Влюбчивость: За неведомой стеной

До поры до времени Элеонора так и продолжала делать вид, словно ничего тревожного не происходило. Она с интересом перебирала замусоленные причиндалы, аккуратно складируя ненужные сувенирчики в сторонку. Думаю, что в данной обстановке девчонка просто старается отвлечь себя от дурных мыслей, создавая молчаливое впечатление, иже на подсознательном уровне будет выдавать её притворство, — мол, всё со мной в порядке, с подзаголовком: если быть точным. Ить на лице ж написано, что некуда ваши витания с задумчивыми пространствами и деваться не собирались. То бишь, как обычно: ты повторяешь раз за разом какое-то определённое действо и восвояси уходишь на круги своя, пытаясь отвлечь себя самыми забавными моментами в своей жизни. По крайней мере, подобный метод хоть как-то создаёт присутствие спокойствия, минуя время напролёт. Однако для некоторых, даже несмотря на весь заданный вектор проблем, такое времяпровождение однозначно лучше и интереснее, чем попросту валяться в кровати, стараясь непонятно зачем убить своё время, без каких-либо подвигов и восхищений. И, всё-таки, до сей поры хотелось карать себя за проделанный и столь необдуманный мной поступок, – и сдался мне этот сеанс? Серьёзно, вот гореть в аду тому, кто за язык меня тянул! Поругав себя за беспечность, я плавно зажмурил веки, а затем, сделав широкий вдох, с выдохом раскрыл очи – вроде успокоило. Посему, в следующий миг, стараясь не взирать на череду пережитых бедствий, я попытался перевести интерес к причиндалам из сундучка, побыстрее забывая об недавней трагедии. Допустим, вот были бы в этом тайнике какие-либо солидные вещицы, наподобие старинных золотых часов, то я б, скорее всего, даже не задумываясь, рванул бы в ближайший ломбард, обменял ценность на купюры, и свалил бы в какой-нибудь Ленинград или Нефтеюганск, подальше от Евдокии. Но нет, к сожалению, в лотереях мне никогда не везло, як и в добыче подобных сокровищ. — О, смотри, что я нашла! – Элеонора добыла жёлтенький конверт с кнопочной застёжкой, на обложке которого распологалась надпись «R: ВОСК¹», не имеющая для нас никакого значения. Мне довелось принять конверт из девичьих рук, оглядев запечатанную оболочку со всех сторон. — Хм, интересненько. Правда знать бы ещё значение данной находочки? – пробубнил я себе под нос. — Ты про надпись? – поинтересовалась Элеонора, вплотную подсаживаясь ко мне. — Ага. Ни о чём случайно не догадываешься, местная, ты наша? — Понятия не имею. Советская политика-то полна всяких различных секретиков, — кто её знает... Может, тут задействованы какие-нибудь потайные учреждения народных спецслужб?! – шаловливо подметила Элеонора, теоретически усложняя процесс. — Угу, а может, и вовсе... НЛО, – присоединился я. — Или, иностранные, аки говорится, шпионы до сих пор в наших холодных просторах ошиваются. Причём, именно вдали от столичного периметра, как ни странно, — видимо, никак не могут дождаться оповещения об окончании холодной войны, ибо не подразумевали, что в нашей «тёплой» Сибири со связью сплошные неполадки. — Хех, не путай пиндосов с японцами, потому что в отличие вторых, те хотя бы не считают, что наша Сибирь заселена дикими джунглями, где обитают массовые скопления тропических крокодилов. – иронично подмигнула Орешек-тян. — Вне всякого сомнения, – согласно кивнул я. — Но всё же, надпись на английском интересней, чем кажется. Никогда не слыхал о подобном логотипе. Скорее всего, архивы о данном деле были изъяты ещё с давних пор, ну или заморожены, чтобы представители помоложе глаза не мозолили. А вообще, не стоит отрицать, что это может оказаться просто какой-нибудь левый слоган устаревшего маркетинга. По крайней мере, теорий на этот довод полным полно. – опрометчиво довелось подчеркнуть мне. — Ну ладно. Тогда раскрывай конверт, посмотрим, что там написано... Я аккуратно развернул конверт и достал изнутри завёрнутый листок, состояние которого неплохо так сохранилось. Письмо было написано от руки, аккуратным прописным почерком, что не доставляло затруднения при чтении. Переглянувшись со златоглазкой, по кивающему взгляду девочки стало понятно, что придётся читать именно мне, выразительно проговаривая вслух: — «Уважаемый Майор Резанов. С. Ю. Мы с трудом преодолели барьер, доставив нужное средство без улик и поблажек! Оборудование успешно сохранилось, так что Твардовский в скором времени должен прислать вам весточку об договоре на хранении данных материалов. Вот его новый адрес: ул. Сахалинская 26/5. Регион *******. Район *******. При въезде была куча проверок и обысков, но факты о подозрений, как рукой сняло. На данный момент мы пересекаем Уральский Округ. К сожалению, у Сержанта Булгакова А. С. проявились нервные срывы во время выполнения операций – на завершающем этапе жизни он признался, что хотел во всём расколоться милиции, но мы его вовремя схватили и повязали. Так уж сложилось, что не выдержала психика у паренька, но весь здравый суд зависел только от наших обстоятельств, ибо по другому не было иного выхода: пришлось избавиться от тела Булгакова, похоронив его труп в глуши леса, но я рассчитываю, что данный инцидент стоил того, чтобы распрощаться с жизнью Сержанта. По крайней мере, другие сотрудники успешно выполнили свою должность, так что потери оказались невелики. Что по поводу оборудования: новые анализы завершены. Есть, конечно, некоторые неполадки, но, по большей части, наши эксперты добились положительных результатов, что вас очень порадует! В связи с диагностикой мои солдаты поучаствовали в данном эксперименте. Следственно и выяснилось, что новое инфразвуковое оружие способно стабилизировать эмоций человека под свой лад, благодаря новым настройкам высоковольтных волн, — а это значит, что «наш» материал и правда может подчинять своему воздействию разум человека с помощью своего электромагнитного поля. Осталось лишь правильно научиться управлять воздействием этого электромагнитного поля. Однако каким образом работает данный материал, и какие свойства он из себя представляет, — на этот вопрос эксперты не смогли дать внятного ответа, – молвят, что впервые столкнулись с подобным явлением, но очень заинтересованы находкой. Опыты предъявили следующий анализ: во время эксперимента энцефалограмма наших солдат нарушалась несколько раз, сбивая основной ритм мозговых факторов. Согласно исследованию, у солдат проявлялись резкие смены настроения: первоначально возникали конфликты и драки между собой, а потом тревога резко сменялась на утихомирие. Впоследствии у солдат проявлялось желание самоубийства, но через пять минут их страсть к смерти вновь сменилась на позитивный настрой, как ни в чём не бывало! После остановки инфразвука у солдат возникали временные головные боли, но данный эффект никак не повлиял на последующее изменение психики самих подопытных, — грубо говоря, всё осталось на прежних местах. В общем, формулировка инфразвука и правда поражает воображение, но всё-таки есть одна загвоздка: к сожалению, единственная неполадка и подвергается тому, что на Булгакова инфразвук повлиял отрицательно, в связи с его ровным эмоциональным фоном. Всё-таки, зря мы пригласили в отряд такого психологически-подготовленного солдата, как оказалось. У всех остальных солдат эмоциональный фон оказался более обыденным, что привело к наиболее хорошему результату. Следовательно, эксперты сделали следующий вывод: если постараться доработать систему данного инфразвука до ума, то с предполагаемой возможностью можно будет на некоторое время блокировать человеческую память. Так же, после очистки памяти, с помощью настройки волн человеческое мышление можно будет попробовать приручить под свой контроль, внушая в его разум инстинктивные команды, к которым он сможет подчиняться, не осознавая связи со своим самообладанием. Однако, по предъявлению самих экспертов, на данный момент никто пока что не обладает столь технологическими знаниями, с помощью которых можно будет использовать и контролировать подобные команды. Грубо говоря, нужны более промышленные устройства. Однако отрицать факт того, что данные команды не будут работать с помощью новых разработок, тоже не стоит. Но, скорее всего, желаемых результатов мы ещё добьёмся не скоро. Поэтому, сейчас наш главный ресурс – это время. На этом этапе вынужден с вами прощаться. На сей момент мои войска готовятся к отплытию с порта, так что следующая остановка будет уже последней. P. S. Не знаю, ведётся ли за нами наблюдение, но если мы случайно наткнемся на засаду, то будем вынуждены отстреливаться во благо сохранения нашей тайны, Товарищ Майор! Так что, если я не доберусь до полигона живым, сообщите, пожалуйста, об этом моей семье. Номер моей жены: ************. Заранее рассчитываю на вас!» М-да, даже представить не могу, как прокомментировать прочитанное. Да и мисс непогрешимость, судя по расширенным зрачкам, слегка оцепенела от услышанного. Вот не живётся же некоторым в тишине да спокойствии, особенно нашей дотошной Элеоноре, которая любит в сапёров поиграть. — Да уж, интересненько. Даже немного жутковато, если честно. Думаю, что это письмо обязательно стоит показать дедушке! – заинтригованно пробормотала златоглазка. — Нет, думаю, не стоит. По-видимому, это уже гиблое дело, — но неизвестно, во что оно может вылиться. – вымолвил я, вытирая испаринки со лба. — Ну не всё же так шито-крыто, как кажется? У нас ведь рядом... — Да-да, Устинск, – перебил я её. — Ну, а о чём ещё я должен был подумать? В нашем захолустье ничего столь загадочного не сыскать. Со стороны, сама порассуждай, сколько лет уже прошло с тех пор, как была отправлена эта весточка. Нужно спрятать письмо подальше, а в лучшем случае, вообще от него избавиться. — Хм, а может, это просто очередные проделки «дрифтеров»? — Дрифтеры... А это кто такие? – задумчиво поинтересовался я. — Ну раньше было такое движение нелегальное, правда уже забытое по сей день. — Хм, интересненько, впервые слышу. Ну и, что дальше? – стало любопытно мне. — В общем, в послевоенное время эти дрифтеры занимались нелегальным высасыванием ресурсов со сломленных городов, — были слухи, что подобные дела сопровождались аж целыми экспедициями. — Ну мародёрствовали мужики, и что с того? — А дело в том, что в основном им была нужна только утраченная документация из разряда научных исследований после разрухи, — вроде бы для промышления каких-то там особых энергоресурсов. В общем, по своему что-то любили мудрить, да только эдак и не выяснилось что. Понаслышке, они и под военных умели подстраиваться, дабы меньше подозрений было со стороны властей. Разумеется, впоследствии КГБшники быстро прикрыли данную лавочку, в следствии чего народ напрочь о них позабыл. Да и было это движение лет тридцать тому назад. – вынесла опровержение деваха. — Бред какой-то! — Какой есть. – не стала церемониться принцесска, пожав плечами. По факту, вторгаясь в конспирологические догадки, моё мышление уловило одну подозрительную деталь, иже довелось услышать за сегодня. — Стоп, а как же ваши мятежники? Вдруг и они тут как-то задействованы? – поразмыслил я. — Не знаю... – мечтательно произнесла Элеонора, после чего мгновенно приподнялась на ноги, настойчиво скрестив руки. — И правда в своё время не задумывалась... Знаешь, а давай лучше побыстрее покинем это жуткое местечко? А то что-то бесы так и продолжают скребсти на душе. – резко перевела она планку. — Получается, уже жуткое? Интересно, а у кого несколько минут назад глазки пылали от счастья? – прокомментировал я, выражая краткие обвинения. — Да ну тебя! Нет бы подальше предержать свой пессимизм! – фыркнула девчонка, испытывая некую отстранённость по отношению ко мне. М-да, опять Валенька напортачил, бормоча лишнее в необдуманной обстановке. А девочке-то и правда не по себе – и так вся на нервах, грустняшка наша... Ох, кому бы поплакаться? Не видали вы ещё моего настоящего пессимизма. Скорее, мне бы ваш унаследованный позитив, госпожа Элеонора. Ладно, не будем в лишний раз ломать комедию. Нужно желательно побыстрее успокоить девочку, а то и вправду к окончанию растеряю всю свою врождённую репутацию к ней. Ну, а что по поводу данной весточки – возникла пока что лишь одна здравая идея: пришлось положить добытое письмо в карман, — потому что лучше первым делом показать его Евдокии во благо избежания бед. — Ладно, проехали. Только не горячись, пожалуйста. Я и сам сейчас весь на нервах, – пришлось приубавить мне пыл, вслед за чем наша дивчина понимающе мотнула головой. — В общем, пошли уже отсюда. А письмо я возьму с собой, — лучше первым делом показать его Евдокии, чтобы в деревне шуму лишнего не наводить. Ну и ты молчи об данном происшествии, хорошо? – ясно дал я понять, отчего грустняша лишь согласно кивнула, добросовестно проследовав за мной. По законам жанра, мы целенаправленно последовали восвояси, не отдаляясь друг от друга. Затем я и вовсе схватил бледную девочку за ручку, дабы та поменьше дрожала. Первоначально нам пришлось преодолеть заваленный шкаф, а затем и вовсе пересечь брешь в судне. Следующим образом, мы наконец-то оказались снаружи. Я воодушевленно вдохнул глоток свежего воздуха, дабы побыстрее подавить в себе ту захламлённую духоту, которая доселе продолжала знобить изнутри судна. Иначе, больше никогда в жизни не вернусь в эту позабытую богом посудину: запрусь в своём клоповнике подальше от всякой Элеоноры с её дробилками, дразнилками, гнобилками, опилками, а так же и всеми прочими пяточками в голове, да никакие беды меня не потревожат. Ведь один только «Я» знаю, что сидеть на шее у Евдокии гораздо лучше, чем возиться с каким-то штучками-дрючками, заранее зарабатывая себе остеохондроз на старости лет. Конечно же, никаких полезных реликвий, аки завещала наша наивная, кроме странного, замысловатого письма так и не удалось отыскать. Поэтому, оставалось довольствоваться лишь тем, что все наши блуждания постепенно подходили к концу, тем временем, как визжания стрекоз и возвращавшиеся по гнёздам вороны возвещали о былом наступлении темноты. Не торопясь, на некоторое время нам пришлось задержаться подле судна, борясь с нехилой стружкой пыли, иже заметно так въелась в нашу верхнюю одежду. И пока мы стряхивали с себя пылинки, я решил разбавить тишину. — Да уж, денёк сегодня был не ахти. Хорошо, что тело уже не так сильно ноет, як несколько мгновений назад. — Это к лучшему. А вообще, тебе бы не помешало перестраховаться в следующий раз. А то девицы ночь спать не будут, раздумывая о таком нелепом пешеходе, как ты! – промолвила златоглазка, задевая нелепую пластинку сегодняшнего дня. — Ой, прям там девицы! Так говоришь, будто в вашем поселений недостаток других ловеласов, помимо меня, уже который год бытует. – скурильно подметил я. — По правде говоря, возможно и так, – согласно подтвердила она. — Но всё же, по большей мере, не забывай посматривать на дорогу, когда будешь выходить на въездную полосу, — эхо тонкое, а солнце светит довольно блекло при отсвете на стёлка машин. – нашла время для наставлений. — М-да, аномальное местечко. Учту на заметочку. Хотя на первый взгляд и не скажешь, что где-то рядом грядёт опасность. — Здесь отнюдь свои забавы: не успеешь ты окстись, як тебе сразу подбросят шкатулку с пружиной изнутри... – дополнила принцесса, приведя себя в порядок. — Крайне очевидно! – опрометчиво подметил я, струсив с себя последние пылинки. После самостоятельной очистки, между нами вновь повисла тишина. Не сказать бы, что причиной молчания послужило всеобщее не новогоднее настроение. На деле же весь повод кроется в том, что оставался лишь один завершительный шаг к нашей разлуки на сегодняшний день. Просто в подобных и непредвиденных ситуациях понятия не имеешь, стоит ли попробовать зайти дальше во благо того, дабы попытаться завоевать сердце одной занозчивой особы, — ить, конечно же, при таком раскладе придётся высвободить себя из оков лодырничества, в которой раз налаживать связь с социальным обществом, ухаживать за девушкой, тратить на неё деньги и испытывать на себе кучу нервов... В общем, сплошные мороки! Однако, даже несмотря на перечисленный конвейер проблем, всё же хотелось подольше побыть рядом с этой милой, пускай и слегонца придурковатой девчонкой. К разочарованию, темнота надвигалась с заметным оборотом, да и вымотались мы уже для каких-то романтических прогулок под луной. Тем не менее, надо было и вправду побыстрее возвращаться домой, а то Евдоше, наверное, уже вовсю не сидится на месте из-за моего долгого отсутствия. — Что ж, похоже наши лазанья подошли к концу. Пойдём, провожу тебя до дома, что-ли. – промолвил я, осматривая угрюмый взгляд девочки. — Угу, со мной-то всё понятно, — как рукой отмерить. Однако глядится мне, жильё твоё далековато отсюда находится, – намекнула наша невинная. — В конце концов, получается, что переживания за кое-кого придётся испытывать именно мне... Всего такого неуклюжего, разумеется! – дополнила она, выражая свою девичью заботу. — Ну тогда я громко закричу, коли увижу по дорожке домой какую-нибудь тёмную личность, разгуливающую с топором. Ты ведь обязательно придёшь ко мне на выручку, ежели услышишь мой отклик? — Безусловно! – улыбчиво подмигнула Орешек-тян. — Вот и молодец, только средство обороны не забудь с собой прихватить, чтобы нашей принцессе было чем защищать своего беспомощного товарища! – погладил я по головке Элеонору, отчего та лишь смущённо помялась на месте. — Всенепременно! – согласилась девчушка, высвобождая из своих недавно-сникнувших уст воздушную улыбку. — У дедушки заодно ружьё завалялось на полочке, как раз давно никто и не использовал. – дополнила она. — Вот и славненько! По большей мере, и у самого полегчало на душе, когда принцесса наконец-то выразила спокойствие. Её глаза вновь заискрились порхающей милотой, заполняя моё внутреннее состояние своей безудержной теплотой, как громоздкое фортиссимо, заполняющее восторженный слух зрительского зала, накладывая сверху разноцветное мерцание искрящих софитов. И, всё таки, не до конца было понятно, чего такого хорошего отыскала наша небожительница в таком флегматичном недоноске, как я. Другая женская особь, при подобном положении дел, заставляла бы каждую минуту отдавать себе бравый поклон, вынуждая меня облизывать ей собственные пятки, чтобы та, цмокая губами, раздражительно кивала на каждое моё унижение. Но в нашем случае, совсем другая история: вон какая заботливая дамочка попалась, – дык и хочется крепко притянуть к себе, восторженно вереща; «моё»! Ить теперь понятненько, кто будет обеспечивать капитал семьи. Не буду спорить, что наш добродушный стахановец ещё и в армейке успеет послужить заместо Валеньки. Хотя, какая там армейка?! У меня ж по диагнозу какое-то там психическое расстройство прописано, судя по моей медицинской карте... Подождите, что ж получается, неужели Валеньки опять придётся растрачивать прожитые часы жизни в пустую, просиживая штаны на диване, пока моя златоглазка будет обеспечивать доходы семьи? Ей-богу, если так и сбудется, то Элеонора точно, не задумываясь, вскипятится и выгонит меня из нашего родного жилья в отличие от той же Евдокии, иже потом снова не откажет мне в совместном проживании. М-да, Валюша, ничему тебя жизнь не учит, как был бирюком – так им и останешься! Ладно, не будем загадывать о вполне предсказуемом будущем, — оно всё равно с самого начала было мёртворождённым. Но всё же, до сих пор не могу понять, продолжает ли Элеонора испытывать ко мне агрессию за нелепую оплошность с гипнозом? Однако и не сказать, что после крепких объятий мы не стали на один шаг ближе к друг другу. Понятия не имею, куда приведут наши отношения, но одно известно точно – моя рыбонька не продаётся! Ибо обманчивая реальность отменяется. — Кстати, хотела поинтересоваться насчёт письма! – напомнила внезапно Орешек-тян. — Слушаю. – пришлось прислушаться мне. — А почему ты, в первую очередь, хочешь показать записку Евдокии Александровне? Предполагаешь, что она может о чём-то подозревать? – подметила принцесска, проявляя своё любопытство. — Может быть. Евдоша не мало чего знает о местных окрестностях, — м-м-м, можно сказать, она родом из ваших мест, просто сама по классификации вся такая недоступная получилась, — дескать, загадочность не позволяет. Но думаю, что если отдать нашей мисс недоступности письмо, — то это сыграет нам только на руку. – мягко отозвался я, стараясь покрыть подробную информацию об седоволосой. — О каком-таком письме идёт речь? – раздался позади незваный мужской голосок, скорее всего, предвещающий подозрительный интерес к нашему диалогу. М-да, кажется, у нас гости намечаются, — не к добру это! Будто специально за углом поджидали. Меж тем мы с Элеонорой развернулись вполоборота, откуда предположительно раздался зов. И, как оказалось, с краю, из под противоположной стороны судна, высунулись трое широкоплечих мужиков, выражающие в своих лицах довольно-таки настороженные взгляды, заострённые по нашу душу. Все трое были в одеянии тёмных солдатских шинелей, в комплекте с выпрямленными фуражками на голове. Мужичок со смуглым лицом, иже располагался левее, казался слегка полненьким и сутулым, выражая в своей гримасе скуку мирового уныния. Зато справа вырисовывался светловолосый смазлячок в очёчках, который по телосложению был примерно моего роста, разве что мускулы выделялись заметней моих, а родинка под левым глазом неплохо так сочеталась с его выражением лица. А вот посередине располагался самый огромный мужик, от взгляда которого веяло чем-то латентным, судя по своему скользковатому взору. Да уж, по сравнению с этими громилами, я им и в подмётки не годился — тот ещё дохляк. Если судить по звёздочкам на фуражках, то данные недоброжелатели являлись офицерами, вприбавок ко всему. Правда по звёздочкам на погонах я плохо разбирался в званиях, но сейчас данный факт казался не таким уж и важным занятием. Однако зацепила ещё одна деталь, иже не давала покоя: судя по непонятным вышивкам на правых рукавах, на которых были изображены неизвестные мне символы, в образе английской буквы «U» посреди красной эмблемы в виде окружности, возникал следующий вопрос: а в каких вообще войсках состояли эти ребята? — Вот дрянь, это мятежники! – прошептала златоглазка, наращивая дрожь в ладонях. Видать, и наша Орешек-тян была не в лучшем восторге от такого непредсказуемого заявления. На сей момент подозрительные личности подобрались к нам поближе, уставившись в выражения наших лиц. Особенно, больше всего задевал самый громадный мужик, иже вплотную сверлил меня своей раздражающей ухмылкой — м-да, от такого пристального взгляда каждому станет не по себе. Да и громила-то огромный, на три головы выше меня, как бы то ни было! И теперь, наблюдая за всем этим безмолвным казусом, мне ничего не оставалось, как проглотить ком в горле, застывая в ступоре ожидании. Так или иначе, а в голове крутилась только одна фраза — нужно срочно делать ноги! Правда единственная догадка, не дающая мне покоя, говорила об обратном: без сомнений, наши армейские псы явно ограничивались статусом скорострелов в отличие от таких медлительных дрищей, аки мы с принцессой, — что, к сожалению, предвещало не к лучшему исходу событий. Сама мисс непогрешимость едва себя сдерживала, изымая волнительные нотки за преграду трясущихся кулаков. Правильно Орешек-тян, рановато ещё мечтать о помощи... Хотя, кто нам поможет в данной ситуации, особенно на таком глухом расстоянии от деревушки? Вряд ли старики рвануться сюда размахивать своими костылями, параллельно треща медалями и доисторическими цитатами. Так, Валенька, успокойся, нужно срочно что-то придумать! В первую очередь, надо огородить Элеонору подальше от лихих бед — «предполагаемую» любовь всей твоей жизни, в конце концов! Однако герой из меня, — как Расторгуев без коня! — Так о чём вы там говорили? Судя по вашему говору, речь шла о каком-то письме?! – подметил здоровяк, всё так же исподлобья просверливая выражения наших взглядов. — М-м-м, не понимаю, о чём вы! – судорожно отрезал я, дабы скрыть подозрения. Кажется, из-за моей оплошности с нелепым высказыванием, я создал лишь больше проблем, нежели отклонений от подозрений. Ить если правильно глаголить, то отдавать громилам весточку было бы не самым лучшим решением, без какого либо подтверждения... На их легальную лицензию, например. И всё-таки, лучше бы я с самого начала решился избавиться от этого треклятого письма. Главное, чтобы ещё и Элеонора не проболталась. Тем временем здоровяк изобразил вид, будто был недоволен интонацией моего отрицательного ответа, — он легонько размял шею, а затем пожал плечами, нарочно проговаривая следующее: — Ну, как это не понимаете? Или, нам, наверное, показалось, что изнутри судна целый гул разносился о каких-то там весточках да записках? – саркастично подметил здоровяк, разбрасываясь своими усмешками. – Давайте, пожалуйста, не будем друг другу палки в колёса вставлять, а лучше выскажем всё напрямую, коль дело весомое. Правовые меры на покрытие данной информации у вас вряд ли имеются, так что не вижу смысла тянуть резину. – деловито поправил он. Видать, цена индульгенции всё же решилась сойтись на нет. С какой-то стороны, интересный номер выдался. Любопытно, и долго ли вообще эти мятежники за нами следили? Уж слишком подозрительные личности! — Извините, а можно я вас перебью?! – внезапно вмешалась в разговор Элеонора. — Слушаю. – безмятежно отозвался наш инквизитор, демонстрируя некую умиротворённость. — А здесь таится дело государственности, или нам «кто-то» по заброшкам запрещал лазать, да затерянные бумажки рассматривать? Иначе, не вижу в данном случае чего-то противоправного с нашей стороны. – дополнила златоглазка, пытаясь растягивать канитель. — Хех, неплохо рассуждаешь, девчонка! Но смею вас огорчить, что за рассудительные ответы никто из нас платить не собирается. Военная тайна, як заведено. – подчеркнул неразборчиво здоровяк. — Извините, а в каком смысле, заведено? – вторгся я, разъясняя сказанное. — В прямом! Кратко говоря, отчитываться перед вами мы не обязаны, но зато сможем сразу разъяснить метафору о том, что скрывает за собой последний злой патрон! – ехидно улыбнулся здоровяк, шутливо намекая об злоумышленных намерениях. Да уж, видимо, с каждой новой репликой живодёра обстановка в округе будет становится только напряжённей. — Извините, товарищ... – специально запнулся я. — Лейтенант! – догадливо подмигнул здоровяк. — Да, извините, товарищ лейтенант! Вам не кажется, что ваш заключительный вывод больше похож на вымогательство с признаками угрозы, нежели на предварительный допрос? – опрометчиво довелось подчеркнуть мне, выражая более сдержанную интонацию. — Ну чего же вы сразу о плохом, молодой человек? Государственный закон мы, конечно же, обязаны соблюдать, но и подозреваемых по скрытию улик опровергнуть имеем право. А коль кого-то что-то не устраивает, то нам его и под трибунал залучить не составит труда. Подумайте только, сколько лишней траты времени и проблем можно нажить за один раз, — я б не советовал. – вкрадчиво процедил громила, усугубляя расположение дел. Честно говоря, от такого внедрённого утверждения нам с Элеонорой оставалось лишь промолчать, кивая на каждый возглас нашего болтливого лейтенанта. — Конечно же, молчание — знак согласия! Поступок верный, но придержали бы свои языки чуток пораньше, то и допрашивать вас было бы незачем. – упрямо выразился здоровяк. — В смысле? – тотчас же погряз я в недоумении. — В прямом! Видите ли, по вашему говору столь очевидно, что всё же чрезмерно любопытная беседа доносилась изнутри судна. Понятия не имею, что там за такая таинственная Евдокия, но с радостью бы выслушал вас о ней. – внезапно перевёл он тему разговора, продолжая подбрасывать дровишек в печь. — Подождите, насколько понимаю, разговор с письмом ещё не окончен! – опять Орешек-тян растягивает канитель. — А вдруг мы собираемся отнести данное послание в милицию? Думаю, там от него будет больше проку. Чёрт, и на что эта дурёха только рассчитывает? Может, и самому уже стоит смириться с поражением. — Девчонка, напоминаю: нехорошо, когда стараются покрывать какие-то важные улики для столь государственного следствия, — ох, как не хорошо! Сами же себе яму роете, – съязвил понарошку здоровяк. — Тем более, в худшем случае, мы либо сами сможем заковать вас под надзор для выяснения обвинений, либо, что ещё хуже, подстрелить при попытке побега, ежели, конечно, понадобится! – курьезно пояснил лейтенант, закончив толкать речь. Видать, наш пресловутый индивид ни на шутку разыгрался, разбрасываясь своими патетическими словечками. Я, конечно, понимаю, что лейтенант воочию выражает тут свои выводы... Даже несмотря на весомую долю сумбурности в своих словах. Но напомню, стоит ли доверять каким-то неизвестным личностям, которые косят из под себя каких-то законодательных легавых, с признаками сомнительной эмфазы?! Нет уж, рано ещё сдавать позицию! В плане легального ознакомления с нашими армейскими псами допрос ещё не окончен! — Извините, раз такое немаловажное следствие, то не соизволите ли тогда высказаться: из каких вы войск, и по какому делу ведёте данное расследование?! – предъявил я лейтенанту, после чего наши мятежники переглянулись взглядами, выразив в своих лицах упрямое недовольство по отношению к нам. После очередного вопроса, по выражению закомплексованных взглядов громил стало очевидно, что вояки, скорее, подразумевали о возникновении подобного вопроса, но отвечать на него не шибко горели желанием. — Ты мне зубы не заговаривай, щенок! А лучше, давайте-ка сделаем всё по обоюдному согласию: отдайте письмо по-хорошему, пока я не начал задавать вам лишние расспросы по поводу вашей таинственной Евдокии, о которой вы оба так упрямчиво молвите! – напряжённо заявил лейтенант, вцепившись своими руками за шиворот моей куртки, отчего я неплохо так опешил. Кажется, наш дотошный инквизитор и вправду решил впустить в ход свои недоброжелательные намерения. Что ж, не было печали, коль на то пошло! В отличие от первого бугая в лейтенантских погонах другие вояки вели себя ещё более спокойней. А вот Элеонора... — Не трогайте его! – внезапно завизжала девчонка, вцепившись в рукав заядлого лейтенанта. Дурёха! И, чего тебе на месте не стоялось?! Однако в ответ на предъяву, здоровяк, ни о чём не задумываясь, бесстрастно оттолкнул Элеонору своим локтём, из-за чего девочка от растерянности плюхнулась на землю. — Ай! Ц-с-с-с... – прошипела он, прочувствовав ушиб! — Оу, надо же, девчонка решила заступиться за тряпку... Как скучно. И чего ты этакого нашла в этом жалком отбросе? Аж смотреть тошно. – предъявил лейтенант, подбешивая своим то ли разочарованным, или, то ли насмехающимся тоном. М-да, Валенька, так морально тебя ещё не перед кем не унижали! Казалось бы, совокупность жестокого мира осталась в прошлом, но следовало лишь один раз ошибиться, совершив поворот не туда, как по всеобъемлющим нормам социума всё становится на свои места. К примеру, ввиду усвоения даосизма, невозможно вечно противоречить своим внутренним компетенциям, следуя по определённому шаблону учения. Ить, чтобы уловить ту заданную гармонию, нужно соблюдать конкретно чёткий график, — но у меня, как и у девяносто процентов земного населения не получается придерживаться данного пункта, пытаясь усидеться на одном стуле. Ибо личные проблемы, внезапные происшествия, перепалки на пустом месте или очередная нехватка денег попросту приведут сосредоточенность твоего, так сказать, гармоничного стремления к мгновенному разрушению. А влечению противостоять невозможно. С другой же стороны, бывают и те, кому удача улыбается всегда, а передряги для них чаще всего становятся каким-нибудь простым и обходным припятствием, — скорее всего, этих личностей называют людьми высшего класса, правильнее говоря. Но сказать, что мне хочется испытывать к ним какую-то зависть или ненависть — ничего не сказать. Скорее, я испытываю к ним «неуважение», иже по общим признакам направлено в сторону именно их неуважения... А точнее, неуважения ко всему. Посему, от испытанного мной огорчения, ладонь сама подсознательно сжалась в кулак, неизбежно приготовившись зарядить по злорадной махине здоровяка. Иначе, другого выхода напросто не остаётся, а с плохим завершением терять что-то не имеет значения. Но... Даже тут нашему одинокому рейнджеру не повернулась фортуна лицом. Так что, к всеобщему разочарованию, наш раздосадованный лейтенант быстро заметил пассивность моего жеста, в следствии чего успел раньше времени отвесить своим кулаком по моему солнечному сплетению. — Агх! – простонал я от повреждения, одновременно прочувствовав резкое покалывание по сему телу. Разумеется, ещё можно совместить с данным прогрессом наличие не зажитых ссадин, которые образовались на моём теле после инцидента с аварией — в общем, вдвойне неприятно! Пожалуй, данное поражение заставило меня быстро сникнуть в колыбель охмуренности. — Он, видите ли, здоровым себя почувствовал! М-да, наглая нынче молодёжь пошла... – подметил четырёхглазый блондинчик, скептически поправляя свои очки. — Ничего страшного. Как прописал врач, успокоительное ему на некоторое время не помешает, – досадно выразился здоровяк, моментально растеряв ко мне интерес. В сие мгновение, цокнув себе под нос, здоровяк перевёл свой вдумчивый взор на нашу бледную Элеонорочку. И, даже несмотря на мою подавленность, лейтенант до сей поры продолжал держать меня за шиворот, удерживая тело на весу. Меж тем, в моих глазах мгновенно всё расплывалось, а по протокам глазниц потекла одинокая слезинка из-за ощущения острой боли в грудной осанке. Лишь одна Орешек-тян взбудораженно переводила свой отчаянный дух, продолжая наблюдать за всем несчастным зрелищем. — Валь... Извини, что вмешиваюсь! – промолвила ровным тоном девчонка. После произнесённой речи Элеоноры, я молча перевёл отчаянные глаза на своего товарища по несчастью, пытаясь предугадать причину её замысла. Однако златоглазка лишь молча приподнялась с земли, сомкнув кулаки в ладонях, и, не задумываясь о неприятных последствиях, кинулась на лейтенанта, подавляя в себе последние граммы беспокойства. Эх, и чем она только думает — совсем разум потеряла?! В итоге, не успела Элеонора и пальцем коснуться до здоровяка, как её отважный подвиг перегородил сутулый хрыщ, мгновенно ухватив девчонку сзади за локти. — Отпусти, гадёныш! Не трогай меня своими грязными пальцами! – резво проверещала Элеонора, безвыходно стараясь выкарабкаться из схватки. Но сутулый только крепче обхватил девчонку, ограничивая её от резких движений. — Заткнись, сопля! Какая же упрямая вертихвостка попалась, — может, выпорем её! – упрямчиво съязвил сутулый. — Не фанатей, Успенский! Лучше выруби эту шавку, пока лишних дров не наломала, а то у меня точно психика не выдержит, чтобы пристрелить эту мразь! – очевидно подчеркнул лейтенант, после чего Элеонора сразу же перестала сопротивляться. — Феерично твердите, товарищ лейтенант!.. Так что, лучше помалкивай и не нарывайся, а то мы тебя быстро в балерины запишем! Эхе-хе... – улыбчиво подметил Успенский, вызывая раздражение у товарищей по несчастью. Желание, запустить по бездушной махине здоровяка своими костяшками, разумеется, не убавлялось. Жаль, что сейчас житейский опыт совсем не тот, иже был во времена борьбы с фатерляндом. Ибо нынче можно наблюдать только за измождённой петлёй невинности, которая параллельно посматривает на насмехающихся над слабыми и одновременно толкающих свою воодушевлённую театральность людей. Поэтому, нам ничего не оставалось, как молча оскалить зубы от того, что отодрать кое-кому уши не получится. — Ладно, так на чём мы там остановились? – опомнился лейтенант, переводя свой скользкий взор на меня. — Ах, точно... – следующим образом, здоровяк залез рукой в мой левый карман, вытащив оттуда заветное письмо. Затем громила и вовсе высвободил меня из своей хватки, из-за чего я рухнулся на землю, тотчас же заработав пару нехилых ушибов. Впоследствии лейтенант развернул свёрток, заинтересованно просмотрев запись: — Хм-хм-хм-хм... Всё понятно, ещё один устаревший закоулок. Ушаков, сожги к чертям эту бредятину. Не нужно, чтобы посторонние глаза елозили из-за какой-то бесполезной ерунды! – лейтенант спокойно отдал приказ блондину, передавая ему записку из рук в руки. Стоп, что?! Они всерьёз пришли сюда лишь для того, чтобы сжечь записку?! Ничего не понимаю, как и скованная Орешек-тян, иже тоже неплохо так опешила от услышанного, наблюдая за всей этой клоунадой. — Да-да, мои дорогие, праздник кончился! Ох, нет бы по площадкам бродить, да в кино по вечерам ходить, нежели шляться куды не просят, — а они тут устроили... Потрахушечки! – отфыркивающе сплюнул Ушаков, доставая из своего нагрудного кармана стальную зажигалку. — М-м, серьёзно, и вы так просто спалите письмо?! Разве не его ли вы искали? – недоумённо высказалась Элеонора. — Ну, как-бы тебе растолковать: лучше оставить данную информацию без лишних сведений. Материал старинный, поэтому лучше устранить его от греха подальше, дабы посторонние не пугались позабытых грешков властей. Да и доказательств у наших любопытных свидетелей будет порядком меньше! – подмигнул лейтенант. Уж больно что-то не верилось в совестливую фразейку нашего всевышнего! Скорее, сами же пытаются отгородиться от подозрений, прикрываясь банальными словечками про отмывание грехов! В результате, Ушаков без напряга поджёг письмо, после чего положил зажигалку обратно в карман. Эдак и сгорела записка к чертям, як и все наши с Элеонорой труды. — Дело сделано... Что ж, остаётся только избавиться от лишних свидетелей! – промолвил лейтенант, доставая из под своей кобуры, пристегнутой к ремешку штанин, пистолет, в следствии чего направил оружие прямо на меня. В мгновение ока последний день Помпеи впал в отчаяние: трясло как в первый раз, дух окончательно смирился с отсчётом последних секунд жизни, надежды обернулись прахом, а указывающий перст отнюдь приблизился к смерти. С другой точки зрения, ничего удивительного в этом обычае и не было. Точнее, не в первой в моём сознании проявлялись схожие отзвуки беспросветности. Страх, — и снова страх, и вчера страх, и завтра страх, и каждый день... Как по сплошной прямой. Трепет, в котором приходится снова и снова ощущать себя бесполезным отродьем, — частью собственной границы, противопоставленной всему, к чему только можно прикоснуться. Ладно там мятежники — подобным прихвостням лишь бы стены размулёвывать, да на привилегированном статусе разживаться. А я так не умею, — я слаб и добр — и, в этом мой главный минус. Наверное, всему виной послужило унаследованное воспитание от Евдокии, у которой и своих бед полно, как и в жизни, так и в голове. Но мне не хочется винить Евдошу за столь проявленную заботу, — мне только хочется перенять её унаследованный стимул и безукоризненные черты. И, всё-таки, как же сильно я люблю эту седоволосую грымзу, ажно несмотря на некоторые недостатки. Что касаемо другой любви, остаётся рассчитывать либо на поцелуй Саломеи, не глядя на отсутствие танца, либо на прощальный друг с другом дуэт в стиле времён великой депрессии. Ибо разгорячённую Элеонорочку было бы жаль оставлять одну среди сего замешательства — она-то тут тоже не причастна. И всё же, приятно было наблюдать за тем, аки наша невинная особа старалась вторгнуться в мой замкнутый образ жизни, затмевая серые тона своим безудержным ликованием. Печально, что это событие продлилось слишком мало. Уж если я Соню не смог сохранить, то получается, что данная традиция опять сможет перейти за прежние пределы! Нет, не хочу больше видеть подобного, — не хочу! Господи, пожалуйста, дай мне второй шанс, умоляю!.. Несмотря на обречённую череду событий, таймер, как бы то ни было, соизволили остановить. Глазам своим не верю, но только что из закоулков леса послышалось разъярённое, волчье рычание, иже доносилось из уст довольно-таки знакомого обитателя. Спасителем оказался Алехандро, который рывком выбежал с лесной стороны оврага, мгновенно огородив короткое расстояние между мной и вояками. Наш пресловутый лейтенант явно не ожидал внезапного визита местного представителя лесной фауны, как и сутулый, который от неожиданности высвободил из своих коварных лап оцепеневшую Элеонору, подбежав к товарищам по несчастью. При приближении серого, взбудораженные вояки отскочили на пять метров подальше, стараясь не отдаляться друг от друга. Меж тем я шибко вскочил на ноги, поражаясь негаданному визиту своего знакомого. По крайней мере, хоть какая-то появилась надежда на спасение. А вот Элеонора, явно испытывающая смятение от такого неожиданного виража, решила спрятаться за спину нашего главного героя, испуганно вцепившись своими ноготками в мой правый рукав. Видимо, теперь девчонка и вовсе не осознавала, кого теперь на самом деле стоит бояться. Разумеется, Алехандро загородил наши тела, продолжая всё так же звонко рычать на недовольных громил, но сам подходить к воякам пока что не собирался. Да уж, засада за засадой! Застыв в ожидании, мятежники молниеносно достали из под своей кобуры пистолеты, одновременно принимая стрелковую стойку. Все три прицела были направлены на нашего серого товарища! — Ядрёна вошь! Нам срочно нужно бежать!.. Валенька, ну ты-то хоть не молчи... – судорожно пролепетала принцесска. — Стой, никуда не торопись! — тотчас же отрезал я, рассчитывая на удачу. Неизвестно, стоило ли сейчас делать ставку на победу?! Ведь даже несмотря на визит серого, преимущество всё равно было на стороне громил. Однако Алехандро нежданно-негаданно приподнял голову вверх и провопил на всю округу, в следствии чего с ближайших окрестностей леса в ответку раздался волчий вой других представителей лесной фауны. Конечно же, я догадался, какой поступок совершил сейчас старый! Ить с какой-то стороны, данная затея сможет сыграть нам только на руку! Но с другой стороны, теперь нужно постараться и Элеонору уберечь от новой грядущей опасности! — Ух ты ж, скромная зверушка! Твой питомец?! – небрежно обратился ко мне здоровяк, придерживая ствол на готове. Видать, вы и понятия не имеете, в какую сейчас задницу вляпались, товарищ лейтенант! — Лучше придержите язык и бегите, куда глаза глядят! Волк только что созвал свою стаю, которая с минуты на минуту прибежит сюда. Не успейте вы отстреляться, как вас в две секунды растерзают, и следа не останется! – предупредил я. Вслед за моей речью, вояки сомнительно переглянулись взглядами, выражая в глазах разочарование данного явления. По-видимому, громилы всё же решились пойти на усмирение, подчинившись капитуляции. — Тише-тише, мы же просто пошутили... Ребятушки, давайте-ка мирно спрячем ружья! А то детишки юмора, видите ли, не понимают! – проворковал здоровяк, вновь переглянувшись взглядами со своими товарищами. — Хорошо. А теперь не стойте, пожалуйста, на месте, ежели жизнь дорога! – с трудом проявил я последнюю каплю милосердия. — Ладно, хрен с тобой... Щенок. – сплюнул наш всевышний, — Советую тебе в следующий раз не попадаться на мои глаза! – фыркнул лейтенант, толкая свои предъявления. — Больно надо! Не хотите ли вы сказать, что ещё раз сунетесь сюда? – пришлось пойти мне на контакт. — Нет, в следующий раз, скорее всего, уже другой патруль заявится. Мы-то своё отбатрачили! Так что, считай вам крупно повезло... На первое время! – напоследок усмехнулся лейтенант. Не знаю, стоит ли верить его словам. Но что-то мне подсказывает, что всё таки надо подстраховаться! — Пошли отсюда, мужики! – отметил под конец здоровяк, после чего вояки развернулись в обратную сторону, и ускоренным шагом направились в сторону чащи. С тех пор не прошло и двух минут, как от вояк след простыл. Что ж, с одним делом разобрались, теперь остаётся завершить новое. — Алехандро, а теперь отошли стаю назад, живее! – приказал я серому, в ответ на что тот снова завопил, успешно выполнив свою команду. Вот и другая неуправочка исчерпана: по законам жанра, стадо теперь не должно сюда заявиться, что очень сильно сыграет нам на руку, — как говорится, аффект изъят, вопрос жизни и смерти решён, взрывайте шампанское! Оставалось лишь воодушевлённо вздохнуть, выражая свою внутреннюю одержимость... Ох, никогда ещё так сильно хотелось жить. Однако не стоило слишком рано расслабляться: ведь беда не приходит одна, как говорится! Ибо вокруг нашей сформированной гвардий присутствовала ещё одна маленькая неуладица: нужно как-то познакомить нашу беззащитную принцессу с несклонным к людскому понимаю Алехандро, — а это будет не так уж и просто! Как и предполагалось, по классике жанра волчара развернулся в нашу сторону, недовольно покосив свой недоверчивый взгляд на златоглазку — та лишь в ответ испуганно обхватила мою спину, одновременно обвив руками мою грудь. — Элеонора, будь спокойней, сейчас мы всё уладим! – попытался я утешить девочку, что, к разочарованию, никак не повлияло на её нынешнюю реакцию. Да уж, а когда-то и мне приходилось впускаться в тряску при первом знакомстве с серым, изображая небрежные попытки самообороны. Но потом мы быстро подружились, уживаясь в одной направленности. Но есть одна загвоздка: уж Евдоша умеет усмирять Алехандро, благодаря своему опыту. В отличие от седоволосой я и понятия не имею, как наладить волчий контакт с другим человеком? Что же, придётся на сей момент как-то самому положиться на собственную интуицию. — Алехандро, успокойся... Она своя. – плавно проговорил я, не повышая тон. Однако волк в ответ лишь недоверчиво фыркнул, рассматривая каждое нелепое движение принцесски. Раз уж животные инстинкты не хотят признавать девчонку за нейтральную особь, значит они воспринимают каждое нелепое движение девочки за средство самообороны. Да уж, такое неправильное мышление сможет привести ни к самому лучшему заключению их ознакомления. — Элеонора, успокойся, пожалуйста?! А лучше вообще поменьше шевели руками. Якобы, просто волк неправильно воспринимает ход твоих мыслей... – предупредил я. Но вместо того, дабы меня ослушаться, Элеонора только сильнее испугалась волчьего рычания, из-за чего решила вплотную обвить мою спину, нагоняя на мысленные процессоры волкоподобного суету. Конечно же, было весьма приятно прочувствовать каждую нетронутую невинность златоглазки, соприкасающуюся с моей спинкой. Но, на данный момент подобные мышления про преждевременное либидо показались мне не лучшим решением, иже смогут предотвратить данный раздор! Иначе, нужно подумать немножко в другом направлении. Ну ладно, смирись уже, Валенька, переходный возраст прошёл, теперь пришло время проявить свою взрослую самостоятельность, если, конечно же, она у тебя ещё имеется! — Алехандро, сидеть!.. На пол, я сказал! – к сожалению, и тут мои указания пролетели мимо волчьих ушей. Что ж, остаётся только переходить к плану Б, иначе по другому нашу недружелюбную парочку не помирить. А план Б заключается в том, чтобы Элеонора смогла побороть свой внутренний страх и по добровольной воле пойти на контакт с диким животным... Ну почти с диким! — Элеонора?! – наконец-то соизволил отозваться я. — Д-да! – с суматохой пролепетала девочка, наращивая дрожь на губах. В сию минуту мне пришлось разнять хватку златоглазки, в следствии чего я развернулся к ней, прямиком уставившись в девичьи глазки. — Слушай, я, конечно, понимаю, что сейчас мои слова прозвучат маленько вычурно, но тебе нужно срочно подружиться с Алехандро! – схватил я её за плечи. — Ч-ч-чего! – испуганно возразила Орешек-тян, явно рассуждая в противоположном направлении. — Другого выхода нет! Не переживай, всё будет хорошо! По крайней мере, надеюсь на это! Следующим образом, мне пришлось аккуратно переступить за спину девахи, в следствии чего я намеренно ухватил дивчину за плечи, и начал подталкивать к волкоподобному. — Ты что творишь?! Не покидай меня! – пискнула угрызённо девчонка. — А кто сказал, что я тебя собрался покидать. Лучше действуй, как скажу, дабы избежать лишних потерь. – дословно порекомендовал я, впоследствии отойдя на пару шагов назад от дивчины. — И, что мне теперь делать?! Эдак и стопориться?! Тебе-то легко трезвонить, ибо твоя зверушка. — Да, понимаю, что тебе сейчас не легко в отличие от меня! Поэтому, советую тебе не распускать руки, а лучше вообще спрятать их за затылок, пока волк тебя не обнюхает!.. Да, и лучше не сопротивляйся ему! — Прям собака какая-то! Сам приручил?! – поинтересовалась Элеонора. — Нет, тут отдельная благодарность Евдокии принадлежит! – честно признался я. Меж тем Алехандро подошёл вплотную к девчонке, начиная кружить вокруг неё. Потом понюхал, пробурчал, сделал ещё несколько кружков, а затем ещё раз понюхал. Сама же Орешек-тян застыла в ожидании, стараясь не подавать признаков движения. Мне лишь оставалось молча наблюдать за этой дивной картиной, мысленно посмеиваясь от забавности происходящего. Не прошло и пары минут, как Алехандро закончил нюхательный процесс девичьих запахов, вслед за чем со спокойствием присел на задние лапы, с ухмылкой почёсывая затылок. Значит, нейтралитет восстановлен, что приводит ситуацию к лучшему результату. — М-м-м... Он всё? – спросила златоглазка, наблюдая за данным недоразумением. — Ну да! Видишь, не так уж и сложно было примириться с ним, а ты больше беспокоилась, – промолвил я, приближаясь к нашей дружной парочке. — Можешь не ступориться. Алехандро больше ничего тебе не сделает, если ты, конечно, намеренно не попытаешься разозлить его. Настоятельно не рекомендую этого делать! После заключительной терапии, Элеонора вздохнула с облегчением, продолжая всё также удивлённо рассматривать серого, который где-то молчаливо витал на своей волне! — Фух, вот и исправили это досадное недоразумение. – со вздохом прощебетала Орешек-тян, переводя свои лукавые очи на меня. Видимо, девчонка уже окончательно смирилась с присутствием старого. Что ж, не буду мешать наслаждаться ей столь раритетным зрелищем, покудова даётся этакий шанс. — И не говори! – подтвердил я, вздохнув с облегчением. И правда, всё бы было ничего, если б только посередине моего солнечного сплетения вновь не содрогнуло от боли. В ответ на ломоту, мне довелось прислонить правую руку к груди, дабы приглушить неприятное покалывание. Да уж, не в поле войн я ещё, як и моя недолговечная действительность. — Болит? – обратила внимание Элеонора, наблюдая за моим скудным выражением лица. — Пустяки! – горделиво отрезал я, демонстрируя долю мужского потенциала. Вообще, болит, причём неплохо так! Но я ить мужчина... Правда ни с заглавной буквы, но, всё же, должен иногда показывать свою гордость, хоть и физически оказался проигравшим на данный момент. Ну ничего, Валенька, всё рано или поздно начинается с осознания собственных слабостей. В общем, буду надеяться, что с меня и такой дешёвой отмазки хватит, дабы наша мисс непогрешимость побыстрее отстала со своими претензиями. Потому что, судя по своему сомнительному взгляду, девчонка, всё-таки, пренебрежительно отнеслась к моим словам! А пока в ход не пошли её нравоучительные наставления о соблюдении здоровья, то первое, что пришло в мою голову, — побыстрее сменить тему разговора. Думаю, сперва стоит высказать свой, дескать, поклон девахе, ибо у меня имеется должок по одному поводу. — Да, и ещё... Хочу поблагодарить тебя за тот случай... М-м-м, в общем, когда ты заступилась за меня... Спасибо! – еле выдавил я, с трудом стараясь подавить румянец на лице. Да ладно, Валенька, какая муха тебя укусила?! Неужели ты не постеснялся высказать любезную благодарность, прежде чем делать вид, что когда-нибудь выскажешь её? Прям в лесу что-то сдохло! В ответ на мою признательность девочка слегка покраснела, пытаясь с трудом подавить смешок: — И, что смешного?! – нахмурился я, наблюдая за позитивной гримасой девахи. — Нет, ничего... Эхе-хе! – по-видимому, наша любопытная пыталась подавить разрывающий изнутри смех ладонями, но вышло, как и в любой ситуации, ни шатко ни валко. — Ладно-ладно... Ну всё, не дуйся, я ж не думала, что ты у нас настолько восприимчивый! Извини... – миленько помялась принцесска, затмевая мой пыл искренним выражением глаз. И всё же, грех не простить это милое создание? Посему, почему бы и просто не улыбнуться в ответ своей любимой, иже со всех сил эдак старалась развеять мою замкнутую жизнь... Ну, допустим, она ещё способна развеять, а я?.. У меня ж с индивидуальностью в взаимоотношениях полная лажа, а демонстрировать свои переживания мне и толком не дозволено в здравом уме. Ить для поддержки отношений нужно всегда отдавать что-то взамен, — или, скорее, данная реплика наоборот является некой дискуссией по этому поводу. Наверное, тут в большинстве случаев важнее то, какими эмоциями ты стараешься наделять человека, ибо говорить вечно о погоде довольно-таки скучная затея. — Ничего страшного! С кем не бывает... – сбавил я оборот, дабы проявить милосердие. — И, всё таки, можешь же поблагодарить, когда захочешь... – подчеркнула мило девочка. — Просто настроение у меня в нынешних условиях необыкновенное, так сказать. Бывало и получше. – сболтнул я лишнего. — Смотрится мне, интроверт вы ещё тот... Но ничего, это мы быстро исправим! – подметила Элеонора, коснувшись кончика моей чёлки! А вот тут сейчас обидно было! Но с другой стороны, экстравертка-то наша права была насчёт моего социального амплуа! Давно б не помешало начать переставать отторгать реальность от происходящего. Но дык мне только сегодня думается, потому что завтра я опять буду пролёживать целый день в любимой кровати, включая режим инертного представителя с синдромом диванного выживальщика, иначе никакие муки меня не потревожат. — Да-да, надеюсь, что в один прекрасный день исправлюсь вместе со своим внутренним влечением! – выразил я согласие, скептически ухмыльнувшись. Тут, скорее, важную роль сыграет борьба с моей психологической изнеможённостью, ибо неизбежность без какого либо внушительного повода не преодолеть. Хоть и раньше подобного рода поводы проскальзывали мимоходом, стараясь подчеркнуть своё присутствие, но для столь хорошего перевоспитания нужны весьма отличные старания со стороны предоставленного, так сказать, пестуна. Понятия не имею, что из себя представляет наша молодая трындычиха с причёской с цвета фундука, однако Евдокия уж точно бесполезное звено в данном развитии, — та только и делает, як бесконечно талдычит о своих нравоучениях, непонятно зачем капая мне на мозг. — Вот и славненько! – положительно кивнула Орешек-тян. Теперь на одну проблему стало меньше. Правда меня больше беспокоил ещё один неизгладимый конфликт... Иже произошёл давеча! — Кстати, а что будем делать с нашими аморальными перцами? – сменил я пластинку. — Ты про дикарей в погонах, что ли? – намекнула Элеонора. — Даже не знаю, что предложить... Если честно, так и чешутся руки проучить этих бесчувственных уродов, — лучше бы их и вправду волки растерзали! – субъективно добавила она. — И то верно. Однако меня больше интересует их проделка с запиской, — не чувствуешь в тутошней выходке какой-то подвох? — Есть такое, но давай лучше сменим подобную тему, а то и так настроения о чём-то разговаривать нет, да и в сон вприбавок начинает клонить. Вкратце, думаю очевидно, что бугаи наши от собственных же улик собирались избавиться, — однако, это не столь опрометчивый факт, ибо можно додумать всё, что угодно. По крайней мере, вопрос с вояками будет оставаться открытым. — В принципе, полностью с тобой солидарен. Но ты, всё же, обсуди данную затею громил с дедушкой. Иначе, неизвестно, чем может закончится эта неразбериха. — Обязательно, – согласно кивнула принцесска, вслед за чем сразу же переключила внимание на серого, сидящего неподалёку. — Честно признать, и в жизни не думала, что когда-то столкнусь с настоящим волком лицом к лицу, да ещё и с признаками дружелюбия! Обычно волки не испытывают нейтралитета к людям, а тут прям целое потрясение. – процедила златоглазка, одновременно поведав об своей заинтересованности. — Тут остаётся отдать должное Евдокии, - всё-таки, её хозяйское воспитание, как ни крути! – подметил я. — М-да, ничего себе воспитание. Но в любом случае, надо как-то поблагодарить нашего спасителя за благие дела. — Если хочешь поблагодарить серого, можешь погладить его по головке... Не бойся, ему, как и собакоподобным, нравятся подобные ласки. — Серьёзно?! – глазки девочки мгновенно заискрились от услышанного. Хм, а быстро же пропал её, казалось бы, незадолго непреодолимый страх. Но коли деваться некуда, почему бы и не попробовать примириться с серым. От желания поблагодарить сомнительного животного, девчонка села в позу полусогнутых ног, после чего, несмотря на пережитые пороки, принялась поглаживать старика по головке. А несколько минут назад и у самой всё тело мурашками покрывалось от одного только взгляда на серого! Но следовало лишь сделать шаг для примирения, дык сразу же любовь у них началась «неописуемая»! Несомненно, вслед за проявленным сближением, серый решил в ответ облизнуть девочку по щеке, отчего та пустила заведомый смешок, вытирая рукавом своё личико. — Млин, какой он миленький! Можно я его себе домой заберу? – игриво поинтересовалась деваха, просверливая меня своими глазками. — Предпологаю, что твой дедушка будет не в восторге от такого подарочка, как и всё остальное население деревни. — заманчиво подметил я. — Эхе-хе, тоже верно, – миленько проговорила принцесска, приподнимаясь с корточек. — И, всё таки, какой же хороший волчик! Успокаивает не хуже всяких котиков! – дополнила Элеонора, которая никак не могла насладиться присутствием дикого зверя. — Да-да, а ещё Алехандро ленивый и предпочитает решать личные проблемы ежедневными снами, ибо одна седоволосая барышня раскормила его по самое не могу. – довелось дополнить мне, из-за чего Алехандро с недовольством о чём-то пробурчал в мою сторону, — мол, на себя посмотри. — Сразу видно, весь в хозяйна! – слукавила девчонка, обращаясь ко мне. Ох, мало же нам на плечи свалилось сплошных заговоров, направленных по мою душу! А теперь ещё и Элеонора против меня сгруппировались. М-да, сегодня явно не мой день. Нет, ну вы только гляньте, эта барышня уже целый день надо мной издевается. Однако её последние словечки уж точно стали прямым попаданием в сердце. И чего я такого плохого ей сделал?! — Это выглядело сейчас оскорблением с твоей стороны. – сконфуженно нахмурился я, дабы вызвать на лице нашей фифочки некое чувство помилования надо мной. — Ой, да ладно вам обоим! На деле же, в душе вы оба не такие безответственные, как о себе думаете. Вы ещё можете измениться в лучшую сторону... Если, конечно, захотите! – улыбчиво подчеркнула Элеонора. В ответ на услышанное, мы с Алехандро молча переглянулись взглядами, отрицательно покачали головами, а затем взаимно кивнули друг дружку, вновь переключив внимание на девочку: — Да никогда подобного не случится! Хоть и суд наш суров, но справедлив! – отнекивался я вместе с согласованным бормотанием Алехандро. После нашего активистского возражения, девчонка восторженно посмеялась, этим самым вновь оскорбив наш маргинальный протест. Меж тем мы с Алехандро, приняв на душу колоссальную долю ёрничества из уст Орешек-тян, посматривали друг на друга, мысленно раздумывая теорию об ответном ударе нашего мужского бунта, чтобы постараться, как следует, проучить малолетнюю подстрекательницу, да не терять надежду в свой социальный статус. — Ох, и всё таки, не сомневаюсь в вашем сходстве, — прям две капли воды! Ладно, хорош обижаться. Нужно уже по домам разбегаться. – решила заключить деваха, утомлённо потерев глазки. Нам же с Алехандро ничего не оставалось, аки временно затмить обиды, раздумывая в направлении девочки. — Согласен, тогда двинули! Провожу тебя до дома, что-ли... – добавил я. — Хм, до дома?.. Я тут подумала, а почему бы мне тебя не проводить до окраины леса? – внезапно предложила Элеонора. —Нам ить с тобой так или иначе по одной дороге ступать. — Подожди, а ты точно потом дойдёшь до дому в одиночестве? Мало ли, что в ваших тёмных закоулках сокрыто. – заранее поинтересовался я. — Валь, ну кто в нашей глуши станет на меня нападать? Тем более, я всё нашенское поселение как свои пять пальцев знаю. – осмысленно процедила девчонка. — И всё же, найдётся на сегодня тот или иной человек, иже будет вынуждать меня волноваться за него до самого утра. – наставительно пришлось подмигнуть мне. — Не волнуйся, всё со мной будет в порядке! Мятежники ещё не скоро сюда сунутся, да и расстояние между лесом и деревней в две минуты ходьбы. — Ладненько, всё равно бесполезно тебя переубеждать, – без возражений смирился я. – Но смотри, коли я с завтрашнего дня узнаю, что ты досель не вернулась домой, то при следующей нашей встрече мне придётся не хило тебя так отшлёпать! – под конец довелось подытожить мне. — Горю от вашей заботы, Сеньор! Пошли уже... – восторженно промолвила златоглазка, вслед за чем мы наконец-то принялись готовиться к отступлению. Впоследствии, перед уходом мы с Элеонорой ещё раз поблагодарили серого, после чего волк с удовлетворением отправился по своим делам, забредая по лесную сторону оврага. А нам лишь оставалось последовать в обратном направлении, миновав пустырь и береговую ветку. Несмотря на все мои капризные возражения, наш первый денёк знакомства получился вполне себе интересным. Без приключений, конечно же, не обошлось, — но куда уж без них. По крайней мере, постановка бенефиса в мою честь прошла довольно-таки успешно, благодаря настойчивому влечению нашей пай-девочки. Элеонора одновременно умудрялась и умилять, и смешить, и ажно немного докучать моё жизненное состояние. Однако даже не обращая внимания на прочие капризные визги, идти за ручку с нашей принцесской под звуки плескающей воды было сплошным удовольствием. Хотелось, конечно, жадно обнять эту милашку и не выпускать, не давая ей и капли свободного пространства. Но из-за заветного чувства усталости уже никаких сил не находилось для разыгровки ласковых объятий. Посему, для начала следует обзавестись крепким сном, что не очень помешает для освежения любовных мыслей на завтрашний день. ***