Охотники и Жертвы

Мысли о парне по имени Дерек не покидают меня на протяжении всего вечера. «Шерлок Холмс» отправляется обратно на полку, мне не хочется читать, а я вылезаю на покатую крышу, упираюсь ногами в отлив и закуриваю. От чего-то этот небритый, угрюмый мачо запал мне прямо в душу. Я просыпаюсь раньше, чем зазвонит будильник, это уже выработанная привычка. Я снова облачаюсь в спортивные штаны и спускаюсь на первый этаж, отправляясь на пробежку. Даже утром я не перестаю думать об упругой заднице, затянутой в джинсы. Прежде, чем я успеваю подойти к двери, она открывается и в дом входит Кейт. Я останавливаюсь, вздёргивая брови. Меня передёргивает от её улыбки. - Привет, Стайлз, - наигранно весело здоровается Психованная Кейт. - Не думала, что припрёшься так скоро, - я складываю руки на груди и выгибаю одну бровь. - Я тоже соскучилась по тебе, маленькая дрянь, - она слащаво улыбается, щипая меня за щеку, и обходит меня. Я отбиваю её руку от своего лица. Быть дружелюбными друг с другом? Нет, мы с Кейт не слышали об этом. Ни один наш разговор не проходил без очередной подъёбки, ставшей уже такой привычной за все эти годы. Мы в равной степени ненавидели друг друга и обе не понимали, почему нам нужно находится в одной комнате больше пяти минут. Последний раз я видела Психованную Кейт три месяца назад, когда та, расправившись с очередным оборотнем, слиняла из Портленда в Нью-Йорк. И я никак не могла предположить, что снова увижу её так быстро. Но она здесь, а это значит, что в городе есть объект либо её вожделения, либо ненависти. Третьего не дано. Мысленно послав Кейт Арджент в задницу, я выбегаю на улицу, чтобы совершить уже привычную утреннюю пробежку. Я снова бегу по тому же маршруту, что и вчера и вскоре снова натыкаюсь на поляну со сгоревшим домом на ней. Я рассматриваю его, он будто манит меня к себе. Мне хочется узнать, что случилось в этом доме, кто жил здесь раньше и как случилось так, что дом сгорел практически дотла. Я подхожу всё ближе, завороженная, и поднимаюсь на первую ступеньку крыльца. От досок ещё немного пахнет гарью, еле уловимо, будто призрак. Я заношу ногу на вторую ступеньку… - Это частная собственность! – гаркает за спиной грозный голос. Я подпрыгиваю и почти падаю, но успеваю зацепится за деревянный поручень. – Что ты здесь делаешь? Он этого голоса меня пробирает до костей и по коже пробегают мурашки. Я поворачиваюсь на голос и смотрю на его обладателя широко раскрытыми глазами. - Что ты здесь делаешь? – спрашивает Дерек. Он двигается ко мне, а я не в силах даже пошевелится. Мозг отчаянно кричит мне сойти со ступенек, ступить на землю и как можно дальше улепётывать от этого на вид устрашающего парня куда подальше. А вот задница наоборот, требует приключений и я смотрю на него в упор, приоткрыв рот. Он останавливается в паре шагов от меня. Смотрит зло, будто я убила его собачёнку. От этого взгляда мне некуда скрыться, я смотрю ему прямо в глаза. Его ноздри раздуваются, и мне кажется, что нижняя губа немного подрагивает, но я не смотрю на неё, только на глаза. Он вздёргивает широкие брови и теперь смотрит на меня вопросительно, дожидаясь ответа. - Я это… Ну… Бегала, в общем, и прибежала… Эм… Вот, - из горла вырывается нервный полусмешок-полухрюк, и я запинаюсь. Он долго не отвечает, смотрит на меня. И мне отчаянно хочется уйти от этого испытующего взгляда, изучающего моё лицо, хочется отвести взгляд, но его глаза будто гипнотизируют. - Уходи отсюда, Стайлз, - гаркает Дерек и отходит на шаг, чтобы мне было место, куда ступить, чтобы не столкнутся с ним нос к носу. – Тебе здесь не место. Уходи. - Чувак, остынь, - выдохнула я, закатывая глаза и немного расслабляясь. – Можно подумать, я вор и забралась в твой дом. - Это мой дом. А сейчас проваливай и чтобы ноги твоей здесь не было! - Подумаешь, - выдавливаю я и, спрыгнув со ступеньки, смотрю на Дерека в последний раз. – Надеюсь, больше не увидимся. Да кого я вообще обманываю?! Я надеюсь, что мы увидимся! И не один раз. Я вообще, кажется, хочу его. Его всего, такого брутального, затянутого в тугие джинсы и кожанку. Даже не хочу, а страстно желаю. Да что же со мной такое? Почему он на меня так действует? Чёртов Дерек, чёртов дом, чёртов город! Весь день я мысленно возвращаюсь к утренней встрече. Интересно, почему Дерек так рьяно оберегает эту кучу обугленного дерева? Мы со Скоттом и Айзеком сидим в кафе после школы. Я спрашиваю об этом парней, рассказав им, что встретила Дерека, когда бегала утром. - Это старое поместье Хейлов, - говорит Айзек, засовывая в рот сразу три картошки фри. - И? - И он Хейл, - пожимает плечами парень, запивая картошку колой. - Он один из четверых выживших в пожаре, - подхватывает Скотт. – Это случилось почти семь лет назад, кто-то поджог дом ночью. Там сгорело, сколько, одиннадцать человек? – Скотт обращается к Айзеку таким будничным тоном, что меня передёргивает. Нет, я нормально отношусь к смерти, я убивала раньше, но никогда, никогда в жизни я не говорила о ней так спокойно и буднично. Айзек кивает, подтверждая слова МакКолла. – Выжили только Дерек, его старшая сестра Лора, дядя Питер и младшая сестра Кора. Правда, Кора пропала на шесть лет и нашлась только в прошлом году… - он замолчал, будто сказал слишком много. Айзек перестал жевать и покосился на друга. Странные они какие-то… - И где же была эта самая Кора? - Эээ… - тянет Скотт и смотри на Айзека так, будто просит о помощи. - А она нам никогда не говорила, где была. Она со странностями, - пожимает плечами Айзек, а Скотт при этом вытаращивает на него глаза. - Чувак, серьёзно? Со странностями? Она же твоя девушка! – выпаливает Скотт и смотрит ошалело. Почему-то мне хочется громко смеяться, наблюдая эту сцену: Скотт ошарашен, а Айзек спокоен, как удав на охоте. Реально странная парочка. Я усмехаюсь. - И что? Это не делает её менее странной. Она даже мне не говорит, где была. - Вы, ребята, сами довольно странные, - я улыбаюсь уголками губ. – Вы так буднично говорите о смерти, будто обговариваете меню на завтра. - Знаешь, в нашей жизни столько было… - усмехается Айзек и осекается. – Мы просто мудаки, - добавляет он, качая головой. Скотт тоже энергично качает головой. - Это получается, если я назову вас мудаками, то вы даже слова кривого мне не скажете? – я прищуриваю один глаз. Кажется, я начинаю вливаться в их компанию, будто всё время только с ними и зависала, а не с оборотнями да пистолетами… Парни кивают в знак согласия. – Отлично! Вы мои герои, ребята. Мы сидим в кафе ещё немного. Я успеваю выкурить четыре сигареты, а потом вспоминаю, что Эллисон говорила что-то об ужине в честь приезда Кейт. Я прощаюсь с парнями и, впрыгнув в джип, еду домой, выкуривая по дороге ещё одну сигарету. В дом я захожу в уже изрядно прокуренной одежде. Крис снова ничего не говорит, только слегка морщит нос. Он ничего не может сказать, потому что знает – бесполезно. Эллисон сидит в комнате, делает уроки. А меня как-то даже не тянет на учёбу, хоть и понимаю, что нужно прочесть параграф, который задал физик, как там его?.. В семь часов Крис входит в мою комнату и зовёт ужинать. И как по команде желудок требовательно урчит. Я чувствую запах курицы, фирменной курицы Криса, которую он готовит каждое воскресенье. От этого хочется широко улыбаться, потому что даже в нашей нормальной недосемье есть традиции покруче, чем отстрел оборотней. В столовой уже накрыт стол на четверых. Мы с Эллисон усаживаемся друг против друга и широко улыбаемся. В это воскресенье Крис не готовил такой шикарный ужин и мы уже успели соскучится. Правда, присутствие Психованной Кейт не совсем радует, но мы это переживём. Кажется, её терпеть не может даже Крис. И я догадываюсь, за что – за то, что рассказала нам с Эллисон о существовании оборотней в столь раннем, по мнению Криса, возрасте. А нам и наплевать, мы не обращаем внимание на Кейт. - Как вам новый город, девочки? – спрашивает Кейт, отпивая вино из бокала. - Город как город, - пожимает плечами Эллисон. - По-моему, ни разу не изменился. Хотя, может, я и ошибаюсь, - говорю я с набитым ртом. – Я не была здесь восемь лет… - Я уехала отсюда почти семь лет назад, - говорит Кейт и улыбается, а я перестаю жевать. Эта цифра – почти семь лет – уже проскакивала сегодня в разговоре с парнями. Бред. Я отгоняю мысли и продолжаю жевать. После плотного ужина и разговора ни о чём, Крис вносит в столовую пудинг. Блин, этот мужик не перестаёт удивлять. Наверное, он готовит лучше всех на этом грёбанном свете, потому что этот пудинг прямо тает на языке. - Я хотела поговорить с вами, - говорит Кейт, отставляя свою тарелку. Все взгляды обращаются к ней. – Вы охотились? – в лоб спрашивает она. Крис вздыхает. - Нет, Кейт. Мы не знаем, есть здесь оборотни или нет. - Есть, Крис, - она криво улыбается. Сейчас она напоминает мне Гринча… - И не один. Стая. Большая стая оборотней во главе с молодым Альфой. Кейт и Крис долго играют в гляделки – он серьёзен, она, словно маньяк. Крис отводит взгляд в сторону и снова вздыхает. - Он здесь? – почему-то мне кажется, что Крис отлично знает, кто Альфа в этом городе. - Да. Он Альфа и он создал свою стаю. От этих слов пробирает до костей. Я пытаюсь уловить в их разговоре хотя бы грамму смысла, но не вижу его. Мы с Эллисон непонимающе переглядываемся. И именно в этот самый момент я понимаю, что просто обязана узнать, кто он, потому что моя задница уже чешется от такого долго отсутствия у неё проблем…