колыбельная нежности

      шэнь цинцю спокойно ведет занятие у своей любимой группы. он только успевает задать им вопрос для дискуссии, когда в дверь аудитории настойчиво стучат и без разрешения открывают. — профессор шэнь, там… ло бинхэ, — мобэй выглядит немного напуганным, и у цинцю зарождается неприятное чувство в груди. — подумайте о вопросе, который я задал, — говорит он студентам, направляясь к другу своего возлюбленного. — я скоро вернусь и спрошу ответ с каждого.       он выходит, и мобэй сразу же ведет его за собой. — что такое случилось с ло бинхэ? — взволнованно потирая ладони, спрашивает цинцю, не сдержав любопытства. или, скорее, волнения. — у нас была физкультура, мы только вошли в раздевалку, как он вдруг свалился без сознания, — объясняет студент. — его отнесли в медицинский кабинет, он и профессор лю сейчас там. — он пришел в себя? — цинцю нервно впивается ногтями в ладони, пытаясь унять дрожь. — да-да, всё в порядке, — мобэй тут же кивает.       они добираются до медицинского кабинета, и шэнь цинцю первым влетает внутрь. он сразу же обращает внимание на лежащего на кушетке бинхэ с закрытыми глазами и пакетом льда на голове, а потом переводит взгляд на лю цингэ, и в этом взгляде читается абсолютно явное недовольство.       лю цингэ пришел в университет три недели назад, и эти три недели были для шэнь цинцю кошмаром. помимо того, что ему приходилось слушать то от одного, то от другого недовольства друг другом, так иногда еще и надо было их разнимать. а то, что творилось эти три недели с бинхэ, он и описать не сможет — настолько сильно лю цингэ изматывал его на своих занятиях. каждый раз после физкультуры бинхэ мог только до дома добраться, где сразу замертво падал в постель и засыпал.       для шэнь цинцю нет совершенно ничего удивительного в том, что они закончили именно здесь. он имел 'счастье' наблюдать все эти три недели, как с каждым днем краски на лице бинхэ становятся всё бледнее. он стал мало есть, а кошмары по-прежнему не отпускали, из-за чего сон также был сбит. так ещё и физкультура, на которой специально для него выдавалась тройная нагрузка, которую ни один нормальный человек не выдержит. — профессор шэнь, — доктор улыбается и кивает в знак приветствия, — что вас ко мне привело? — пришел проверить своего ученика, — отвечает шэнь цинцю, не отводя взгляд от бинхэ. тот хмурится и постепенно открывает глаза, встречаясь своим уставшим взглядом с чужим, полным тревоги и привычного тепла. — с ним всё в порядке? — обычное переутомление, — заключает доктор. — я напишу ему освобождение от занятий до конца недели. если у вас есть возможность, передайте его семье, что он нуждается в покое и отдыхе на это время, так что пусть постараются обеспечить ему комфорт и тишину. — доктор ван, — зовет цинцю, вздыхая, — не думал, что когда-то мне понадобится ваша помощь. можете выдать мне больничный лист до конца недели? — профессор шэнь, вы..? — у бинхэ… тяжелая жизненная ситуация, — уклончиво объясняет шэнь. — думаю, его родители не смогут оказать ему должный уход, поэтому я позабочусь о нём до его выздоровления. — что ж, хорошо, для меня не составит труда, — мужчина пожимает плечами, не задавая лишних вопросов.       шэнь цинцю благодарит его и снова смотрит на бинхэ, медленно подходя к нему. он опускает руку на его холодный ото льда лоб и, убирая руку, незаметно для остальных ведет по его щеке кончиками пальцев. маленький, но такой нежный жест, от которого бинхэ весь покрывается мурашками и кое-как сдерживает глупую влюбленную улыбку. — шиди лю, — зовет шэнь цинцю, вдруг став серьезным и даже немного злым, — как у тебя только совести хватило так издеваться над моим учеником? разве не видел, что у него последнее время здоровье становилось только хуже из-за того, как ты мучаешь его? — откуда бы? — усмехается лю цингэ. — да этот паршивец выглядел так, будто на нем пахать можно! я заставил его бежать на двадцать кругов больше остальных, а он пробежал и бровью не повёл. откуда мне было знать?! у него вполне хватало сил, чтобы спорить со мной. — а ты не подумал, что он вообще-то не лошадь, чтобы на нем пахать? — цинцю раздраженно смотрит на него. — ты не видишь, что он вчерашний ребенок? зачем так со своими студентами? если у тебя есть личные обиды, то реши их иначе, не пользуясь своим положением. — опять защищаешь этого щенка, — лю цингэ закатывает глаза и, махнув рукой, уходит прочь.       доктор ван отдает шэнь цинцю его больничный лист и помогает поднять ло бинхэ. тот убеждает их, что он уже в норме, но цинцю заставляет юношу облокотиться на себя и, обняв его за талию, уводит из кабинета, прежде попрощавшись с доктором. — мне нужно предупредить студентов и забежать на кафедру, — говорит он, ведя бинхэ к своему кабинету. — ты сможешь немного посидеть, буквально минут пятнадцать? потом сразу поедем домой. — всё хорошо, я могу подождать, — бинхэ кивает. он быстро оглядывается и, когда обнаруживает, что в коридоре никого, быстро целует цинцю в щеку. — спасибо, что заботишься обо мне.       цинцю не отвечает и прячет улыбку.       они входят в аудиторию и сразу же оказываются под очень пристальным наблюдением нескольких десятков глаз. шэнь цинцю отправляет бинхэ сесть за его стол и поворачивается к студентам. — занятие придется закончить, у меня появились важные дела, — сообщает он. — сформулированные ответы на вопрос запишите, на следующем занятии я к этому вернусь. можете быть свободны.       шэнь цинцю собирает на столе какие-то бумаги, пока студенты уходят, прощаясь с ним. он раз семь бросает недовольный взгляд на сидящего рядом бинхэ, но тот предпочитает этот взгляд игнорировать и продолжает гладить своими пальцами чужую коленку.       когда все дела закончены, шэнь цинцю возвращается в аудиторию и чуть сам не падает без сознания, когда видит там лю цингэ. эти двое по разные стороны одного несчастного стола, который скоро развалится от давящего на него напряжения, и цинцю этот стол прекрасно понимает. он входит внутрь, мысленно считая до десяти, надеясь, что эта техника поможет ему успокоиться. — шиди, ты что-то хотел спросить? — он бросает взгляд на лю цингэ, но идет к ло бинхэ, и тот удовлетворенно хмыкает, радостный от того, что этот раунд их молчаливой битвы выиграл он. — почему сразу спросить? я не могу к тебе прийти без вопросов? — раздраженно вопрошает лю цингэ. — можешь, конечно, можешь, — цинцю качает головой. — но тогда это не самое удачное время, сейчас я должен кое о ком позаботиться. по твоей милости, кстати. — учитель, — вдруг жалобно зовет бинхэ и, до того как цинцю успевает хоть как-то отреагировать, обнимает его за талию, прижавшись щекой к животу. — мне так плохо, — жалуется он, боковым зрением замечая, как от этого бесится лю цингэ.       шэнь цинцю тоже беситься хочет. это что ещё за вольности такие? он бы уже разошелся гневный тирадой, но ло бинхэ и правда плохо себя чувствует. вряд ли он делает это из каких-то своих эгоистичных желаний, скорее всего у него просто снова кружится голова, так что цинцю нужно просто стать для него опорой, пока он не придет в себя. с этими мыслями цинцю опускает руку на его затылок и нежно массирует, надеясь успокоить головную боль. — давай поговорим чуть позже? — он вновь обращается к лю цингэ. тот закипает от злости, гневно глядя на театрально-печальное лицо ло бинхэ. — позвони мне ближе к вечеру, я думаю, что буду свободен. — не дождешься, — недовольно хмыкает мужчина. — сиди и дальше с этим псом, я поговорю с тобой в другой раз, когда его рядом не будет.       лю цингэ уходит, а шэнь цинцю усмехается. ну вот, ло бинхэ так быстро вырос в глазах его шиди: теперь он не щенок, а целый пёс. — пойдем, нам пора домой, — постучав свободной рукой по плечу парня, говорит цинцю. тот вздыхает, нехотя отпуская талию учителя, и поднимается на ноги.       когда они возвращаются домой, шэнь цинцю отправляет ло бинхэ в постель, приказав ему не вставать, пока он не разрешит. тот бормочет что-то себе под нос и плетется в комнату.       цинцю приходит к нему через час. в руках он несет чашку с горячим супом, которую ставит на прикроватную тумбу. бинхэ спит, укутавшись в одеяло до носа, и по его хмурому лицу становится понятно, что приятные сны он снова не видит. — бинхэ, — тихо зовет цинцю, сев на край кровати. он убирает пальцами прядь волос с лица младшего и мягко ведет ладонью по его щеке. — бинхэ, тебе нужно покушать, — говорит он, после чего нежно целует в висок.       ло бинхэ открывает глаза. смотрит ещё сонным взглядом перед собой и пытается осознать, где он находится. он переводит взгляд на цинцю и хватает его за запястье, останавливает его руку и целует ладонь. — вставай, я приготовил для тебя суп, — цинцю улыбается, пытаясь убрать руку, но бинхэ держит крепко. — мне приснилось, что ты ушел к нему, — бормочет бинхэ и поднимается, чтобы потом прижаться к цинцю, уложив голову на его плечо. — приснилось, как ты говоришь, что тебе всё равно на меня. и я ничего не мог с этим сделать, никак не мог удержать тебя. — бинхэ, — цинцю вздыхает и кладет руку на чужую поясницу, — ты же знаешь, что это просто сон? я здесь, с тобой. и я не собираюсь никуда уходить. — что ты со мной делаешь, цинцю? — бинхэ хнычет, обнимая крепче. — в своей жизни я часто терял людей, я привык к этому, и теперь мне всё равно, если кто-то снова уйдет. только если это будешь не ты. без тебя я не хочу и не смогу. если однажды ты захочешь уйти, пожалуйста, просто исчезни, не говоря мне об этом, ладно? я не выдержу, если услышу от тебя такие слова.       ну вот опять! прошло всего лишь несколько недель с их разговора, когда бинхэ ползал на коленях в слезах, и вот он снова несёт какую-то чушь.       цинцю заставляет его поднять голову и посмотреть себе в глаза. — ло бинхэ, — говорит он, держа руками лицо парня перед собой, — ты — мой самый близкий человек. я готов делить с тобой быт, постель и всю свою жизнь. я не уйду от тебя. я готов преклонить колени вместе с тобой. я люблю тебя больше всего на свете.       у бинхэ, кажется, останавливается сердце, когда он слышит это. по щекам против его воли текут слезы, и цинцю нежно стирает их большими пальцами. — я люблю тебя, — шепчет бинхэ. — я люблю тебя. я очень сильно люблю тебя. просто безумно люблю тебя. — я знаю, — цинцю улыбается, целуя его в кончик носа. — пожалуйста, бинхэ, не сомневайся во мне больше. я никуда не уйду.       бинхэ не отвечает. вместо этого он тянет шэнь цинцю на себя и целует его, крепко обнимая за талию.       суп продолжает остывать на тумбе.