Переходный возраст

            Утер до поздней ночи просидел за бумагами, прекрасно понимая, что позже все это придется перепроверять, ведь сейчас все мысли были только о сыне. О глупом упрямом сыне, который вдруг куда-то исчез…        — Арчи, — позвал король, и Артур не сразу отозвался, ведь еще не привык к этому новому имени, которое, к слову, ему никогда не нравилось. Поняв, что обращаются к нему, принц поднял голову, и уши его сами собой встали торчком.        — Идем. Погуляем, — коротко произнес Пендрагон и открыл дверь, пропуская щенка вперед. В коридорах было прохладно и темно, а еще пустынно. Король вдохнул полной грудью ночной воздух и направился в сторону дверей, ведущих в королевский сад. Артур поплелся за ним, с любопытством обнюхивая все вокруг.       Они сели на скамейке, возле куста сирени, посаженного по требованию Морганы. Вернее, сел король, а Артур устроился у его ног, с любопытством обнюхивая все вокруг. Он так увлекся этим, что обернулся на отца лишь тогда, когда тот протяжно вздохнул. Принц поднял голову, и ему вдруг показалось, что король как-то постарел. Его зеленые глаза с какой-то добродушной насмешкой наблюдали за Артуром, и принц хлопнул хвостом по земле: ему был знаком этот взгляд. Так смотрел на него отец, когда юный Пендрагон возился в его кабинете с игрушками.        — А что, если он погиб?.. — хрипло произнес Утер. — Мы столько ссорились, он все не понимал, что я желаю для него блага, что я люблю его, что не хочу видеть, как он повторяет мои ошибки… Что его непослушание может привести к страшным последствиям. Но это все неважно… Неважно, чего я хотел, я не смог ему этого объяснить. Я не уберег нашего мальчика, Игрэйна. Где теперь искать его?       Король поднял взгляд к звездам, будто только там ему могли дать ответ на эти вопросы. Артур же чувствовал нечто странное… Смесь удивления, раскаяния и тихой нежности. Ну почему, почему отец никогда не скажет ему все вот так, без сурово сведенных бровей и холодного тона? Он пошел бы за ним на край света за одно только это тихое «люблю». От матери младшему Пендрагону досталась мягкость и открытость, которую могли посчитать за слабость. Артур с малых лет приучал себя не показывать эти свои качества даже в кругу семьи, прячась за дерзкими ухмылками и наглостью, а в кабинете отца — за покорностью и нарочитым спокойствием.       Возможно, все это время он просто хотел услышать эти слова?.. Пусть без лишних эмоций, но искренние и тихие, чтобы слышал их только он. Возможно, именно за этим он каждый раз возвращался в кабинет отца, чтобы с вызовом взглянуть ему в глаза? Артур не знал, он не умел анализировать свои эмоции. Однако в этот момент он очень стыдился своего поведения, и ему безумно хотелось сказать об этом своему отцу и королю. Пододвинувшись ближе, он положил морду на колени Утера, ткнувшись холодным носом в шершавые ладони.       Утер вновь посмотрел на него и чуть улыбнулся, проведя рукой между ушей собаки. После он опустил ладонь, но Артур вновь подлез под нее носом, щекоча кожу теплым дыханием и вынуждая продолжить. Король с легкой усмешкой гладил щенка по голове и, кажется, план принца сработал: он хотя бы чуть-чуть, но отвлек отца от тяжелых мыслей.        — Глупый ребенок… — пожурил его Утер, и хвост принца предательски шумно застучал по земле, собирая на себя пыль. Он почти скулил от счастья, будто все проблемы остались позади. Кроме одной, самой важной. Отец все еще не знал, что перед ним сидит родной сын, а не какой-то там Арчи…

***

      Мерлин обследовал все места, куда мог пойти принц, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Он ясно чувствовал магию поблизости, но никак не мог понять, где ее источник. Вчера днем, после обеда, он почувствовал ее в саду, а на следующий день понял, что ошибся, почуяв что-то возле покоев короля.       Маг притаился за углом, ожидая, когда король уйдет. Тогда, возможно, он сможет незаметно пробраться в его покои и все там обследовать… Когда король вышел, за ним по пятам следовал щенок с золотистой шерсткой. Он бежал, махая хвостом из стороны в сторону, и звонко цокали коготки о каменный пол. Мерлин улыбнулся: собак он любил.       Однако когда пес вдруг остановился и вытянулся, ловя что-то в воздухе, маг понял, что совершил ошибку: собака его учуяла, и сейчас приведет к нему короля. Но щенок вдруг посмотрел в его сторону, пристально и даже как-то грозно, а затем потрусил за Утером. Мерлин готов был поклясться, что этот взгляд ему знаком. Даже более, чем знаком: он каждый день сталкивался с ним, когда принц отдавал очередной приказ.       Идти в покои больше не нужно было, потому что маг сразу понял, куда делся его венценосный осел. Точнее, теперь уже не осел… Впрочем, неважно. Ему в любом случае необходимо вернуть прежний облик. Мерлин побежал в сторону покоев Гаюса, чтобы попросить лекаря о помощи и порыться в книгах.

***

      Артур радостно чавкал, засунув морду в глиняную миску, когда двери распахнулись, и на пороге появилась Моргана. Утер удивленно поднял брови, хвост Артура вновь забил по земле.        — Моргана? Ты же только должна была приехать в королевство… — начал было Пендрагон, но принцесса прервала его:        — Я, конечно, эгоистка, но не настолько, чтобы веселиться там, пока Артур непонятно где, — гордо сообщила девушка, сев за стол. — Да и Арчи притомился, все-таки надо было оставить его с тобой…        — Так ты ведь и оставила, — хмуро произнес Утер, которому казалось, что это он медленно сходит с ума.        — Что? Я же оставила записку, что забираю его с собой… Он такой скандал устроил, всех на ноги поднял, — ответила Моргана, ответив отцу недоуменным взглядом.        — Ну хорошо… А это тогда кто? — король поднялся и указал на Артура, который никак не мог проглотить кашу, слушая этот разговор.        — А это еще один хороший мальчик… Иди сюда, мой маленький… — заворковала Моргана, и Артур побежал к ней, надеясь, что любовь сестры к всякого рода живности спасет его от псарни хотя бы на некоторое время. Он положил морду ей на колени, испачкав подол платья в каше.        — Чертовщина какая-то… Сегодня же отдам приказ увести его на псарню, — проворчал Утер, хмуро продолжив обед. — Видимо, какой-то слуга подумал, что выпустил твоего Арчи и подсунул мне вот это, чтобы спасти свою шкуру от розог.        — Ты что, только розгами бы его наказал за потерю моего Арчи? — даже как-то обиделась принцесса.        — Моргана… Это собака, — закатил глаза Утер, но принцессу этот аргумент, похоже, не убедил. Она продолжала гладить Артура по голове.        — Нельзя ему на псарню… Смотри, какой он красивый. Какие глазки, какие ушки… Шерстка какая. Он прямо королевский пес! А не какая-то гончая… Возьми его себе. Для внушительности, — предложила девушка, заискивающе глядя на Пендрагона. Но тот упрямо мотнул головой, не готовый обсуждать нечто подобное, пока место принца за столом пустовало.        — Рик! На псарню его, — коротко бросил он своему слуге и встал из-за стола, не замечая осуждающих взглядов дочери.       Когда слуга подхватил его на руки и, кряхтя, потащил на псарню, Артур по началу сидел смирно. Но стоило им дойти до выхода из замка, как он обнажил зубы и укусил несчастного слугу за руку. Тот вскрикнул и ослабил хватку, и принц уже через секунду вновь был на свободе. Со всех ног он помчался прочь, про себя прося у Рика прощения. Найдя незаметное место в саду, под кустами, Артур спрятался там, вывалив розовый язык.       Вчера все было так хорошо, и вот Моргана! Нет, Артур, конечно, ценил ее попытки помочь в поисках, но как же не вовремя! Он ведь еще не успел придумать никакого плана… Тихо заскулив от отчаяния, принц положил голову на лапы и закрыл глаза, желая отдохнуть. Разбудил его знакомый тихий голос.        — Артур! Артур, просыпайся, осел ты венценосный! — принц поднял голову и встретился с веселыми голубыми глазами своего лопоухого слуги. Хвост вновь предательски забился, выдавая Пендрагона с головой.