Влюбчивость: За неведомой стеной

~ Ох, эти претензионные качели, иже не спешили выводиться из оков моего сознания, — предвидится же подобное! Но что поделать, коль от того душа рыдает. Скорее, гаснет, нежели скорбит. Отнюдь, душа бывает без огласки, хоть не подлец ты, а всё равно болит. И коль поступок будет свершён грязный, судьёй любовь мне выйдет напрямик. И даст удача нам преодолеть ненастье, взвалившиеся на плечи, как сплошь интриг. ~ — Красиво звучит, неправда ли? – озвучил я, спросонья потирая очи. — А впрочем, полнейшая ахинея! Опять какие-то там бессмысленные словечки и вещие признаки нытья, которые ни на что не повлияют. Надоело. В одночасье, прикрываясь от пленяющих бликов солнца, иже мозолили мои заспанные очи, я посмотрел на часы и тотчас же остолбенел от увиденного, без раздумий нырнув под подушку. До разрыва будильника оставалось десяток с лишним минут, як моё подсознание уже вовсю твердит, что удачно поспать Валеньки вряд ли уже удастся. Видать, утро опять начинается не с кофе. Да и непреодолимое чувство вялости поддакивало в такт, не говоря уже о вчерашнем происшествии. И, покуда наружная марева нерасторопно продолжала развеивать просветы, доносившиеся из-под крон изнемогающих деревьев, приходилось с упорством ожидать случая, когда лучи солнца окончательно перевалят за противоположный меридиан. Но в итоге долго страдать не пришлось, ибо внезапный звон будильника мигом остановил внутреннюю борьбу с проблемами родного климата. Кому-то крепко повезло, что тот не пополнил ряды летающих меж оконце товарищей по причине того, что у господина Валентина оказалось довольно-таки предсказуемое настроение на сие утро. Посему, неохотно приподнявшись с кровати, и преодолев нависшие остатки лени, пришлось наглухо задёрнуть штору, дабы избежать пленяющих отблесков дневного света. Затем я напялил на туловище и ноги верхнюю одежду, вслед за чем, по традиционным обычаям, без торопи потопал в сторону умывальника. Выполнив утренние процедуры, я разложил умывальные принадлежности по местам и, с едва ли заметным приливом бодрости, вне всякого сомнения ринулся завтракать. Тем временем на кухне красовался натюрморт из кастрюли с остатками мясного супа, недопитого стакана чая на столе и обкусанным кусочком хлеба со следами оплавившегося сыра. Благо, раковина не была переполнена посудой. Судя по всему, хозяйки дома не было, — видимо, ускользнула по своим таинственным делишкам. Зато наша подопечная сохранила для меня заранее приготовленный завтрак. Что ж, нужно будет отдать ей должное. По-видимому, вчерашние остатки ужина отправились на съедение ленивым волкам, отчего Евдоши чуть свет пришлось сварганить супчик. Однако за неубранный за собой мини-беспорядок дык и хочется надавать седоволосой по одному месту... Эх, придётся убирать! Исполнив заведомое действо, опосля я подогрел завтрак, после чего налил себе тарелку первого и принялся уплетать утренний рацион, чтобы подавить предварительно изнурённый голод. Стряпня получилась, как всегда, сплошным объедением, — Евдокии в данном плане несомненно не угодить! Единственным печальным последствием завтрака являлся факт того, что оставалось лишь помыть посуду, — что для нынешнего, а точнее, усовремененно-порядочного статуса Валеньки казалось практически неизбежным. Однако сложность сего интегрирования параллельно заключалась и в том, отчего придётся также помыть кастрюлю, которая после заведомого опустошения тоже решила доставить немало хлопот. В конечном итоге, прикончив утреннюю трапезу, нашему ничему негодующему всё же довелось исполнить непременное мытьё посуды, ажно переборов изнутри нависшую призму отчаяния. На деле же, причина моего помятого настроения единовременно характеризовалась на основе вчерашнего происшествия с принцесской. Разумеется, забывать об Элеоноре не выходило из моих планов. Но, как выпутываться из образовавшейся совокупности печальных факторов с дедом, понятия не имею. М-да, бывают в жизни огорчения. Прям как в том анекдоте: вот вроде бы всё наладилось; на работу устроился, ипотеку погасил, машину купил, а тебе бац и восемьдесят. Ох, и почему только сейчас с небес снисходит озарение, что до знакомства с Элеонорой у меня, оказывается, и не складывалось столь восприимчивого ощущения, где нашему превеликому жеребцу одиночества доводилось испытывать уйму униполярных депрессий, стрессов, удручений и прочих обстрелов в спину. Да по кочану, ибо раньше приходилось только лёжа ворчать на кровати, да скулить в пустозвонку в надежде, что кто-нибудь да услышит истинные вопли Валечки. Но бездарно ушедшие минуты не предвещали ни капли изменений, аки и собственная зона комфорта, которая не желала сдвигаться со своего замкнутого пути. Да и жалкие попытки в нахождении безболезненной смерти не увенчались успехом. В итоге заплечных дел мастер, разрушивший жалкие прутья нытиковских бедствий, кои им вершилась златоглазка, как бы то ни было, а всё-таки сумел доказать, что не вина в том, что мир прогнил, а вина в том, что я оказался тухлым огурцом, даже не обдумав ситуацию, аки положено... Не бумер восьмидесятых, естественно, но что-то близко. И, в заключении данного вывода... Я, как-никак, горжусь тем, что сумел освоить некоторые правила познания дзена, не без помощи своей любимой, конечно же!.. Верно... Любимой... Достоверно осмыслив лихое положение дел, я ненароком заскочил в умывальник и посмотрел в зеркало, разглядев очертания своей тусклой физиономии. Промыв, как следует, лицо, в глазах блеснула дьявольская улыбка, прямиком сочащаяся меж моих уст. ~ Кхм-кхм, что ж, раз дед хочет войны, — значит, будет ему война!.. Жестокая война! Какой ему ещё ажно не снилось! Мол, пусть вспомнит, як выглядело знатное кровопролитие на Сомм... Точнее, на Сталинградской битве!.. Кхм-кхм, не хотелось перегибать палку, но данный настрой всё же заметно так приободрил меня, заставляя впервые почувствовать себя, дескать, настоящим мужиком. Оставалось лишь придумать план по феноменальному поражению деда, благо было продумано уже несколько вариантов по данному счёту. Думаю, следует пока что начать с самого безобидного... Однако пощады в конце всё равно не ждите, — обойдётись! Следующим образом, проследовав в собственную комнатушку, я, как и положено, переодеваясь на ходу, натянул на ноги джинсы, вследствии чего и волкман в кишень не забыл засунуть. Протянув наушники изнутри майки к воротничку, и подключив кабель к плееру, мне ничего не оставалось, як с полной уверенностью пройти в прихожую, без какого-либо желания оставлять напоследок завещание. В последнюю очередь, напялив на тело кожаную куртку и кроссовки, я переступил порог дома, после чего, включив очередную ретро-композицию, направился в то самое местечко, иже успело стать для меня чем-то родным. Понимаю, что принц благородных кровей из меня не выйдет, но коли принцесса ждёт, значит будем идти напролом, причём самыми, что ни на есть, душегубскими методами. *** Свежий ветерок шелестел среди верхушек сосен, шёпотливо предвещая переживания едва разогретого дня. Оголённые деревья, не глядя на привычно скукоженный вид, расчехлялись в мерцающих образах, придавая окраски громозде незадолго хандричных будней. И лишь очередные композиции умудрялись не торопить события, разбредаясь между внутренними размышлениями и замедленной прогулкой. К моему удивлению, по пути удосужилось наткнуться на силуэт Алехандро, иже мимолётом пробегал неподалёку. Тот явно следовал куда-то в спешке, не осматриваясь по сторонам... Что ж, ладно, пускай себе скачет, не до него сейчас. Хотя странно, обычно серый по утрам нечасто предпочитает обитать в краях, невдалеке от деревушки, — кои мы на данный момент в них и находились. Ладненько, опустим сие недоразумение. В сию минуту, достигнув кромки леса, в глазах отобразился до боли знакомый пейзаж местной деревушки, — место, где, по-обыкновению, не перестаёт кишеть суета, а некоторые странности здешних угодий и вовсе воспринимались за традиционный обычай для тутошних поселенцев. Сельчане разбредались: кто по работе, кто по хозяйству, кто по гастрономам, а кто и в заливочную да раздвижную. Зато у Валеньки всегда суббота... В принципе, нечему тут удивляться. Заблаговременно сделав глубокий вдох, я стиснул кулаки в надежде, что удача окажется на моей стороне. А затем, обогнув порог леса, пришлось проследовать в сторону населённого пункта, ступив по довольно-таки знакомой грунтовой дорожке. Преодолев полосу, ведущую к въезду населённого пункта, моему взору представилась обыденная конъюнктура безразличности, иже неизменно топталась на прежних местах. Известный глазу люд отнюдь не обращал внимания на моё, казалось бы, нежданное присутствие, созерцательно подумывая о собственных планах на будущее и так далее. По крайней мере, не складывалось эдакого ощущения, будто пребывание нашего борца за невиновность неоправданных обстоятельств считалось здесь какой-то ошеломлённой новостью. Грубо говоря, приход мой не взывал у посторонних каких-то откровенных реакции, косых взглядов и тому подобное. Скорее наоборот, складывалось некое впечатление, словно ничего с предыдущих пор не поменялось, а Валенькин статус достопочтенного гражданина оставался там, где положено. Видать, ещё не все успели слухами обмолвиться. Что ж, данная обстановка, пожалуй, сыграет только на руку. И вот, наконец-то очутившись неподалёку от домика Элеоноры, для предусмотрительных мер мне довелось принять сидячее положение, дабы не попасться на глаза сами знаете кому. Приблизившись поближе, я вплотную прислонялся к соседнему заборчику, чтобы остаться незамеченным. Поэтому, дабы предугадать траекторию предположительного движения деда, я принялся припоминать ближайшие маршруты, идеже можно подобрать неплохую позицию для прикрытия, — благо, такие на памяти имеются. — Итак, чего замерли? Не дрейфим! – прошептал я себе под нос, вследствие чего тихонько проследовал в обход изгороди. Впоследствии, окончательно подковыляв к пункту назначения, откуда выгораживался зелёный заборчик, огородивший домик златоглазки, на всякий пожарный мне заблагорассудилось осмотреться по сторонам. А то мало ли, ещё и непричастные с обвинениями накинутся во время слежки. Но, к счастью, ничего, помимо гробовой тишины, поблизости не предвещалось. В мгновение ока я замер и внимательно прислушался к звукам. Вблизи гримели стуки неодушевленных предметов, — вполне возможно, что кухонные приборы. Посему, мне тотчас же вздумалось рискнуть, дабы на секунду высунуть голову из-под укрытия и заглянуть в одно из окошек, отколь как раз и выглядывала заветная кухня, в которой удосужилось побывать вчера. Как оказалось, там-то впору и находится наш злосчастный старпёр. Итак, начнём с самого эффективного способа. Потому что, как нельзя кстати, неподалёку образовалась небольшая кучка треснутых кирпичей, которая закладывала одну из некрупных пробоин в асфальте. Поэтому, протяжно подобравшись к трещине, и одновременно отгородившись от заданной точки прибытия, я прихватил кусочек расколотого кирпичика и тайком вернулся обратно. — Ну что ж, была, не была. – со стойкой решительностью довелось прошептать мне, взглотнув кромешный ком в горле. Придав себе уверенности, я всё же удосужился запустить кирпич в окно, отчего молниеносно заслышал треск стекла под шквалом разлетающихся по сторонам осколков... Великолепный план, Валя, — надёжный, как швейцарские часы! Чёрт, тебе ить всего-навсего нужно было привлечь внимание деда! Неужели камушек поблизости не оказалось?! Или, твоя пустая кумекалка думала иначе?.. Хм, в Сибири нормальный материал для кладок научились, что ли, делать? М-да, ничего не поделаешь... Млин, да кто ж знал-то, что какой-то долбанутый кусочек кирпича сможет породить целую уйму критичных препятствий. Уж как-нибудь потом постараюсь, вне сомнения, компенсировать убыток... А то неудобно как-то получилось. Разумеется, без лишнего шуму не обошлось. Топот старика был заслышан за версту. Кажется, за двустволкой направился. Плохи дела! В итоге я изо всех сил бросился к соседнему переулку, полагаясь на собственную память. За неделю знакомства неплохо эдак довелось поизучать расположение местных улиц, так что наличие имеющихся преимуществ пошли мне только в прок. Заприметив ближайший перекрёсток, выбор пал между мусорными контейнерами слева, за которыми располагался сгнивший забор, ведущий сквозь заброшенную кошару. Безусловно, неплохое укрытие на первое время, но неплохо было бы желательно разыскать то местечко, откуда воочию будет легче пропалить расклад маршрутов деда, — к счастью, такое тоже запаслось в рукаве. Следовательно, выбрав второй вариант, мне пришлось завернуть вправо. Прорываясь через стопку развешанного белья, иже по расчёту недурно затормозит слежку старика, я, не жалея дыхания, помчался дальше, где через пару мгновений очутился у ближайшего гаражно-строительного кооператива, в нескольких шагах от которого располагался небольшой цех. Не моргнув и глазом, я вскарабкался на крышу одного из гаражей, опираясь на две пары торчащих проушин, расположенных по вертикали. Следом, оказавшись на крыше, мне ничего не оставалось, як плавно залечь на шифер, чтобы с неплохого ракурса выследить, куда предположительно направится наш дотошный выжидатель. Во время наблюдения эпизодически удавалось всматриваться за тем, як дедок кружил в округе родных улиц, находясь в улавливании нелёгкой наживы. Но, к радости, заместо того, дабы направиться в мою сторону, или же, что ещё хуже, обратно к себе домой, старпёр умудрился побрести в противоположное русло, — а точнее, в сторону близ почтового отделения. Когда старик отошёл на достаточно дальнюю дистанцию, затерявшись между стопкой домов, я сразу же спрыгнул с крыши и рывком двинулся к домику златоглазки, чтобы вытащить нашу принцессу из заточения. Времени категорически не хватало. Оттого, мигом подобравшись к жилью Орешек-тян, я аккуратно обогнул калитку, вследствие чего постучался во входную дверцу дома. И, не прошло и пары секунд, как дверь тихонько скрипнула, в ответ на что Элеонора неспешно высунулась изнутри, ошарашенно покосившись в мою сторону. — Валя?! Что случилось? Не ты ли случайно затеял весь этот раскардаш? – её слова прозвучали, скорее, с некой долей увлечённости, нежели с негативом за проявленное мной действо. — Да-да, милая, извини! – настороженно заявлял я, разком оглядевшись по сторонам. — Подумал, почему бы не попробовать украсть тебя на некоторое время, коли ты не будешь возражать! А за окно прости, случайно вышло. Чуток попозже постараюсь уладить данное недоразумение. – захотелось добавить мне для примирения. — Что ж, восхитительно. Ты хоть понимаешь, в какую задницу мы вляпываемся? На сей раз отвертеться уж точно не получится. Настоятельно гарантирую. – переступила златоглазка на более скромный лад, приложив ладонь ко лбу. — Прекрасно понимаю, милая! Но ежели ещё не насточертели решения в духе нечего терять и так и сяк, то придётся ломать четвёртую стену. По крайней мере, всю ответственность беру на себя, можешь не переживать! От услышанного девчонка принялась переминаться на месте, рассуждая над предположительными последствиями данных обстоятельств. — Думай быстрее, у нас катастрофически мало времени. – умолял я, выводя девчонку из мечтаний. — Хм, в смысле? Что значит, берёшь всю ответственность на себя? – вспомнила она. — А что тогда мне придётся предпринимать в сложившейся ситуации? — Ничего страшного. Скажешь, что старалась сопротивляться, но я заткнул тебе рот и силком утащил в лес! – вот и расставили всё по полочкам. — Да-да, отличная отмазка! – саркастично подметила дивчина, что казалось вполне предсказуемой реакцией. — Какая есть. Однако коль кого-то не устраивает подобный расклад, то и над вариантом понадёжнее не помешало бы подумать чуточку попозже. Ну же, Элеонор, не время вафли разжёвывать! – умоляюще разъяснял я, отчего та сконфузилась в замешательстве. Вслед за поведанными мной высказываниями, Элеонора ненадолго замечталась, после чего всё таки решила сделать заключительный вывод в мою пользу: — Ну хорошо, твоя взяла! – промолвила деваха, вслед за чем, не мешкая, накинула на себя уличную кофточку, иже весела в прихожей, а затем и кроссовками обзавелась. Отныне, удостоверившись в положительном ответе девицы, я без раздумий кивнул, потом поднял принцесску на руки, отчего та не по-детски ахнула, а в дальнейшем мы и вовсе помчались пулей за пределы деревни. Точнее, довелось мчаться именно мне, удерживая на собственных руках не менее ценный, но достаточно тяжёлый груз... Можно ведь иногда разок погеройствовать, покуда даётся представленный шанс! Надеюсь, нам не удасться наткнуться на подложенные ловушки деда по пути. *** Посреди текущей препоны обстоятельств избытки моей дыхательной системы начинали достигать пределов истощения, из-за чего физический облик Валеньки со скрежетом утрачивал последние запасы активности. Элеонора же пыталась делать вид, — мол, хочет о чём-то высказаться, но в ответ лишь продолжала помалкивать в тряпочку, не переставая удивляться уедливой неотступности своего верного превозносителя. Думаю, подобная сценка ещё надолго сохранится в наших воспоминаниях. По крайней мере, успокаивал факт того, что я остался в выигрыше перед стариком. Хоть и не без слёз потребовалось выкручиваться из заданного вектора проблем, но зато нетривиальненько! Следственно, оказавшись на опушке леса, я наконец-то опустил девчонку на землю, после чего, уперевшись левым локтём об краешек ближайшей сосны, принялся издавать, дескать, экспираторную отдышку. Фух, в последний раз приходилось испытывать подобную нехватку кислорода на длительных забегах по физкультуре в восьмом классе. Разумеется, в те времена моё физическое развитие было не настолько ветхим, аки сейчас. Однако дряхлый организм даёт о себе знать. М-да, с такими темпами плакал в будущем Валенькин сберегательный счёт. Тем временем небо начинало обволакиваться в неприятное состояние изнеможения, впридачу с чем завеяло лёгким дуновением ветра. Неужели опять морось будет? Только этого без лишних слов не хватало. — Что теперь будем делать? – вывела меня из раздумий Элеонора, меж тем находясь в полном замешательстве. Разумеется, понятия не имею, где искать правильный ответ на заданный вопрос. Но коли ситуация безвыходная, то почему бы не попробовать перевести сценарий на достаточно позитивную пластинку, хоть и придётся выступить в роли некого наивного дурочка... А что? В конце концов, один фиг и так и эдак в дальнейшем получу трендюлей, — не в диковинку же. — Помнится, мы вчера про уроки танцев куковали. Как насчёт того, дабы начать потихоньку осуществлять затеянное? – и всё же, рискнул наш главный герой перенаправить всеобщее плачевное положение на довольно-таки позитивный лад, что, судя по слегка напыщенной реакции златоглазки, отразилось на впечатлениях девицы ни шатко ни валко. — Валь, я серьёзно! – гораздо мягче старалась утверждать она, выражая некие нотки переживания... Скорее, за меня, нежели за себя. — Да, осадочек не мал, осознаю. Небось, всем народным массовкам уже очевидно, что достанется мне по самое не балуй. Без сомнений, самому не хотелось бы оказаться на месте стреляного воробья, чтобы попытаться вернуть свою репутацию пред твоим дедом в обратное ремесло. Но, несмотря на возникшие невзгоды, и за тебя нынче не грех переживать. Как результат, не ходить же мне вокруг до около, без толку вспоминая о тебе. Ить рано или поздно всё равно пришлось бы избавляться от причин предвзятых ксенофобий по отношению ко мне. Тем не менее, твой дедушка первым... — Стоп! – внезапно златоглазка перебила мою речь, выдавая очередной фейспалм. — Выслушай меня, пожалуйста... — М-м-м, хорошо. – в недоумении мне стало любопытно, чего ж такого хотела донести до меня стародевица. В ответ на мою реакцию, принцесска присела на один из ближайших пеньков, впоследствии принявшись толковать следующее: — Если быть честным, на самом деле я ещё со вчерашнего вечера успела удалить сей конфликт с дедом. Ух как всё мудрено у них, оказывается! А раньше с этого нельзя было начать?! — В смысле, уладила?! – данный факт ни на йоту заставил меня опешить. — Эх, – с тяжестью в горле выдохнула она, вслед за чем продолжила разъяснять. — Да в прямом. И всё же, нужно было ещё с самого начала нашей сегодняшней встречи тебе изложить. Однако когда ты негаданно удосужился нажить на свои плечи уже достаточно весомый ворох осложнений, то при попытке сложившихся неудобств мне ничего толком не оставалось, как пойти на твоё рискованное предложение. Ибо сегодняшняя вспыльчивость дедушки, которую, сам знаешь, кто устроил, не оставила бы на твоём теле и капли мокрого следа, прежде чем я б успела объяснить всю правду... Ну, а ежели коротко, вчера до самого вечера с дедом перестреливалась. Как бы то ни было, тот с трудом, но всё таки поверил, что во время вчерашней сценки за просмотром телевизора между нами произошёл вполне неловкий инцидент. И, осознав собственную помарку, дедушка даже готов был перед тобой извиниться. Якобы... Эхе-хе... В общем, ты понимаешь, что во второй раз, возможно, уже не настолько хорошо прокатит, як в предыдущий. – слепетала деваха напоследок, отчего я только сильнее впадал в глубокую растерянность... Скорее, даже в критический диссонанс! — Чёрт, серьёзно, это правда ни одна из твоих очередных шуточек?! — Конечно же нет, Валенька... Ох, вот встретил бы ты Алехандро чуть-чуть пораньше, то ничего похожего и не стряслось бы... Наверное. — Алехандро? То бишь... — Да, так получилось, что я незадолго до происшествия послала волка к тебе, — кратко говоря, сегодня ажно специально пришлось встать спозаранку, дабы с шести утра выслеживать зверька невдалеке от лесного ограждения, ибо маршрута дальше леса и представить не смогла. В итоге Алехандро с горем пополам откликнулся на мой зов. Впредь письмо передала волку в зубы, приказав, чтоб тот не посеял бумажку по пути, дабы тебе адресовать. Там-то и хранилась информация о перемирии двух сторон. Видите ли, всё же поздновато отправила. — Ага... Понятненько... Что ни черта непонятненько... Ёксель моксель! – кажись, мне вновь удосужилось осознать один из главнейших проступков в своёй жизни. — Действительно, я ж его надысь видел, когда находился одной ногой в деревне. Серый, видимо, не заметил моего присутствия, когда пробегал мимо. А я и вовсе не старался обращать на него внимания. М-да уж... — Эхе-хе. Печальненько, с кем не бывает... – с некой долей сожаления промолвила наша мисс непогрешимость, в ответ на что последовала гробовая тишина. — М-м-м, извини, как-то неловко получилось. Познав всю внутреннюю удручённость, смешанную с неблагоприятными признаками какофонии, мне захотелось присесть на один из ближайших пеньков, и с чувством кромешного позора прикрыть лицо ладонями. — Ааа, вот это я облажался! – дык и хотелось погрызть все ногти. Следующим образом, Элеонора, взяв в толк горечь безуспешных последствий главного неудачника дня, приподнялась с пенька, после чего неспешно приблизилась ко мне. — Ну ладно, не горюй, придумаем что-нибудь! Хотя, на сей раз предпочту, что сплошным толкованием про случайные оплошности вряд ли удастся отмазаться. В общем, влипли мы знатно... Ну ничего, надеюсь, выберемся. — Не то слово. Конечно же, от заявленных словечек златоглазки не становилось легче на душе, но хотя бы немного успокаивало, что не повредит. Правда тревожное небо не спешило сдавать заднюю, ибо ветер продолжал крепчать, а капли дождя исподтишка начинали устремляться на земную твердь. Зонтов ведь нет, что очень печальненько. — Кажется, дождь собирается. – поздновато заподозрила Элеонора. — Паршиво. Вчера вроде бы безоблачную погоду передавали. В общем, получилось у нас с тобой вдвойне досадное поражение... И правда, данная несуразица взвалила на мои плечи уйму неудобств, проявленных перед принцесской. В конечном итоге статус авторитетного зятька пред любимым, так сказать, тестем тоже удосужился утратиться во всех отношениях. А невнимательность Валюши тем более не перестаёт поражать воображение. Сама же Элеонора в настоящее время стояла с опечаленной миной на лице, понимая, что в любую минуту просто-напросто сможет промокнуть и заболеть, — и, вне всякого сомнения, по вине Валечки. Ох, прекрасна же жизнь нашего хронически-эксцентричного чайника, живущего в бесконечной петле очередных смен экзистенциального кризиса, — и ить не поспоришь!.. Между прочим, и вправду не смешно. — Слушай, Элеонор, ты, конечно, извини за то, что всё перевернулось вверх дном... Знаю, по моей вине, но всё же... На твоей памяти случайно не найдётся вариантов, где есть возможность поблизости укрыться от тучки? – искренне поинтересовался я, в который раз выразив своё ни на что не способное угрызение совести. Та в ответ лишь положительно мотнула головой, понимающе давая надежду на благополучное спасение: — Найдётся, знаю тут одно местечко неподалёку. – понемногу слукавила деваха, придав мне солидного запаса уверенности. Умеет же она взбодрить в самый подходящий момент. Вот как её не любить после всего сделанного? — Отлично. Проведёшь, пожалуйста? — Несомненно. Пошли, калека ты наш! – стукнула меня по плечу златоглазка, вслед за чем схватила нашего приунылого куролесника за руку и потащила в неизвестность. *** Следуя по таинственной тропе, на пути проводница не торопилась пересекать границу леса, и лишь только слегонца углублялась внутрь. Меж тем тучи барабанили всё сильнее и сильнее, незамедлительно перерастая в ливень. Земля постепенно обволакивалась в серые поникшие оттенки, отчего заглушались шумы порывистого ветра, разбредаясь среди растворённых запахов лесных угодий. Мало того, что одежда изрядно начинала промокать, так и ещё устремлённые вспышки изгибающих молний лихорадочно навивали немыслимой жути. Впрочем, долго печалиться не пришлось, поскольку мы без промедления оказались у заданного пункта назначения, который представлял из себя задрипанный двухэтажный домик, покрытый обветшалыми слоями древесины и наполовину продавленной черепичной крышей, иже ещё как-то умудрялось поддерживать поныне навесное обличье. Понятия не имею, кому могло принадлежать данное жилье, но в угоду неблагоприятной обстановке меня сей факт ни на самую малость не колышел. Посему, переглянувшись взглядом со златоглазкой, мы без компромиссов обогнули порог дома, оказавшись в утробе ободранного помещения. Пока удары дождевых капель били об оконные стёкла, я осматривался по сторонам, в надежде разглядеть хоть какую-то крупинку тех или иных ценностей средь коренных охапок ободранных обоев. Но разумеется, ничего, кроме до гола изъятой мебели и стопок рваных вещиц бывших домовладельцев, не наблюдалось. Лишь мозолила глаза картина на стене, на которой был изображён портрет обнажённой жрицы «Ио» – одного из персонажей греческой мифологии и, по совместительству, возлюбленной «Зевса»... Хм, не помнится, чтоб в наших сибирских деревнях проживали представители, дескать, политеистических религий, — да и прозвучал бы подобный феномен чересчур странновато. Ну да ладно, не будем забивать голову чем попало. — О чём задумался? – неожиданно поинтересовалась Элеонора, прислонившись спиной к стене. Она внимательно изучала мой опущенный взгляд, стараясь переходить на более позитивную ноту общения. — О погоде, разумеется. – пришлось осведомить мне, воспроизводя достаточно уровновешенный тон общения. — В таком случае не вижу в этом ничего плохого. Не всем, конечно, дождь по душе, но чувство утихомирия от подобного не угасает. Кратко говоря, под чаёк о чём-то поразмышлять в самый раз. — Да дело даже не в самой погоде. – ясно отрезал я. — А в чём же тогда? — Как-то грустно всё получается. Сначала знакомство с твоим дедушкой, вслед за ним мой сегодняшний проступок, а теперь и дождь вприбавок ко всему. И всё словно по-писаному, причём без промедлений. Да-да, Валенька, только не говори, что во всём авось замешана кара за грешки, иже проявились в плане твоих нелепых отторжений от любовных интересов златоглазки. Ежели оно и этак, то получи по заслугам и не хнычь в тряпочку, ить теперь терпение на сей момент — твой главный козырь. Посему, рассчитываю, что именно сейчас, несмотря на весьма затруднительное положение, стоит подобрать правильные слова для любовного признания своей любимой. Тем не менее, покуда та тотчас на позитиве, самое время брать принцесску живьём. Хоть и вчерашний несвершённый поцелуй, который должен был произойти в комнате Элеоноры, достаточно подлил масла в огонь, но назвать это полноценным подтверждением вашего любовного статуса на сегодняшнее положение уж точно не получится. — Думаю, ты слишком преувеличиваешь с подобного рода прорицаниями. Обычно многие наоборот улавливают в схожих отрывках жизни, направленных на преодоление аналогичных сложностей, некое блаженство, благодаря чему их в конечном итоге ещё больше притягивает друг к другу. – разумно подметила деваха, что ни на йоту превышает всеобщую совокупность нашенских душевных порывов. Порой, во время таких фрагментов данные высказывания кажутся чрезмерно изумительным явлением. — По большей мере, с лёгкостью хотелось бы верить в твои высказывания, при этом не жалея о любых пожертвованиях, которые предстоит переживать раз за разом. Тем более, я жутко соскучился по тебе, покуда подумывал о нашей вечной разлуке с черёд вчерашнего расторжения. – не мудрствуя лукаво, разоткровенничался я. — Что ж, я, конечно, польщена. Тоже без тоски не обходилась. Но, пожалуй, коли на то пошло, то давай первым делом уберём серые мысли в сторону. А то остолбенеешь раньше времени, сглазишь светлую полосу и пропадёшь на десять лет безбрачия, – тебе оно надо? – целенаправленно противопоставила девушка. Да-да, Валенька! Вот и вся ипостась истины, которая с юных лет заложена в твоём зеркальном отражении. И, не нужно в очередной раз гнать словечки про опасности окружающего мира вокруг себя, из-за чего образуется твоё предвзятое отсутствие мотиваций... Ить образуется лень, нежели опасность — это не твоё подавленное состояние, а нежелание бороться со сложностью сопоставления правильных выборов, которые рано или поздно придётся признать. Да и если приглядеться, ничего там сложного на самом-то деле и нет, помимо некоторых целевых исключений. — Понятное дело, не надо. – без лишних колебаний утвердил я. — Ну вот, уже по-свойски прозвучало. А извиниться пред моим дедушкой в любом случае придётся, — кстати, предлагаю это сделать вместе. — Вместе?.. – на минуту пришлось призадуматься мне. — В целом, неплохая задумка. Только как насчёт того, чтобы перенести извинения хотя бы до завтрашнего дня? Просто предполагаю, что примерно к сию промежутку твой дед и отойдёт от заданной сварливости на сегодняшний цикл. — Разумное умозаключение. Главное, чтоб прокатило. — Вне всякого сомнения, рано или поздно прокатит... Эм, но всё же постарайся при следующей нашей встрече убедить дедушку, дабы тот спрятал своё ружьё подальше. Трендюлей я, известное дело, получу, однако хотя бы без убийств и излишних перепалок обойдётся... М-да, не по себе, когда задумываешься о чём-то таком экстремальненьком. А вдруг всё-таки не простит? — Простит-простит, никуда он не денется. Ну, разве что запретит мне на первое время встречаться с тобой. А так, и без лишнего шуму сможем с тобой впредь сблизиться. Сам ведь понимаешь. — Прекрасно понимаю. – согласно кивнул я, отчего пустил тяжкий вздох. Честное слово, с радостью бы поверил в сказанное ею, да вот только вчерашний брифинг со стариком, помнится, гарантировался без пробелов и недостатков. Но в конечном итоге не одного единого оправдания не свершилось, что выставляет трепетологию девочки под крайне зажиточное сомнение. Конечно, не спорю, что Элеонора — особь не глупая, однако дедушку своего она недостаточно знает, — тем не менее, тот однозначно не выжил из ума! Ладненько, не будем о грустном, а лучше постараемся сменить тему разговора. Следовательно, вытаращив очи на местную картину, иже, по большей мере, приводила в замешательство, я подумал, а почему бы не обсудить сие творение со златоглазкой. — Кстати, Элеонор. Погляди, какой дивный портрет нарисовался, правда немного странновато осознавать его местоположение в наших краях, тем более в такой запустелой лачуге. Случайно не подразумеваешь, кому мог принадлежать данный плод вдохновения? – для галочки стало любопытно мне. — Честное пионерское, понятия не имею. Да и толком никому неизвестно, кто мог здесь в былое время проживать. Вкратце, не касаясь частностей, как-то по случайности удосужилось наткнуться на данную заброшку... В прошлом году вроде, если не путаю, коли похожих безнароден у нас тут полным-полно в округе, – чётко отозвалась девчонка, вследствие чего решила приблизиться ко мне поближе. — Хочешь сказать, мол, наслышан об оном творений? – мечтательно промолвила деваха, присев на корточки. Немного погодя, мне тоже захотелось принять позу полусогнутых ног и присесть вплотную со златоглазкой. Посему, следующим образом, мы уже обоюдно принялись рассматривать нависшее перед глазами изображение. — Эта женщина, а точнее, девушка, Ио, — один из персонажей греческой мифологии. Возможно, именование прозвучит черезчур странно, но такова сущая правда. – в подробностях осведомил я. — Завлекательно. И много ты чего знаешь из греческой мифологии? – участливо переглянулась со мной взглядом принцесска. — На самом деле, маловато. Однако кое-что довольно-таки помню из разряда школьных учебников по истории. — А память у тебя, оказывается, хорошая! – умилялась дивчина. — Смотря в каком ключе! Хотя, предпочёл бы, что чаще всего в моей памяти закладываются элементы, проявляющиеся в качестве сентиментальных чувств, нежели в плане излишних интересов и взглядов на окружающий мир. — Хм, и какие же сентиментальные чувства тебя в большинстве случаев пощещают? — Ну, не знаю. Всегда по разному, и в зависимости от перенасыщенного настроения. В особенности, подобные свойства проявляются зачастую тогда, когда ты продолговатое время проводишь деньки в одиночестве, что достаточно очевидно, если брать в пример мой предыдущий образ жизни. Но в последнее время, по большей части, всё-таки испытываю восторженность. И не спрашивай почему, сама догадываешься. – сконфуженно проворковал я, взамен на что Элеонора лишь скромно усмехнулась, перекидывая взор обратно на картину, однако в ответ ничего не предъявила. В какой-то степени, её выражение глаз показалось мне то-ли немым, то-ли усталым. — Что-то ты побледнела, всё в порядке? – с порога полюбопытствовал я. — Да, всё отлично. Наверное, из-за погоды низкое давление испытываю. — Голова болит? — Не то чтобы... Просто немного вяло на душе. – призналась она. Валенька, а Валенька, раз лицезришь ситуацию, может тогда немного приобнимешь девочку за талию, — заодно и согреетесь оба?.. Нет, скорее, не в тепле дело, (хотя, в нём тоже) а в, так сказать, сентиментальности. Ить мой ответ насчёт восторженности оказался проще пареной репы, как нечего делать. Зато её реакция на эдакий вывод показалась на редкость неоднозначной. Да, мелочи по поводу затяжного признания в любви легли на руку, не спорю, но... Ой, да брось ты, обалдуй, обними уже девчонку за талию и приготовь речь для любовного признания. Самый момент же. Поверь, кто-то, а она тебя в глубине души уж точно любит. Так и быть, мне довелось слегка приобнять златоглазку, отчего та в ответ нашла сил промолчать, лишь немного покраснев. Зато тепло и уютно сразу же стало обоим, к чему возражений отнюдь не предвещалось. И всё-таки, через пару минут нелепого безмолвия Элеонора решила нарушить тишину первой: — Валь, эстетика эстетикой, а ты, кстати, так и не поведал, что эта за Ио такая? — Ах да, извини, замечтался, – ненароком приготовился я к озвучанию. — В общем, если вкратце, однажды Зевс влюбился в древнегреческую жрицу Ио, в следствие чего та не прочь была согласиться на роман с ним. Однако, дабы избежать своей ревнивой жены «Геры», в один миг Громовержец решил превратить Ио в прекрасную корову... — То бишь, на то время Зевс уже был женат? – резко перебила меня наша любопытная. — Да-да, такова правда-печаль. Тем он ещё бабником был. А сколько наследников наплодил, — там по нынешний день их общее количество неизвестно. В общих чертах, та ещё Санта-Барбара. — М-м-м, интересненько... Ладненько, продолжай. – и вправду заинтересовалась Орешек-тян. — Впредь, Гере приглянулась корова, из-за чего та захотела забрать её себе. Разумеется, Зевс не смог отказать Жене в данном пожеланий. Позже, бог приказал «Гермесу», одному из своих сыновей, выкрасть у Геры корову, а точнее, у её наставленного стража «Аргуса». И, путём хитрых манипуляции, у Гермеса получилось выполнить приказ, после чего бедная корова отправилась скитаться по миру сему. В итоге Гера и вовсе узнала, что Корова, оказывается, и есть любовница Зевса. И, в порыве ненависти, жена Громовержца создала ужасное насекомое, которое очень долго преследовало Ио... — Подожди. – внезапно прервала рассказ Элеонора, схватив меня за правый рукав. — Что случилось? – с неким недоумением поинтересовался я. В ответ девчонка посмотрела мне в глаза, как вкопанная, стараясь подобрать более цельные слова для разъяснений. — Извини, но как-то я неважно себя чувствую, заслышав твою историю, – с дрожью на губах излогала наша невинная. — Давай лучше не будем обсуждать эту историю, да отойдём отсюда побыстрее?! — Да-да, как скажешь. – разумеется, не могло обойтись без согласия. — Не общай внимания, хорошо? – умоляюще отозвалась златоглазка, в ответ на что я лишь положительно кивнул. Без понятия, что в сие мгновение творилось в сознании Элеоноры. Казалось бы, в изложенной мной байке ничего столь противоестественного нет. Мифы, как мифы, — легенды, как легенды. Хм, а может, тут что-то другое замешано? То ли девчонка ассоциации с чем-то неприятным почувствовала, то ли насекомых боится. С другой стороны, спору нет, что подобные ассоциации могут быть как-то взаимосвязаны с незадолго вскрытыми воспоминаниями девчонки, что опять-таки подогревает интерес к заданной теме. В общем, вариантов непочатый край, а разбираться во всём этом ажиотаже также без толку, як достучаться до небес. На сей момент не вижу смысла трогать девицу со всякими расспросами. Неурядица неурядицей, а спокойствие превыше всего. Поэтому, пусть деваха отойдёт для начала, а там посмотрим. Однако придётся вновь повременить с любовными признаниями на некоторое времечко. А то что-то наша принцесса отказывается важно себя чувствовать... Ладненько, вот когда нынче наша мисс непогрешимость успокоится да растормошится, то тогда окончательно и приступим к запланированному действу по завоеванию девичьего сердца. Вон, моя бывшая мне, между прочим, первой призналась в любви. Зато наш изолированный от мира сего Валенька никогда б на подобное не решился, — слабак! С момента возникшей неполадки мы с Элеонорой приподнялись на ноги, одновременно раздумывая над следующим ходом событий. Заодно и ветерок исподволь начинал стихать, что предвещало к скорому окончанию дождя. — Так понимаю, что мы не до конца здесь осмотрелись. Каковы предложения? – решился я прервать недолгую паузу. — Как насчёт того, чтобы посетить второй этаж? – порекомендовала она. — Что ж, оптимальный вариант. Тогда пошли? — Да, двинули... По итогам пришлось дать добровольное согласие, ибо другого развития событий попросту не оставалось. Лишь слегонца доводилось посматривать на местами поддельную улыбку стародевицы, иже смущала меня не менее, чем выносить сор из избы.