Дневник Металлики

Виктория зашла в комнату Жуана-Андреаса поздно ночью. Я спала в его объятиях, и мне никогда не было так хорошо. Сквозь темноту Викк разглядела меня, подошла и тронула за плечо. - Просыпайся, Мэл, - прошептала она. – нам надо ехать в Нью-Йорк. Отец сказал, что Мария с Никки там! - Что? – спросила я сонно. Юная мисс Ксавье повторила все заново. Я тут же сняла с себя руку молодого врача, вскочила, и стала одеваться. Профессорская дочка, благо, догадалась удалиться. Мне казалось, что я совсем не шумела и одевалась тихо как мышь и быстро как метеор, но тот, с кем я проводила ночь любви, все-таки проснулся. - Что случилось, Ира? – спросил он сквозь поволоку сна, - ты куда? Я что-то сделал не так? - Нет, все в порядке, Жуан, спи! – ответила я и поцеловала его в щеку. Друг сел на кровати, включил ночник и посмотрел на меня. В его взгляде было все: беспокойство, страх, обида, и я поняла, что не имею права скрывать от него правду. Все-таки для него Никки так же много значит, как и для меня. Теперь, после того, что случилось между нами несколько часов назад, я уже не боялась разбить ему сердце, чтобы быть с сыном, потому что была уверена, что отныне и навсегда мы будем с ним вместе. Он станет мне прекрасным мужем, эдаким принцем из сказки, а для моего мальчика лучшего отца и придумать сложно. Поэтому, набрав в грудь побольше воздуха, я сказала: - Мы с Викторией должны срочно уехать в Нью-Йорк. Она звонила своему отцу с просьбой о помощи, и он сказал, что Анна-Мария с малышом уже в Ветчестере, - сказала я. – Мы поедем и вернем их домой, что бы нам это ни стоило! - Я поеду с вами! – воскликнул молодой врач, натягивая на себя брюки. - Нет, я не хочу, чтобы ты подвергался опасности! – отрезала я. – Я ведь очень тебя люблю! - Я тоже тебя люблю, и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! - ответил Жуан-Андреас, - только не понимаю, откуда такая забота о моем сыне. Я понимаю, что тебе я близкий человек, но мой приемный сын… - Ты не понимаешь! – воскликнула я и замолчала, вновь испугавшись правды. - Что не понимаю? – поднял брови молодой врач. - Жуан, я хочу признаться, я приехала в Рио не просто так... я ищу своего сына, - мой голос стал тверже и отстранившись от него, я повернулась, чтобы взглянуть к ему в глаза, - Вы с Анной-Марией усыновили моего сына, моего Никки. В наступившей тишине, наверное, можно было услышать как падает иголка в соседней комнате, озорные искры в глазах Жуана потухли, он опустился на кровать и почти шепотом спросил: - Но как это возможно? Ведь он был усыновлен по программе «проблемных детей...» Доказывать Жуану, что я мутантка у меня не было ни сил (в прямом смысле, надо будет спросить у Вик, из-за чего такое могло произойти), ни желания. Я лишь сказала: - Солдаты ворвались ночью и забрали Никки. Недавно я узнала, что его усыновили где-то в Бразилии, и приехала разыскивать его в Рио. А здесь... нет, не думай, я не знала кто приемные родители Никки, и столкнулась с тобой случайно… - И ты заберешь его у меня? – спросил он, и в его голосе чувствовались слезы, - ведь у тебя, наверняка, муж есть, и вы с ним любите малыша. - Мой муж ушел и больше не вернется, - сказала я, - а лучшего отца для Ника, чем ты я и представить себе не могу. Но сейчас главное – найти Анну-Марию и его. - Да, ты права. Мы ехали от аэропорта до Института на такси, было уже светло, мало того, разгар рабочего дня, но на улицах было неестественно для этого города немноголюдно. Профессор предупреждал Викки, что надо беречь силы, интересно, для чего? И еще: почему у меня нет сил? Все эти вопросы я телепатически задавала профессорской дочке, но она отвечала очень туманно, словно ей было все по… Внезапно таксист остановился. Странно, судя по датчикам свет горел зеленый. Но заглянув в зеркало заднего вида, я поняла в чем дело: перед таксистом возвышался… Виктор Крид! На миг я онемела, волна липкого противного, но такого знакомого страха перед мужем, поднималась во мне помимо воли. Крид одним прыжком преодолел оставшееся расстояние до машины, и приземлился на крышу такси. - Предательница! – закричал мне он и попытался сорвать крышу с машины. Не сговариваясь, я и Вик выпрыгнули из машины, Жуан послушно последовал за нами. И только мы успели это сделать, как покореженная крыша такси полетела в нас, да пожалуй, Крид еще никогда не был так разъярен. Виктория движением руки заставила крышу повиснуть в воздухе, и отослала ее обратно в Саблезуба, но тот с легкостью увернулся и направился прямо ко мне. КО МНЕ!!! Я попыталась поднять в воздух ближайшую машину, и, расплавив ее, пустить на мужа, но что там машину, я не могла сейчас даже расплавить ложку… я была беззащитна перед Кридом. - Отойди от нее, чудовище!!! - Жуан загородил меня… мой Жуан, но разве он сможет противостоять Саблезубу… Виктор взял Жуана за шиворот, как тряпичную куклу и откинул в сторону. Только благодаря тому, что Вик с помощью телекинеза успела подхватить Жуана-Андреаса, тот не разбился о кирпичную стену какого-то здания. Теперь пришла моя очередь. От ужаса я не могла даже пошевелиться, в одну секунду передо мной промелькнуло все, связанное с Виктором Кридом: от той далекой сцены в коридоре, до автокатастрофы. Миг, секунда, и я почувствовала удар о стену, боль не заставила себя ждать, во рту появился солоноватый вкус крови. Я упала, казалось, мое сознание уходит, отдаляется, но какая-то сила заставила меня открыть глаза и посмотреть в ту сторону, где были дорогие мне люди. Саблезуб стоял рядом с ними и нещадно долбил в энергетическое поле, которое Виктория поставила вокруг себя и Жуана. Я не знала, сколько девочка еще сможет продержаться, и тут во мне начала подниматься ярость, отодвигая на задний план и страх, и боль. Я поднялась, как мне показалось, реанимируя все оставшиеся силы, рука болела – «скорей всего сломана,» - пронеслось в голове, казалось, что все мои внутренности жгло огнем, я медленно провела рукой по лицу, чтобы согнать красную пелену с глаз, рука окрасилась кровью. Но сейчас все это было неважно. Испуганный вскрик Викки заставил меня снова посмотреть в сторону Крида. Тот отломал от машины бампер и шел в направлении Виктории и Жуана. - Эй, Виктор! - крикнула я, - Не хочешь найти кого-нибудь равного по силе.? Саблезуб повернулся ко мне, на его морде (у меня не поворачивался язык назвать эту рожу лицом) читалось удивление, видимо он думал, что я умерла… не тут то было. - Это тебя что ли? - ухмыльнулся он, - Если ты не забыла, женушка, в наших спорах всегда побеждал я. Лучше бы он этого не напоминал, ярость, и так заполнявшая меня, начала литься через край. Сначала бампер в руках у Саблезуба начал плавиться и извиваться как змея, скручивая мужа по рукам и ногам. Он даже ничего понять не успел, не то что предпринять. Вслед за бампером в воздух поднялось такси и еще несколько машин, все они расплавились и металлическими змеями потекли к Криду. - Это тебе за унижения, за каждый твой удар, за МЕНЯ и, наконец, за МОЕГО СЫНА!!! - энергия текла из меня так же, как и реки металла к Криду, чтобы покрыть его слой за слоем, как статую. Когда все было кончено, боль накатила с удвоенной силой, и последнее что я увидела, перед тем как отключиться, были чужие, холодные и испуганные глаза Жуана. (Все, что было дальше, я узнала из уст кого-то из иксов.) Виктория не вбежала – влетела в дом, где располагался «Институт для одаренной молодежи», за ней вбежал Жуан-Андреас, неся меня на руках, истекающую кровью. - Здесь есть лазарет?! – закричал он на португальском. – Нет, Виктория, ее все-таки надо было везти в ближайшую больницу! - Кто тут орет как потерпевший? – в дверном проеме между гостинной и кухней нарисовался Логан, он же Росомаха. Жуан попытался объяснить мужчине в чем дело, но был взволнован и говорил очень быстро, на повышенных тонах, Логан подумал, что юноша ему угрожает и чуть было не выпустил свои когти. - Логан, быстрее, иди скажи Джине, чтобы готовила реанимационную палату! У нас раненная, она может умереть! - Хорошо, сейчас, я все скажу Генри и Джине, - обязался икс-мен. – А это что за чубрик? - Это – Жуан-Андреас Палмейро, наш друг, - пояснила Викк. – И еще, пусть в операционной будет только Джина. А теперь – иди! Быстрее! Логан удалился. Вскоре все было готово, юная мисс Ксавье провела врача в реанимацию, где нас ждала рыжеволосая телепатка Джина Грей-Саммерс. «У меня мед. образование, но я не хирург!» - передала она мысль Виктории, когда та вышла. «Жуан – доктор, он сможет все сделать, он часто работал в экстренных ситуациях!» - так же телепатически ответила профессорская дочь. Словно подслушав их мысленный разговор, Жуан сказал: - Я проведу операцию, а Вы, сеньора, будете мне ассистировать! Операция прошла успешно, меня хорошо залатали, но я еще не пришла в себя в тот момент, когда все произошло, поэтому узнала все после, от Генри МакКоя. - Итак, операция завершена, - прокомментировал Жуан, обращаясь к Джине, когда они выходили из операционной. – Состояние пока тяжелое, но, думаю, она быстро придет в норму. А сейчас я бы хотел у Вас кое-что выяснить, если Вы, сеньора, не против. Кстати, как Ваше имя, я запамятовал? - Джина Грей-Саммерс, - ответила та. – Но я не люблю официальности, поэтому называйте меня просто Джиной. - Хорошо, Джина, - согласился молодой врач, - так я могу поговорить с вами или с кем-нибудь из представителей организации? - Да, конечно, идите в гостиную, я вас догоню. Только скажу другому врачу, чтобы он проследил за состоянием Металлики… Простите… Ирины. Жуан-Андреас согласился и направился в сторону зала, а телепатка стала удаляться в направлении лаборатории с просьбой к Генри присмотреть за пациенткой. - Первый мой вопрос, - начал Жуан-Андреас Палмейро, обращаясь к икс-менам, собравшимся в гостиной, - кто был тот… то существо, напавшее на нас по пути сюда? - Если верить словам Виктории, то это был наш давний противник – Виктор Крид по прозвищу Саблезуб, - ответил Скотт Саммерс, известный в данной организации под кодовым именем Циклоп. - Он назвал Иру своей женой. Неужели это правда? Ведь она сказала, что ее муж бежал из США и больше не вернется! - К сожалению, правда, - вздохнула Викки, - а насчет его побега, все мы думали, что он окончательно покинул эту страну и отправился в неизвестном направлении. Но вот-вот начнется война двух рас, может, поэтому он решил изменить свое решение. - Кем же надо быть, чтобы согласиться выйти замуж за такое чудовище… - протянул Жуан, - разве что таким же монстром? Мы с моей женой Марией, конечно, усыновили мальчика по программе “Проблемный ребенок”, но я никак не мог предположить, что Ирина, девушка, которую я знаю с детских лет, с которой мы в одну школу ходили, окажется из числа людей с необычным генокодом. И еще вопрос: вы тут что, все мутанты?! - Все, - подтвердила Викки, - до единого. - И даже ты?!! - А я вообще одна из самых сильнейших представительниц нашей расы в мире. - Я все понял, больше мне ничего знать не надо, - сказал сеньор Палмейро, резко поднимаясь с дивана, и направился к выходу. Но перед тем, как шагнуть за порог Института, он вдруг обернулся, словно что-то вспомнил. - Ах да, чуть не забыл! Вот, передайте это Ирине, когда она проснется, - с этими словами он вынул из бумажника несколько довольно крупных купюр и пересчитал их. – Это ее деньги. Я хотел было… В общем, не важно. Не хочу быть у нее в долгу. Передадите? - Ты уходишь, Жуан? – спросила Виктория. – А как же Ирина? Ты не хочешь подождать, пока она очнется и поговорить с ней? - Нет, - отрезал он. – Нам с ней не о чем говорить. Больше не о чем! - А как же Ник и Анна-Мария? – в дочери профессора Ксавье еще теплилась надежда остановить юношу, - мы можем помочь отыскать их! - Мой отец – преуспевающий бизнесмен и у него есть связи в полиции, он поднимет всех и найдет моих жену и сына, - ответил Жуан. – Извините! За ним захлопнулась входная дверь. Виктория хотела было побежать за молодым человеком, догнать и остановить его, но передумала. В конце концов, насильно мил не будешь, особенно в таком деле. Если его любовь к Ирине не смогла преодолеть первого же препятствия, то все попытки бессмысленны.