нормально? — Настя, размахивая руками, подходила ближе, проговаривая каждое слово очень четко и громко. — Ты слишком много себе позволяешь, мальчик! Каспер! Сука! Как же ты меня заебал!       Для Костьи оскорбления были как вызов, поэтому он лишь посмеялся. Затем, аккуратно убрав прядку волос за ухо Петровой, он приблизился к ней и томно, обжигая своим дыханием ее шею, проговорил:       — Ты глупая, врешь сама себе… Потому что, — облизывая чужую кожу, которая покрывалась мурашками, Купер прижал к себе девушку, из-за чего та простонала, — потому что ты любишь меня. А я, если захочу, то трахну и брошу. Трахну и брошу!       Каспер с напором прижал к стене свою жертву, отпрянув от шеи, он перешел на ее губы, и они слились в горячем и страстном поцелуе. Как же долго Петрова этого желала, наплевав на все обиды и собственные запреты. Костья, запуская руки под чужую рубашку и со всей силой сжимая Настины затвердевшие соски сквозь ткань спортивного топа, наблюдал за лицом девушки осознавая, как легко он мог пользоваться людьми, а точнее вещами.       Парнишка засунул руку в школьные штаны Петрухи, пробираясь в интимное место девушки. Мокрые трусики вместе с брюками скатились вниз, освобождая место для резких движений татуированных рук. Громкие стоны вперемешку со звуками быстрых толчков пальцев в вагине борцухи заполняли темную и отвратительную комнатку школы.       — Я тебя трахну и брошу! Трахну и брошу, — вновь и вновь говорил он на ухо, издеваясь еще больше над изнывающим телом.       — Почему? — спросила девушка, но Кас, игнорируя вопрос, продолжал издеваться, кусая и засасывая чужую кожу.       Петрова опрокинула голову назад, растворяясь в волнах нахлынувшего наслаждения от грубых ласк друга, но татуированная рука продолжала мучить жертву. Купер давным-давно сломал жестокую натуру Насти, принижая ее своими страстными желаниями. Для него эта девчонка была лишь очередным достижением из коллекции жертв.       — Громче! — приказал Костья.       — Почему? — повторила Петрова, часто задыхаясь и извиваясь. Слушая ее стоны и хлюпание влажной вагины, Каспер чувствовал свою власть. Наблюдая за поддающимся телом, он тихо и медленно ответил в самые губы одноклассницы:       — Почему? — и на лице моментально появилась улыбка, наполненная сарказмом и злостью. — Потому что я хороший…       После этих слов, Купер отпустил Петрову и покинул чердак, оставив ее одну — вот так легко этот мальчишка издевался над каждой, при этом ничего не испытывая. Никаких чувств — самое главное в жизни татуированного. Бездушный, аморальный, доминирующий и чертовски сексуальный, будто созданный самим дьяволом в противовес всем людским надеждам и верам. Он никогда не бывал в церкви, считал, что это пустая трата времени, занятие для глупых и слабых людишек, которые не могли справиться сами. И если бы действительно можно было продать свою душу дьяволу, скорее всего, Костья давно уже это сделал.       Кас не хотел трахать Петрову, в его планах было просто побить грушу вместе с ней, но такой исход событий тоже устраивал. Уроки давным-давно закончились, поэтому мальчишка направился на выход. В раздевалке он заметил компанию девочек, среди которых была Анжелика, бурно обсуждавшая вчерашнюю потасовку во дворе школы между Петровой, Каспером и Кузнецовой.       — Да, он уебок, который себе слишком много позволяет! — возмущалась Лужанская. — Этот Каспер, блять, с Петровой — два сапога пара! Теперь Бэлла из-за них страдает.       — Слышь, малолетка! — с этими словами Костья залетел в раздевалку, схватив за шею девчонку и прижимая к стене. — А в глаза слабо сказать? Хм, Лужанская? В лицо одно, а за спиной другое? — испуганные глаза одноклассницы наполнялись слезами. Кас смотрел на нее, а внутри всё горело, как самое яркое пламя. Приближаясь к ее уху, он прошептал. — А помнишь, как ты стонала подо мной? Помнишь свои оргазмы? Ах… А-а-а… Вот так… Помнишь? Хочешь я трахну тебя сейчас, а потом брошу? Хочешь… Я слышу, как ты дышишь, мелкая ты дрянь…       Лужанская выдохнула весь свой кислород, запрокидывая голову. Пытки Купера были слишком манящими, чтобы не поддаться им. Парень отпустил девчонку и, сделав шаг назад, продолжил:       — Думаешь, твоей подружке было больно? Ха-ха-ха! Смешно! И я буду делать то, что захочу, малышка… Все потому что я хороший, — Кас говорил это, пытаясь самоутвердиться. — Ах, да… Ха-ха… И твоя любимая и невинная Бэлла совсем не страдала рядом со мной… Хм, — парень, посмотрев в сторону других девчонок, усмехнулся и продолжил, — ведь единственное, что она могла сказать — это а-а-а… ах…       Купер не стал выслушивать оскорбления, схватив свои вещи, он ушел. Забывшись в работе, барыжка теряет достаточно времени, чтобы день наконец-то подошел к концу. Бредя по просторным улицам уродливого города, Купер кое-как дошел до дома, где всё остальное время он пребывал в самых отвратительных чувствах. Ревность и обида душили. Падав на кровать, Каспер отключился, сон завладел парнем, заменяя убивающую реальность необъятной фантазией.

***

Новый день. Новые проблемы. Кузнецова так и не появилась в школе. Как оказалось, следующие несколько дней этой особы не было. Одноклассники бурно обсуждали Кузнецову, ведь, по словам самого Купера, она переспала с ним. Множество странных чувств бурлили внутри брюнета, и это самый опьяняющий коктейль в шейкере бармена. Но, несмотря на сжирающее желание мести, которое боролось с необъятным беспокойством, мальчишка с головой ушел в работу, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей. Он хотел разобраться в себе, понять эти чувства, но, углубляясь в размышления, Каспер только больше путал себя. Лучше вообще никогда ничего не чувствовать, чтобы потом не было так больно и сложно. Отключая разум, он пытался разнообразить жизнь людьми, которые всегда присутствовали раньше: Митронина, Франк, Петрова и многие другие, кого он трахал, выплескивая свои переживания. Костя ничего не испытывал к своим жертвам, даже возбуждения, он развлекался. И вот уже под конец недели Купер вовсе забыл эту странную блондинку. Петрова в очередной раз доставала друга, который вовсе не желал общаться с кем-либо, ведь всю ночь он развлекался с Асей, снимая ее развратные танцы на камеру. Опаздывая на первый урок вместе со своей пассией, Каспер вообще не горел желанием появляться в школе, поэтому, сев за свое место, он попытался заснуть. Молчание пугало Настю, она не понимала, что произошло, ведь всю неделю парень был в отличном настроении. — Блять, Кас, заебал… Погнали покурим что ли? — Насть, съебись в туман, — пробормотал Каспер, — я спать хочу. — У тебя биполярочка, отвечаю. Ты в начале недели ходишь как убитый, а к концу возвращается обычный Купер, — Петруха могла бы дальше капать на мозг другу, но тот резко встал и перебил ее. — Сука, не начинай! Пошли. Оказавшись за школой, Каспер угостил одноклассницу сигаретой и, не особо слушая ее лепет, просматривал что-то в телефоне. — Сука! Кас! — Петрова толкнула парня, заставляя хотя бы немного обратить на неё внимания. — Да, что? — возмущенно ответил татуированный, отрывая недовольный взгляд от экрана и переводя его на одноклассницу. — Я как бы тоже тут нахожусь, — разводя руки в сторону, проговаривала девушка, — ничего так? Ты вообще слушал, что я говорила, а? — Да, сука, похуй… Вон, лучше посмотри, как сегодня Митрошка извивалась, ха-ха… После этих слов Каспер стал показывать видео из своего архива: на фоне играла песня «Каспийского груза», девушка вальяжно расположилась на диване и что-то писала в телефоне. Каспера не было видно, ведь он сам снимал. Они находились в квартире блондинки, потому что интерьер был богатым и красивым, не то, что в квартире у Купера. — Эй, малышка… Посмотри на меня, — Костя подошел к девушке и, схватив ее за подбородок, продолжил, — смотри мне в глаза! Кому говорю? Ася, подавшись сильному напору, посмотрела на своего мучителя, откидывая свой телефон подальше. Ослабив хватку, Купер убрал за ухо девушки мешающуюся прядь волос. От чужих прикосновений глаза блондинки закрылись, а из уст вырвался тихий стон. Татуированный сделал шаг назад и сел в кресло, продолжая снимать. — Заплети волосы в высокий хвост, — властно приказал он. — Хорошо, — приоткрыв глаза, Митронина сразу же начала выполнять задание. Однако для Каспера этого было мало, одноклассница всё ещё была слишком идеальна. Парень хотел видеть на ее месте совсем другого человека — без таких пухлых губ, больших глаз и ровного носа. Вдруг кукла встала и, как настоящая кошка, медленно подошла к своему хозяину, немного наклонившись вниз. — Что дальше, мой мальчик? — промурлыкала она. — Станцуй для меня. Танцуй так, будто любишь меня, будто без меня твоя жизнь тлен… К сожалению, дома не было ни сцены, ни шеста, но были стены и пол, использование которых могло помочь более ярко выразить свое желание отдаться хозяину. Хорошее тело, изящные движения и пошлая фантазия — главные составляющие очередного стриптиза от Митрониной. Раньше девушка занималась танцами, дело было не только в запоминании нужных движений, но и в том, что танец пропитан страстью и сексом. Тело должно быть, как минимум, расслабленным, как максимум — полностью обнаженным. Традиционное правило Каспера — не касаться его тела руками. Красивая фигурка, на мгновение замершая, начала свой танец, медленно снимая с себя никому не нужную школьную жилетку. Ее бедра двигались в такт музыке, Ася повернулась спиной к креслу, её тонкие пальцы откинули куда-то в сторону тряпочку лавандового оттенка. Каспер внимательно изучал чужое тело, снова представляя другого человека. Но сочетание в воображении образа Кузнецовой и красивого секс-танца заставило мальчишку засмеяться, ведь это несовместимые вещи. Мыслями вновь завладела пацанка со странной прической и прекрасным именем, которое так не хотелось произносить. — Ха-ха-ха… Этого недостаточно… Я же сказал — танцуй так, будто любишь меня всей душой. Мне не нравится! Митронина практически не понимала, чего именно от нее требовали, но она снова повернулась, сделала несколько шагов по направлению к своему мучителю, потом остановилась и, присев на колени, опустила голову к татуированным ногам. Каспер был прав: практически все его жертвы не были забитыми тихонями — такого цинизма, разврата и желания в глазах не было ни у кого. Они как будто пытались показать, что они лучше; хвастаясь друг другу, кто же сегодня засунул член в их вагину. Они как будто желали всей своей душой оказаться в числе деградирующих, купающихся в вонючей массе говна, девушек. Пухлые губы Барби покрывали поцелуями ноги и обувь Каспера, который получал настоящий кайф от этого, ощущая себя настоящим господином. Красивое юное тело еще не оголилось, и это раздражало мальчишку. Только без одежды Ася была нужна ему. Если была бы такая возможность, Костья не хотел знать даже имен своих жертв. Одноклассницы понимали, что отношений не будет никогда; только секс, который можно назвать подарком судьбы и завершить одной ночью или днем, без разницы. Выгибающаяся девушка приподнялась и, облизывая грязные губы, стала аккуратно расстегивать свою рубашку. Волосы не были слишком туго затянуты в хвост, и из-за этого резинка слетела, распуская длинные пышные пряди. Губы наблюдающего изогнулись в дьявольской усмешке. — Стоп! Завяжи волосы и продолжай. Если бы существовала премия для «Самой извивающейся шлюхи», то именно Митронина стала бы победительницей. Ведь своей гибкостью и грациозностью движений она заманивала в капкан разврата каждого второго. Любой мужик по щелчку пальцев летит за ней, проебывая последние деньги на прихоти малышки. Как бы не обзывали Асю, она всегда шла вперед с кошачьей ловкостью и приподнятой головой, наслаждаясь этим негативом и грязью. Когда одноклассница поворачивалась спиной, Касперу казалось, что это действительно Кузнецова. Но Митронина, кем бы она сейчас не являлась, была опаснее любого зверя: жесткость внутреннего дьявола не сравнить с мягкостью и робостью. Даже опускаясь перед Костей, разводя ноги в сторону, девушка держала голову гордо, а её глаза все также были прикованы к парню. Но это не те глаза, в которое хотелось бы смотреть вечность. Песня «Каспийского груза» сменяется на новую, от которой у брюнета пробежали по коже мурашки: Каждый день мы друг другу врём, Тёмный ром, белое вино; Грязный секс, пока не рассвело, Миллион чувств, только не любовь. Это не тот человек. Не то место или обстоятельства для этой песни. Если бы взгляд Бэллы был кинжалом, его кожа была бы уже давным-давно разрезана на тонкие кровоточащие ленты. Вновь эта блондинка. Каждый раз, когда татуированному удавалось забыть её хотя бы ненадолго, она появлялась во снах, фантазиях; или кто-то в классе произносил ее паршивую фамилию. И именно сейчас эта песня заиграла, это было уже слишком даже для Каспера. Ты пиздец отвязная, а он даже не тусит. Ты даже не спрашиваешь, он тебя отпустит. Я даже не спрашиваю, но ты его любишь. Я не понимаю, возможно, мне не нужно. — Стоп! Хватит! Остановив Асю, которая намеревалась превратить соблазнительный танец в хороший секс, Купер со всей силы сжал её запястье. Недоумение и шок отражались в глазах девушки, её губы разомкнулись, чтобы задать вопрос, но этого не потребовалось. Видео закончилось. Каспер сразу же убрал телефон в карман, поджигая еще одну сигарету. Петрова, уже докуривая, стояла рядом и переваривала увиденное, пыталась правильно сформулировать вопрос. Раньше Каспер никогда не показывал ей свои домашние видео. Не значит ли это, что они уже не так ему важны? Девушка понимала: ее горячо любимый друг жесток в постели не только с ней, но такого она не ожидала. — Эмм… И ты считаешь это нормальным? — хмуря густые брови, сказала борцуха. — Что? — заданный вопрос немного озадачил Каспера. — Что именно? — Ну… Наверное, то, что она целовала твои ботинки? — татуированный расплылся в странной усмешке. — Бля, не знаю… Это слишком… — Ну… Она сама решила так сделать. Ася — удивительная девушка, — с его лица так и не сходила улыбка; ему нравилось, что Петрова наконец-то начала понимать его дьявольскую натуру доминанта. — Мне нравится ее смелость, решительность. Она готова всё сделать ради меня. Блять, это охуенно. — Фу, Каспер! Ты такой мерзкий и противный! — Да, я сам дьявол! — выкинув бычок в траву, паренек погладил плечо одноклассницы и, посмеявшись, продолжил. — Ха-ха-ха… Пошли, нахуй, домой, мне тут скучно. Тяжело выдохнув, Петрова поплелась за другом, который направился за ворота школы. Ее красивая картинка рухнула, а влюбленность резко сменилась отвращением и разочарованием. Раньше она считала, что сможет изменить его, поставить на правильный путь, но все попытки, как оказалось, безуспешны. Никакой нежности или ласки добиться так и не получилось. Единственное, что может поменять такого человека — наверное, настоящая любовь и чувства. Но кто сможет полюбить такую тварь, как Костья Купер? Любой. Но сможет ли он полюбить в ответ?.. — Блять, Насть, заебешь нахуй. Хватит там мысли свои гонять! Короче, погнали ко мне, спать хочу пиздец. — Нахуй? Чего мне у тебя делать-то, если ты дрыхнуть ляжешь? — Приготовишь по-братски похавать, — Каспер приятельски приобнял ее за плечи, — пожалуйста… — Не хочу. — Петрова! Блять! Приготовишь нахуй и все. Оказавшись дома, друзья разулись и разошлись по разным комнатам. Парень завалился спать, а Настя ушла на кухню, углубляясь в раздумья. Купер обожал еду, которую готовила Петруха, ведь она делала её с душой и любовью, в отличии от самого парнишки. Девушка научилась готовить благодаря своей маме и частым походам в лес, где со своими знакомыми они готовили на открытом огне. Однако на данный момент никакого желания готовить не было, Петрова была расстроена и морально раздавлена. В её голове крутилось множество вопросов, которые остались без ответа. Настя, вроде бы, знала Костью как облупленного, но при этом не знала ничего. Именно сейчас девушка осознала, что это была не влюбленность, а, скорее, привязанность, как к старшему брату, который всегда рядом. Да, хотелось радоваться, ведь борцуха наконец-то разобралась со своими чувствами. Всё это время она будто пыталась понять сложный механизм, который так отлаженно работал и внезапно сломался. Ее размышления прервал телефонный звонок от друга из группы по борьбе. — Алло. — Привет, Настюха! — радостно крикнул в трубку парень, — Я, блять, сука! — Что? — спокойно говорила девушка. — Можешь не орать, говори спокойнее… — Первое место, короче… — Ебать! — от этой новости борцуха подскочила с места, срываясь на крик. — Ахуеть! Поздравляю! — Короче, сегодня у Никиты собираемся, нахуй наебенюсь в говно. — Блять, малой, сука, как я рада! Без бэ, прилечу. С меня причитается. Скинув звонок, Настя ринулась к Касперу в комнату. Брюнет уже сладко посапывал на своей кровати, откинув одеяло в сторону. Будить его одноклассница не решилась, пожалела. Укрыв одеялом татуированное тело, она удалилась обратно на кухню, чтобы сделать то, ради чего пришла. Все нужные продукты Петрова нашла в холодильнике. Звук включенного телевизора немного отвлекал девушку, поэтому время пролетело незаметно. Суп и горячее стояли на плите нетронутые, пока Анастасия терпеливо ждала пробуждения Каспера, покуривая сигарету. Девушка была безумно рада за Карена, своего друга, который победил в соревновании. В какой-то степени, их знакомство началось не очень, ведь Петрова чуть не убила его. Тогда, полгода назад, Настя стояла около спортивного зала, перематывала руки и уже хотела зайти, но вдруг на ее плечо легла чужая рука. Девушка не любила, когда подходили сзади, у нее автоматически срабатывала защитная реакция. Именно это и произошло. Захват, и чужое тело полетело через плечо борцухи; секунда и девушка нависла над парнем. Всё могло бы закончиться печально, если бы не ее тренер, который вовремя вышел из зала. — О-о-о… Заебись, вкусно пахнет, — прервал воспоминания Каспер, который уже клал в свою тарелку горячую еду. — Спасибо, Петр Первый, ха-ха-ха… — Блять, фух… Напугал! — проговорила Настя, возвращаясь в реальность. — Ты сама-то будешь жрать? — Не, я не хочу. Ты давай шустрее хавай, сейчас попремся к моим друзьям. Не прошло и получаса, как они вышли из дома. Петруха подробно рассказала, куда они идут, но суть всех вечеринок одна — нажраться в щипаря. Яркое солнце согревало теплом в последние деньки бабьего лета, красочные листья украшали улочки города, по которым друзья направлялись на вечеринку. Всё празднование будет проходить на квартире Никиты, которого Костья немного знала. Вообще, татуированный был знаком практически со всей спортивной шайкой, часто бывал на их соревнованиях или тренировках. Оказавшись в эпицентре алкогольной тусы, парень присел на диван и закурил сигарету. По сравнению с друзьями борцухи, он казался слишком идеальным, стройным и вообще не похожим на остальных, но этот факт не особо волновал. Заливая в себя очередную бутылку пива, Каспер наблюдал за окружающими, изредка отвлекаясь на разговоры с кем-нибудь. Танцевать совсем не хотелось, хоть музыка и была ритмичной. Желание раствориться, исчезнуть и больше никогда не видеть эти убогие многоэтажные дома, заброшки и унылые, до блевоты, лица, все чаще посещало разум Каспера. Ебаные окна, в которых каждый вечер загорался свет, где жила какая-нибудь семья, раздражали. Солнечный свет, будто движение острого лезвия по нежной коже, приносило одну боль. Иногда человеку, внутри которого долго собиралась боль, довольно одного исключительно взгляда или прикосновения, чтобы забыться и отпустить все. Но лишенный этих прикосновений и взглядов, он вновь проваливался в депрессию, разрушая себя изнутри. Привязанность — самое отвратительное чувство. Человек переставал по-настоящему жить, он просто существовал. Молчание и одиночество забирали людей, с каждым разом убивая личность внутри. Сначала чувствуешь дикую боль, которая разбивает твое сердце на тысячи осколков, затем появляется опустошение. Ничего нет, никаких чувств. Догорая и выжимая последние силы на радость и смех, человек пытается натянуть эту фальшивую маску, которая уже стала привычна для окружающих, ведь никому нахуй не сдались твои проблемы. Одному быть проще. Легче. Не зная чужих проблем, не делая себе хуже. Жить ночью, потому что меньше народу, который может увидеть тебя, а умирать днем от обилия света и знакомых лиц. Одиночество очень опасно, оно завлекает спокойствием; и, ощутив его однажды, ты больше не захочешь иметь дело с другими состояниями. Ты пропитаешь организм никотином, музыкой и собственными загонами. Одиночество, как наркотик, попробовав единожды — не сможешь отказаться никогда. Ничего не изменилось с тех пор, как Костя пришел сюда. Алкоголь не помогал, как и наркота. Затуманенный разум лишь немного сокращал время. Касперу только восемнадцать, а чувствовал он себя на все восемьдесят. Ощущая пик жизни, попробовав все, что только можно, он готов к смерти. Дело не в Кузнецовой или какой-нибудь шлюхе. Все его переживания находились глубоко под кожей, в самой маленькой частичке мертвого сердца, которое лишь сокращалось и гоняло кровь по сосудам. Каждый сантиметр собственного тела противно душил, хотелось уснуть и не проснуться. Костья Купер готов к любому исходу. А что терять? Всё, что можно, уже потеряно и проебано… — Кас! — оглушающий крик из толпы, вывел парня из транса. — Каспер! Состояние брюнета нельзя было назвать адекватным, ведь он был сильно пьян. Музыка вокруг стала спокойнее, кажется, это был Lizer, однако уже не так важно. Многие ребята спали или сидели на полу, пьяные и обдолбанные. Возможно, среди них были и те, кто никогда в своей не употреблял, поэтому поймали такой сильный кайф. Сквозь толпу выпивающих парней пробиралась подруга Каспера, которая во все горло кричала его имя. Подойдя ближе, она долго смотрела в его стеклянные глаза, пытаясь понять, жив ли он вообще. — Каспер! Сука! — прорычала борцуха, похлопывая его по щекам, — Ответь мне! — Что? — тихо, буквально шепотом промычал мальчишка. — Пошли, — девушка попыталась поднять татуированное тело на ноги, хватая его под руку. — Вставай, говорю! — Блять! Отстань! Я сам могу встать! — срываясь на крик и отталкивая от себя подругу, Костья все-таки вернулся в реальность, накидывая на себя маску фальши и дерзости. — Чего ты от меня хочешь? — Курить пошли, у меня сиги закончились. Закатывая глаза, Купер направился ближе к выходу. Малознакомые лица кружились в танце, выпивали и, занюхиваясь, погружались в экстаз наркотического опьянения. Разбитые и опустошенные бутылки валялись повсюду, сейчас вечеринка была больше похожа на притон наркоманов, нежели спортсменов. Проходя мимо очередной комнаты, дверь в которую была приоткрыта, Купер заметил не очень красивую обстановку: девушка с длинными волосами сидела на коленях, а перед ней стоял какой-то парень со спущенными штанами. Она ему отсасывала. Мерзко и противно. Но Каспер ничего с этим поделать не мог, ведь это выбор каждого — кого любить и кому отсасывать. Пройдя немного дальше, Костя засомневался и остановился, потому что лицо этой девчонки на секунду показалось знакомым. Петрова не стала останавливаться и скрылась за дверью. Парень вернулся к той комнате и, немного приоткрыв дверь, внимательно осмотрел девушку, которая продолжала заглатывать чужой член. Темные длинные волосы, стройное тело и миловидное личико. Тусклый свет слегка освещал комнату, силуэты людей и их действия. — Слышь! Ты кто? — оборачиваясь, закричал парень. — Тебе чего надо? Каспер моментально зажмурил глаза и, захлопнув дверь, ушел в подъезд. Смущение и недовольство от увиденного резко озадачило парнишку. Спускаясь по лестнице, Костья подошел к подруге, которая смотрела в окно обшарпанного подъезда. Друзья молча стояли, прикуривая сигареты, каждый о чем-то размышлял, делиться не хотелось. Вид действительно был шикарный, успокаивающий. Под покровом ночи и бледно-голубой луны город казался более душевным. Голубая или золотистая луна непонятно почему напоминала о ней. Оглядываясь на прошлое, захотелось вернуться на тот кожаный диван с наркотой. Вновь эта Кузнецова. Как получилось, что между татуированным и этой девочкой проскочила искра? Кас пытался отшутиться, мол, это лишь очередная игрушка, она ничего не меняет. Но этими мыслями он лишь усугублял и без того хуевое состояние. Он сжирал себя изнутри. «Просто признайся, — думал парень, затягиваясь сигаретным дымом до черных кругов, — будь честен, хотя бы сам с собой. Не хочешь быть жалким, но являешься им. Для тебя это было «всё», но ты не показываешь, потому что боишься. Боишься вновь разбитого сердца, души и правды. Боишься показать настоящего себя. Отчасти понимаешь, что ей все равно на тебя, и ты ничего не значишь для нее. Пиздец, как же это больно. Сраные мысли и размышления». — Милый, а не поделишься со мной сигареткой? Купер обернулся на звук. Отсасывающая незнакомка пришла сюда, видимо, покурить после минета, чтобы перебить привкус спермы. Ее пьяное тело скатилось по стене, а лицо расплылось в самодовольной улыбке. Но зрачки, их будто и не существовало. Под кайфом. Костья сделал несколько шагов ближе и, присев на корточки рядом, протянул девушке сигарету. — Ты хоть совершеннолетняя, чтобы курить и сосать парням? — Да! — ее брови моментально изогнулись дугой, выражая полное негодование. — Хочешь отчитывать? Тогда пиздуй к кому-нибудь другому! — Ха-ха… Глупая, мне вообще параллельно на тебя и на то, что ты делаешь, —Капер встал и, устремив взгляд куда-то вдаль, продолжил. — Просто ты слишком омерзительно выглядела, когда сосала. Неопытная. — Так научи. — Хм… Нет, не сегодня и не в этой жизни… — Почему? — Знаешь, я кое-что понял… Я не хочу больше коллекционировать кукол, слишком много одинаковых и пустых… — Ты вообще о чем? — девушка встала и, выкинув окурок, продолжила. — Какой-то ты странный. — Я? Странный? — удивленно проговорил Каспер. — Хм… Нет, моя дорогая, я лишь говорю по фактам, а не сосу незнакомцам. — Блять! Свалите нахуй! — позади, где-то со стороны дверей алкогольной квартиры, послышались крики. Это был тот самый парень, которому только что отсосали. — Даяна, сука! Хули тебя найти невозможно? — Я покурить вышла, — ответила темноволосая. Костья молча наблюдал за приближающимся пьяным телом. — Ты кто еще такой? — обратился парень к татуированному. — Хм… Я? Я — никто. Тебе не обязательно знать, кто я. Лучше следи за своей барышней. — Даяна! Пошли отсюда быстро! — парень схватил за руку девчонку и потащил за собой. Незнакомка удалилась, оставляя Купера одного. Петрова ушла еще до появления этой куклы со своим другом, наверное, с Кареном. Так могли проходить дни без Бэллы, но алкоголь давал немного больше уверенности Косте, который долго не мог решиться вернуть ее в свою жизнь. Именно из-за этого ноги понесли его в сторону дома белокурой бестии. Была суббота, конец недели, а причина переживаний Каспера так и не появилась в школе, но она то и дело мелькала в его мыслях. Приближаясь к дому Кузнецовой, Каспер метался в сомненьях нужна ли ему эта девчонка или нет. Ведь всю жизнь девушки были лишь развлечением. Он изучал чужие тела, их изгибы и реакции на различные прикосновения мальчишки. Можно сказать, Костя учился доставлять удовольствие одним прикосновением, даже не снимая чужих трусов. Эта игра являлась очередным хобби мальчишки. Не имея члена в штанах, он научился правильно обращаться с женским телом, которое извивалось в его руках как змея. Грязные кроссовки, местами порванные уже не согревали как раньше, но ему было плевать. Плевать не только на жгучий мороз и ужасную обстановку, но и на все, даже на свою жизнь. Яркие краски этого мира сменились серостью, болью и безразличием. Вы видели как люди ломаются, будто спички? Наверное нет. Эта история началась давно, но только сейчас паренек понимает, что это конец. Конец «сказки», которую так утвердительно внушают взрослые своим детям. Ведь будучи взрослым, человек понимает, что никакой сказки не существует. Принца на белом коне и волшебства нет. Все блеф и наглое вранье. Каждый раз прокручивая всю свою жизнь в голове, мальчишка не видел смысла дальше жить. Всего лишь один шаг отделял его от долгожданной смерти. Но если бы он все-таки это сделал, то не находился бы сейчас в тяжких раздумьях. Одинокий и закрытый в себе, скрывающий все за лживой улыбкой. Каждый человек становится таким, его ломает общество и деньги. Если вам говорят, что в жизни деньги не главное, то смело забывайте эти слова. Деньги в нашем мире сейчас главное. Ведь никто не будет с тобой рядом, если ты будешь бомжом. Без денег ты никто. И такого внимания со стороны женского пола не было бы. Но только у самого дома, Каспер понял, что совершенно ничего не знает о белокурой бестии. Нет вообще ничего, что могло бы хоть как-то помочь найти ее. Мальчишка присел на лавочку и отыскав телефон, начал искать Кузнецову во всех социальных сетях. Вводя вновь и вновь это заезженное имя, Каспер лишь находил неизвестные профили девушек, но не той, что снится ему ночами. Вся эта ситуация уже начинала раздражать, будто привидением по имени «Каспер» являлся не сам Костья, а эта пацанка. Разум мальчишки был изрядно затуманен, ведь количество выпитого алкоголя на холоде лишь сильнее действовало. Именно из-за этого время летело незаметно, да и замёрзшие части тела изрядно пробивала дрожь. Оглядевшись на пустой и грязный двор, мальчишка закурил. Пятиэтажная панелька, что скорее всего была построена несколько десятилетий назад, вызывала лишь отвращение. Слишком много разбитых и мертвых душ в этом мире, что так отчаянно пытаются найти свет в конце туннеля, под названием «жизнь». А оказаться очередной такой душой, что будет каждый день ходить на работу и возвращаясь в свою обшарпанную квартирку, проводить оставшееся время за просмотром очередного сериала, не входило в планы татуированного парнишки. Как только сигарета догорела до самого фильтра, Купер наконец-то вернулся в реальный мир, ведь его подушечки пальцев неприятно жгло. Откинув в сторону окурок, мальчишка вновь обратил своё внимание на телефон, ожидая чуда, которого к сожалению не было. Одна лишь надежда сидела на этой мокрой лавочке вместе с Костьей, заставляя вновь обращать свой взор на окна пятиэтажного дома. Бессмысленно рассматривая в горящих окнах чужие силуэты, мальчишка почувствовал себя неловко, будто он какой-то маньяк, что наблюдает за своей жертвой. Хотя так и могло быть, если бы он знал точное местоположение своей «бесхозной вещи». Откинув в сторону мрачные мысли, он вызвал себе такси. Но что-то внутри все равно останавливало мальчишку, ощущение того, что произойдет что-то плохое или же происходит не покидало его. Тревога, беспокойство, страх- миллион чувств, но никак не влюбленность. Признаваться самому себе — ниже собственного достоинства. Именно поэтому одинокий парнишка до сих пор стоит в ожидании своей машины. Однако домой ему вовсе не хотелось, вообще ничего не хотелось этой душе в теле парня. Чистая пустота в человеческом обличии — точное описание Костьи Купер. Серебристый автомобиль заехал во двор, но витающий в облаках брюнет совсем не обращал внимание на это. Он лишь упорно стоял и рассматривал чужие окна, в которых загорался свет, в надежде увидеть ее силуэт. Внезапно раздражающий гудок такси заставил Купера придти в себя. — Эй! Парень?! — громко закричал водитель, приоткрыв окно водительского сиденья, — Это ты такси заказывал? Ты вообще собираешься ехать? — А? Что? — опомнившись, Каспер посмотрел в сторону таксиста, — Да… Да, я еду. Не спеша силуэт татуированного человека приблизился к ожидающему автомобилю, изредка оборачиваясь назад. Оказавшись уже в самой машине, Костья понял, что все эти размышления слишком сильно давят на него, ему тяжело справляться в одиночку. Он чувствовал себя атомной бомбой, что вот-вот взорвется. Поэтому быстро набрав номер Петровой, он решил встретится и выговорится ей, дабы хоть немножечко понять самого себя. Долгие гудки в трубке разрушали уже все надежды нашего мальчишки. Первый пропущенный, второй, третий… — Эй, мужчина, — резко начал Костья. — Да? Чего? — обернувшись, ответил водитель. — Короче надо на другой адрес, я заплачу- продолжил брюнет, — на Гагарина 3. — Ладно, — недовольно, но все же отвечал таксист, — на две сотки больше будет тогда. — Да, похуй, без проблем. Каспер понимал, что Петрова осталась в том коттедже и скорее всего напилась вусмерть. Но несмотря на свои моральные загоны, Костья не мог просто так кинуть своего товарища и друга. Ехать надо было недалеко, поэтому спустя пару минут автомобиль прибыл в пункт назначения. Расплатившись с водителем, Купер поспешил в самое пекло алкоголя, наркотиков и разврата. Поднимаясь выше по лестнице, брюнет видел пару — тройку людей, что разбирались в подъезде, махаясь кулаками. Музыка уже не так сильно орала на весь дом, а лишь приглушенно играла на фоне. Мальчишка смотрел со стороны на этих чудовищ, понимая, что именно также он выглядит со стороны. Стало мерзко и противно от вида пьяных тел, что будто зомби желают лишь одного — показать себя. Разве есть смысл в этом? Скорее всего — нет. Это лишь воздействие алкоголя, наркотиков и общества. Каждый из нас хочет быть замеченным, любимым и желанным. Однако делая это на трезвую голову, желаемое получать намного приятнее, нежели быть избитым и изнасилованным. Но не это главное. Проходя мимо разных комнат, Купер искал свою подругу, высматривая ее в спящих силуэтах. Но долго бегать в поисках не пришлось, ведь Настя выходила из туалета в этот момент, что сразу же заметил брюнет. — Блять, Петрова, наконец-то! — воскликнул Купер, — Я заебался тебя искать и названивать. — Чего? — возмущенно начала длинноволосая, попутно заправляя свою футболку в джинсы, — Хули меня искать? Я тут была. — Не суть, погнали отсюда нахер. Ты кстати не особо ужралась, я смотрю. — Хах, ну типо того, — посмеявшись ответила девушка, — А ты нахуй искал меня? — Поговорить хотел, но не здесь. Пойдем отсюда? — Ладно, хорошо. Отыскав свои вещи, Петрова накинула их и поспешила покинуть это помещение. Догоняя своего друга, который уже стоял на улице и прикуривал сигарету, Анастасия проверила свои телефон, на котором было множество пропущенных от Костика. Серый ядовитый дым от сигарет обволакивал всего Купера, будто он действительно был создан самим дьяволом. Смотрелось очень изящно, хоть и ничего такого не происходило. Некая эстетика депрессивной и грустной России присутствует в каждом из граждан этой великой страны. Не бывает оптимистов или пессимистов, есть обычные люди, что каждый раз обжигаются и учатся на своих ошибках. Они начинают закрываться, скрывая свои настоящие чувства за шутками или смехом. При всех, в огромном обществе они не будут такими же яркими и чистыми, как раньше. Все слишком сильно влияет на искренних и правильных личностей. Точно также и произошло с ним, Костьей Купером, в прошлом Викой Беляевой. Эта ранимая девчонка, что любила рисовать только красным и оранжевым оттенком, сменила свою кисть на тату-машинку, а холст на собственную кожу. Теперь присутствует только черный цвет, только мрак и депрессия. Слишком рано повзрослела, вкусив все отблески взрослого мира еще в детском доме. Никто не был рад ее появлению на детских праздниках или мероприятиях, обделяя ее вниманием. Унижение и насмешки со стороны сверстников или же преподавателей ломали ее, все больше создавая силуэт мальчишки с короткими волосами. Однако эти изумрудные глаза блестели при виде своего верного друга, по имени Анастасия Петрова. Она была и есть, как глоток свежего воздуха, средь клубов ядовитого смога. Лишь в ней, Каспер чувствовал верность и преданность. Как и раньше, он сбегал ото всех к ней, когда было невыносимо и тошно. Только татуированный это понял еще в детстве, когда терялся в очередных попытках самоубийства, но останавливался и просил помощи у Петровой. Эта история слишком длинная, чтобы рассказывать ее полностью. Слишком грустная, но не как сериал «13 причин почему?», ведь все остались живы. — Я так понимаю, все хуево? — Хм, да…- ответил Купер, выбрасывая окурок в сторону, — Да, Насть, я в полной жопе… — Кузнецова? — Да… — Я так и поняла. Пошли на лавочку, — продолжила борцуха, проходя ближе к детской площадке, — посидим, расскажешь… Следуя за своей подругой, Каспер присел рядом, но начать рассказывать так и не мог. Пытаясь разложить все по полочкам, он схватился двумя руками за голову, размышляя с чего начать. Перематывая кассету головного мозга, мальчишка вспоминал когда же это началось, что захотелось забрать человека себе и никому не отдавать. — Как ты поняла, что Кузнецова? — не спеша начал мальчишка. — Ну-у. Ты смотришь на нее по-другому, защищал от меня, хотя никогда такого не делал, я еще тогда заподозрила тебя. Подумала, может эта твоя новая пассия, но потом поняла, что это не так. Когда ты видео с Асей показывал, ты попросил ее завязать волосы в пучок. Как бы все нормально, но не в твоем случае, ты слишком придирчив к деталям. Я слишком хорошо знаю тебя, поэтому давай уже рассказывай… — Я даже не знаю с чего начать, блять… Это слишком сложно, понимаешь? Я не знаю, не знаю… Просто не понимаю, чего, сука, хочу. Типа, она, как запретный плод, но не такой как все. У меня много сомнений и проблем из-за нее. Я вроде хочу увидеть ее, но последний раз, тогда, в школе. Эмм… Ну, когда вы чуть ли не подрались, я вообще не был рад ее появлению. Может это из-за тебя, может из-за чего-то другого, — Каспер откинувшись на спинку лавочки посмотрел на борцуху, а затем продолжил, — Я очень запутался. Мне очень плохо… — Ммм, я даже не знаю, что сказать. У тебя не может быть проблем из-за какой-то девчонки, вы даже не общаетесь. Это во-первых, — девушка томно вдохнула и устремив свои взор куда-то вдаль, продолжила, — Я могу помочь тебе с ней, типо у мамки сто процентов есть какие-нибудь документы в школе, но не больше. Ты — слишком избалованный, с завышенной самооценкой, хотя на самом деле маленький ребенок, что скрывается за этой оболочкой. И не спорь со мной! Сам это знаешь. — Да, я знаю, что это правда. Я сам понять не могу когда так все закрутилось, что меня так зацепило. Типа, я не знаю, чего хочу. Раньше хотел отомстить за драку и трахнуть, но когда была такая возможность, я и пальцем ее не тронул. Понимаешь? Эта девчонка, как погода, сука, меняется. А я. Я будто собачонка, бегаю и подстраиваюсь под нее. Меня уже раздражает это. Так противно от самого себя. Татуированный мальчишка молча достал пачку сигарет и закурил, угостив перед этим свою подругу. Каждый из друзей переваривал внутри себя сказанное, растворяясь в облаке сигаретного смога. Легкое молчание и никакого напряжения. Взаимопонимание между двумя людьми это очень редкое явление в современном мире, которое они нашли друг в друге. Как магниты притягивались, не разрывая свою цепь мелкими ссорами или пустяками. Никакие деньги или драгоценности им не нужны, ведь людей не меняют на бумажки и кристаллы. — Знаешь, Насть, я давно это скрываю, но тебе хочу рассказать. Ты прости, если я тебе врал и скрывал это, но я торгую наркотой. —Я знаю, все нормально. Не переживай.  — с улыбкой на лице обратилась подруга, — Каспер? — Ай? — Ты просто влюбился…