Taken

Когда он пришел в первый раз, то сразу же привлек твое внимание. Он был невероятно красив, поэтому не было ничего странного в том, что он произвел впечатление на тебя и остальных сотрудников. Он всегда, казалось, улыбался, и излучал успокаивающую ауру. Он всегда приходил на закате, когда лучи заходящего солнца проникали в окна пекарни. Тебе всегда казалось, что он излучает тепло. Прошло около месяца с тех пор, как ты вернулась домой и вернулся к нормальной жизни. Ты начинаешь привыкать к обычным дням, дням где нет необходимости беспокоится о своём парне, без необходимости беспокоиться о миссиях или о том, что произойдет с тобой в «EXO». Ты надеешься, что такие дни будут длиться вечно. Булочная уже почти закрылась, когда мужчина вошел снова. Ты была единственная, кто остался в магазине, в то время как остальные уже пошли в раздевалку, чтобы переодеться. — О, простите, сэр. Мы вот-вот закроем… — Говоришь ты вежливо мужчине, который, кажется, слегка удивлен, что ты подошла к нему. Он быстро приходит в себя и одаривает тебя смущенной улыбкой, потирая шею и кивая. — Мне очень жаль, но я просто хочу купить что-нибудь очень быстро. — Он хватает хлеб и быстро направляется к кассе. Заплатив, он кланяется тебе в знак извинения. — Я сейчас уйду. — Он снова тепло улыбается, отчего у тебя перехватывает дыхание. Ты не можешь оторвать от него глаз, когда он машет тебе рукой, уходя. Тебя что-то беспокоит. Уже почти семь вечера, и зачем такому человеку, как он, покупать хлеб так поздно? И даже прийти прямо перед закрытием. Ты не могла остановиться, когда бросилась за ним. Пораженный, он останавливается. Ты смущенно улыбаешься ему, внезапно подумав о том, что поступила глупо, последовав за ним сюда. Ты даже не знаешь его. — Эм, извините за грубость, но… — Ты смотришь на хлеб в его руках. — Возможно, что это может…быть ваш ужин? Его глаза на минуту расширяются. Это так неловко. Почему тебя должно волновать, что ест ваш клиент? Потом он разражается таким хохотом, что ему приходится обхватить руками живот. — Да, это действительно так. — Он ухитряется между приступами смеха приподняться, чтобы посмотреть тебе в глаза. — Я так и знала! — Воскликнула ты и, прежде чем поняла, что делаешь, схватила его за запястье и потащила обратно в пекарню. — Ты не можешь просто есть хлеб на ужин! Он ковыляет за тобой, бормоча бессвязные слова, когда ты толкаешь дверь обратно в пекарню. — Мы обычно едим вместе после работы, так что ты можешь присоединиться к нам. Единственное, что тебе нравится в этой работе — это то, что тут можно ужинать. — П-Подожди. — Неуверенно начинает он. — Я не могу… — Извините, но не могли бы мы освободить место еще для одного человека? — Спрашиваешь ты своих коллег. Тут ты слышишь, как твоя подруга визжит и быстро соглашается с твоим предложением. — Чем больше, тем веселее, верно? — Усмехается она, а остальные закатывают глаза на ее странное поведение. — Почему он здесь? — Тихо спрашивает тебя другой коллега, когда мужчина усаживается рядом с девушкой. — Разве это не тот парень, который приходит почти каждый день? Ты киваешь ему. — Не думаю, что он ел нормально. Все в порядке? Он мой постоянный клиент. Он пожимает плечами, но не отрицает этого. — Простите, что беспокою вас, ребята. — Говорит мужчина, слегка покраснев от смущения, и неловко садится. Остальные пытаются успокоить его, что все в порядке, но он продолжает сидеть неподвижно. После ужина все расходятся по домам. Этот человек ждал, когда ты выйдешь, чтобы поблагодарить. — Не нужно меня благодарить. — Ты тихо смеешься и отмахиваешься от него. — Я была слишком любопытной. Но, пожалуйста, не ешь больше только хлеб на ужин. Это вредно для здоровья. Он слегка улыбается тебе, снова потирая шею. Ты думаешь, он делает это, потому что нервничает. — Да… Я просто стараюсь есть хлеб, потому что это удобно и быстро. Моя работа не оставляет мне слишком много времени, чтобы поесть. — А чем ты занимаешься? — Выпаливаешь ты это, не подумав, но лицо мужчины вытягивается и он плотно сжимает губы. Ты быстро говоришь. — Извини. Это было невежливо с моей стороны. — Нисколько. — Он снова улыбается, но на этот раз более напряженно. — Я просто не люблю говорить о работе вне работы. Наступает тишина, прежде чем ты робко спрашиваешь. — Как тебя зовут? — Лухан. — Отвечает он и смотрит на часы. — О, уже очень поздно. Я должен идти. Будь осторожна, когда пойдешь домой. — Он машет тебе на прощание и шепчет твое имя, прежде чем уйти, и ты удивляешься, как он узнал. Но потом ты понимаешь, что на тебе все это время была табличка с именем, и смеешься над своей глупостью.

***

Так или иначе, еда с тобой и остальными сотрудниками вошла в привычку. Как обычно, он приходил на закате, но вместо того, чтобы быстро уйти, он оставался, чтобы поболтать и поужинать со всеми. Он стал тебе хорошим другом. — Давай я провожу тебя домой. — Предлагает он после того, как почти все ушли. Ты улыбаешься ему и хватаешь свою сумку. — Конечно. На улице уже совсем темно, и прохладный воздух начинает кусать твою кожу. В такие моменты, как этот, ты снова вспоминаешь, что нужно идти быстрее домой. — Эй. — Робко начинает Лухан после некоторого молчания. — Я слышал от некоторых, что ты пропадала раннее? Ты прикусываешь губу и отвечаешь честно. –…Да. — А что именно произошло? — Спрашивает он осторожно, тихо, его глаза сосредоточены на тебе. Ты заставляешь себя улыбнуться, надеясь, что это убедит его больше не спрашивать. — Да ничего особенного. Я просто отправилась в путешествие и никому не сказала, поэтому они подумали, что я пропала. — Ты врёшь. — Шепчет Лухан, и ты запинаешься, широко раскрыв глаза. Он выглядел каким-то грустным, прежде чем одариk тебя легкой улыбкой. — Все в порядке. Я не должен был спрашивать. Он снова начинает уходить, и внезапно ты чувствуешь себя виноватой. Лухан был хорошим другом с тех пор, как ты вернулась, и ты хочешь сказать ему, но…ты не можешь. Ты не можешь рисковать безопасностью «EXO». Ты не успела даже оглянуться, как уже стояла перед своим домом. Ты быстро поблагодарила Лухана за то, что он проводил тебя домой и пожелала спокойной ночи. Он стоит там еще немного, выглядя так, как будто находится в состоянии смятения. Его щеки слегка порозовели, и это можно было разглядеть только при свете уличного фонаря. — Могу я тебе кое-что сказать? — Конечно, давай. — Ты наклоняешь голову в замешательстве от его внезапного странного поведения, и видишь, как его губы дрожат, когда он открывает рот, чтобы заговорить. — Я…ты мне нравишься. — Говорит он так тихо, что ты едва слышишь. Прежде чем ты успеваешь среагировать, он быстро прощается и убегает. Ты почти смеешься над тем, какой он милый.

***

— Вот отчет. — Сюмин кладет бежевую папку на стол Сухо и садится напротив него. Сухо бросает взгляд на содержимое папки, пролистывая все, ничего не пропуская. Наконец, после минутного молчания, Сухо говорит. –…Похоже, у нее все хорошо. — Если ты так беспокоишься о ней, просто сходи навести ее. — Шутит Сюмин, но он очень хорошо знает, что они не могут навещать тебя. Ты вернулась к нормальной жизни, они не хотели её портить. Сухо тихо вздыхает, кладет папку на стол и откидывается на спинку стула. Сюмин прищуривает глаза на мужчине, откашливаясь. — У нас есть дела поважнее, чем шпионить за этой девушкой. Сухо, тебе нужно сосредоточиться. — Да. — Рявкает он на своего заместителя, и его голос внезапно становится стальным. — Я знаю. — Я надеюсь, что это так. — Бормочет Сюмин и встаёт. — Надеюсь, ты все еще знаешь, что ты наш лидер, Сухо. Сюмин кланяется, прежде чем покинуть комнату, и Сухо снова вспоминает о своей роли, своих обязанностях. Он снова смотрит на папку, на фотографии, которые его люди украли у тебя. Ты улыбалась. Как часто он видел твою улыбку, когда ты была с ними? Его грудь сжимается, и ему становится трудно дышать. Чем больше он смотрит на твои фотографии, тем душнее становится в комнате. Иногда ему хочется просто оставить все позади. Но он никак не мог этого сделать. Это его дом, его единственный дом. Он сделает все, чтобы защитить его. Никто не может вмешаться. Даже ты. — Чанёль. — Крикнул Сухо, и тут же в комнату с небрежной ухмылкой вошел Чанёль. — Сожги это. Чанёль берет папку и изучает ее, скептически прищурившись. — Ты уверен? Разве ты не хочешь оставить их себе? — Сожги их. — Решительно говорит Сухо, и Чанёль замолкает. Он быстро кивает, прежде чем уйти, его глаза сосредоточены на содержимом папки. Чанёль останавливается в дверях и, слегка нахмурившись, поворачивается к Сухо. — Что теперь, Чанёль? –Спрашивает сухо с усталым вздохом, массируя переносицу. — Я же говорил тебе… — — Эта фотография. — Чанёль показывает Сухо одну из сделанных фотографий. — Этот человек…я его откуда-то знаю. Сухо внимательно рассматривает фотографию, прищурившись на размытую фигуру, которую запечатлела камера. Сухо тут же стиснул зубы и резко швырнул фотографию на стол, рявкнув. –Чанёль! Пусть больше людей присматривают за ней. Я хочу знать, кто этот человек. Я хочу знать все о прошлом этого человека. — Да, сэр! — Чанёль быстро выпрямляется. Он хватает фотографию и быстро выскальзывает из комнаты. Сухо откидывается на спинку сиденья, внезапно становясь очень настороженным. Он надеется, что ошибается. Миллионы вопросов вертятся у него в голове. Почему он с тобой? Откуда он знает? Чего он хочет? — Проклятие. — Шипит он сквозь стиснутые зубы.

***

Как обычно, Лухан снова входит в пекарню. При виде тебя его лицо краснеет, и он быстро пытается избежать встречи с тобой. — Добрый вечер, Лухан! — Здороваешься ты, хихикая, когда он подпрыгивает от твоего голоса, и он путается в словах, когда пытается поприветствовать тебя в ответ. — Вчера… — Он начинает облизывать губы нервно. — Я… прости, если я тебя чем-то обременяю, но… — Все в порядке. — Ты искренне улыбаешься ему. — Н-Но… — Он прикусывает губу и смотрит вниз. — Тогда… Тогда я тебе тоже нравлюсь? Ты ожидала, что он спросит тебя об этом. Он так храбро признался тебе, что будет правильным ответить ему. — Я… — Мягко начинаешь ты, чувствуя, как жар приливает к твоим щекам, когда он пристально смотрит на тебя. — Ты мне тоже нравишься.… Улыбка, сияющая на его лице захватывает дух. Он заключает тебя в крепкие объятия и ты слышишь как стучит его сердце. — Я…О боже, я так счастлив. — Шепчет он тебе, его теплое дыхание щекочет твое ухо. — Спасибо… Я буду хорошо к тебе относиться. Ты улыбаешься и киваешь ему в грудь. Симпатия к нему определенно лучше, чем симпатия к главарю мафии. Было правильным решением вернуться домой. Ты надеешься, что твоя привязанность к Лухану преодолеет все остальные чувства, которые ты все еще питаешь к Сухо.