Рокировка

Едва не выронив поднос Адам тотчас поставил его на столик. — Оте-ец! — шум повторился. Юноша прислушался, звук исходил из стола принца. Подойдя к нему, он быстро нашёл нужный ящик, яркий свет на миг ослепил юношу. Тот самый медальон, что обычно висел на шее дракона сейчас сверкал, а из него периодически доносился детский голос, зовущий отца. По коже пробежали мурашки, Адам вдруг отчётливо осознал, что влез в зыбучее болото неприятностей. Он поспешно задвинул ящик, отошел и хотел только взять поднос, как голос заставил его застыть на месте. — Кто здесь? — в ответ тишина, — я знаю, что ты там, говори сейчас же! — Я Адам… А ты кто? — ладони вспотели, голос задрожал сильнее. — Клод. Откуда у тебя амулет моего отца? — нервозность улавливалась в голосе мальчишки. — Отца? В смысле? — Адам осторожно поставил поднос на тумбу и подошел к столу. — Этот амулет принадлежит моему отцу. Почему он у тебя? Кто ты такой? — мальчишка на другом конце заметно заволновался, а сердце самого Адама билось как бешеное. Он понимал, что похоже узнал самую главную тайну Его Величества и, скорее всего, за это его лишат головы. Паника все сильнее наступала, сковывая цепями и лишая возможности пошевелиться. — Я… Я слуга твоего отца, его личный помощник, — еле выдавил из себя парень. — Личный помощник? А где отец? — Я не знаю… — Тогда почему ты находишься в его кабинете? — Ну, я… — Что здесь происходит?! — громкий словно раскаты грома голос донесся с порога кабинета. Адам в миг отпрянул от стола и обернулся. Серые глаза встретились с прищуренными зелеными, в которых полыхала ярость. Сердце рухнуло вниз, дышать стало сложнее, а ладони вспотели. Единственное, что никогда бы не хотелось Адаму видеть — это тот самый взгляд принца, от которого стынет кровь в жилах. — Я… Я простите, я не хотел… Тело оцепенело, он пытался сделать шаг назад, но ноги не слушались, их словно пригвоздило к полу. Не успел Адам и сообразить, что произошло, как тяжелая рука сжала горло и с силой впечатала Райдера в стену. Из груди выбило воздух, на пару секунд ему показалось, что такой будет его смерть. Дракон сжал ладонь сильнее приподнимая Адама над землей. Тот пытался ослабить хватку, судорожно глотал ртом воздух, хрипел, не в силах вымолвить и слова, но принц, казалось, ничего не замечал. Зазвенело в ушах, слова проходили словно сквозь пелену, он лишь продолжал смотреть в эти два изумруда с вертикальным зрачком, в которых пылал ужасающий в своём желании разрухи и кровожадности огонь. — Какого хрена ты делаешь в моём кабинете?! — процедил сквозь зубы Аластор. Но Райдер в ответ мог только хрипеть. По щекам скатилось несколько слезинок, он полностью обессилел. — Отец, стой! — возглас мальчика заставил остановиться яростно сжимающую горло юноши руку. — Не надо! Прости, я виноват. Ты отлучился, но я услышал звук и подумал, что ты вернулся… Это моя вина! Голос сорвался на крик, Клод готов был вот-вот расплакаться, но старательно сдерживался. Аластор повернул голову в сторону стола и на доли секунд Адам мог увидеть, что его взгляд изменился, словно кто-то затронул переключатель внутри. Дракон отпустил юношу, отчего тот тут же упал на пол, и подошёл к столу, не спуская с незваного гостя глаз. — Клод, я… — Аластор вдруг затих и сделал вдох. Он достал амулет из ящика и поднёс к губам, — я уже много раз тебе повторял, что можно говорить только когда я разрешу. Видишь, к чему такое приводит, — приятный, но всё ещё строгий голос наполнил комнату. Принца словно подменили, его агрессия чуть спала, однако по дерганным движениям было видно, что эмоции не думают его отпускать. — Прости, отец, я… Мне очень жаль… — сквозь подавляемые всхлипы поговорил Клод. — Ничего, — с едва заметной улыбкой ответил Вайлер, — давай поговорим позже? Я сейчас буду немного занят, — взгляд мужчины стал неожиданно холодным, что заставило Адама судорожно втянуть носом воздух и вжаться в стену. Мальчишка на другом конце тихо угукнул и связь оборвалась. Молчание в кабинете давило морально, заставляя Адама дрожать и перебирать все худшие варианты развития событий. По щекам катились слезы, но он молчал, не прерывал зрительного контакта и дрожал в ожидании худшего. Юноша никак не мог поверить, что перед ним тот самый Аластор, который еще несколько дней назад защищал его, с которым они только вчера играли и общались, не следя за временем. Казалось, весь его мир, созданный воображением и словами принца, рухнул в одно мгновенье, словно тот все это время просто сдерживал себя, а теперь показал истинную личину. Мужчина безмолвно подошёл к юноше и встал напротив него, Адам поджал колени. — Что ты здесь искал? — Н-ничего, — заикаясь начал юноша, — я только… — Тогда зачем ты пришел? — сердце больно укололо. Парень отчаянно сдерживал истерику. Он чувствовал себя стоящим над пропастью с холодным кинжалом, уткнувшимся в спину. Сейчас каждое неверно понятное слово могло лишить его головы. — Я, — хрипло начал Райдер, — хотел спросить… — пустой взгляд медленно опустился к полу. Казалось, каждое слово дается ему с непосильной тяжестью, голос хрипел, а на шее проступили красные следы от пальцев. Он не мог больше заставить себя смотреть в его глаза, потому что тот нежный взгляд, коим Аластор его одаривал ранее, теперь исчез. На его смену пришли недоверие и злость. — Хотел спросить поиграем ли мы сегодня… В конце концов смог он закончить. Молчание Аластора только угнетало, заставляя прислушиваться к собственному сердцебиению в ожидании ответа. Казалось, то расстояние, что постепенно сокращалось между ними, все сильнее и сильнее их сближая, сейчас превратилось в пропасть. — Пожалуйста, — Адам попытался сделать вдох, но не смог, — я никому не скажу, прошу вас, не надо, не убивайте меня, умоляю, я… Я все сделаю! Только прошу Вас, поверьте мне… В его глазах не было лжи, лишь сожаление и огромное желание жить, Аластор понял свою ошибку. Медленно гнев ушёл и оставил его с неприятным осадком в душе, словно он разрушил нечто хрупкое, маленькое, но такое ценное. Слезы Адама, его слова и искренность немного отрезвили. Он смотрел на свои руки, которые дрожали как у пьяницы и осознавал, что буквально пару минут назад чуть не убил того, кто за последнее время стал ему очень близок. В мыслях пролетали картины всего произошедшего: как он вошел, увидел Адама, услышал голос Клода, и сознание затянуло пеленой. Он будто отключился, а когда очнулся от этого мимолётного забвения — увидел перед собой картину, которая порадовала бы его несколько недель назад. Дрожащая рука опустилась на голову Адама, и дракон ощутил, что тот дрожит куда сильнее. — Не буду, — прошептал принц, поглаживая алые волосы и опустился на одно колено, поравнявшись с юношей, — правда не буду. Несколько секунд парень продолжал содрогаться в беззвучных рыданиях не решаясь поднять взгляд. Его словно сковало, и приложи он все усилия все равно бы не смог посмотреть в глаза дракона. Тот, кто показал ему, что их раса действительно не такая плохая сейчас перечеркнул все свои старания. — Адам, — ласковый полушёпот эхом донёсся до юношеского слуха, — я бы никогда не убил тебя. Слышишь? Просто у меня тоже есть семья, которую я хочу защитить, так же, как и ты свою. Ты оказался не в то время не в том месте, за такое не убивают. Это была моя ошибка, твоей вины здесь нет. Ты ведь всего лишь хотел сыграть со мной? Правда? Я погорячился, прости меня… Адам затаил дыхание и удивленно раскрыл глаза, сам принц извинился перед ним, хотя это ведь он нарушил приказ и вошел без разрешения в кабинет. Слова Аластора не укладывались в голове. Сидя на полу, юноша пытался прокручивал эти слова в голове не решаясь поднять взгляд. С одной стороны ему было стыдно за свой проступок, а с другой — он боялся, что это лишь уловка, крючок издёвки на который парень должен был клюнуть. — Адам… Посмотри на меня, —молвил дракон, вынув парня из пучины своих мыслей. Нерешительно тот все же поднял голову со страхом ожидая увидеть былую жажду крови, — вот, правильно, молодец. Все хорошо, слышишь? Он ошибся. Ласковая улыбка на губах мужчины согрела сердце, пугающий блеск зелёных глаз исчез, теперь в них отражалось переживание. Дракон провел пальцами по мокрым щекам стирая слезы. — Вы правда верите мне?.. — тихий шепот показался Аластору самым громким криком. — Да, верю, и мне жаль, что не поверил сразу, — с уст юноши сорвался вздох облегчения, словно с его души упал тяжкий груз. По щекам покатилась пара слезинок и Аластор рассеянно схватил его за плечи. — Адам, что с тобой? Я же сказал, что все в порядке, — поспешно начал мужчина стараясь заглянуть в чужие глаза. — Простите, все… все хорошо, правда, я просто рад, что вы поверили мне, — от слов юноши на сердце дракона разлилось тепло, тот опустился на второе колено, руки легко притянули к себе дрожащее тело и заключили в объятия. А ведь он подумал, что это маршал. В тот момент все вокруг рухнуло, мысли сбились и даже верить не хотелось, что это может быть недоразумение. Он был готов убить Адама, разорвать на куски, но только сохранить своё дитя в тайне. Райдер замер. Он чувствовал тепло чужого тела, слышал, как бьётся сердце и ощущал сильные, укрывающие его руки. Мурашки пробежались по коже, а сердце так сильно стучало, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. А внутри словно рой диких бабочек, согретых солнцем, окутывал его, защищая от промочившей одежду грозы. Такие новые, ещё чужие эмоции, но невообразимо приятные. Постепенно оцепенение спало и Адам обмяк в руках принца, схватился за него и тихонько всхлипывал несколько минут. — Тише-тише, теперь все хорошо… Негромкий нежный шепот, поглаживания по голове, крепкие объятия — Адам неслышно млел и таял под этими ласками. — Ваше Величество, — спустя некоторое время он чуть поднял голову и уткнулся подбородком в грудь мужчины, — если вы меня не убьёте, то что тогда? — Ничего, но мне нужно убедиться, что ты будешь молчать и на этом все, — задумчиво произнес Аластор слегка отстранившись. — Я… Я клянусь Вам! Я честно никому ни за что не расскажу, — начал рассеянно Адам. — Вижу ты оживился, — улыбнулся принц и встал, помогая и Адаму, — но, к сожалению, я должен обезопасить себя. — Что же тогда?.. — не сказать, что Райдер не расстроился, но все же понимал Аластора. Он не мог просто так отпустить носителя столь ценных знаний. — Хочу заключить с тобой клятву. — Клятву? — Да, ее приносят солдаты, когда приходят на службу, она несет смерть тому, кто ее нарушит. Конечно, мне ее придется немного изменить под тебя, но смысл будет тем же. И если ты никому не подумаешь рассказать, то тебе ничего не грозит, — несмотря на улыбку принца Адам нервно сглотнул. Он и не думал кому-то говорить о его сыне, но теперь даже если случайно проболтается — поплатится своей жизнью. Сомнения и страх ярко отразились в глазах юноши, потому Аластор слегка нахмурился и спросил. — Или ты собирался кому-то рассказать? — Нет! — слишком резко ответил Адам, — Нет, конечно… — Тогда что не так? — Нет, ничего, все в порядке. Я все сделаю… — Отлично, тогда успокаивайся, — Аластор утер слезинки с щек Адама и направился к столу. Лезвие кинжала невольно напугало паренька, но взгляд дракона приковал к месту. Тот сделал небольшой разрез на своей ладони и даже не дав подумать взял запястье Райдера, перевернул и на внутренней стороне предплечья стал наносить символы пальцем измазанным в крови. Тишину нарушил голос мужчины. Странный, никогда ранее не слыханный Адамом язык лился из уст дракона, мягкий и с рычащими нотками. Их охватило зеленоватое свечение, что, окутав со всех сторон, начало медленно сужаться, заканчиваясь в символах, затем поползло по коже изящными лентами, проникло под рубашку и не переставало светиться до тех пор, пока не настигло груди где-то в области сердца. Сияющие ленты впитались в кожу как чернила в ткань и исчезли, не оставив после себя и следа. Несколько секунд юноша смотрел на свою руку недоумевая куда же пропала кровь дракона. — А теперь… Теперь все? Вы больше не будете меня подозревать? — Да, Адам, — Аластор взял салфетку и стёр кровь с ладони, — теперь все как раньше, — легкая улыбка тронула уста принца, но взгляд был прикован явно не к глазам юноши. Он знал, что поступает сейчас правильно.

***

После того случая Адам не замечал, что старался стать ближе к принцу. Подольше убирался в кабинете, растягивал время во время перевода писем и достаточно долго засиживался вечерами. Понимание того, что его чувства приобрели совсем не невинный смысл пугало, нельзя испытывать такое к тому, кто мало того, что другой расы, так ещё и наследный принц. Однако он никак не мог заставить сердце биться спокойно при виде Аластора. Ему так хотелось вновь оказаться в сильных руках, что иногда во время партий мог замечтаться настолько, что пропускал важные ходы. Но порою его мысли терзали и другие вопросы, которые он так хотел задать и, к сожалению, боялся. — Что с тобой? — увидев, как юноша вновь витает в облаках Аластор решил на минуту отвлечься. — А? Нет, ничего, все в порядке. Просто задумался немного… — тут же переключил свое внимание Адам. — О чем же? - Да ни о чем важном, просто так, разные мысли. Давайте продолжим, — Адам придвинулся к краю кресла и стал думать над ходом. — Нет уж, раз твои мысли помешали партии, то расскажи, — с лёгкой, хитрой улыбкой проговорил мужчина. — Да это просто… — Адам. — Ладно, — тяжело вздохнул юноша и опустил взгляд, — просто, честно говоря, задумался о вашем сыне… Эти слова заставили Аластора напрячься, взгляд в миг стал серьёзным, а улыбка исчезла с лица. Он откинулся на спинку кресла и окинул Адама взглядом.   — И о чем конкретно? — Я… Простите, просто никто же о нем не знает… — Конечно. Если бы люди знали о Клоде, то не факт, что он был бы жив. Как, например, второй сын бывшего короля эльфов. Его схватили пока он охотился с друзьями, но через неделю вернули, по кусочкам, — Адам невольно вздрогнул, прикусил губу и сжал ткань на штанах. Он чувствовал вину за деяния своего народа, хотя и понимал, что лично его вины здесь нет. — Я не знал… Мне очень жаль. — Поэтому мне нужен мир, я хочу, чтобы Клод мог спокойно жить рядом со мной и не бояться, что в любой момент его могут убить, — тон Аластора смягчился, он поставил руку на подлокотник и оперся на неё подбородком. — Чтобы воспитывать его, играть, учить, да? — юноша попытался направить тему в более мягкое русло, говорил осторожно подбирая слова, чтобы ненароком не обидеть и в то же время понимал какой же бред только что сорвался с его уст. — Конечно, все же он мой единственный сын, — мужчина усмехнулся и на секунду мечтательно прикрыл глаза. — А вы его очень любите, — сам же Адам не мог не заметить этих изменений. С одной стороны было так приятно видеть что-то кроме личности принца, а с другой — так завидно. — Драконы очень сильно заботятся о своём потомстве, для нас дети — наше все. Думаю, ты сам знаешь, что с рождаемостью у нас, эльфов и вампиров все очень плохо. — Да, но знаете, думаю, многие бы мечтали о таком отце как вы, — после этих слов Аластор нахмурился и пальцами протер глаза, а Адам не понимая, что сделал не так чуть подался вперёд, стараясь рассмотреть эмоции на лице мужчины, — я что-то не то сказал? — Нет, просто… — в голосе Аластора мелькнуло сожаление, которое тот быстро подавил, — Не думаю, что ты прав. — Но вы же так о нем волнуетесь, и по вам видно, что любите не потому, что раса такая, а просто потому, что вы такой. — Адам, это сложная, обширная тема, давай лучше не будем об этом, хорошо? Если тебе интересны взаимоотношения и порядки в драконьих семьях, то я могу дать тебе книгу. Адам был удивлён такой реакцией со стороны принца и глядя на него понимал, что явно ничего не смыслит в семейных отношениях. Раньше ему казалось, что, если есть хотя бы один родитель, пусть ты его не видишь, пусть он далеко, но есть — этого достаточно. Он не ожидал, что взаимоотношения в семье могут быть настолько сложными. Стало вдруг так обидно за то, что он не может понять его. Адам знал, что такое волноваться за родных, что такое ожидание встречи с ними, прекрасно знал, ведь проживает всё это прямо сейчас. Однако и представить не мог насколько это больно — отдалить от себя собственное дитя, что-то, что роднее самой близкой души, чтобы просто сохранить ему жизнь. — Да, конечно, как скажите, простите за вопрос, — Адам притих, и они вновь вернулись к партии. Но в ходах Аластора теперь читалась небольшая рассеянность, словно разговор затронул что-то живое внутри, что скребло и не позволяло сосредоточиться. И больше всего юноша сейчас хотел помочь, хоть как-то разделить эту боль, показать, что тот может не один её переживать, но понимал, что не может ничего сделать. Он просто обычный человек. — Ваше Величество, — в голове возникла мысль. Аластор поднял голову на Райдера вопросительно глядя тому в глаза, — а не хотите… Я бы мог Вам помочь немножко расслабиться, например массаж, у меня, говорят, что неплохо получается… — И кто же говорит? — Аластор слегка усмехнулся. — Ну. Те, кому я его делал, — Адам покраснел и пристыженно опустил взгляд. Он вдруг понял, насколько же этот момент неловкий. — И кому же? — не унимался дракон, наблюдать за краснеющим юношей было весело. — Ну… Тине, например, ещё там… Некоторые… Просто небольшая помощь, — уклончиво проговорил тот. — Ладно уж, давай, — спустя пару секунд молвил Аластор. Осадок после прошлого раза остался до сих пор, но все же он решил принять предложение. Дракон не мог не проецировать действия Адама на свою жену, это очень раздражало. Ее больше нет. Рядом лишь Адам, который с каждым днём всё меньше походил на Эмилию, приобретал свои, совсем иные черты. Если изначально Аластор видел в нем лишь маршала, то теперь не мог избавиться от видения чуткого, наивного и приятного юноши, который отчаянно пытался помочь, хоть и помнил прошлый опыт. И стоило хоть на секунду раствориться в этом образе, принять его тепло и попытаться дать хоть кроху того же взамен, как его останавливали мысли о памяти, которая может вернуться в любой момент. Тогда все исчезнет, рассыпится как карточный домик. Из мыслей Аластора вытянуло прикосновение пальцев к плечам, по телу прошёлся небольшой электрический разряд, заставив вернуться в реальность. Адам начал осторожно разминать спазмированые мышцы, а дракон тщательно прислушивался к своим ощущениям. Он был готов бороться с тем обманом, что навязал когда-то в моменте сам себе. Вайлер замер, так же как тогда, но не от нахлынувших воспоминаний. Это было нечто иное. Пальцы Эмилии всегда были мягкими и нежными, не такими как эти, грубоватые и с большим количеством мозолей. Но ему нравилось, юноша не лгал, его движения были четкими и в то же время осторожными. Он прицельно разминал каждую мышцу, снимая боль и затем тут же нежно заглаживал место покраснения. Аластор прикрыл глаза позволяя себе расслабиться и вверяясь полностью в руки мастера, опыт которого чувствовался в каждом касании. Мысли оставили его. В этих руках было тепло, которое разливалось ручьями, будто первое весеннее солнце, что согревало тело поникая в саму душу. Даже не смотря на мозоли Аластор ощущал его, чувствовал эту ласку и нежность, с которой обычно касаются тех, кто тебе очень дорог. Закончив, Адам собирался отойти, как рука дракона легла на его кисть слегка сжав. Сердце забилось быстрее, и он подошел ближе, положив вторую руку на другое плечо принца. В этом жесте был некий покой, и безмолвная просьба не оставлять его, позволить раствориться в этом спокойном, умиротворяющем душу моменте. Аластор водил пальцами по изящным кистям парня, осторожно выводя каждую венку и выразительные костяшки. — У тебя довольно большие руки для твоей комплекции и очень длинные пальцы, — тихий, немного хриплый голос нарушил молчание. — А… Да, Эмми говорила, что мне бы музыкантом пойти, — слегка неловко ответил Адам. — Эмми? Кто это? — Да так, одна из сестриц… Мы можем, пожалуйста, об этом не говорить сейчас? — Как пожелаешь, но когда-нибудь я бы хотел все же узнать твою историю. Аластор не видел, как Адам болезненно прикусил губу и в глазах мелькнуло сожаление. Но, прогнав эту секундную слабость, он подчинился атмосфере в комнате. Время было уже довольно позднее, потому накатывала дремота. Адам с трудом подавлял зевки и вяло рассматривал перстни на пальцах Аластора. Дракон же в свою очередь мягко перехватил руку юноши и как-то задумчиво стал примерять кольца. Ему было забавно наблюдать как те спадают с тонких пальцев и задерживаются лишь на большом. Маленькая игра, что не имела смысла и лишь сильнее усыпляла. В какой-то момент Адам не смог подавить зевок, а Вайлер, заметив это, тихо проговорил: — Уже поздно, тебе пора идти. — Да, конечно, — юноша словно взбодрился, — извините, что так задержал Вас, — взгляд печально опустился к полу, ему слишком не хотелось уходить. — Ты не задержал, скорее наоборот. Да и если бы задержал, это не важно, с тобой очень приятно проводить время, — в который раз сердце Адама пропустило удар, — спасибо тебе и доброй ночи. — Хороших снов, Ваше Величество, — нежная улыбка тронула уста юноши и тот скрылся за дверью. Всю дорогу к комнате Адам пребывал в прострации, перед глазами все еще были картины, которые он навечно сохранит в своей памяти. Наскоро искупавшись, юноша уснул в тот же миг, как его голова коснулась подушки.

***

Несмотря на раннее пробуждение тело не покидала удивительная легкость. Завтрак пролетел как в тумане и лишь когда он убирал вместе с Тиной, девушка все же смогла вытянуть его из облаков в реальность. — Что это у тебя на руке? — А? В смысле? — нахмурил брови парень. — Я раньше не видела у тебя это кольцо. — Кольцо? — Адам посмотрел на руку и почувствовал, как лоб покрывается испариной. На большом пальце поблескивал небольшой перстень со сверкающим на солнце аметистом, — Твою мать! Какой я дурак! — он поспешно его снял и аккуратно положил в карман. Адам даже не замечал его вплоть до этого момента, словно оно было на своем месте. — Так откуда он у тебя? — хитро улыбнулась девушка и подошла ближе. — Это… Ну просто… Вчера забыл отдать… — Адам покраснел и отвел взгляд в сторону. — Кому? — Ти… Ты не поймешь. — Говори уже, — вздохнула она. — Это Его Величества… — Принца? Как он у тебя оказался?! — глаза ее расширились от удивления, а руки что до этого расправляли белы фартук, замерли. — Ти, просто вчера я… Мы… — Рассказывай! — бросив все, Тина упала на один из диванов и стала сверлить друга выжидающим взглядом. У Райдера не было выбора. Закончив скомканный рассказ, он нехотя поднял взгляд на подругу, так как до этого смотрел куда угодно, лишь бы не наблюдать парад ее эмоций. Тина пребывала в немалом шоке, и без того большие глаза округлились, а приоткрытый рот с застывшей на нем улыбкой девушка прикрывала рукой. Она опустила голову и немного почесала ее пальцами, будто бы это помогло что-то придумать. В конце концов Тина подняла карие глаза и внимательно посмотрела на Адама. — Ты же понимаешь, что это чревато последствиями? Мне всё равно, что между вами происходит, я только счастья желаю, но, Адам, он, всё-таки, принц. Тебе потом будет очень больно, — Тина мягко тронула его руку и чуть сжала. — Да, я знаю и ни на что не надеюсь, но просто… Ти, ты даже не представляешь каким он может быть, — Адам чувствовал всю безысходность ситуации, понимал, что в любом случае максимум, на который он может рассчитывать – это не более чем мимолетное увлечение. Аластор ведь принц, да еще и дракон, а они не живут в сказке, чтобы надеяться на «долго и счастливо». С одной стороны ему так хотелось нарушить все свои запреты, попытать счастье, ведь он видел, что и мужчина к нему тянется, а с другой боялся, что спустя некоторое время надоест и о нем забудут. - Мне так больно, Ти, я бы так хотел, чтобы всего этого не было, чтобы я никогда не узнал его… — боль осела тихой хрипцой в голосе парнишки, он поджал губы глядя куда-то в пустоту. Так хотелось плакать, однако слёз не было. — Тише, тише, все в порядке, это нужно перебороть в себе, чтобы потом не было больнее. Иди сюда, — девушка мягко распахнула объятия, в которые тут же кинулся юноша. Именно это ему сейчас нужно было больше всего — излить свои эмоции, чтобы потом, когда нужно уметь их контролировать, не впасть в истерику. Лишь в Тине он видел поддержку здесь, в чужом замке, понимал, что может доверяться. Своей добротой и заботой она напоминала ему сестер, которые при невзгодах обволакивали своей любовью и старались облегчить боль. Спустя некоторое время Адам успокоился, и они уже бодро продолжили убираться. Тина старалась развлекать его другими историями, отвлечь от мыслей, хотя сама слишком переживала. В конце концов подошло время полудня и Адам поспешил к принцу, но в это раз дал себе обещание, что не позволит больше поддаваться чувствам. Постучав, юноша вошел в кабинет принца, поклонился и подошел к столу. — Ваше Величество, мне очень стыдно, но вчера я кое-что случайно прихватил с собой, — Райдер достал из кармана перстень и положил его на стол. — А, вот он где, — Аластор взял кольцо и тут же надел его, — спасибо, Адам. Ничего страшного, — на губах появилась нежная улыбка. — И вы не против если сегодня мы пропустим партию? — юноша старался не смотреть на принца. — Почему? Что-то не так? — Вайлер чуть нахмурился. — Нет, просто завтра тяжелый день… — Ты не высыпаешься? — взгляд упал на синяки под глазами юноши. Дракон встал и подойдя к ему осторожно поднял подбородок заставляя посмотреть себе в глаза, — точно не высыпаешься. Что-то не так? — Нет! Что Вы, — парень сам удивился своей резкости. — Адам, не надо лгать мне. Ты же знаешь, что я этого не люблю, — строгость в голосе заставила невольно сглотнуть и рассеянно бегать глазами из стороны в сторону, лишь бы не встречаться взглядами. — Просто… Ваше Величество, почему Вы так относитесь ко мне? — все же не выдержал Адам. — Ты о чем? — Ну, Вы так добры ко мне, я бы даже сказал слишком… — Хм, тебе не нравится? — Нет, просто… Просто это ведь неправильно, Вы ведь принц, а я слуга… — И что? Ты умный, интересный юноша, что нам мешает приятно проводить время? — Да, вы правы, но… Понимаете, со стороны это кажется странным… Мы с Вами проводим очень много времени вместе и среди других уже пошли слухи… — Адаму было очень неловко говорить это, а Аластор, в свою очередь, слегка нахмурился, понимая к чему тот клонит. — Тебе есть дело до слухов? — Нет, просто я же работаю с ними и это немного неправильно. — Или… Ты хочешь, чтобы они были оправданы?