Death Eater Takes a Holiday/Каникулы пожирателя(Черновик)

Глава 51 Dinner with Albus, Breakfast with Jessica Or Three square meals and a Severus snack Гарри молча подошел к замку, Альбус шагал рядом с ним. Северус шел с другой стороны от Гарри, держа его за руку. Гарри хотел бы, чтобы они могли сделать это на публике без зелья невидимости, но он возьмет то, что сможет получить сейчас. Слишком скоро трое волшебников вошли в главный вход. Гарри почувствовал, как рука Сева выскользнула из его хватки. Студенты шныряли вокруг, так как было почти время ужина. Маска Гарри – сильный и гордый – дрогнула, когда он увидел знакомое лицо. Симпатичная рыжеволосая девушка вела нескольких потерянных первокурсников в Большой зал. Она помахала рукой и позвала его по имени, сверкнув своим новым блестящим значком префекта. – Гарри! – позвала она. – Джинни! – Он улыбнулся своей почетной младшей сестре. Гарри услышал вздох одного из потеряшек-первокурсников. – Ты знаешь Гарри Поттера? – услышал он удивленную девушку, притягивая Джинни для объятий. – Мне действительно нужно было увидеть дружелюбное ко мне лицо сегодня вечером. Рад тебя видеть, – тихо проговорил он ей на ухо. – Ты останешься на ужин? – с надеждой спросила она. – Да, но не в Большом зале. Я присоединюсь к тебе в следующий раз, хорошо? – пробормотал он и ушел, чтобы догнать Альбуса и Сева. Когда он помахал на прощание, он заметил, что двое первокурсников так и не отходили от Джинни; они тоже, как и девушка, захихикали, когда он помахал им. Гарри назвал горгулье свой личный пароль и ступил на двигающуюся лестницу. Он уже собирался вынуть палочку, чтобы залечить синяк под глазом, когда почувствовал, что кто-то находится рядом с ним. – Создаешь новую базу поклонников с первых лет обучения? – раздался шелковый голос около уха Гарри. Он не ответил, но обхватил руками тело, которое не мог видеть рядом с собой, и положил голову на широкое плечо. Краткое утешение закончилось слишком быстро, как только лестница остановилась. Альбус стоял у стола, накрытого на троих. Он перекинулся парой слов с домашним эльфом и помахал им рукой, приглашая войти. – Почему бы вам обоим не подойти и не присесть. Северус, противоядие у тебя с собой, верно? Я уверен, что Гарри хотел бы видеть обоих своих компаньонов за ужином. – Гарри подумал о том, что сказал Альбус, и понял, что Альбус мог видеть Сева несмртря на принятое тем зелье невидимости. Северус наблюдал за Гарри, чтобы понять, заметил ли тот этот факт. – Ему также не нужен плащ или зелье, чтобы быть невидимым. – Северус, которого снова можно было увидеть, заметил это, стоящему в стороне своему партнеру. Гарри знал, что Альбус может быть невидимым, но не знал, что он может видеть других в подобном состоянии. Он мысленно провел инвентаризацию всех тех ситуаций, когда они с Роном бегали по Хогвартсу, пытаясь вспомнить, пытались ли они когда-нибудь пройти мимо Альбуса. Он покраснел, вспомнив о руке Сева на своей заднице, когда он приехал на Тисовую улицу. Он собирался прокомментировать очевидные скрытые желания Северуса к эксгибиционизму, но мысли о Тисовой улице теперь снова заполняли его голову. Его тетя, по крайней мере, выслушала то, что они хотели сказать. Она, казалось, не решалась заговорить, как будто ждала разрешения от мужа. Вернон был абсолютным идиотом с того момента, как они прибыли, и до последнего взмаха кулака, когда Гарри спускался по лестнице, полный решимости никогда больше не видеть Вернона. – Ты хочешь поговорить об этом? – ласково спросил Альбус, увидев смятение на лице Гарри. – Имеет ли значение, чего я хочу? – отрезал Гарри, мгновенно пожалев о своем тоне. – Это было грубо. Я прошу прощения, – сказал он, глядя в пол. – Все в порядке, Гарри. Я знаю, что ты, возможно, не понял смысла сегодняшнего визита, но однажды ты сможешь оглянуться на прошлое и понять, что поступил правильно, даже если они решили не принимать твою защиту. По иронии судьбы, защита, которую дом предлагал тебе все эти годы, теперь должна работать на них. Но, увы, тебя поместили туда для твоей же собственной защиты, и это тоже не сработало так, как я надеялся. Однажды ты поймешь, что, хотя все не всегда получается так, как ты задумал, иногда именно твое намерение имеет наибольшее значение. Гарри не был уверен, как на это ответить, но, к счастью, его прервало появление домашнего эльфа с подносом с едой, таким большим, что это существо еле его несло. Он заметил, что все его любимые блюда были включены в меню этого ужина. Северус продолжал пристально смотреть на Гарри, все еще не понимая, в чем разница. – Мы подслушали твой спор с дядей. Ты забрал то, что хотел? – спросил Альбус, получив кивок в ответ. – Да. – Он вытащил предметы из карманов, только сейчас вспомнив, что они там находятся. – Это всего лишь несколько вещей, которые я хотел бы иметь на память, ничего слишком важного. Он посмотрел на предметы, протягивая руку, чтобы они оба могли их увидеть. Альбус взял фотографию из-под нескольких безделушек и улыбнулся трем ярким лицам, сияющим ему в ответ. Гарри, Рон и Гермиона в Хогсмиде, бок о бок, над чем-то смеются. Они счастливо шли по улице сквозь толпу многих других студентов, которые наслаждались выходными в магической деревне. – Колин Криви прислал это мне летом, в мой последний год на Тисовой улице. Это пришло вместе с приглашением на вечеринку по случаю его дня рождения, – Гарри фыркнул при воспоминании, думая, как это было жалко, что его впервые пригласили на вечеринку по случаю дня рождения. – К счастью, это пришло с маггловской почтой и не вызвало особых проблем. Фотография была помята и немного порвана в том месте, где его двоюродный брат смял конверт, прежде чем передать его отцу для осмотра. Альбус махнул рукой, небрежно убирая складки с фотографии, чтобы сделать ее как новую. Достав палочку, он закончил заклинанием сохранения, прежде чем вернуть ее Гарри. – Это очень хорошая фотография, Гарри. Альбус знал, почему фотография была особенной. Это было сделано до того, как жизнь Гарри стала по-настоящему трудной. Где-то в начале его четвертого курса, вероятно, перед отбором Чемпионов Кубком Огня. – Это стоит того, чтобы подняться наверх? – загадочно спросил Альбус. Гарри не был уверен, было ли это утверждение или вопрос. Он был уверен, что видел, как его опекун взглянул на его подбитый глаз, когда он это сказал. Гарри бессознательно заправил волосы за ухо. – Да, – уверенно ответил он. – Время от времени я думал о том, что я оставил в прошлом. Я не был до конца уверен, что там было, и по какой-то причине меня беспокоило это незнание. Мне стоило подняться наверх, – последнюю часть он подтвердил скорее для себя, чем Альбусу. – Сними это, – твердо сказал Северус, напугав Гарри, который повернулся, чтобы посмотреть на хмурое лицо своего любовника, не понимая, о чем он говорит. – Гламур, сними его! – Северус зарычал. – Я не мог понять этого, пока не увидел, что ты делаешь со своими волосами, когда проверяешь, скрыт ли твой шрам. Именно тогда Северус понял, в чем разница. Маленький кусочек шрама, который все еще был у Гарри возле уха, был скрыт. – Это не важно, – сказал Гарри без эмоций. – Ты важен! – заорал Северус, хлопнув ладонью по столу и опрокинув бокал вина. Пытаясь успокоиться, Северус взял Гарри за руку и сжал ее. – Он не заслуживает того, чтобы дышать тем же воздухом, что и ты. Тебе больше никогда в жизни не придется находиться в одной комнате с этим мужчиной. Будь моя воля, ты бы больше никогда не появился там, – Северус провел большим пальцем по тыльной стороне ладони Гарри. – Пожалуйста, сними чары, – попросил он так спокойно, как только мог. Гарри на долгое мгновение закрыл глаза. Когда он открыл их, вокруг его левого глаза появилось темно-фиолетовое кольцо. Если бы это не был серьезный момент, Северус подумал бы, что может гордиться беспалочковой магией парня. Гарри почувствовал, как рука, держащая его, напряглась, и он посмотрел в ониксовые глаза, увидев печаль в их глубине. – Почему ты скрываешь это от меня? – Если бы я сказал тебе, все было бы... – его голос затих. – Я просто хотел убраться из этого дома как можно быстрее. – Ты боялся, что я убью этого ублюдка? Гарри не хотел признаваться ни им, ни себе, что хотел бы, чтобы его возлюбленный защищал его от злого ублюдка. Он бы с удовольствием посмотрел, как Северус выйдет из себя и врежет Вернону в ответ. – Если бы ты убил его, это разрушило бы цель моего присутствия там, чтобы установить защиту, – Гарри надеялся, что его голос звучал так, как будто ему было все равно. Северусу не понравилась его попытка осветить ситуацию подобным образом, хотя он и не упустил тот факт, что Гарри не ответил на вопрос. – Я был впечатлен тем, как ты вел себя. Я думаю, что твоя сдержанность заслуживает похвалы. Ты никогда не позволял ему взять над тобой верх, даже когда имел полное право заколдовать его до полной потери личности. – Северус удивил Гарри таким открытым комплиментом. Он положил руку на подбородок Гарри, приподняв его лицо, чтобы поближе рассмотреть повреждения. – Можно мне? – тихо спросил Сев, желая исцелить своего возлюбленного. – Пожалуйста, – ответил Гарри таким же мягким тоном, почти шепотом. Когда гневный румянец исчез с его кожи, он почувствовал нежное прикосновение большого пальца Сева под глазом, где синяк был самым темным. – Мне жаль, Гарри, – сказал Альбус, выводя двух младших волшебников из транса. – Я больше не буду просить тебя об этом. – Я бы этого не допустил, – перебил Северус. – Хотя я ценю, что вы оба заботитесь обо мне, я взрослый мужчина, который сам принимает решения. Если есть что-то, касающееся моих родственников, я должен знать об этом, – он знал, что Северус чувствовал, что Альбус не должен был беспокоить его этим в первую очередь. – Я мог бы сказать – нет, и я был очень близок к этому. Но, учитывая все обстоятельства, я должен был хотя бы попытаться. Я не планирую когда-либо видеть их снова. – Прискорбно, что маггл не был привлечен к ответственности за свои предыдущие проступки! Гарри сделал мысленную пометку, что Северус все еще использует много громких и пафосных слов, когда он очень зол. Он глубоко вздохнул, зная, что этот разговор состоится, хочет он этого сейчас или нет. Он был впечатлен тем, что Северус не причинил Вернону телесных повреждений на месте, и этим дополнительным откровением... он заслуживал ответов только за свою сдержанность. – Гарри, ты знаешь, что я видел конверт с пометкой – Улика. Почему он не был привлечен к ответственности за свои действия? – спросил Северус гораздо более мягким тоном, чем раньше. – Я выдвигал обвинения, я собирался заставить его увидеть, что он был неприемлем как опекун, и я хотел ... Я не знаю, чего я хотел, но я не собирался позволять ему уйти безнаказанным. Люди умирали из-за меня, и потребовалось много времени, чтобы понять, что Седрика убил не я, а Волдеморт. Но Сириус, он был другим. Конечно, его убил Пожиратель Смерти, и, в конечном счете это снова означало бы Волдеморта. Но на самом деле это был Вернон. Вернон был той причиной, по которой я написал Сириусу. Я знал, что продолжать посылать ему письма небезопасно, но он беспокоился обо мне. Когда дело дошло до того, что я понял, что мне нужна помощь, я написал Сири. Волдеморт не убивал Сириуса, это сделал Вернон. – Что изменилось? – Северус сохранял спокойствие. – Почему ты не выдвинул обвинения? – У меня не было никаких гарантий, что Вернона признают виновным. Я мог бы пройти всю процедуру, создав в процессе медийный цирк. Меня бы заклеймили как больного на голову, и мне нечего было бы сказать на все эти их действия. С другой стороны, я мог бы победить. Но что бы у меня было? Заставить их заплатить компенсацию? Мне не нужны деньги. Это не изменило бы того, что они сделали со мной. Мой Крестный был мертв, и ничто не могло вернуть Сириуса. Не было ничего, что могло бы восполнить потерю моей последней прямой семейной связи с родителями. Вы можете себе представить, какой была бы реакция людей? – Он опустил часть о том, как подслушал, как Альбус и Минерва обсуждали возможности того, что было бы, если… . Минерва предсказала, что Дурсли будут убиты в течение месяца после того, как станет известно, что Гарри был при смерти, когда его нашли, и о их общем жестоком обращении с юношей. У Северуса был очень страшный взгляд; Гарри не хотел затрагивать эту тему. – В конце концов, я снял все обвинения до того, как они могли быть приняты в работу в Министерстве. Я больше не хочу иметь ничего общего с Дурслями. Северус понимающе кивнул. Сейчас ему было о чем подумать. Ужин продолжился на более спокойной ноте; они остановились на более легких темах и обсудили обучение Гарри с Кираном. Гарри покраснел, но рассказал им о своей недавней оранжевой коже и отсутствии волос. Альбус упомянул Гарри, что, возможно, когда-нибудь захочет навестить Ремуса, так как он дал ему тот же список доступных квартир и домов, чтобы помочь найти место для проживания во время полнолуния, что и Гарри, когда он отправился на поиски квартиры. Гарри с облегчением увидел, что настроение Северуса не испортилось, пока они обсуждали Ремуса. Когда вечер подошел к концу, Альбус предложил Гарри остаться в своей комнате там, в башне Альбуса. Он предположил, что, возможно, Гарри не следует аппарировать после такого тяжелого вечера. Гарри принял приглашение, поняв, что это было за приглашение. Он был вполне способен аппарировать куда угодно, но Альбусу нужно было предложить ему защиту, которую он мог дать как опекун Гарри, и чтобы быть рядом с ним, как бы успокаивая его тем, что здесь не было его родственников. Северус поблагодарил хозяина и пожелал спокойной ночи. Гарри почувствовал себя опустошенным, когда понял, что Сев уходит, но не успел он переступить порог, чтобы уйти, как повернулся, чтобы спросить, не хочет ли Гарри, чтобы он поднял вопрос о его кошмарах. Он вспомнил, как Гарри однажды сказал, что ему снились кошмары по ночам, когда он думал о своей так называемой «семье» перед сном. Гарри улыбнулся и поблагодарил его за заботу. ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ Гарри вышел из ванной с зубной щеткой в руке. Он не мог не ухмыльнуться Альбусу, когда проходил мимо него в коридоре. Альбус был одет в светло-голубую ночную рубашку с вышитыми созвездиями и ночной колпак в тон. Гарри был уверен, что видел падающую звезду, пролетевшую над плечом волшебника. – Хорошо отдохни ночью, мой мальчик, – добродушно сказал Альбус. – Спокойной ночи, Альбус, – ответил Гарри и сделал паузу, когда увидел, что луна на колпаке Альбуса затмила солнце, отчего он приобрел более темный оттенок синего. – Где ты покупаешь свою одежду? – смеясь спросил Гарри, зная, что большая часть одежды его опекуна была сшита на заказ. Конечно, у мадам Малкин не было такой разнообразной одежды для эксцентричного волшебника. Вернувшись в свою комнату, Гарри сел за маленький письменный стол в углу. Он написал короткую записку Гермионе, сообщив ей, что все прошло так, как ожидалось, и он вернулся в Хогвартс на ночь. Он знал, что она обеспокоена и будет ждать, когда он откроет свой камин, чтобы она могла позвонить и убедиться, что с ним все в порядке. Он запечатал пергамент и обернулся, услышав шелковистый голос, доносившийся из огня камина. – Пишешь любовные письма или отвечаешь на письма поклонников? Хочешь, я вызову для тебя сову? – прокомментировал Сев, увидев письмо, которое Гарри только что закончил. – Нет, я, наверное, пойду прогуляюсь до совятни позже. Я не очень устал. Игнорируя намеки, Гарри смотрел, как Северус проходит через огонь, и жалел, что у него не было такой грации, когда он путешествовал этим путем. – Я полагаю, что это и было целью моего визита, – Северус вытащил из кармана халата пузырек со Сном без сновидений. – Ты определенно не одет для похода в совятню, – отметил он состояние раздетого Гарри. Его рука скользнула вниз по футболке Гарри, пока он не зацепился большим пальцем за шелковые брюки, которые носил Гарри. – Вот был бы скандал, если бы тебя увидели, – поддразнил он. – Ты же знаешь, я живу ради заголовков газет, – сказал Гарри, стараясь сохранять нейтральный тон, несмотря на желание рассмеяться. – Я никто без своей публики. Он театрально прижал тыльную сторону ладони ко лбу. – Я так и вижу заголовки газет. – «Золотой Мальчик приоткрыл некоторые тайны своей жизни». – Северус сидел на кровати, ухмыляясь своему, казалось бы, безумному любовнику. – Нет, мы говорили о скандале, помнишь? – Гарри сел рядом с ним, положив одну ногу на ногу Сева. – Заголовок мог бы гласить: – «Спаситель Волшебного мира в Страстном романе со своим бывшим профессором зелий». И дальше: «Ходят слухи, что недавно сильно накачанный наркотиками Северус Снейп был найден прикованным к кровати Поттера, где его держали в качестве секс-раба все лето». – Ты поклялся, что никому не расскажешь о цепях, – очень серьезно произнес Северус. Гарри не смог сдержать смеха. – Тебе нравилось быть прикованным в прошлом? – он ухмыльнулся Севу. – Люди делают странные вещи, когда им надоедает обычный секс? – Ты даже не представляешь,– сухо сказал Северус. Он не мог не думать о том, что не так уж много месяцев назад Гарри был девственником. Он, вероятно, не знал о многих перегибах в сексуальных практиках. Еще... – Тебе не показалось, что трахаться на метле – это необычно? Гарри вздохнул при этом воспоминании. – Это было что-то, – сказал он со стоном. – Возможно, мне даже не понадобится зелье для отсутствия сновидений. Я с нетерпением жду горячих, страстных снов о тебе. Ты варишь зелье для этого? – добавил он, подумав, но потом вспомнил о порошке «Сладких снов». – Я оставлю это тебе на случай, если ты передумаешь, – Северус поставил пузырек на прикроватный столик. – Я оставлю свой личный камин зажженным, чтобы ты мог предупредить меня, если тебе понадобится помощь в засыпании. Он обнял Гарри, прежде чем коснуться губами виска своего возлюбленного, и Гарри забрался к нему на колени. – Ты всегда был рядом со мной, Северус. Гарри обнял Сева за талию, положив голову ему на грудь. – Никогда не меняйся, – сказал он, очень довольный тем, что находится в объятиях Сева. Слова Гарри много значили для Северуса. Он привык, чтобы ему указывали на его недостатки. Он не был любимым профессором, и он не всегда ладил с другими сотрудниками или членами Ордена из-за различий во мнениях и общей язвительности. Знание того, что Гарри любил его – такого как он есть, согревало его сердце. Голова, удобно лежащая у него на груди, сдвинулась, парень еще чуть-чуть откинулся глядя вверх. Северус пристально посмотрел в прекрасные зеленые глаза Гарри, видя в них любовь и удовлетворение. Он надеялся, что выражение его лица передало те же чувства. Северус провел губами по губам Гарри, а затем откинулся назад, чтобы еще раз заглянуть ему в глаза, прежде чем нежно поцеловать. Это был медленный, нежный поцелуй. Не было никакой борьбы за доминирование, когда их языки оплетали друг друга, только нежное исследование, они как бы пробовали друг друга на вкус. Гарри почувствовал, как Северус приподнял его, по-кошачьи уткнувшись носом в шею. Он вздохнул, наслаждаясь ощущением, когда Северус покрывал легкими поцелуями его шею и линию подбородка. Наслаждаясь всем этим так сильно, как никогда раньше, он даже не осознал, что его любовник снова опустил его. Северус продолжал обнюхивать и пробовать на вкус шею своего возлюбленного, укладывая его в кровать, натягивая одеяло и ложась рядом с ним поверх простыней. Он слегка помассировал Гарри голову, успокаивая своего молодого любовника, пока Гарри не задремал. Младший волшебник улыбнулся во сне, пока Сев продолжал свои манипуляции, их носы соприкасались друг с другом. Когда Северус больше не мог получить ответа от Гарри и был уверен, что тот крепко спит, он взял забытое письмо на столе и вернулся через камин в свои покои. Вызвав сову, чтобы отправить письмо, адресованное Гермионе, Северус принял долгий горячий душ. Когда горячая вода каскадом полилась ему на голову, Северус подумал о человеке, которого любил. Трудно было представить, что этот мужчина был обиженным ребенком, который когда-то жил с этим жалким подобием семьи. Хотя он намеревался принять расслабляющий душ, это только доказало обратное действие, когда он вспомнил о крошечном чулане под лестницей. Эти ужасные люди годами плохо обращались с Гарри. Они не только не обеспечили своего племянника самым необходимым для жизни, но и подвергли его душевным и физическим страданиям. Что могут сделать годы пренебрежения и жестокого обращения с психологическим благополучием человека? Он не хотел думать о том, где был бы Гарри, если бы у него не было Эрин Киркланд в качестве консультанта-психолога. Его Гарри. ~'~'~'~'~'~'~'~'~'~ В ресторане здорового питания в нескольких городах от их дома, мистер и миссис Грейнджер наслаждались вечером, отмечая свою годовщину. – Мы должны были настоять, чтобы она поехала с нами. Ты же знаешь, какая она рассеянная когда увлеченно читает, она может не отложить книгу достаточно надолго, даже чтобы нормально поесть, – непреклонно сказала миссис Грейнджер. Наливая жене еще один бокал вина, мистер Грейнджер утешил жену, сказав, что уверен, что его маленькая девочка будет знать достаточно, чтобы поставить свои потребности выше какой-нибудь книги. Дома, в гостиной Грейнджеров, на полу валялся большой том с пятью разными закладками. Лежа на диване без блузки, Гермиона сжала в руке прядь рыжих волос, прижимая веснушчатое лицо Рона к своей груди. Рон посасывал и покусывал нежную кожу, восхищаясь шелковистой мягкостью, дразня ареолу и наблюдая, как она морщится, затем процеловал дорожку вниз к пупку Гермионы, медленно стягивая джинсы с ее бедер, и ахнул. – Ух ты, ты сбрила волосы! – Рон оторвался от своего исследования, когда большая черная сова влетела в открытое окно, напугав их обоих. – Это школьная сова, – отметила Гермиона, отвязывая письмо от гордой птицы с биркой на ноге с гербом Хогвартса. – Это от Гарри. Рон прочитал письмо через ее плечо. Гермиона почувствовала облегчение оттого, что Гарри вернулся домой или, по крайней мере, в Хогвартс. Она получит полную историю от него лично. Рон же, с другой стороны от нее, составлял план. ~'~'~'~'~'~'~'~'~'~ Альбус Дамблдор сел на кровати с хорошей книгой, которую он еще не начал читать. Его очень позабавила реакция Гарри на его выбор ночных рубашек. Обычно он старался надевать самое экстравогантное ночное белье, когда Гарри или Северус проводили ночь в своих комнатах в башне Альбуса. Это гарантировало бы ему комментарий от Гарри или закатывание глаз от Северуса. Альбус почувствовал магию камина в комнате Гарри, что предупредила его, что Северус удалился на ночь. Альбус был разочарован тем, как закончился вечер. По тому, какое направление принял разговор, он мог сказать, что ему не удастся убедить семью Дурслей согласиться на возобновление чар защиты. С грустью на сердце Альбус посмотрел на Гарри, когда тот снова вошел в кухню с фиолетовым синяком, образовавшимся вокруг его глаза. Если бы не его забота о Гарри, Альбус остался бы, чтобы убедить Петунию принять необходимые меры предосторожности для их же безопасности. Альбус знал, как Северус защищал Гарри. Когда Северус не выразил протеста по поводу последствий действий Вернона, Альбус понял, что Северус не собирался ждать надлежащих действий по судебным каналам, чтобы обеспечить правосудие. Северус слишком часто получал в лучшем случае «от ворот поворот» в департаменте правосудия, а частенько его самого норовили обвинить во всех грехах. Альбус сам был виновен в этом. Он размышлял над тем, как посоветовал Гарри не выдвигать обвинений год или около того назад, когда он чуть не погиб от рук своих родственников. Он думал, что внимание прессы и публикация информации о личной жизни Гарри в детстве не стоили того небольшого наказания, которое пришлось бы вынести Дурслям. Альбус все еще чувствовал, что было бы лучше, если бы Гарри не проходил через стресс судебного разбирательства и не переживал все это испытание перед зрителями. Он подумал, что также был уверен в том, что он прав, когда первоначально поместил ребенка к этим людям, что Дурсли были лучшим выбором Гарри, и, к сожалению, это оказалось его очень большой ошибкой в суждениях о людях. Размышления Альбуса были прерваны звуками беспокойного сна в соседней комнате. Он вошел в холл, чтобы подслушать у двери Гарри. Раньше, когда Гарри проводил каждую ночь в соседней комнате, Альбус врывался, чтобы начать свою успокаивающую песню, чтобы помочь успокоить исцеляющегося мальчика. Теперь, год спустя, старый волшебник знал, что должен позволить Гарри самому разобраться со своими демонами. Хотя он хотел сразу же войти и помочь, он знал, что Гарри больше не нуждается в нем для этого. Ему было больно слышать хныканье Гарри и приглушенные слова протеста против врага во сне. Его рука нерешительно взялась за дверную ручку, когда тревожные звуки усилились. Тело Гарри металось и ворочалось на кровати, его дыхание участилось до коротких панических вздохов, а затем внезапно из комнаты не донеслось ни звука. Почувствовав связь с замком, Альбус вернулся в постель, зная, что Гарри в надежных руках. Гарри проснулся так тихо, как только мог. Киран был бы впечатлен, если бы его тихое пробуждение не выдало его, учитывая количество шума, который он производил во время сна. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы сориентироваться. Гарри потянулся за очками, но понял, что на нем контактные линзы. Гарри нетвердой походкой подошел к камину, бросил порошок, чтобы поговорить с Северусом. – Сев? – осторожно позвал Гарри, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица, не желая, чтобы Северус счел его слабым. Северус повернул голову, чтобы посмотреть на огонь. Он не мог хорошо видеть сквозь завесу волос на своем лице, но голос принадлежал Гарри. Не говоря ни слова, он поднял угол одеяла рядом с собой в приглашении. Гарри, спотыкаясь, прошел в спальню, его ноги все еще немного дрожали. Не комментируя изящество Гарри или его отсутствие, Северус продолжал придерживать одеяло, позволяя Гарри забраться в уютную кровать. Гарри заполз под одеяло, пока не почувствовал, как теплое тело Сева прижимается к его собственному. Прежде чем его голова коснулась подушки, длинная рука обхватила его, защищая, и притягивая еще ближе. Несколько часов спустя Северус проснулся как раз вовремя. Несмотря на теплую погоду, в подземельях оставалась прохладная температура. У него не было никакого желания покидать теплую постель с Гарри, чтобы пойти варить зелья и наблюдать за идиотами, у которых было наказание. Но поскольку желания и обязанности редко идут рука об руку, Северус стянул с себя одеяло, чтобы встать. Затем он понял, что ночью перетянул все одеяло на себя, оставив Гарри ни с чем. Он ухмыльнулся, зная, что обычно все было наоборот, но тогда они обычно спали вместе в постели Гарри. Но сейчас он был не слишком доволен теми обстоятельствами, которые привели Гарри в его постель в предрассветные часы прошлой ночи. Прежде чем отправиться в душ, Северус натянул простыню, но помедлил, прежде чем накинуть ее на распростертое тело Гарри. Молодой человек был чертовски сексуален. Его загорелые руки обхватили подушку, на которой покоилась его голова, волосы слегка падали на лицо. Лицо Гарри, выглядевшее гораздо более умиротворенным, чем в прошлый раз, когда он проверял его сон, было восхитительным. Футболка в основном прикрывала его торс, а вид упругой задницы дразнил сквозь красные шелковые брюки. Северус уронил простыню, прикрывая эту прекрасную задницу, прежде чем начать делать то, что у него не было времени закончить. Шагнув в горячий душ, Северус усмехнулся, подумав о том, как Гарри отреагировал бы, если бы его разбудили укусом в задницу. Это было действительно заманчиво. Даже так по-доброму, он не хотел будить Гарри; он знал, что у его любовника была тревожная ночь, прежде чем он пришел в постель Сева. И все же ему придется разбудить его; Гарри не мог оставаться здесь, пока он ведет занятия. Для Гарри было небезопасно находиться полуголым на расстоянии всего в одной двери от его кабинета, где он часто разговаривал со студентами. Некоторые из них носили Темную Метку. – Боюсь, пора просыпаться, – сказал Северус, выходя из ванной, завернутый в большое полотенце, которое почти доставало до пола. Гарри не пошевелился и не подавал никаких признаков пробуждения. – Я хочу, чтобы ты убрался отсюда до того, как я уйду на завтрак, – он встряхнул Гарри. – Я говорил с Кираном, так что ни на минуту не думай, что я не знаю, что ты не спишь. Северус поцеловал Гарри в макушку и подошел к своему гардеробу, выбирая вещи на день. – Надень сегодня что-нибудь сексуальное под свою мантию, – Гарри посмотрел на него из-под полуприкрытых век. Сев уронил полотенце, которое было обернуто вокруг его талии. – Или нет. Хочешь, чтобы тебя обдувал легкий ветерок? Это было бы так же горячо, зная, что ты перешел на традиционный наряд магов сегодня. – С какой стати, скажи на милость, я бы надел что-нибудь сексуальное или вообще ничего не одевал под мантию, – он сделал паузу. – да и чтобы это мне дало, когда бы я вернулся домой после долгого дня в пустую постель? – он намеренно долго выбирал носки, зная, что Гарри все еще смотрит на него с тех пор, как полотенце упало. – Так ты можешь думать обо мне, лежащим в твоей постели, пока работаешь, – лукаво сказал Гарри. Северус насмешливо фыркнул.. Гарри улыбнулся, увидев, как Сев надевает шелковые боксеры. – Я буду лежать здесь все утро, и мне нечего будет делать, кроме как ласкать себя, пока ты будешь на занятиях. Ты мог бы пропустить обед и прийти, – он сделал паузу, – повидаться со мной, – поддразнил Гарри, но, по правде говоря, у него был запланирован напряженный день. Северус сделал вид, что игнорирует своего поддразнивающего его, любовника. Он стоял лицом к шкафу, застегивая длинный ряд маленьких пуговиц. Гарри не думал, что Сев на самом деле застегивал каждую пуговицу без магии, и задавался вопросом, делал ли он это, чтобы досадить ему или, возможно, дать себе повод побыть с ним в комнате еще мгновение, прежде чем ему придется уйти. Он просто ухмыльнулся и наблюдал, как Сев расстегнул брюки, чтобы заправить рубашку. Гарри испытывал искушение засунуть собственные руки Севу в штаны, под предлогом помощи, конечно. – Хорошая попытка, но ты вылетаешь отсюда через пять минут, – сказал Северус тоном, не терпящим возражений. Гарри не мог видеть, как он улыбается. – Тебе было бы слишком сложно работать, зная, что у тебя в постели голый восемнадцатилетний парень, который только и ждет, чтобы ты его взял? Северус застегнул последнюю пуговицу и разгладил мантию. – Не льсти себе, – сказал он с ехидной усмешкой, но едва подавил стон, когда обернулся и увидел, как Гарри одной рукой задирает футболку, проводя пальцами по редким волоскам на животе, в то время как другая рука лежала низко на бедре, его большой палец зацепился за красные шелковые брюки, обнажая наиболее интересную область тела. – Я могу сказать, что ты испытываешь искушение, – сказал Гарри, проводя пальцами по передней части, проникая в рот, соблазнительно облизывая кончики пальцев. – Соблазн или нет, у меня нет времени, чтобы заняться тобой. У меня есть несколько дел, которыми нужно заняться до завтрака. – Северус подошел к кровати, застегивая манжету на рукаве; все это время его глаза не отрывались от тела Гарри, того соблазнительного зрелища, которое он представлял собой. – Я вижу, у тебя здесь есть что-то, чем нужно заняться, – промурлыкал Гарри, прижимая ладонь к паху Сева. – Те из нас, у кого есть работа и обязанности помимо борьбы с Темными Лордами, должны приходить на работу вовремя, – твердо сказал Северус, но не отодвинулся от теплой руки, ласкающей его через множество слоев ткани. – Тогда мне лучше приступить к работе, – сказал Гарри, расстегивая достаточно пуговиц на мантии Сева, чтобы добраться до брюк под ней. – Мы не можем... – Северус потерял ту малую толику решимости, которая у него была. – Мы не будем. Я так и сделаю. – Гарри уже расстегнул брюки Сева и задрал рубашку спереди. Северус судорожно выдохнул, когда Гарри поглотил его, как только он выпустил твердый член Сева из его боксеров. Гарри нравилось давать волю чувствам. У него это хорошо получалось, и ему нравилось, когда он брал в рот только что вымытый член Сева. Гарри держал одну руку на бедре Сева для равновесия, а другой держал основание его члена, давая его губам место для остановки, не давая ему задохнуться. Он покрутил языком вокруг головки, прежде чем сильно пососать жесткий ствол, пульсирующий на его талантливом языке. Северус стоял полностью одетый; его расставленные ноги удерживали его в равновесии, пока голова Гарри энергично покачивалась, усердно посасывая, впитывая каждый дюйм, который он мог предложить. Его рука на плече Гарри время от времени поднималась, чтобы схватить его за волосы, но колебалась и возвращалась на плечо. Гарри чувствовал, что Сев был уже близко. Он также почувствовал, как неуверенная рука снова переместилась с его головы на плечо. – Я знаю, что ты хочешь трахнуть меня. Давай, Сев, отпусти себя, – подбодрил Гарри. Он был рад, что Северус позволил себе пойти навстречу своим желаниям. Сильные, надежные руки поднялись, чтобы схватить его за темные локоны, удерживая на месте. Северус сначала начал медленно двигать бедрами, но увеличил скорость, когда Гарри застонал и заурчал, прижимая языком к небу его налитый кровью член. Тяжелое дыхание Северуса участилось, смешиваясь со случайными стонами и взрыками, когда он трахал гостеприимный рот Гарри. Он яростно накачивал свой член, в то время как Гарри продолжал сильно сосать, подтягивая его все ближе к кульминации. С гортанным звуком, где-то между громким стоном и рыком, Северус выпустил свое семя с одним последним сильным толчком. Гарри продолжал сильно сосать, пока не убедился, что выпущена каждая последняя капля, жадно глотая, облизывая и посасывая кончик размягчающегося члена Сева, пока он не стал слишком нежным, чтобы выносить это ощущение. Гарри снова откинулся на кровать, довольный. – Говорят, что всегда уделять время завтраку делает тело здоровым, – сказал Гарри с глупой ухмылкой, облизывая губы. Он был очень рад возможности отправить Сева на работу таким образом. Он был еще более доволен, когда Северус остановился у двери и вернулся для последнего быстрого поцелуя, и был уверен, что услышал признание в любви, прошептанное ему на ухо, прежде чем Северус сказал ему, что у него есть пять минут, чтобы выйти, а затем снова вышел за дверь. Гарри лег обратно с глупой ухмылкой. ~'~'~'~'~'~'~'~'~'~'~'~'~'~'~ На неопытный взгляд, Северус быстро шел по коридорам со своим обычным презрением ко всем окружающим. Лишь немногие избранные смогли бы распознать удовлетворение в чертах этого человека. Он встретился с Макгонагалл в холле и сделал ставку на первый матч по квиддичу. Она, в свою очередь, дала ему копию расписания на следующие десять игр. Они вернулись к своей обычной дружеской болтовне о том, у какой команды не было шансов. Гарри прошел через каминную арку, одетый в одну из рубашек Сева. Он предпочел душ Сева тому, который делил с Альбусом. Старший волшебник знал слишком много о его тревогах. Он никогда не мог выпустить накопившуюся энергию в этом душе, зная, что Альбус был так близко. Заглушающие чары были так очевидны, когда все звуки бегущей воды больше не были слышны. Гарри надел джинсы, в которых был накануне, и рассмеялся, вспомнив, что оставил футболку и шелковые брюки на полу в ванной Сева. Трусы были узкими и такими маленькими, что их можно было почти назвать стрингами. Он снова рассмеялся, зная, что домашние эльфы и близко не подойдут к одежде, не находящейся в корзине, так как забрызганная зельем одежда Сева представляла опасность для здоровья. Войдя в Большой зал, Гарри помахал Альбусу рукой и проверил, видел ли Сев, как он вошел. Гарри усмехнулся, когда Северус посмотрел на рубашку, которую Гарри одолжил у него. Взгляд, который он бросил, был одним из тех – «попробуй только уронить еду на мою белую рубашку, и ты дорого заплатишь за это». – Он также отметил, что Гарри выглядел очень хорошо. Это была одна из его более облегающих рубашек, и она свободно сидела на Гарри с закатанными до локтя рукавами. – Могу я сесть здесь? – вежливо спросил Гарри. Джинни, занятая разговором с другом, сказала – Да, конечно, – не поворачиваясь, чтобы посмотреть в его сторону. Маленькая девочка, которую Гарри узнал в этом году, когда он встретился с Джинни накануне вечером, улыбнулась ему и покраснела. – Он собирается пригласить меня на обед в следующие выходные, – сказала Джинни своей подруге. Она все еще не заметила Гарри. – Не могли бы вы передать круассаны? – Гарри наклонился особенно близко к Джинни. Она фыркнула, толкнула корзину в его сторону и придвинулась ближе к подруге. Гарри наклонил голову в сторону Джинни, закатывая глаза, заставляя первокурсника смеяться. Он взял кубок с тыквенным соком, посмотрел на белую рубашку и поставил кубок обратно. – Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, – сказал он, прежде чем наложить на рубашку защитное заклинание. – Расскажи мне об этом заклинании, – сказала девочка, глядя на свою школьную мантию с крошками на ней. – Спасибо! – воскликнула она, когда крошки были сметены, после того как он повторил заклинание для нее. Решив не ждать, пока Джинни заметит его, Гарри стащил ломтик бекона с ее тарелки. Обладая впечатляющими рефлексами и большим опытом общения с шестью братьями, Джинни оттолкнула его руку от своего завтрака. – Что за... – возмущенно начала она, а потом поняла, кто сидит рядом с ней. – Гарри, идиот, почему ты ничего не сказал? – она рассмеялась. – Я был занят завтраком с... – он указал на девушку через стол. – Джессика, – услужливо подсказала первокурсница. – Да, с Джессикой, так как ты не уделила мне времени. – Он поднял руку, чтобы Джинни не перебила его. – Ты всегда так обращаешься с парнями? Как ты думаешь, кто-нибудь пригласит тебя на свидание после такого? – спросил удивленный Гарри. – Я не знаю, – уверенно сказала она. – Мне нет нужды поощрять мальчиков. Мы с Невиллом теперь встречаемся, – гордо сияла Джинни. – Поздравляю, – искренне сказал он и взял ее бекон. – Кстати, ты очень быстрая. Неудивительно, что ты теперь ловец, – сказал он с набитым ртом. – Спасибо, – просияла она. – Ты остался здесь прошлой ночью или вернулся пораньше? – Остался, – ответил он без объяснений. – Но не намного дольше. У меня назначена встреча сегодня днем, и я хочу сначала заглянуть домой, – сказал он и начал вставать. – О, ты не можешь уйти, когда я только сейчас поняла, что ты был здесь. Я иногда торможу. Прости, – извинилась она. – Не беспокойся об этом. Я обязательно вернусь снова. Если ты закончила, то могла бы проводить меня, – предложил он. Не успели они дойти до двери, ведущей в Большой зал, как пришла утренняя почта. К удивлению Гарри, сова Гермионы приблизилась и пролетела над его головой, пока Гарри не протянул руку, предлагая большой птице место для посадки. Джинни открыла дверь, чтобы Гарри с совой на буксире мог выйти наружу. Как только письмо было удалено с лапы, сова улетела, не дожидаясь ответа. Именно тогда Гарри вспомнил о письме, которое он написал Гермионе прошлой ночью. Он забыл об этом, заснув с Северусом. Поскольку Гермиона поблагодарила его в своем письме за то, что он так быстро сообщил, что с ним все в порядке, он решил, что Северус отправил его за него. Хорошо, потому что Гермиона была бы расстроена ожиданием. Гарри увидел, что Джинни выжидающе смотрит на него. – Дом у Дурслей должен быть под защитой. Гермиона хотела убедиться, что все прошло хорошо, – объяснил он. У Джинни была ожидаемая реакция, и она была чрезмерно обеспокоена тем, что Гарри снова придется переступить порог этого дома. Говоря это, она схватила его за руку. – Было ужасно снова их увидеть? – осторожно спросила она и сжала его руку в знак поддержки. – Я думал, что это будет трудно, но на самом деле это было не так уж и важно. Они такие же "несчастные", какими я их помню. Забавно, раньше я думал, что они были такими из-за меня, но теперь я вижу, что они были бы несчастны со мной или без меня. Я в порядке, обещаю, – заверил он ее. Джинни вздохнула с облегчением, а затем покраснела, когда поняла, что все еще держит его за руку. – Извини, – сказала она и отпустила его руку. – Что бы подумал профессор Снейп? – Гарри не мог сказать, серьезно она говорит или нет, но напомнил ей, чтобы она не говорила о нем вслух, если кто-нибудь может ее услышать. – Он уверен в наших отношениях. Кроме того, он знает, что я не увлекаюсь девушками. Без обид, – добавил он с юмором. – Не будь слишком уверен, – возразила она нараспев. – Я читала на прошлой неделе в Ежедневном Пророке, что подростки часто экспериментируют, а обеспокоенные ведьмы не беспокоятся, потому что Великий Гарри Поттер, скорее всего, все же, еще интересовался девочками. Они не исключали возможности того, что ты бисексуал. – И я уверен, что они получают информацию только из "надежных источников". Гарри ухмыльнулся, закатив глаза. Они продолжали идти к окраине Хогвартса, где Гарри мог аппарировать домой. К их удивлению, Ремус Люпин шел к ним на встречу. Когда стало ясно, что двое мужчин не собираются быстро поздороваться и идти своей дорогой, Джинни попрощалась и ушла, чтобы вовремя попасть на тренировку по квиддичу. – Альбус упомянул, что я должен поговорить с тобой. Я слышал, тебе дали такой же ограниченный список мест для аренды, как и мне, – криво усмехнулся Гарри. – Похоже, что так. Возможно, ты мог бы пролить свет на некоторые из них. Может быть, помочь отсеять несколько, прежде чем я потрачу все свое свободное время на поиски. – Конечно. Если вы не заняты, мы могли бы прямо сейчас. Мне нужно кое-где быть, но если ты хочешь пойти со мной, мы могли бы просмотреть твой список. – Сейчас я свободен, но я не хочу отрывать тебя от твоих встреч, – начал он, но Гарри настоял, чтобы он пошел с ним. – И да, я хочу, чтобы ты пришел и посмотрел на мой участок под дом. Я держал это в секрете от Сева, чтобы удивить его, но мне бы хотелось узнать твое мнение, – воскликнул Гарри. Когда Ремус согласился, Гарри сказал ему, что сначала хочет заглянуть домой, и дал Ремусу указания, где находится его дом, над антикварным магазином мистера Дженнинга. ~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~¶~ – У тебя здесь очень хорошее место, – заметил Ремус, оглядывая дом Гарри. – Спасибо. Ремус, могу я задать тебе личный вопрос? – Ты можешь, – он пропустил невысказанное – я могу не отвечать. – У меня сложилось впечатление, что у тебя уже есть собственное жилье. Почему ты ищешь место, где можно остановиться на полнолуние? – У меня действительно есть дом, в котором я живу уже некоторое время, но, боюсь, он не очень близко отсюда. Обычно я могу трансгрессировать на большие расстояния, но не сразу после полнолуния, когда я слаб. Если я должен покинуть Хогвартс, это должно быть где-то поблизости. Отсюда и список, – он вытащил список из кармана. Гарри просмотрел список, вспоминая большинство мест. Ему было жаль, что Ремусу пришлось тратить деньги на аренду, когда у него уже был дом. Его бесило, что Северус форсировал события и использовал Аконитовое Зелье, чтобы добиться своего. – Мне жаль, что тебя вынудили к этому. Я не думаю, что это справедливо, что Северус может требовать что-то от тебя. Я был так избалован тем, что Уизли понимали и принимали Сева, что мне тяжело было узнать, что он так плохо ладит с тобой. – Почему ты так уверен, что мы с Северусом плохо ладим? Имей в виду, я бы не назвал нас друзьями, но мы были на заданиях ордена и хорошо работали вместе. Нам удается сесть и проанализировать действие зелья и то, как я себя чувствую, чтобы он мог внести соответствующие изменения. Он очень усердно работает, чтобы сварить для меня Аконитовое Зелье, а также часами исследует способы его улучшения. Есть множество других зелий, которые он мог бы исследовать вместо этого, хотя я уверен, что ему выгодно иметь меня в качестве подопытного, – размышлял Ремус. – У меня не было зелья его производства, доступного мне в течение некоторого времени. Без этого очень трудно обойтись, после того, как узнал о его преимуществах. Я использовал обычное зелье, доступное в аптеке, пока меня не было. Я счастлив выполнить его единственную просьбу, за все, что он делает, чтобы облегчить мне жизнь. – Просьба? Для меня это вряд ли прозвучало как просьба. – Гарри не знал, как Ремусу удавалось оставаться спокойным, хладнокровным и собранным человеком, каким он всегда казался. – Гарри, возможно, ты не в курсе, но профессора Хогвартса подписывают контракт. У большинства есть обязанности в дополнение к преподаванию. Например, Филиус Флитвик по контракту обязан помогать в охране Хогвартса. Я уверен, что он с радостью помог бы мне со своим контрактом или без него. То же самое относится и к мадам Хуч. В дополнение к преподаванию, она возглавляет отдел квиддича и судит игры. Гарри, казалось, следил за ним, но не был уверен, в чем смысл его слов. – Северус связан своим контрактом не только преподавать Зелья, но и готовить все зелья, необходимые как для Лазарета, так и для персонала. Это включает в себя Аконитовое Зелье , – объяснил Ремус. – Я не понимаю. Если у него нет выбора, то как он может требовать, чтобы ты покинул замок? – Представь, если хочешь, что ты Северус, а я Драко Малфой. У вас есть просьба. Вы вежливо просите Драко сделать для вас то, что вам очень нравится, или ты идешь к Альбусу и ставишь свои условия в обмен на всю требуемую от тебя работу, поскольку эта работа нужна для пользы Драко? Северус – гордый человек. Он должен приготовить зелье. Он это знает, и знает, что я тоже это знаю. И хотя мы работаем вместе более-менее нормально, это не значит, что он попросит меня выполнить его просьбу. Гарри не мог представить, как можно просить Малфоя об одолжении, и не мог представить, чтобы Северус просил об одолжении кого-либо, тем более Ремуса. Он чувствовал себя неловко, зная, что у Ремуса в прошлом никогда не было много денег. Хотя в сейчас он был одет лучше, но это были бы дополнительные расходы, на которые он не рассчитывал, когда занимал должность профессора защиты. Гарри вдруг кое-что понял, как будто над его головой появился свет. – Ты был любовником Сириуса. – Да, – ответил Ремус, не совсем понимая, к чему все это клонится. – Ты был его партнером, но мне оставили все его деньги. У тебя тоже должны они быть, – быстро сказал Гарри. – Нет, Гарри, Сири хотел, чтобы у тебя были эти деньги. У меня много денег, – настаивал он. – Сколько это «много»? – недоверчиво спросил Гарри. – Он оставил мне кучу золота. Я почти не прикасался к нему, из-за хранилища, которое оставили мои родители. Конечно, у тебя больше прав на это, чем у меня. – Спасибо за заботу, Гарри, но Сириус позаботился о том, чтобы мне больше не пришлось думать о деньгах. После того как он унаследовал немного денег от дальнего родственника, он решил составить завещание. Не все члены семьи Сириуса – хорошие люди, и он хотел убедиться, что его деньги пойдут туда, куда он намеревался их направить. Если бы завещание было оспорено, Министерство никогда бы не встало на сторону оборотня. Сири знал об этом, поэтому он положил большую сумму своих денег в хранилище на мое имя. Любому, кто проверял, могло показаться, что все его деньги были оставлены исключительно тебе но у меня тоже есть полное хранилище. Твой крестный был умным человеком, даже если он часто действовал сердцем, а не головой. ~''~'~'~'~'~'~'~ Гарри и Ремус сидели на двух больших камнях в Годриковой лощине. Они разговаривали, пока большой грузовик сбрасывал груз пиломатериалов на строительную площадку. Гарри высказал свое мнение о различных местах, где он жил, и Ремус просмотрел планы домов, рассказывая Гарри, каким был дом, когда там жили его родители. Вместе они заколдовали пиломатериалы и другие припасы, чтобы тем остаться незамеченными прохожими или ворами. Гарри провел большую часть утра с Ремусом, прежде чем отправиться домой и в душ, чтобы встретиться с Северусом днем. Оглядываясь назад на этот день, он понимал, что ему понравилось проводить время с Ремусом. Гарри не мог не видеть в нем отца. Трудно было представить, что Ремус и Северус были одного возраста. Ремус часто рассказывал о временах, которые он провел с Поттерами. Напряженные годы жизни в качестве ликантропа состарили его, оставив волосы обильно поседевшими, в то время как у Сева все еще были черные волосы не тронутые сединой. ~`~`~`~`~`~`~`~ Северус не был так занят зельеварением, как думал Гарри. Нет, у его любовника было много других «утюгов в огне»*(Зайцев которых надо поймать практически одновременно, причем сделать это так, чтобы не вышло как в той поговорке, которую любил повторять Долохов торопыгам, которые хватались за несколько дел одновременно, вроде это звучало как "за двумя зайцами погонешься не одного не поймаешь". Сидя за своим столом, Северус игнорировал студентов, которые мыли котлы, отбывая наказание. Вместо этого он был сосредоточен, разрабатывая план. Одному магглу сошло с рук то, что он сделал жизнь его возлюбленного невыносимой. Теперь, когда недавние нарушения Дурсля привлекли внимание Северуса, волшебник решил, что пришло время этому человеку понять, что так "делать не хорошо". Никто не трогает то, что принадлежало ему. Было так заманчиво вернуться прямо на Тисовую улицу и запытать этого человека до полусмерти, но Северус не действовал импульсивно. Он все тщательно продумал, разработав гораздо более удовлетворяющий его план, чтобы заставить отвратительного маггла отвечать за свои действия. *** Рыжевато-коричневая сова с гербом Хогвартса приблизилась к большому поместью, неся письмо, адресованное Люциусу Малфою. Люциус поставил чашку на блюдце, чтобы получить неожиданное письмо. Не потрудившись предложить сове еду или питье, Люциус отправил ее в путь, прежде чем развернуть свиток. – Северус, какой сюрприз, – протянул Люциус вслух, хотя никто больше не присутствовал, чтобы услышать. – Чем ты сейчас занимаешься? – он задумался, читая письмо, в котором Северус рассказывал о новом зелье, которое может его заинтересовать. Это был код, требующий аудиенции у Темного Лорда. Мастер зелий сидел в своем кабинете с пылающим камином, зная, что очень скоро ему, скорее всего, позвонят пожиратели. Он изобразил легкий интерес, когда появился Люциус. – Каким сюрпризом было услышать это от вас, Северус, – сухо сказал Люциус. – Вы говорите, что у вас есть зелье, которое может меня заинтересовать? – Да, кое-что новое, над чем я работал, – неопределенно ответил он. Было небезопасно свободно говорить в общественном месте. – Это что-то скоропортящееся, требующее немедленного внимания? – спросил Люциус, пытаясь выяснить, нужно ли Северусу срочно увидеться с их Лордом, или это может подождать до следующей встречи. – Нет, на самом деле мне еще предстоит раздобыть все необходимые ингредиенты. Я просто хочу дать вам первый шанс, когда я совершу прорыв с моими недавними открытиями. Люциус понял; Северусу все еще требовалось время, чтобы собрать информацию. – Пожалуйста, дайте мне знать, когда ваше исследование будет завершено. Как вы знаете, я ценю, что меня посвящают в ваши открытия первым. Я буду на связи. Люциус исчез прежде, чем Северус успел ответить. Его план был в действии. Никто не больше причинит вреда его Гарри так, чтобы это не сошло ему с рук. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ * “Иметь слишком много утюгов в огне”— значит иметь слишком много обязательств или обязанностей одновременно- быть переполненным. Если кузнец положит в огонь слишком много заготовок (утюгов) одновременно, они не будут достаточно горячими (потому что тепло будет распространяться по слишком большой массе железа), поэтому ни одна из задач не будет выполнена успешно.