Вертикаль

Он постучал по клавише ещё раз, словно надеясь, что после этого всё заработает. Белый курсор несколько раз подергался на экране. Рэй вздохнул и потер глаза. Где-то в скрипте была ошибка. Не такая, которую легко заметить сразу или которую подчеркивает автоматическая проверка, а какая-то точка или запятая пропущена, или поставлена не там, где нужно. Мелочь, из-за которой встал весь плагин. А было бы хорошо, чтобы он работал. Потому что проект возвращали на доработку уже второй раз. Что-то им не так, а что — они сами не знают. Клиент всегда прав. Даже если он он не представляет, чего хочет. А плагин бы помог набросать больше вариантов макетов. Скучный макет. Как у всех. А надо не как у всех. Как будто это архитектурный проект века. За окнами уже совсем рассвело. Работать ночью и работать ранним утром — не одно и то же. Вроде бы одинаковая темень, но организм чувствует. И сегодня ему не спалось. Рэй снова пробежался взглядом по длинной колонке цифр и букв. Вроде бы всё нормально. Нажал на «энтер», но белый квадрат макета так и остался висеть в трехмерном пространстве. И даже не думал размножаться. Что не так? Со стороны кухни раздалось позвякивание посуды и хлопанье дверцами шкафчиков. Рэй подскочил со стула. Запер ли он вчера комнату? Женщина вертелась на кухне, пытаясь заглянуть на верхнюю полку холодильника, который был явно для неё высоковат. Она встала на цыпочки, но всё равно не доставала. Рэй застыл на пороге и пожевал губу. - Что ты здесь делаешь? - Доброе утро! - Она оглянулась. - Я сегодня проснулась и поняла, что мне очень хочется яичницу. А, может, даже омлет. Но… здесь нет яиц. И сковороды. Только молоко и всё остальное уже готовое. - Потому что я не готовлю, - сказал Рэй. Бесполезная трата времени. Готовить должны специально обученные люди, которым за это платят. А он может вложить своё время в работу или… в работу. - Я заказываю еду. Мне привозят несколько раз в неделю готовое и всё. - Он прошел до холодильника и захлопнул дверцу. - И вообще-то, это моя кухня. С чего ты решила, что можешь здесь хозяйничать? Ешь то же, что и я. Она поморщилась. - Я бы поделилась! И для тебя тоже сделала. Готовить — это интересно. Мне… так кажется. Я помню несколько рецептов. - А кто потом будет это убирать? Готовка — это грязь, и гарь, и жир, и грязная посуда повсюду. - Я бы убрала, - не унималась она. - Ты думаешь, я совсем растяпа, что ли? Это нетрудно! - А я сказал — нет! - гаркнул Рэй и шумно выдохнул. Совсем уже. Мало того, что сама тут что-то решает, так ещё и спорит. Она поджала губы, как ребенок, но смотрела совсем не по-детски. Рэй уже видел этот взгляд раньше. Не так давно. Когда её забирал. - Когда я говорю нет - это значит нет. И два раза я повторять не люблю, - медленно проговорил он. - Ты должна меня слушаться. - Я ничего плохого не делала! - рассердилась она. - И почему это я должна тебя слушаться? Потому что живу у тебя? Ты сам меня увез сюда! Ой, больно надо. Возьму и уйду. Рэй чувствовал, как ярость внутри нарастает и если что-то срочно не предпринять, он дойдет до ручки. Но накопившееся молчаливое раздражение было уже не удержать. - Да неужели? Допустим, я тебя выпущу. И что ты там будешь делать? Где жить? Куда пойдешь? - Куда угодно! Сама решу. Лишь бы ты не командовал! - закричала она, развернулась, хлестнув волосами по плечу Рэя и исчезла в коридоре. Он так и остался стоять у холодильника, держась за дверцу, будто опасаясь, что без его поддержки та отвалится. Внутри бурлило совершенно необъяснимое чувство. Дикая смесь злости и бессилия. Хотелось что-нибудь расколотить или как минимум — швырнуть в стену. Он вышел в гостиную, не раздумывая, взял телефон и набрал номер. На том конце послышались гудки. А затем стандартное приветствие. - Здравствуйте. Меня зовут Рэй. Рэй Джейс, - сказал он менеджеру. - Недавно я взял у вас женщину и у меня возникли некоторые трудности. - А! Здравствуйте-здравствуйте, - оживился голос в трубке. - Я вас помню! У вас непростой экземпляр, это правда. Какого рода трудности? - Она… меня не слушается. Спорит со мной. Злость постепенно начала оседать, как мутная взвесь в стакане, и чем больше времени проходило, тем глупее Рэй себя чувствовал. Чего он хочет этим добиться? Он обещал. - Вот как? Очень странно. Кажется, я начинаю понимать, какая часть информации была утеряна при загрузке. Ну что ж… - менеджер кашлянул. - Привозите её, поставим несколько блокировок. Если не подействуют — можем попытаться загрузить данные заново. Есть небольшая вероятность, что это приведет к депрессии, судорогам и тяжелым последствиям для нервной системы… Но вы не беспокойтесь, если она совсем уж неисправна — мы подберем замену. Доплата будет минимальной, естественно, проблемы возникли с нашей стороны. Несколько секунд Рэй слушал, как шуршит принтер на той стороне связи. Судороги? Тяжелые последствия? Это уже совсем как-то… чрезмерно. Он обещал. Хоть и не знал, что его ждет, но обещал. Бесчеловечность. Но бесчеловечность возможна только если ты сам не человек. - А нет ли каких-то более гуманных способов? - спросил Рэй. Менеджер помолчал, видимо, размышляя. - Можете попытаться задавить её авторитетом. С женщинами это неплохо срабатывает. Но тут как с собаками — нужны время и воля. Если быстрее — применить силу. Только аккуратно, мне трудно будет доказать, что проблемы возникли не из-за ваших действий, если последствия будут... налицо. Один из наших постоянных клиентов при малейшем непослушании изолировал виновницу и лишал пищи на несколько дней — говорил, что это неплохо работает. А другой использовал силу, но очень умеренно. Здесь главное не перестараться — женщины довольно легко ломаются. Животные в этом плане как-то крепче собраны, вы понимаете? Где вы слышали, чтобы собака себе что-нибудь сломала при падении? Помню, он жаловался, что не успеешь пару раз шлепнуть — уже что-то себе разобьет, обо что-нибудь ударится… - Достаточно! Рэй напрягся и переложил телефон в другую руку. - Я понял. Спасибо, - добавил он. - Справлюсь сам. Рэй отключил связь и ещё немного постоял в центре комнаты, невидящим взглядом упершись в журнальный столик перед диваном. Из-под столешницы виднелась паутина коротких царапин на полу. Применить силу. Ну да. Это самый быстрый способ решения проблем. Самый простой и действенный. А главное — очень показательный. Отлично показывает, как к тебе на самом деле относятся. Ему не всё равно? Не всё равно, что подумает какая-то женщина? Как он к ней относится? А как на самом деле? Он рассматривал царапины на полу. Раньше здесь стоял другой стол — стеклянный, который крайне неудачно разбился, когда Рэй рухнул на него. Стекло рассыпалось не как положено — на безопасные кубики, а на осколки, мелкие и острые. Руки и лицо, всё было в стекле. На губу пришлось наложить швы. Рэй соврал врачу, что поскользнулся. Соврал, потому что не хотелось разбираться. Находиться в этом всём ещё дольше. Хотелось выставить за дверь, убрать осколки и забыть как можно скорее. И больше никогда не покупать стеклянных столов. И никому не доверять. Было стыдно. И больно. И не только потому что швы. Ты думаешь, что с тобой такого никогда не случится. Вернее, вообще не думаешь. Просто живешь себе как-то, и человек рядом тоже вроде бы такой же человек. И вы говорите, едите за одним столом, спите в одной постели. И он даже не обещал. Но просто… это не то, о чем думаешь постоянно. Если ты кого-то разозлишь, не специально, случайно. В ссоре. Или сделаешь что-то не так, как ему хочется. Как ему нравится. Насколько сильно он разозлится? Никогда не знаешь заранее. И кажется, что к тебе относятся определенным образом. А потом оказывается — совсем иначе. Мы никогда не знаем, что внутри у другого человека. Только если он сам об этом скажет. И то — если не соврет. А он сам врет? Себе или ей? Врет даже не словами, а всем собой. Своим поведением. Своими действиями. Действия всегда говорят больше слов. Даже если ты не обещал — это не значит, что ответственности нет. Не значит, что тебе всё можно. Кто тебе это всё разрешил? Кто? А уж если ты обещал. Своими действиями. Или словами. Всем собой. Рэй прижал руку со смартфоном тыльной стороной к глазам. Пластик жалобно скрипнул. Он вернул телефон на столешницу. Потер висок и щеку чуть ниже. На ощупь не чувствуется. Но шрамы там были, Рэй видел их утром в зеркале. Поначалу — каждое утро и каждый вечер. А потом уже реже. Он подошел к закрытой двери, прислушался. Ему послышался тихий шорох и что-то ещё, что — не разобрать. Он глубоко вдохнул, выдохнул и открыл дверь. Женщина лежала на кровати, уткнувшись в подушку и вздрагивала, но как только услышала, что он вошел — подскочила и повернулась на звук. - Чего ещё тебе надо?! Отвезешь меня обратно, да? Ну и вези. Жадный какой. Властелин холодильника. И врешь. Предатель. Она вытерла нос рукавом толстовки и Рэй заметил раскрасневшееся лицо и мокрые щеки. Она… плачет? Рэй не припоминал, чтобы при нем кто-то плакал. И что с этим делать? Внутри всё будто сделалось деревянным и глухим. Он переступил с ноги на ногу. Женщина вернулась в исходную позицию — в обнимку с подушкой. Рэй сглотнул, пытаясь собрать мысли во что-то членораздельное. Он сел на край кровати, спиной к ней, и уставился на приставку, развалившуюся на полу. На приставку смотреть почему-то было удобнее. - Я не собираюсь везти тебя обратно, - сказал он. - Врешь! Опять врешь! Я всё слышала. Думаешь всё же, что я дурочка, да? Рэй вздохнул. В горле у него пересохло. - Нет, я правда не собирался тебя отвозить. Просто хотел узнать… что мне лучше делать. - А сам ты не можешь понять, что тебе лучше делать?! Обязательно звонить куда-то? Что ты опять врешь… Если бы он знал, что делать, всей этой ситуации не было бы изначально. Вести себя нужно как-то иначе, но как — непонятно. Он слишком много ей позволял? Или наоборот — мало? Это смотря с какой стороны координат её поставить. Если как питомцу — то слишком много, а если как человеку — то мало. Но как к ней относиться? Что-то между тем и этим. Выбери сторону. - Я не хотел на тебя кричать, - сказал Рэй. - Просто не люблю, когда трогают мои вещи. Она вскочила и махнула рукой куда-то в сторону, мимо него. - Но здесь всё твои вещи! Рэй рассеяно качнул головой. Резонное замечание. Женщина помолчала. Потом добавила, уже спокойнее: - Я думала, что если тут пока живу, то могу пользоваться кухней. Ты делился со мной едой. Я бы тоже с тобой поделилась. Я бы не только для себя, честно. - Я верю, - сказал Рэй своему колену, всё ещё не имея сил и желания поворачиваться. - Но в следующий раз спрашивай у меня, если чего-то захочешь. Ладно? Она снова замолчала, потом шумно вздохнула. - А будет следующий раз? - Конечно, - Рэй удивился и повернулся к ней. - Я же сказал, что не собираюсь тебя отвозить назад. Я не врал. Честно. Она долго и внимательно смотрела на него. Рэю захотелось снова отвернуться, но он выдержал. - Значит, я могу пользоваться кухней? - спросила, наконец, женщина. - В разумных пределах, - ответил он. А вечером, составляя список доставки из супермаркета, внес в него коробку яиц. И сковороду.