Переходный возраст

      Артур как раз шел к отцу, когда увидел, как по коридору волокут Мерлина. Не в силах понять, что его непутевый слуга успел натворить, так и не поймав мага, принц бросился к кабинету отца, столкнувшись в дверях с палачом. Пропустив мужчину на выход, он шагнул в кабинет и встревоженно посмотрел на короля.        — Но как же… Что он опять натворил? — выдохнул Пендрагон.        — Нашел мага, но отказался говорить мне его имя, — сухо ответил Утер. — Я не потерплю такой наглости. Он сам выбрал такой путь.        — Но… Значит, у него есть на то причины, отец! Надо попытаться понять… — начал было Артур.        — И простить? — едко закончил король. — Артур, открой глаза! Он скрывает преступника, того, кто превратил тебя в пса явно не с добрыми намерениями! Перестань все видеть в радужном свете, стань наконец принцем! У тебя нет друзей, Артур. Только подчиненные. Он один из них, и он предал тебя!       Пендрагон слушал отца, чувствуя, как медленно закипает в душе хорошо знакомый гнев. Злости становилось все больше, она ядом бурлила у него в крови. Принц вскинул голову и посмотрел Утеру в глаза. Король заметил в них знакомое упрямое выражение и замолк, еле удержавшись, чтобы не застонать.        — Он мой друг. Мерлин таким родился, и не его вина, что ему пришлось скрываться от тебя. Ты охотишься на магов, как на зверей. Отправляешь их на мучительную смерть, забывая о справедливости. Будь я на его месте, я бы тоже скрывался. Отец… — на последних словах Артур сбавил тон и почти умоляюще посмотрел на короля, — не надо казни. Освободи его.        — Нет, — Утер ответил твердо и жестко, как отрезал. — Он маг и предатель, который не воспользовался вторым шансом, а плюнул нам в лицо. Нам. А не только мне. И он будет казнен.       Артур открыл было рот, Утер готов был услышать слова, которые сорвутся с его языка и полетят в него, будто стрелы. История повторялась, между ними вновь все рушилось, ломалось то хрупкое доверие, установившееся благодаря тому неизвестному магу. Но потом принца будто осенило, он взъерошил волосы и с каким-то злорадным ликованием посмотрел на отца.        — Мерлин один знает, кто пытался мне навредить. Если ты его казнишь, мы никогда этого не узнаем. Позволь мне поговорить с ним и, может быть, все прояснится. А если нет, ты в любом случае не можешь казнить его, ведь только он может спасти меня, зная, откуда исходит опасность, — выпалил Пендрагон, ликуя. Он наивно полагал, что вот сейчас Мерлин вновь будет спасен, но короля, почуяв его радость, озлобился еще больше и хлопнул рукой по столу.        — Нет. Ты больше к нему не пойдешь. Я отправлю мальчишку к палачу, ты прав, мы должны узнать правду. Но ты к нему не приблизишься… Больше. Ясно? — прошипел Пендрагон, которого потряхивало от гнева. В Артуре он сейчас видел наглого мальчишку, которого надо было задавить, сломать, поставить на место любыми способами. Но не на того напал Утер Пендрагон.       Артур был пружиной, вечно сопротивляющейся его давлению. Утер нагибал его к земле, принц тут же распрямлялся и бросал вызов. Вот и сейчас Артур вскинул голову и презрительно скривил губы.        — Нет. Не ясно, — бросил он и развернулся, направившись прочь. Утер хотел что-то крикнуть, остановить, наказать, но потом лишь раздраженно махнул рукой и сел в кресло, глядя в огонь.

***

      Артур с грохотом распахнул двери своих покоев и вошел в них, по дороге пнув стул так, что он свалился на пол. Его трясло от злобы. И как он мог вновь так ошибиться, довериться тому, кто, очевидно, не любил никого, кроме себя! Принц опустился в кресло и закрыл голову руками. Решение пришло быстро, и он нисколько в нем не сомневался. Раз договориться не получается, придется начать новую войну. После которой совершенно неясно, как они вернут все на свои места. Артур едва слышно всхлипнул в тишине комнаты, поддавшись минутной слабости, когда злость сменила какая-то детская обида, желание чувствовать рядом с собой надежного взрослого, готового выслушать и поддержать.       Что ж, его отец точно не был таким взрослым. Артур убедился в этом сегодня, как ему казалось, раз и навсегда. Поднявшись, принц пошел к шкафу, где нашел в углу крестьянскую одежду и темный плащ, который скрыл бы его от посторонних глаз. Переодевшись, Пендрагон аккуратно вышел в коридор, боясь, что отец прислал к дверям охрану. Однако если у короля и были такие планы, воплотить в жизнь он их еще не успел, чему Артур был очень рад.       Закинув за плечо сумку, принц поспешил к кухне, откуда можно было бы пробраться к коридору, по которому ходили только слуги. В городе он оказался примерно через полчаса, в нужной ему лавке — через два часа. Мужчина со шрамом во все лицо окинул его подозрительным взглядом, прищурив темные глаза. Его звали Эдвином, и он продавал разные средства и действительно кое-что смыслил и в медицине, и в магии, но многие обращались к нему отнюдь не за лекарствами.        — Шел бы ты отсюда, парень… — пробормотал он. — Мне проблемы не нужны.        — Никаких проблем, — быстро произнес Артур и выложил на стол два мешочка золотых — почти все его карманные деньги. Торговец взял в руки сначала один, а потом второй, раскрыл, осмотрел монеты и хмыкнул.        — Маловато будет… — хищно усмехнувшись, произнес Эдвин, поняв, что у мальчишки, очевидно, водятся деньги.        — Я принесу потом еще один такой. Но мне все нужно сегодня, — хмуро ответил Артур. — Мне нужно… Усыпить двух сильных мужчин. И быстро.       Немного подумав, торговец кивнул и ушел, вернувшись с двумя узелочками, от которых пахло травами. Артур взял их в руки, подозрительно осматривая.        — Подожги их и брось на пол. Главное — не забудь при этом закрыть лицо платком, а то сам рухнешь с ними рядом и проспишь до того, как тебя поймают. А нам же это не нужно? — фыркнул Эдвин, но потом посерьезнел, сделав акцент на слове «нам». Артур прекрасно понял намек и отрывисто кивнул.        — Я принесу потом еще один…        — Два, — прервал принца мужчина и смирил его взглядом. — А до тех пор оставишь у меня что-то, что тебе важно. Чтобы я был уверен, что ты вернешься. Например, твой меч. Вон как ты за него цепляешься… Только без глупостей, понял?       Артур отдернул руку от меча и сглотнул. Отцовский подарок. Такой важный, значимый подарок, лучше которого у него не было. Принц закусил губу в нерешительности, но потом подумал о Мерлине, для которого уже готовили костер, о Гаюсе, сотрясающем своим кашлем темницу, об отце, который наверняка спокойно пьет вино в покоях…        — Держи, — принц отстегнул меч и протянул его торговцу. — Можешь забирать насовсем. Продай его и получишь больше, чем два мешка с деньгам. Его привезли из-за моря.       Эдвин забрал из его рук меч и задумчиво осмотрел его, по рукояти поняв, что это действительно очень дорогая вещь. Что-то нехорошее закралось в его мысли, но жажда наживы была сильнее.        — Что ж, воля твоя. Проваливай, пока тебя мамочка не потеряла, — он сплюнул прямо на пол и пронзил принца взглядом, ожидая, когда он уйдет.       Артур же не стал медлить и вскоре уже спешил со всех ног к замку. Ему предстояла еще одна нелегкая задача — выкрасть из комнаты отца ключи, и от одной мысли об этом Пендрагона бросало в дрожь. Будь он немного старше, все было бы проще. У него были бы ключи и возможность освободить Мерлина без этой подлости… Но Артуру было всего шестнадцать. И единственным способом спасти друга была кража у собственного отца.

***

      Утер Пендрагон же весь оставшийся день провел в делах, старательно забивая свою голову всем, чем угодно, кроме Артура. Мысли о сыне приносили боль: король вспоминал его разочарованный и злой взгляд и сжимал пальцами перо, оставляя на пергаменте уродливые кляксы.       И куда подевалась его дочь? Моргана не появилась даже на завтраке, сославшись на кошмары, из-за которых она не смогла выспаться и оттого чувствовала себя не лучшим образом. Надо бы послать к ней лекаря, Гаюс всегда сам ходил, ну а этот вряд ли догадается… Надо бы… Надо бы…       Так он подумал, но так никого и не отправил к дочери, слишком взволнованный и разозленный ссорой с Артуром. Он велел страже в темнице не пускать принца к магу и на этом закончил раздавать распоряжения касаемо сына. Утер был уверен, что его наследник не посмеет освобождать Мерлина, используя для этого какие-то уловки. Возможно, он даже прислушается к отцу… Что было маловероятно, но как удобно было утешать себя этой мыслью!       Так он и лег спать, заснув беспокойным сном. Когда дверь в его покои скрипнула, Пендрагон лишь протяжно вздохнул и перевернулся на другой бок. Артур долго гипнотизировал его фигуру, кусая губы и заламывая руки в безмолвном волнении. Его отец. Его король. Можно ли?..       Принц оборвал себя на полуслове. Можно. Кража не сравниться с мучительной смертью на костре. К тому же, это и кражей назвать было нельзя, ведь он вернет ключи, как только освободит Мерлина. Осталось только найти отцовский ремень, где на кольце болталась связка ключей. Вот аккуратно сложенная на стуле одежда, рубаха, штаны, но где же ремень?..       Принц заметил его на столике. Совсем рядом с кроватью отца, он намеренно клал его так близко и наверняка утром еще и пересчитывал ключи на них… Не украл ли слуга? А утром проснется и первым делом кинется на беднягу, не подозревая, что ночью прокрался к нему в покои родной сын… Артура передернуло, но он стал медленно приближаться к столику, убеждая себя в правильности своего решения.       Через пару минут ключи уже обжигали ему руки, он нашел нужный. Осторожно отстегнуть, снять, вернуть на место… Авось и не заметит. Ладони нервно потели и хотелось плакать от досады. Как все хорошо было всего-то полгода назад! И где он сейчас? Предает отца. На принце не было лица, но между бровей оставалась упрямая складка.       Артур спрятал ключ, не поворачиваясь, чтобы взглянуть на короля. По спине бежал холодный пот, руки подрагивали. Казалось, что от каждого движения в комнате раздается звон металла и вот сейчас он услышит окрик отца… Сглотнув, принц осторожно направился к двери, чувствуя, как постепенно покидает его напряжение. Он смог, он успел, он…        — Артур.       Голос короля прозвучал в тишине, подобный свисту меча, что вот-вот снесет ему голову. Лучше бы меч тогда и правда снес. Тогда бы ему не пришлось стоять здесь и ощущать на своей спине тяжелый взгляд отца и ждать рокового вопроса. Артур заставил себя обернуться и посмотреть Утеру в глаза.