The flavor of love

Она – весенняя роза, расцветающая на ладони. Нежной росой подпитываемая, благоухает в жизни Эммы вот уже целых два года. Просыпаться с ней рядом, засыпать, обнимая и прижимая хрупкое тело к себе, – истинное счастье. Ощущать запах её духов, въевшийся в кожу и ставший её частью, поглаживать мягкие плечи, чувствовать её размеренное дыхание. Это делает каждый день всё более и более ярким. Эмма клянётся: она готова всю жизнь провести с этой девушкой, потому что уйти от неё равно самоубийству. Находиться рядом с Эллен – это неизмеримая поддержка с её стороны, искренняя и лучистая улыбка, которая теплом разливается где-то внутри. Это – чувствовать дыхание самой жизни. Она – модель, покорившая не только весь мир своей чарующей походкой и обворожительным взглядом, но и сердце одной актрисы. И сколько бы ни пытались расстроить их счастье своими гадкими слухами, которые подобно грязи просачиваются сквозь социальные сети, изворотливой змеёй проникают везде, где только можно; сколько бы ни писали про них статей в жёлтой прессе, – им всё ни по чём. Они жизнь готовы друг ради друга отдать, настолько каждая уверена во второй половинке. Потому что сердце, совершающее кульбиты во время поцелуев, случайных касаний или просто при виде любимого человека, соврать не может. Так же, как не способен лгать влюблённый взгляд, которым они смотрят друг на друга. Эмма восхищается Эллен. Эллен без ума от Эммы. Эллен – весенняя роза алого цвета. Эмма – её вечнозелёный стебелёк. Одна умрёт – другую неминуемо ждёт та же участь. Они друг другу – вечная опора и поддержка. А это – любовь.

***

Этим утром Эллен просыпается впервые за долгое время одна. Со стороны кухни слышится громкий звон посуды. Блондинка испуганно вскакивает, вытягиваясь в лице, и бежит к источнику шума. Посреди комнаты стоит Эмма, которая виновато оглядывает осколки тарелки, поднимая их с пола и по одной выкидывая в мусорку. – Ты в порядке? – спрашивает Эллен, оглядывая девушку с ног до головы. Ни ссадин, ни царапин, ничего подобного не наблюдается, и она облегчённо выдыхает, даже не дождавшись ответа. – Да, да, просто… Эллен, – актриса подходит к возлюбленной и берёт её за руки, заглядывая в лучистые, но всё ещё сонные глаза. – Я так волнуюсь за сегодняшний вечер, ты не представляешь. Я впервые буду на показе. И не обычным зрителем… Я… Да я никогда… – Стой, спокойно, – блондинка добродушно улыбается, вытягивает одну руку из крепкого и нервного захвата и кладёт на щеку Эммы, поглаживая чистую кожу. – Всё пройдёт наилучшим образом, я тебе обещаю. Ты будешь на высоте. И нисколько меня не подведёшь, поверь. Я говорила это вчера и продолжу говорить сегодня. Глаза Эммы округляются в страхе, она второй рукой всё ещё сжимает руку Эллен. Так сильно, что у блондинки, наверное, скоро перестанет циркулировать кровь. В какой-то момент девушка дёргается и вытаскивает ладонь, потряхивая ею. Она с укором смотрит на актрису и качает головой. Ей не нравится это. Определённо не нравится. – Нет, это не дело. Если ты продолжишь так нервничать, всё пройдёт ещё хуже, чем ты думаешь, – Эллен поджимает губы, осматривая девушку с ног до головы, словно пытаясь просканировать её, несколько секунд обдумывает план в своей голове и только потом одобрительно кивает. – Значит так, – командирским тоном говорит блондинка. – Сейчас мы идём в ванную, и ты отмокаешь в горячей воде со всякими штучками вроде соли для ванны и пены. Затем мы, довольные, ложимся на диван и смотрим какой-нибудь лёгкий фильм, чтобы посмеяться и отвлечься. Ты меня поняла? – Эмма кивает, всё ещё нервно покусывая губы. Эллен мягко хватает девушку за руку и ведёт в ванную комнату. Шум воды успокаивает, позволят каждой клеточке наконец-то расслабиться. Блондинка не заходит вместе с Эммой в ванну, она сидит на корточках рядом, любуясь той, что была причиной бешеного пульса и лёгкого головокружения. Или это из-за обильного пара в закрытом пространстве? Модель задумчиво проводит пальчиками по мраморной поверхности белой с золотыми прожилками ванны. Туда-сюда. Взад-вперёд. Внезапно в её голову прокрадывается одна очень игривая мысль, после которой улыбка так и тянется наружу. Но Эллен сдерживается и, лишь слегка приподняв уголки губ, направляет пальчики на ключицы Эмма. Та вздрагивает, уже давно погружённая в свои мысли, едва не сваливается под воду, отчего сама и хохочет, и лишь затем чувствует на себе нежные прикосновения. Смотрит на блондинку, которая с невозмутимым видом продолжала свои действия, и решает поддаться этой игре. Поддаться, чтобы проиграть и оказаться в горячих объятиях любимой девушки. Всё смешалось перед глазами. Обжигающие поцелуи, бархатные прикосновения, словно крылышки бабочек, неловкие укусы за мягкую кожу, чтобы ненароком не поранить. А в голове Эммы – туман, которым она ослеплена. Она уже ничего не видит от накатывающей страсти, сжимающий всё тело в ненужный комок бумаги. – Я люблю тебя, – шепчет в перерыве между поцелуями Эллен. Она уже и сама успела залезть в ванну, и плевать, что в одежде. Главное – она здесь, рядом со своим маленьким огоньком, который не перестаёт гореть для неё и греть лишь её одну. Движения мягкие. Нежные. Воспламеняющие. В глазах – слепящая страсть, в груди – неровно бьющееся сердце. Пульс сейчас дойдёт до ста ударов в минуту. Они уже на грани. Они – одно целое. Они – любовь.